Глава 8

Следующую неделю Кристофер не появлялся в лаборатории и вовсе, отправляя в полдень письмо с планом работы, а в конце дня проверяя результат. Единственное общение со стороны Миранды сводилось к фразе «добрый день, принято» в ответ на задание, и с каждым разом читать столь лаконичную переписку становилось всё труднее. Даже Аделаида отметила, что супруг стал более нервным и сердитым, но также предпочла уйти в глухую оборону, пробивать которую у Криса не было ни сил, ни желания.

Девятый день его вынужденной изоляции начался с лёгкой головной боли от хронического недосыпания. Не то, чтобы Кристоферу кто-то мешал спать: Ада держала бойкот и вела себя тихо, не доставая ни лично, ни в сообщениях. Но каждый вечер Чой с огромным трудом засыпал, пожалуй, опасаясь только одного — увидеть во сне, как темноволосое солнышко ему ласково улыбается. А каждое утро уговаривал себя, что то, что Миранда ему больше не снится — хороший знак. Он постепенно излечивается от странной привязанности, и оставалось только запастись терпением.

Он специально назначил совещание на вторую половину дня, чтоб даже мыслей не возникало уйти из офиса. Максимально проблемная тема оказалась ещё и до отвратительного скучной, и Чой, в голове которого фоновая боль обосновалась уже довольно крепко, ловил себя на том, что начинает слишком медленно моргать.

Попытавшись встряхнуться, Крис сел ровнее и вдруг заметил, что слышит продолжение презентации словно сквозь вату. Зато на собственном столе наблюдает то, чего быть не должно ни в коем случае. Миранда Ли в одной лишь его рубашке на голое тело сидела на самом краешке столешницы, а её ножки почти соприкасались с тканью его брюк.

— Это просто твоё воображение, — улыбнувшись, ответила Ми на незаданный вопрос. — Разумеется, на самом деле меня здесь нет.

— Ты не появлялась все эти дни, и я надеялся, что больше мы не встретимся, — негромко, всё же опасаясь свидетелей, проговорил Чой. Но, глядя на его сдвинутые брови, девушка снова улыбнулась.

— Обманщик. Ты хотел меня увидеть, потому что скучаешь.

— Разве что-то изменится от моего желания? — устало поинтересовался Крис, опустив ладонь на бедро Миранды и нежно погладив.

— Одними желаниями ничего не изменить, — она пальчиками провела по скуле мужчины, едва ощутимо поглаживая, а потом передвинулась напротив, раздвигая ножки. — И знаешь, я тоже соскучилась.

Чой не успел опомниться, как девушка уже оказалась на его коленях. Пальцы сами потянулись расстёгивать пуговки, давая доступ к небольшой и упругой груди, пока второй рукой он поднялся выше по бедру. Впиваться в губы поцелуем почему-то опасался, но разум туманило уже то, какой влажной была его партнёрша там, внизу. Как ждала его, действительно соскучившись и начиная требовательно отвечать на его ласки. Как ноготками впивалась в плечи через пиджак, и совершенно сладко выдыхала его имя.

— Господин Чой!

Кристофер сморгнул, глядя перед собой. Ествественно, Миранды Ли на его коленях не было, зато и помощник, и остальные участники презентации смотрели весьма удивлённо.

— Простите, но в какой-то момент мне показалось, что вы заснули…

Чой мысленно чертыхнулся, переводя взгляд с мужчины на виртуальную доску. Работа. Проблемный проект. Странные выкладки, совершенно не способные решить возникшую проблему.

— Два дня назад я поставил задачу разобраться с потерями в энергии, — мгновенно сориентировался Крис. В конце концов, каким бы разбитым он не был сейчас внутри, цепкий разум никто не отменял. — Сорок минут я слушаю откровенную ерунду, и всё это время меня не покидает ощущение, словно мне в уши вливают какую-то воду. От вас же требовалось либо исправить всё, либо найти ошибку и попросить дополнительное время. Проблема решена?

— Господин Чой, наша команда приложила немало трудов, чтобы…

— Да или нет?

Тяжёлый взгляд начальника давил, не позволяя более увиливать. Помощник покрылся потом, прекрасно помня об этой гнетущей стороне руководителя. А ведь рассказывали, что в последние недели он стал помягче…

— Нет. Но мы…

— Свободны.

Сотрудники максимально тихо поднялись со своих мест, оставляя Кристофера в одиночестве. Госпожа Вильямс, закрыв дверь за последним, медленно покачала головой.

— Сегодня вы были уж совсем суровы.

— Просто кому-то надо лучше работать, — пробурчал Чой, слегка потерев висок. Тяжесть в голове давила всё сильнее, аукаясь первыми искорками боли. Не фоновой, а уже настоящей. Пока что та была едва заметной, но словно обещала вот-вот развернуться во всю мощь. — Госпожа Вильямс, а вы умеете заваривать облепиховый чай?

— Вы что, и сегодня не пойдёте в лабораторию? — спросила женщина, печальным взглядом осмотрев своего босса.

— Проект работает как часы, так что не вижу ни единой причины появляться там, — прохладно отметил Крис.

— Почему вы не можете просто пойти и извиниться?

Извиниться. Как-будто это так легко осуществить!

— Знаете, за семь лет брака я стал профи по извинениям вне зависимости от того, прав я в ситуации или нет. Чёрт, да я просто спец по вымаливаниям прощения! И поверьте, если бы понимал, что от меня сейчас требуется, то сделал это.

Но Кристофер не понимал, как извиниться перед женщиной, которая на тебя не обижена.

— Вчера мы возвращались с малышкой домой, — после небольшой паузы призналась секретарь. — Я как бы вскользь поинтересовалась, почему вы больше не общаетесь, и Ми мне повторила ровно то же, что и вы: проект работает как часы, и вы наконец-то можете не отвлекаться на проблемную тему. А когда я сказала, что вряд ли вы бы стали тратить столько времени на человека, который не интересен, она меня оборвала и закрылась. Господин Чой, вы же меня знаете — я даже кирпич могу разговорить. Но такого глухого блока не встречала очень давно.

Они встретились взглядами, и Чой почувствовал очередной укол в висок. Но Ванесса осторожно выдохнула и уже гораздо мягче добавила:

— Я не знаю, что между вами произошло, но кажется вы если и извинялись, но не за то. Может всё-таки попытаетесь ещё раз?

— Госпожа Вильямс, даже госпожа Ли вам сообщила, что в этих встречах нет необходимости. Возможно вы забыли, но я женат на женщине, от одного взгляда на которую захватывает дух. Может наконец перестанете лезть не в своё дело? И что насчёт чая?

— Я закажу в кофейне на нулевом этаже, господин.

Облепиховый чай, который появился на его столе уже через пятнадцать минут, был в принципе вкусным. Сладость плотно переплелась с кислинкой, и послевкусие оказалось приятным. Но он был всё равно не тем, и, сделав пару глотков, мужчина вылил его в раковину.

Он осознавал, что попросту привык к своей связи с Мирандой Ли. Привык находиться в её ауре и успокаиваться рядом с ней, имея возможность сосредоточиться на работе. Привык наблюдать, как она прикусывает губу, когда на хорошеньком личике появляется задумчивость. Привык к мягкой улыбке и непроизвольной заботе, которую проявляла по отношению к нему. Кристофер очень хотел, чтобы всё было как раньше, но даже примерно не представлял, что должен будет сказать. Это ему без своего маленького солнышка плохо, а для неё он просто неадекватный начальник-самодур. Не было ни одной объективной причины для их повторного сближения. Не было, и всё тут!

Потерев виски, Кристофер поднялся со своего места. Привычный пейзаж за окном не успокаивал, а отблески солнца только вызвали приступ боли. И Чой вначале прошёл вглубь кабинета, а после и вовсе покинул его. Шёл, не разбирая дороги, пока не услышал перед собой удивлённый голос.

— Господин Чой?

Миранда стояла перед диваном, на который он, как выяснилось, уселся, и смотрела на него если не ошарашенно, то с явным недоумением. Джинсы, майка на тонких лямочках — при нём она такие не носила, и какие-то огромные серьги-кольца, которые практически терялись на фоне собранных на затылке, но уже подрастрепавшихся волос. Кристофер всё смотрел ей в глаза, и кажется только то, что сознание было словно в тумане, помешало в полной мере осознать, насколько сильно он соскучился.

— Простите мне моё любопытство, но что вы здесь делаете, господин Чой? — опять спросила его девушка. — Почти восемь вечера, и я отправила вам отчёт час назад. Если с ним что-то не так, то…

— Мне действительно нужна причина, чтобы прийти сюда? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал как можно нейтральнее.

— Забылась, — пожала плечами Ми. — Тогда не смею вас отвлекать.

Она подхватила сумочку со стола, взяла огромный платок, в который наверняка закутывалась во время передвижения по улице, и направилась в сторону двери. А Крис всё продолжал сидеть, смотря перед собой и думая, как глупо всё выходит. Пришёл сам не помнит как, но оказался даже не в состоянии начать разговор.

Дверь открылась, но почти что сразу и захлопнулась, а уже через несколько секунд девушка уселась прямиком на столик перед ним.

— Вы принимали обезболивающее? — строго спросила она, глядя в глаза.

— Нет, — покачал головой Чой, даже не удивившись, как Миранда догадалась. — Сейчас вернусь к себе и попрошу таблетку у секретаря.

— Болит так, словно обручем сдавило? — не отставала Ми.

— Верно.

— Я могу убрать боль. Давайте руку.

— Убрать боль?

Даже несмотря на туман в голове, ситуация его удивила.

— Несколько минут. Дайте мне несколько минут, — она смотрела так, словно это было важно в первую очередь для неё. — Всё будет хорошо.

Кристофер протянул ладонь, и Ми взялась за неё своей маленькой ручкой. Вторую она приложила ко лбу мужчины и попросила закрыть глаза. Чой послушно зажмурился, опустил голову и сосредоточился на ощущениях внутри.

От нежных ладоней разливалось тепло, и чувство спокойствия наполнило его буквально до краёв. Дышать стало легче, а в голове крутилась лишь одна мысль: он хочет обнять Миранду. Прижать к себе и просто не отпускать — так сильно ему не хватало этого тепла и спокойствия. Притом не только сейчас, но и вообще в своей жизни.

— Можете открывать глаза, — сообщила девушка, отнимая ото лба ладонь, но позволяя при этом переплестись их пальцам. — Легче?

— Вообще больше не болит, — улыбнулся Крис, не в силах оторваться от её синих глаз. — Как ты это сделала?

— Не знаю, — пожала Ми плечами. — Просто иногда могу убирать чужую боль, но не всегда и не у всех. Только пожалуйста, сохраните это в тайне. Это ведь… странно.

— А по-моему, это чудесно, — он поправил выбившийся локон за ушко, продолжая смотреть с нежностью. — Но, если хочешь, я не буду никому говорить.

— Господин Чой, — Миранда продолжила очень серьёзно. — Кажется, вас что-то беспокоит, и лучше бы решить проблему в ближайшие дни. Я убрала боль, но она — только симптом. Оставите всё как есть, и завтра станет ещё хуже.

Она отняла свою ладонь, собираясь подняться и уйти, но Кристофер перехватил её, не позволяя это сделать.

— Моя проблема — это ты, — признался он, смотря снизу вверх. — Я так привык к нашим разговорам и к тому, что могу прийти к тебе, что сейчас буквально с ума схожу. Знаю, это звучит эгоистично, но уже не справляюсь с этим в одиночку. Я был неправ, когда нагрубил тебе — не твоя вина, что в моём браке всё наперекосяк, и ты не знала, что задеваешь больную тему. Но когда ты воздвигла вокруг себя стену, я оказался словно в изоляции. И увидеть тебя сейчас — словно глоток свежего воздуха.

Миранда молча уселась на прежнее место, но не позволила взять себя за руку. Она смотрела в глаза Чою очень серьёзно, и мужчина понимал, что ждёт её слов с волнением.

— Господин Чой, мне тоже очень нравилось наше с вами общение, но оно же… неправильное. Разве не лучше всё оставить как есть?

— Не лучше, — твёрдо произнёс Крис. — Пожалуйста, давай вернёмся к тому, что было у нас раньше.

— Болтовня во время перерыва и совместные чаепития? — улыбнувшись уголком рта, уточнила девушка.

— Я буду приносить тебе самые вкусные пирожные, которые только продаются в этом городе!

— А вы умеете ходить с козырей, господин Чой!

Она рассмеялась, но Кристофер остался серьёзен, покачав головой.

— Кристофер. Зови меня по имени.

Миранда снова стала серьёзнее, но всё же медленно кивнула.

— Как скажешь. Тем более, осталось-то всего два дня.

— Два?

Что за ерунда! Она что, собралась взять паузу в проекте? Но почему он пропустил этот момент?..

— Завтра — последний день, который включает в себя прогонку программы до полуночи, а ещё через день — сдача проекта.

Кристофер почувствовал, как почва попросту уходит у него из-под ног. Они что, больше не увидятся? И если бы он и сегодня не пришёл, это бы просто закончилось и больше никогда не повторилось…

Стоп. Это всё он обдумает потом, а сейчас надо взять себя в руки.

— Получается, ты просидишь здесь почти что до поздней ночи? Тогда одними пирожными не обойтись — придётся принести как минимум тортик.

— Но я тебя умоляю, пусть это будет что-нибудь маленькое и лёгкое!

Они рассмеялись, поднимаясь со своих мест и покидая лабораторию вместе. Крису до чёртиков хотелось не просто придержать перед Мирандой дверь, но и помочь закутаться в платок, обнять, переплести их пальцы, пока спускаются вниз в лифте. И сам же себя осадил: завтра. Всё — завтра.