Глава 8

Выходные я просидела в общежитии, отказываясь выходить в город.

Теплилась надежда, что при встрече Падия подскажет, как же лучше разрулить ситуацию, однако она отложила свидание из-за непредвиденных дел на следующую неделю.

«Придется решать самой, — вздохнула я, перечитав торопливо написанную красивым, каллиграфическим почерком записку. — Но пусть потом не пеняет, что поступила не так, как надо бы. Как уж «шмогла».

Однако никаких иных вариантов у меня не было, кроме как, трясясь от страха и оглядываясь по сторонам, идти на занятия.

Встав утром раньше всех, я тихо, как мышка, добегала до ворот академии, прошмыгивала во двор, почти перебежками пересекала аллею, а затем опрометью поднималась в аудиторию.

Ожидание возмездия сильно трепало и без того мои напряженные нервы, но иного выхода нет. Лишь увлекательные занятия магистра Эйфеля позволяли мне временно отвлечься от тягостных дум. Вот только курс лекций, увы, подходил к концу. Жаль, я бы с удовольствием и дальше посещала их.

Завершив третью лекцию, преподаватель дождался, когда большинство слушательниц, спешащих в столовую, покинут класс, и обратился ко мне.

— Мои лекции подходят к концу, однако я заметил ваше прилежание. Надеюсь, рекомендованная книга позволила вам почерпнуть новые знания? Если интересно, могу порекомендовать еще несколько.

Под его пристальным вниманием я закрыла тетрадь и от волнения прижала ее к себе. Понятно же, что магистр Эйфель деликатно интересуется: читала ли я книгу. Нет! Хотя очень хотела.

Опустила голову и под взглядом его умных глаз, принялась сбивчиво объясняться. Не хотела оправдываться, однако внезапно пришла в голову гениальная мысль: а ведь у меня сейчас есть удивительный шанс получить бесплатную консультацию высококвалифицированного законника! И как раньше не подумала!

— Благодарю. Да, мне интересно. Вот только… Наверно, уже почти весь Академический поселок наслышан о моих злоключения, — помолчала. — Я на занятия-то хожу с опасениями. А дойти одной до библиотеки — кажется мне невероятным подвигом. Боюсь нарваться на недоброжелателей.

— Да будет вам, — улыбнулся магистр. — У недоброжелателя ныне много хлопот: не уронить достоинство окончательно, обуздать слухи, сохранить лицо. Его имя склоняют на каждом углу, он уязвлено, однако можете ходить совершенно спокойно. Теперь он лично заинтересован, чтобы у вас все было хорошо. В академии с дисциплиной строго. Да и род его известный, влиятельный. Прилюдно опуститься до мести из-за «досадного недоразумения, к которому он непричастен»

— подобно подтверждению вины. Так что зря беспокоитесь.

— Правда?! — я выдохнула с огромным облегчением. — А где находится библиотека?

— Под башней обсерватории. Не промахнетесь.

— Спасибо!

— Только знаете, я все удивляюсь: откуда в вас такая тяга к знаниям? — магистр улыбался, был доброжелателен, однако он очень наблюдателен, и с ним надо быть острожной.

— Воля свыше, — склонила голову, чтобы избежать зрительного контакта. А то по глазам увидит, что вру. — Ударилась головой — и вот, тяга проснулась.

Конечно, глупейшая отговорка, но чем нелепее ложь, тем проще людям поверить в нее.

Пытаться и дальше изображать дикую оборотницу с окраины — бесполезно. Вокруг же не идиоты. Подметили давно, что я стала другой. Лучше начать осторожно показывала свою истинную натуру.

— И чем именно ударились? — лукаво прищурился он. — Есть парочка отпрысков, на которых тоже не мешало бы применить инновационное воздействие.

— Ой, не буду подначивать, — улыбнулась я.

— А чем будете заниматься после окончания курсов?

— Думаю остаться в городе, открыть небольшую парикмахерскую, а там как дело пойдет.

От удивления магистр озадаченно почесал седой затылок.

— Скорее ожидал услышать, что вы собираетесь выйти замуж! — удивленно признался он.

Решив не шокировать собеседника своей самостоятельностью, по здешним меркам слишком смелой, примирительно пояснила:

— Хотелось бы, однако замужество — дело серьезное и спешить с ним не стоит. Но, конечно, хотелось бы.

— И все-таки чем вы конкретно ударились? — взгляд его внимательных глаз взволновал меня, я покраснела и начала изображать легкое кокетство. Закончилось все тем, что общительный старичок лично сопроводил меня до библиотеки.

Стоило войти в зал, я замерла на пороге. От ужаса. Потому что в зале за книгами сидело несколько элитников. И Сарнар был среди них!

— А… а… я потом приду, — сделала осторожный шажок к выходу, и едва не наступила магистру на ногу. Вовремя замерла на месте, потому что темноволосый обернулся на меня.

И душа ушла в пятки, потому что у Сарнара под глазом чернел синяк, другой на распухшей губе, и рука вдобавок стянута повязкой. А хуже всего: он едва заметно, но злорадно улыбнулся мне.

Почувствовав повисшее в воздухе напряжение, другие элитники обернулись на нас, затем на него. И магистр Эйфель ехидно предупредил:

— Студиоз Сарнар, рекомендую помнить о дисциплине!

Сарнар в ответ скривил оскорблено-пренебрежительную мину и процедил сквозь зубы:

— Ей напомните! — и отвернулся, будто ему до меня, мелочи деревенской, нет дела. Магистр ободряюще подмигнул мне и направился к стойке библиотекаря.

— Приветствую, Вильд. Вот, привел тебе слушательницу. Порекомендовал ей «Обычаи и традиции двуликих в канве императорских законов» Коттиса.

— Не забудьте магистр, — донесся раздраженный смешок Сарнара, — порекомендовать и свод уголовных законов!

— Не следует меня поучать! — отчеканил жестко Эйфель. — А чтобы вам, студиоз Сарнар, впредь было неповадно умничать, даю вам личное задание: написать работу на пятнадцать листов об обороте запретных средств и влиянии степени вины на размер штрафа.

После чего раздались дружные смешки остальных студиозов. Ох, чувствую, все в курсе моей истории. Я покраснела от стыда.

— Спасибо, — поблагодарила магистра, осторожно косясь на недовольного темноволосого, раздававшего шалбаны потешающимся над ним одногруппникам.

— Мелочи, Навис.

Как только сухопарый библиотекарь Вильд выдал ветхую книгу и предупредил:

— Не забудьте вернуть не позже конца седмицы, — я просияла и выпалила:

— Огромное спасибо. И вам магистр! — и едва ли не с легким полупоклоном благодарности помчалась к выходу, чтобы не искушать судьбу.

Выбежав в коридор, торопливо спрятала учебник в сумку. Чем меньше мои одногруппницы знают о ней — тем меньше шансов, что попытаются испортить. И побежала в столовую.

Ардия жадно уминала двойную порцию сырого мяса. Зато мне перепадало две порции, булок, овощного рагу и всего остального. Хоть какая-то от нее польза. Хотя желание прибить липучку с каждым днем только крепло.

— Где тебя опять носило? Девочки уже подумали, что ты к Сарнару убежала, — прошептала она — Представляешь, все в курсе той истории!

— С твоей подачи?

Ардия почти естественно насупилась.

— Плохо же ты обо мне думаешь! Я молчу, хотя все допытываются!

— Да-да, и ты решила хранить секрет коллективно?

— Это как?!

— Так, — я шумно выдохнула.

— Между прочим, все девочки теперь считают тебя очень хитрой штучкой, потому что парнями так и вертишь, чтобы поддержать интерес.

Я вздохнула еще громче. Да если бы умела так вертеть — наверно, вся жизнь пошла бы иначе.

— Альвиана! — она вытерла рукой рот и захлопала глазами. Дурной знак. — Если у тебя все получится, познакомишь и меня с кем-нибудь из элитников? Ну, пожалуйста! — сложила руки на груди в умоляющем жесте.

— И меня! — раздалось сбоку от пухленькой соседки.

— В порядке очереди, — отмахнулась я, и что тут началось!

— И я! Я тоже… И я! — послышались голоса девушек.

Я закрыла глаза и молча застонала. Объяснять или оправдываться бестолку. Еще жадной посчитают.

Вечером, возвращаясь из академии в общежитие, нам дорогу пересек лучезарно улыбающийся Сарнар. При виде него Ардия застыла и даже перестала дышать. Жалкое зрелище, но я понимала ее отчасти.

Он симпатичен, с атлетической фигурой, хорошо одет, еще и пахнет от него очень приятным, даже волнующим парфюмом.

— Перестань распускать слухи! — нагло заявил он, и я чуть не подавилась.

— Что?! — вот лжец! — Скорее ходят слухи, что вы воспылали страстью к лавочнице. Как там ее зовут? Зеба, кажется, — и улыбнулась. От напоминания о страшненькой и уже немолодой продавщице лицо Сарнара брезгливо перекосилось. Он сделал шаг ко мне, наклонился и тихо-тихо, но зло пошептал на ухо:

— Еще на коленях приползешь! Все равно прослыла вертихвосткой!

— К тебе?! Да ни за что! — прошептала так же вкрадчиво, как и он. Даже на цыпочки привстала, чтобы хоть немного сравняться с ним в росте.

— Посмотрим, — недобро прищурился Сарнар и отступил.

Наблюдая за его удаляющейся спиной, я не знала: истерично смеяться или плакать? Не тронул пальцем — хорошо, но ведь пообещал проблемы.

— Какой он красивый! — прошептала с придыханием Ардия. Глаза ее возбужденно горели, что навело меня на подозрения. Неужели?! То-то его парфюм такой странно-возбуждающий! Феромоны! Вот только я дефективная оборотница, и на меня все это не действует! Но ему не скажу, пусть и дальше дерется с родственниками побочно соблазненных оборотниц! Однако попытка помыкать моими чувствами довела меня до бешенства. А тут еще ко мне, запыхавшись, подбежала еще одна слушательница.

— Альвиана, я заплачу! Только познакомь с элитником! — взмолилась она, смотря на меня возбужденно поблескивающими глазами. Я растерялась, однако Ардия грозно шикнула на нее:

— Только после меня!

Нет, тут все девчонки такие, или это я ненормальная для здешнего мира? Не хочу ни от кого зависеть, предпочитаю быть свободной и думать головой, а не поддаваться влиянию бурлящей от похоти крови. Да, так и прослыву фригидной.

Оставив девиц препираться, я просто пошла дальше, допуская в уме, что если вечер испорчен — еще больше его может испортить Ловчий, который по закону подлости обязательно должен появиться! Хотя…

Я намеренно свернула туда, где почувствовала его присутствие. Пусть видит, как за «недодевицей» носится видный оборотень. А что из ненависти — промолчу.

Дельрен окинул меня надменным вглядом, будто это не он за мной следит, а я за ним, и сделал вид, что прогуливается тут совершенно случайно. Ага-ага! Осталось еще, чтобы и этот упрекнул меня в желании охомутать его. Пф-ф!

Я язвительно улыбнулась, он прищурился, и как только поравнялись, процедил:

— Хорошо развернулась!

От его хлестким слов я окончательно взвилась. С Сарнаром не церемонилась, а с этим хамом и подавно не буду! Подняла выше голову и дерзко заявила:

— Это ты тайком преследуешь, пыль глотаешь, а некоторые действуют дерзко! — и пока ошарашенный моей наглостью Ловчий приходил в себя, поспешила свернуть за дом и скрыться. Еще бы! Обвинила его в тайном ухлестывании за мной. Он едва не поперхнулся!

Обрадованная, что Сарнар поднимать на меня руку не собирается, а Ловчего сумела огорошить, я довольная вернулась в общежитие. Но когда поднялась по лестнице на свой этаж, у комнаты увидела трех слушательниц, подпиравших спинами стену у моей двери.

«Неужели бить будут?» — испугалась и застыла на месте. И тут они, заметив меня, с радостными улыбками бросились навстречу.

— Альвиана! Привет! Я у нас с сестрой день рождения! И мы решили позвать тебя к себе!

— Как неожиданно, — прищурилась я. — Даже очень. Что же повлияло на ваше мнение? Ведь помнится, еще пару дней назад я была выскочкой!

— Да ладно тебе! Мы не успели с тобой познакомиться, и первое мнение сложилось ошибочным.

— Ой ли? А вдруг ваше мнение снова переменится. Как-то не хорошо, если вас за компанию станут тоже называть заучками! — пока они хлопали глазами, взвешивали профит от дружбы со мною и репутационные потери, я бочком проскользнула в комнату и захлопнула дверь перед их носами.

Да с такими подругами врагов не надо! А уж Ардия! После феромонов Сарнара окончательно подурнеет.

Я заперлась в комнате. На стуки не отвечала. И как нельзя лучше пригодилась библиотечная книга.