Глава 13

Сердце в груди стучит так, что странно, почему до сих пор не пробило в ней дыру. Я знаю, что ничего хорошего утром не ждёт, но и поступить по-другому не могла. Можно смириться с тем, что дороги в родной мир нет, но как смириться с ролью игрушки?

Осторожно высвободила руку из хватки. А ничего так Калим удобный, нехотя слезла с мужчины. Некоторое время сидела, рассматривая мужчину. Всё в нём хорошо, кроме брата и неправильного отношения к женщинам. Но ничего, думаю, это можно исправить. Сюда же он принёс меня на руках, а ведь мог пинком под попу погнать, как барашку.

Хотелось бы помечтать об особенном ко мне отношении, но после того, что я сделала доверие потеряно. Жаль? Конечно, ведь доверие основа любых отношений. Но… может, Калим поймёт или сначала простит, а потом поймёт?

Тяжело вздохнула, пошла отпускать бедных музыкантов, которые всё это время играли без остановки. Надеюсь, что времени прошло достаточно, чтобы не уронить честь Повелителя. Музыканты сначала не хотели уходить, мол, Повелитель не отпускал. Но страх потревожить его сон оказался сильнее.

В тишине убрала посуду, спрятала еду. Немного постояла в гостиной пропуская сквозь пальцы жемчужно-рубиновые нити. Красиво. Калим организовал для меня праздник, а я его усыпила.

В спальне, стоя перед зеркалом, попыталась снять колье, но не смогла — замочек не находился. Совсем. Браслеты. То же самое. Серьги не стала и пытаться. Значит, рубиновые гарнитуры — не совпадение, а целенаправленные действия. И моё непреодолимое желание порадовать хозяина вызвано именно этим.

Да что ж за мир ненормальный?! Неужели мужчины здесь так слабы, что без магии ничего не получается? Или… Догадка молнией пробила сознание. Я хотела посмотреть на лицо настоящей Аманты, когда папенька скажет кто её будущий муж. А сама едва не прочувствовала на себе эту «прелесть». Ууу гады!

Теперь понятно, почему хоть сколько-то тёплые, человеческие отношения между мужем и женой такая редкость. Он её просто покупает, а после ночи судя по всему, женщина без него не видит смысла жизни.

Мне этого не рассказывали. И в памяти Аманты этого тоже нет, иначе я бы даже пальцем не прикоснулась к этим цацкам. Ну от «отца» я ничего хорошего и не ждала, поэтому убрала от греха подальше, но от Калима не ожидала такой подставы. Наверняка каждый мужчина знает о необычном побочном действии такого подарка.

И как узнать оно одноразового действия или пока «покупатель» не получит желаемое? Опять покрутила колье и браслет — замочка нет. Чёрт!

Тихонько открыла нижний ящик комода, достала шкатулку от «отца» и вышла на улицу. Холодный свет луны отбрасывал длинные тени. Осмотрелась — вроде никого нет. За время озеленения пустыни я научилась управлять магией земли. Не так чтобы возводить дворцы, но достаточно, чтобы больше не нуждаться в вилах или лопате.

Зашла за угол дома, чтобы оказаться в тени и послав магию «выкапывала» глубокую яму. Успокоилась, когда горка из песка стала выше меня. Ещё раз осмотрелась и выбросила шкатулку тут же засыпая её песком.

Одноразовая магия на этих цацках или нет, но будет лучше, чтобы даже случайно они не оказались на мне ещё раз. И рубины больше не ношу. Ну их.

Мелко дрожа от холода, забежала в дом и поскорее на кухню. К печке и горячему компоту. И еде. От нервов аппетит разыгрался. Методичное пережёвывание немного успокоило, но идей, как быть дальше и что говорить утром по-прежнему нет.

Калим будет в ярости. Даже то, что я аманат и вроде как убивать меня нельзя вряд ли будут сильным оправданием. Улыбка тоже не поможет, наоборот, он ещё быстрее сделает меня своей игрушкой.

— Может, войну с кем организовать по-быстрому? — отщипнула кусочек лепёшки и макнув в соус, положила в рот, прикрыв глаза от наслаждения.

Это Калиму я подала простую еду, а для себя успела приготовить вкусный соус, замаринованное мясо и нежный шербет без орехов. Так что маленький пир перед смертью скрасил ожидание до утра.

Стоило солнцу тронуть горизонт, как по ступенькам затопали проворные лапки. Мой фенек, нагулявшись, вернулся домой, тихо ворча себе под нос. Каждый раз глядя на него улыбаюсь, эти уши не могут никого оставить равнодушным. Лис, повёл носом принюхиваясь и сев в дверях, наклонил голову.

— Привет, гулёна. Как твоя ночь?

Встала, достала его миски в одну накрошила мелко мясо и фрукты, а в другую налила свежей воды. Этот маленький зверёк спасает меня каждый день от тоски, одиночества, отчаянья, а вчера от магии. Поставила перед ним миски и осторожно погладила маленькую голову.

— Спасибо тебе, — лис, как обычно, заворчал — не любит, когда лезу с нежностями и особенно во время еды.

А куда мне её девать? Любимого нет, детей нет. Только он и растения. Кстати, о последних. Пока солнце не поднялось надо всё хорошенько полить.

Лёгкий звон колокольчиков и браслетов разрезал тишину песков. Магия легко струилась из моих рук. Я радовалась каждой грядочке, каждому растению и гордилась собой. И это только начало. В моей голове такие идеи и планы.

— Вижу, тебе не спится с утра, — насмешливый голос вернул в реальность.

— Сейчас идеальное время для полива.

— Неужели братец теряет форму? — Анвар медленно подошёл, оставив между нами не больше тридцати сантиметров.

Слишком близко. Хочется отойти, но это слабость и может быть расценено, как приглашение к игре.

— Ваш брат великолепен. Да продлят боги его дни, — Анвар не верит. Прищуривается. Протягивает руку, чтобы взять меня за плечо, но в последний миг отдёргивает её и отступает на два шага назад.

— Если так, надеюсь, в этот раз ты удержишь его здесь. Калим падок на красивых женщин. Я поверю, что Хатир правильно тебя воспитал и ты сделаешь всё как надо.

— Но Повелитель может…

— Значит, сделай, чтобы не смог, — Анвар процедил слова сквозь зубы и резко развернувшись, поспешил прочь.

Чтобы не смог я уже сделала. Только вряд ли Калим в восторге, да и Анвар явно не это имел в виду. Закончив с поливом поспешила в дом: может вкусный завтрак смягчит гнев Калима?

Чем можно порадовать того, кто владеет миром? Посмотрела на свои нехитрые запасы и решилась на самое простое, в чём-то даже банальное, но бесконечно вкусное — блины.

Фенек запрыгнул на стул и внимательно следил за моими действиями: периодически чихал, ворчал, когда, по его мнению, насыпала мало сахара и царапал лапкой, чтобы не жадничала с маслом.

— Ты же лис, откуда столько любви к сладкому? — он, конечно же, не ответил. Вновь чихнул и склонил голову набок.

Когда с блинами было закончено, завернула в них разные начинки: ягоды, мясо, творог. Скорей всего Калим предпочтёт мясо, но пусть будет разнообразие.

Фенек требовательно бил меня лапкой.

— Хорошо, хорошо, сейчас дам, — улыбнулась и порезала блинчик с ягодами. Это чудо блины предпочитает сладкие и с ягодной начинкой. А мясо просто мясо, без изысков и специй.

Заварила крепкий чай, поставила на поднос тарелки с блинчиками, вазочки с вареньем, мёдом и соусом, салфетку и приборы.

— Боги, помогите, — резко выдохнула и пошла будить Калима.

Даже во сне он сохранял серьёзность и величие. Упрямая складка на переносице, так и манила провести пальцем разглаживая. А чувственные губы соблазняли. Кому скажи, что я даже не целовалась ни разу. А ведь дожила до двадцати пяти лет. Серая мышь, к тому же плоская со всех сторон. В общем, мужчины любили со мной дружить, но категорически не хотели других отношений.

— Маринка, ты классный друг, это надёжнее любви.

Я сбилась со счёта сколько раз подобное слышала. А потом махнула на всё рукой и замкнулась в своей ракушке, сосредоточившись на археологии и реконструкции.

И вот сейчас глядя на Калима, на чистом упрямстве сопротивляюсь его магнетизму. Мне льстит его желание. Но это влечение к чужому телу, а не ко мне, как личности.

Поставила поднос на тумбочку и только хотела позвать Калима, как:

— Повелитель! Повелитель! — громкий топот и крик заставили меня вздрогнуть, а Калим лишь резко раскрыл глаза и повернул голову к двери.

В комнату вбежал воин и упав на колени, вытянув вперёд руки, взволнованно сказал:

— Повелитель, Адаржан заключил договор с...

— Я понял. Где они?

— На границе западных земель.

— Пошёл вон, — воин, не поднимая головы, выполз в коридор. Калим посмотрел на меня. Он всё понял. Медленно сел, удерживая мой взгляд.

Ой, зря я с блинчиками возилась, лучше бы кусок мяса приготовила. Большой и с кровью. Отступила на шаг от кровати.

— Страшно? — вкрадчивый шёпот морозом пробежал по коже. Я лишь кивнула. — Правильно.

Калим посмотрел на поднос, улыбнулся уголком рта.

— И что же внутри на этот раз?

— Мясо, ягоды, творог.

— И всё? — и такое искреннее удивление в голосе, что на миг поверила.

— Да, мой Повелитель.

— Даже яда не припасла?

— Нет! У меня и в мыслях…

— О твоих мыслях потом, — голос стал жёстким. Он встал, нависнув надо мной грозовой тучей. Если вчера его глаза темнели от желания, то сейчас тёмная сталь обжигала холодом. Могильным. — Что же ты вчера сделала?

Горячая ладонь нежно прошлась по моей щеке, пальцы запутались в волосах.

— Я помогла Повелителю отдохнуть?

Согласна, звучит абсурдно, но на дурочек нельзя же обижаться, верно?

— А я просил помочь мне с этим? — его рука сжала мои волосы, заставляя отклонить голову.

— Вы просили удивить вас, мой Повелитель, — тёмные брови резко поднялись, и хватка ослабла.

— Возможно, я не ошибся в тебе, — большой палец прошёлся по моим губам, слегка надавливая, вынуждая приоткрыть рот.

— Вы снимите с меня эти украшения, мой Повелитель? — а вдруг мне повезёт, и удача улыбнётся.

— Зачем? — уголок чувственных губ слегка дрогнул, намекая на улыбку. Горячие пальцы поддели украшение и нежно поглаживая основание шеи прошлись от плеча до плеча.

Тяжело сглотнула. Я не хочу. Не так и не в нынешнем положении. И, кажется, Калима уже не сильно беспокоит, что кто-то с кем-то о чём-то договорился. Плохо. Очень плохо. Можно сказать, боги услышали меня и послали неприятности Калиму. Хотя, наверняка, это Анвар подсуетился, не зря же хотел, чтобы брат здесь задержался.

— Вы настолько сомневаетесь в себе, что без этих цацок я не могу хотеть вас?

— Ты забываешься, — он схватил меня за горло слегка сдавливая. Камни впивались в кожу.

Главное спокойствие. Нельзя показывать сильный страх, но и изображать смелость тоже не стоит.

— Что вы мой Повелитель, — мягко улыбаюсь и расслабляюсь, показывая своё доверие. Судя по вмиг расслабленной позе, я угадала его желание. — Я просто интересуюсь. Почему красивый, могущественный мужчина в свою кровать хочет безвольную куклу. Почему имитация любви ему важнее искренних чувств? Почему Повелитель мира соглашается на суррогат?

Калим разжимает руку, гладит шею, на которой наверняка остались следы от камней. Но нет больше гнева. Неужели мне так повезло, и я прощена?

— Это традиция.

— А я думала вы Повелитель, — пальцы вновь сжали шею. — Я привыкла думать, что вы наш закон, а значит всё подчиняется вам. В том числе и традиции.

— Сомневаешься в моей власти?

Он на меня смотрел как учёный на неизвестное животное. То ли вскрыть сразу, то ли сначала понаблюдать.

— Если чуть-чуть, — пальцы пробрались под колье и резко дёрнув, разорвали его.

— Помни: я — закон, я — традиция, я — твой господин. Мы обязательно вернёмся к прерванному.

И не говоря больше ни слова, он ушёл. А я рухнула на пол, потому что ноги перестали держать, словно все кости превратились в кисель. Облокотилась головой на кровать тяжело дыша. Под окнами Калим отдаёт резкие приказы. Слышно топот ног, ржание лошадей. И откуда они все? Вроде бы вчера никого не было.

Я получила отсрочку, но вряд ли надолго. И что мне делать, когда Калим вернётся? Отказы его распаляют, но не наводят на мысль о браке. А на меньшее я не могу согласиться. Но и брак хочу по любви, чтобы меня уважали и ценили.

В руку ткнулся мокрый нос, мягко улыбнулась и прижала фенека к груди.

— Прорвёмся, малыш, главное манёвры.