Глава 15

Особо не церемонясь меня связали, заблокировали магию и перекинув через лошадь, повезли. В голове роилась тысяча вопросов, но задать не могла ни одного — кляп. Между собой мужчины тоже не разговаривали. Жаль.

Паника накатывала волнами. В голове то и дело «вспыхивали» чудовищные картинки, что со мной могут сделать. Я не понимаю, если Анвар заодно с моим «отцом», то почему же отдал наёмникам? Хатир наверняка пойдёт войной за украденную дочь — повод более чем достойный, но ведь ему нужно это тело для возвращения настоящей Аманты. А Анвар об этом не знает или знает?

Дорога в посёлок мне показалась более приятной, чем сейчас. Я молила о спасительной темноте и она, сжалившись, пришла.

— Что-то хлипкая она какая-то.

— А что ты хотел, амира как-никак, — сухие пальцы нащупали пульс на шее. — Живая, скоро оклемается.

— Илан поднимается, успеть бы до границы, — раздражение сквозило в каждом звуке. Лёгкие шаги и меня легонько бьют по стопе. — Вставай нет времени на женскую придурь.

— Полегче ты. Мы же не знаем для чего она. А я не намерен терять деньги из-за тебя.

Застонав, приоткрыла глаза. Кое-как села, руки по-прежнему связаны, кляпа нет, и к счастью, я одета. Даже платок не сняли. Мне определённо повезло, ведь пока они не видят моей красоты я в относительной безопасности.

— Что сидишь? Вставай! — нервный голос принадлежал щуплому мужчине закутанному, как и остальные в чёрные одежды. Взгляд полный презрения и злобы.

Чем я ему не угодила? Но решила не искушать судьбу и кое-как поднялась на ноги. В голове стучали молоточки, жутко хотелось пить. А ещё больше хотелось оказаться дома, обнять своенравного лисёнка и больше никогда не следить за Анваром. Попалась, как ребёнок в его ловушку.

Второй, как я понимаю, главный в этой троице, именно он передал деньги Анвару и к нему прислушиваются, подошёл ко мне и развязывая верёвки, сказал:

— Без глупостей. Я бы предпочёл быстро доставить тебя заказчику и получить свои деньги. Не люблю проблемных. Мы поняли друг друга?

Я лишь кивнула, говорить не получалось. Растирала затёкшие руки с красно-серыми полосами и думала, как сообщить главарю о моей природной нужде. Но видимо, опыт у него большой в похищении, поэтому сам предложил, показал на жиденькие кустики и сказал:

— За ними можешь всё сделать. Бежать не советую.

Да какой бежать? Руки еле слушаются, да и блокирующие магию браслеты на руках не лучшее украшение и подспорье в жизни. С трудом переставляя ноги, скрылась за кустиком.

В целом всё не так плохо, как могло быть. Насиловать меня не будут — главному не нужны проблемы. Знать бы ещё кому я понадобилась и для чего. Если я правильно понимаю, то отсутствие голоса неслучайность, а магия. Как только передадут заказчику, так он и появится. А, может, это из-за браслетов?

Посмотрела наверх, но из-за густых крон деревьев не смогла понять сколько времени — солнца не видно. Зато прохладно. Лес — это не пески. Шум жизни ласкал слух, и внутри теплилась надежда, что всё будет хорошо.

Возможно, абсурдно. Наивно. Но мне так легче.

Возвращалась с уже более живыми конечностями, и честно сказать, совсем не хотелось вновь оказаться связанной. Дайте мне лошадь, и я поеду сама, куда скажете, даже не буду пытаться сбежать — всё равно некуда.

— Держи, — главарь всунул в руки бурдюк с водой. Пока я жадно пила давал указания. — Я не буду тебя связывать, но ты делаешь только то, что я скажу.

Я кивнула, принимая условия. Согласна на многое, лишь не связывали.

— Попробуешь сбежать, — на руке мужчины появился огненный шар. — Станешь горсткой пепла.

Вот тут я логику не поняла, он же денег хотел получить, и вдруг пепел… Мне бы знать, насколько я ценный «груз», чтобы лишний раз не дёргаться.

Выхватив бурдюк из руки, он показал мне за спину.

— Садись и поехали, хочу до вечера до границы доехать.

Вороная лошадка спокойно стояла, пока я садилась в седло. А после спокойно пошла. Впереди ехал главарь, а позади оставшиеся двое. Спину обжигал взгляд полный ненависти, но тут я ничего не могла поделать. Только попытаться отвлечься и рассматривать лес. Несколько часов в седле и захотелось остановки. Я в принципе не привычная к такому досугу, а после долгого перерыва словно в первый раз верхом. Просить привал бесполезно, уверена главарь хотел бы мчать галопом, но я не удержусь — запястья поранены серьёзней, чем казалось на первый взгляд. И по какой-то причине раны не лечат, то ли не умеют, то ли чтобы я не дёргалась.

Я так погрузилась в мысли, что даже глазом не моргнула, когда по обе стороны от меня пронеслись огненные шары. Сзади не донеслось ни звука. Проверять, что стало с конвоирами не стала. Как известно, и это я знаю на личном опыте, меньше знаешь — крепче спишь.

Главарь как-то неестественно замер, и я остановила свою кобылку. Сердце испугано стучало. Если меня ещё раз украдут, то где гарантия, что не тронут? Без магии я беззащитна, как ребёнок. Я пыталась выглянуть из-за спины мужчины, но никого не видела. Пока этот кто-то не вышел сам.

Задержала дыхание. Интересно: убьёт сразу или позволит объясниться?

— Думала, что от меня можно сбежать? — тихое шипение пугало сильнее крика.

Я попыталась сказать, что не виновата, но звук по-прежнему не шёл. Признаю, что временами бываю отчаянной, но это скорее от испуга или гнева, чем черта моего характера. Но даже этого отчаянья не хватило бы на то, чтобы просто допустить мысль о благополучном побеге от Калима.

— От радости дар речи потеряла? — он ещё и издевается.

Вновь пытаюсь сказать. Калим нахмурился, подошёл ближе, увидел следы на запястьях, подцепил пальцами магические браслеты и те рассыпались. Я открыла рот, чтобы поблагодарить, но Калим поднял руку останавливая меня. Убедился, что падать не собираюсь и пошёл к главарю.

Их «разговор» я бы предпочла забыть. И нет, я ничего не слышала, а только видела, правда начало, но мне и его хватило. Теперь будут по ночам кошмары сниться. Когда все говорили, что Калим скор на расправу, я даже не предполагала, что она может быть такой… Жестокой и кровожадной. При этом на лице полное спокойствие, и даже скука.

Не знаю о чём он спрашивал, но, судя по всему, ни одного ответа ни получил. Потому что после того, как от главаря остался пепел он спросил:

— Куда тебя везли?

— Н-не знаю, мне ничего не говорили. Только чтобы не пыталась сбежать и что хотят деньги поскорее забрать.

— Как ты у них оказалась?

И вот тут я поняла, как попала. Я не могла назвать Анвара или намекнуть о нём. Чёрт! Калим злится, а я ничего не могу сделать. И как с этим быть?

— То есть ты пошла с ними добровольно? — Калим хмурился, но не подходил.

Может потому, что боялся и меня убить за компанию, а может на расстоянии удобнее смотреть мне в глаза не поднимая головы.

— Нет! Меня украли! — сжала пальцы в бессильной злобе на… А на кого? «Отца», Анвара или какого-то мага-затейника, поставившего запрет на возможность говорить?

— Из дома? — он начал не спеша подходить, а у меня сердце готово вот-вот остановится, настолько разъярённым был его взгляд.

— Н-нет. Я… ухаживала за своими грядками, а потом пошла посмотреть место под будущий сад, возле первой дюны. Вот там меня и похитили.

А Анвар подло продал. И ведь он в деньгах не нуждается — брат же Повелителя. А столько мелочности.

— И ты так удачно одета в кафарас, — даже сидя на лошади чувствовала себя маленькой перед стоящим Калимом.

— В грядках ковыряться удобнее в штанах, чем в юбке, мой Повелитель. А как вы узнали, что я здесь?

— Анвар сообщил, — Калим легко вскочил в седло позади меня и забрав вожжи, тронул лошадь.

Повелитель злился и не скрывал этого, конечно, у него же кто-то с кем-то объединился. Ему надо серьёзные вопросы решать, а не меня спасать. А Анвар каков: и денег заработал, и Калима отвлёк. Он был уверен, что Калим поступит именно так, а мы будем молчать.

Всю дорогу мы молчали. Вопросы, конечно, мучили, но злость Калима острыми иголочками ранила. Я понимаю, что сглупила, что виновата, но я же хотела как лучше. Хотела показать «гнилое» нутро Анвара.

В посёлок вернулись после обеда. Измождённые или, правильнее сказать, изжаренные солнцем. Единственное о чём мечтала — погрузится в прохладную воду.

— Ты её нашёл! — у Анвара было такое счастливое выражение лица, что не знай я правды поверила бы в его искренность. — Хвала всем богам!

— Может, объяснишь как так вышло, что её украли? — Калим рычал, что я сжалась в комочек, чтобы не дай боги и меня не зацепило. — Где стража?

— Стражу опоили. Прости, брат, недосмотрел я.

— Удалось узнать кто?

— Нет. Я подозреваю, что это наёмники, потому что никто из жителей не видел чужаков. Караван ещё не приходил. Сам знаешь, что это настолько забытое место, что…

— Я понял. Иди.

Эх, не то он понял. Тяжело вздохнула, поджав губы. Всё, что мне остаётся — это смотреть, как Анвар уничтожает созданное Калимом. И молиться, чтобы остаться живой. С этого изверга станется меня ещё кому-нибудь продать.

Но означает ли сегодняшнее спасение, что Калим мою дорожит? Или это просто пока между нами ничего не было? Пока я размышляла над бренностью своего бытия Калим спрыгнул и осторожно снял меня с лошади.

— Иди отдохни, лекарь скоро будет, — и не дожидаясь моего ответа широким шагом зашагал прочь.

Я пожала плечами и скрылась в прохладе дома. Туника противно липла к спине, да и штаны тоже. Стоило подняться на второй этаж, как фенек с диким визгом запрыгнул мне на руки и слегка прикусывая, ворчал и ругался.

— Прости, малыш, я не специально. Сама испугалась очень. Ты голодный? Хотя, конечно, голодный, пойдём я тебя покормлю.

На кухне лисёнок отказался слазить с моих рук, но в кусочек мяса впился своими маленькими острыми зубками.

— Слушай, я помыться хочу. От меня лошадью за километр несёт. Ты со мной?

Вначале он проигнорировал меня, но когда я вошла в ванную и начала погружаться в воду — спрыгнул, недовольно фыркнул и убежал на кухню к миске с едой.

— Вот так бы сразу, а то прям царевич, — сняла платок и не раздеваясь, погрузилась в воду. — Боже, как же хорошо.

Вдоволь наплескавшись, вылезла из воды, когда поняла, что начала потихоньку подмерзать. С радостью избавилась от мокрой одежды и завернувшись в чистую простынь, пошла в спальню.

Но у двери меня поджидал лекарь. Интересно, где его раздобыл Калим? Мужчина быстро осмотрел раны, немного подлечил магией, оставил мазь, чтобы следы окончательно сошли и быстро ушёл. При этом не проронив ни слова, и даже, на меня взгляд, не поднял.

Ничего не поняла в его странном поведении, поэтому пожав плечами вошла в спальню. Зря я не взяла вещи сразу. Надо было лиса скидывать, а не сюсюкаться. И что теперь делать?

В кресле у окна сидел Калим и жадно меня рассматривал. Мне льстит его мужской интерес, но лучше бы замуж позвал. Хотя… нет. Если он сейчас женится на мне, то я по-прежнему буду аксессуаром, но не личностью. Рано нам ячейку общества создавать. А жаль.

Сильнее сжала простынь на груди. Не зная куда деться, что сказать и сделать. Под ней ничего нет. Это знаю я и знает Калим. А ещё она впитала влагу и просвечивает. И пусть тело у меня совершенное, а всё равно неловко.

Калим тоже успел освежиться и переодеться. Интересно долго сидит? И чего пришёл?

— Ты прекрасна, — он, медленно поднялся и удерживая мой взгляд, приблизился.

Нежно погладил меня по щеке, а потом начал осторожно приподнимать волосы. Вроде бы ничего такого, а так приятно, что едва не мурчу. Калим непросто ими любуется, а высушивает. Аккуратно укладывает уже сухие пряди мне на грудь, не забывая вроде невзначай провести пальцами по ней. Ууу искуситель. И ведь знает, что красив, и что отказать очень сложно. Коварно улыбается, кружа и без того потерянную голову.

— С-спасибо, мой Повелитель, — мужские пальцы тронули мои губы. Нежно погладили. Не знаю, что Калим искал в моих глазах (и нашёл ли?), но начал медленно наклоняться.

Мне бы отвернуться, что-то сказать, в конце концов, упереться руками в его крепкую грудь. Но вместо этого я завороженная штормом в его глазах замираю.

Горячие губы осторожно прикоснулись к моим. Замерли, словно Калим раздумывал нравится или нет, продолжать или не стоит. Или это мне дал время привыкнуть? А потом на меня обрушилась вся мощь и жар его страсти.

Я не знаю какие бывают поцелуи, что-то не складывалось у меня с ними. Но в книгах, иногда писали: о поджатых пальчиках, мурашках, кипящей крови и подкашивающихся ногах. Так вот у меня всё это есть. И даже больше.

Я растворялась в Калиме, полностью ему подчиняясь. Отдавала всю себя. Сгорала в огне и воскресала вновь. Этот мужчина определённо знает чего хочет женщина. Ради такого поцелуя стоило оказаться в другом мире и в чужом теле.

Калим подхватил меня на руки и через мгновение осторожно укладывал в постель. Прохладные простыни вызвали лёгкую дрожь в теле или это не они? Лёгкие поцелуи покрывали лицо, спускаясь всё ниже. Я дрожала.

— Что с тобой? — Калим прижал к себе моё рыдающее тельце. — Всё же позади. Ты принадлежишь мне. Больше никто тебя не обидит.

В том-то и дело. Я только что обидела саму себя. Предала свою цель, свою мечту. На Земле меня никто не замечал, как девушку, потому что я серая мышь. А здесь все замечают, потому что слишком красива. И что там, что здесь всем плевать на мои душевные качества. Больно. Как же больно. Просто тело, ничего личного.