Глава 19

Странно, но сейчас тишина песков не напрягала. Чувство будто так и должно быть, так задумано самой природой.

Ноги еле переставлялись, зато потихоньку чувствую магию, и сколько могу, держу водный компресс. На улице похолодало и холод на ногах ухудшает и без того отвратительное состояние.

Я настолько ушла в свои мысли, что не заметила, как догнал фенек и что-то ворчал. Лишь когда он резко завыл, вздрогнула и посмотрела вниз.

— Ты чего кричишь? Надо по тихому отсюда уйти, — лисёнок посмотрел назад, где был дом и опять на меня.

— Нет у нас больше дома. Я ухожу, а ты… Сам решай, что для тебя лучше, — лис, осторожно прикусив штанину, потянул в сторону дома. — Нет. Я туда не вернусь. Прости.

Маленький упрямец не желал сдаваться, поэтому пришлось наклоняться, отцеплять от себя. Он сопротивлялся и извивался, требуя вернуться.

— Нет. Я ухожу, а ты попробуй к Зариде сходить, у неё сердце доброе, покормит, — лисёнок чихнул и отрицательно мотнул головой. — Нет так нет.

Я не могла больше стоять, слишком страшно, потому что Анвар может вернуться, чтобы ещё поиздеваться над слабой и бесправной. Но и уйти от сидящего передо мной лиса с грустными глазами тоже было непросто. Я запрещала себе оглядываться. Незачем.

— Спасибо, что скрашивал мои дни, малыш. Удачи, — наклонившись, погладила его за ушком и пошла дальше.

Я не буду плакать, хоть и грустно прощаться с другом. Пусть лохматым и молчаливым, с длинными ушами и треугольной мордочкой. Но разве это важно?

Надо спешить, а ноги еле переставляются. То и дело с опаской смотрю на небо. Что я хочу в нём увидеть? Не знаю, зябко обняла себя за плечи и ускорила шаг. Холодно. Слишком холодно.

Невесёлые мысли кружились в надоедливом танце. Что сделает Калим, когда узнает о её побеге? А Анвар? Неуверена, что знаю кто из них будет менее зол. «Отец» наверняка об этом узнает и что он сделает? А если его люди где-то здесь, поблизости?

Тряхнула головой, желая физически выкинуть ужасы и просто продолжить своё путешествие с лёгким сердцем и светлыми надеждами. Мир гнилой, но, может, у соседей найдётся нормальный мужчина, способный уважать.

Рассвет словно пытался меня догнать, быстро окрашивал небо, «бежал» по волнам песков. Напряжённо всматривалась в поисках хоть какого-то укрытия. На горизонте виднелась длинная цепь дюн, но это слишком в стороне от нужной мне, да и время вновь поджимает. Когда солнце поднимется я не знаю, как выживу. Стоило солнцу взойти, как увидела вариант спасения — бархан. Он был низким не больше пары метров в высоту, но мне должно хватить, чтобы прятаться в его тени.

Надежда подстёгивала едва не бежать к своему спасителю. Скрывшись в его тени устало села, вытянув ноги. Устала. Хотелось есть, пить и спать. Проблем нет только с водой.

А что мне делать со стопами? Красная кожа бугрилась уродливыми пузырями и болела. Вновь «накинула» водный компресс, облокотилась на стенку и прикрыв глаза уснула.

Меня кто-то настойчиво бил по руке, но сил открыть глаза не было. Устав ждать мой отклик «кто-то» укусил руку и зарычал. Распахнув глаза, обнаружила себя почти лежащей, так как бархан «перешёл» чуть дальше, а надо мной склонился фенек. Мой друг.

— Привет, — в горле першило.

Осторожно села, переместившись под стенку. Лис довольно подпрыгнул и, словно фокусник, вытащил из-за спины трупик мыши, положил передо мной.

Прикрыла глаза, сдерживая спазм желудка. Он же обо мне заботился, даже еду принёс. Не бросил. Маленький смелый лисёнок.

— Спасибо, малыш, но я такое точно не ем, — он опустил длинные уши. — А ты обязательно подкрепись — путь у нас неблизкий.

Тихонько заскулив лис взял добычу и скрылся. Мысленно его поблагодарила. Сама же напилась воды, умылась и задумалась. Если я правильно помню географию и сделала расчёты, то к соседу дойду дня за три, может пять (если собьюсь с пути). Обезвоживание не грозит — это хорошо, а вот голод плюс жара — проблема.

Вернувшийся фенек устроился у меня на коленях, требуя ласки. А мне не жалко, лениво поглаживала шёлковую шёрстку и по привычке рассказывала истории прошлого мира. А что ещё делать среди песков в жару?

Вечером, когда тени стали длиннее, решилась выходить из убежища, чтобы продолжить путь. К счастью, Анвар в погоню не бросился. Возможно, он решил, что я пошла в другую сторону, а может, ещё не проснулся и не знает о моём исчезновении.

Обойдя бархан нахмурилась — на горизонте вместо цепи дюн клубилась пыль. Только песчаной бури мне не хватало. Недолго думая, решила немного забрать в сторону, чтобы держать её в поле зрения. Я не знаю, что буду делать, если она идёт в мою сторону. Главное не думать о плохом, всё ещё может обойтись. Не может же мне настолько не везти.

Ночью я отчаянно мёрзла, а днём изнывала от жары. Казалось, что пески не закончатся никогда. Песчаная буря всё так же была на горизонте. Кажется, мы шли параллельно друг другу.

Силы давно оставили меня, голод сводил с ума, ослабевшее тело едва подчинялось. Но я упрямо шла вперёд. Отступать некуда, да и дорогу назад уже вряд ли найду. В глубине души молилась, чтобы не сбилась с пути и не начала ходить кругами. Впрочем, мне это пока не может грозить, высокое облако пыли справа отличный ориентир.

На четвёртый день пути мне стали слышаться странные звуки, в глазах кружили мушки, и кажется, фенек поддерживал со мной разговор.

— Потерпи малыш, завтра вечером мы выйдем к границе песков, в лесу ты обязательно найдёшь еду. А я насобираю вкусных и сочных ягод, самых сладких.

Ни вчера, ни сегодня лису не удалось кого-нибудь поймать, поэтому он тряпочкой висит на моих руках. А что такое вода для, пусть и маленького, но хищника? Так, пустой звук.

Мне осталось каких-то двести метров до спасительного бархана, как мир зашатался. Из ослабших рук выпал лисёнок. Наклонившись, чтобы его поднять — упала сама. Тьма раскрыла свои душные объятия.

К голове прикоснулось что-то холодное и мокрое. Лениво отмахнулась, поморщилась и еле приоткрыла глаза. Слабость во всём теле до противных мушек перед глазами.

— Хвала всем богам, — Зарида плача обняла меня. — Мы так волновались.

— Где лис… — голос какой-то чужой, охрипший. Подруга удержала меня на месте не давая встать. — Лежи. С ним всё хорошо. В отличие от тебя к вечеру был на лапах и поел до раздувшегося пуза. Где ты его нашла?

— Сам пришёл, — облегчённо улыбнулась и прикрыла глаза.

С ним всё хорошо. Вряд ли смогла бы себя простить за его потерю. Мой маленький верный друг.

— Э нет, не спать, — Зарида подняла мою голову. — Сначала выпей бульон, потом лекарства.

Слова о еде заставили желудок громко застонать, смутив меня до кончиков волос. Пиалу с бульоном Зарида мне не дала, а сама кормила маленькой ложечкой. Всё съесть не смогла. Девушка не заставляла, а протянула чашку с пахнущей травами настоем.

— Теперь отд…

— Расскажи, что произошло, — жёсткий голос разрушил покой, холодом пробрался в самые дальние уголки ускользающего сознания, чтобы «вытряхнуть» наружу, под слепящий свет его стальных глаз.

Зарида быстро выскользнула из комнаты. Комнаты? Рассмотреть ничего не успела, Калим закрыл собой обзор, приподнял бровь, ожидая мой ответ. Я хотела сесть, всё же лёжа не очень удобно, но властное движение руки остановило.

— Я ушла.

Даже не знаю что и сказать. Анвар его брат и, скорей всего, он не поверит моим словам. А факты вещь упрямая — ушла я. Никто не видел того, что делал Анвар, а значит моё слово против его. Силы неравны.

— Почему? Куда ты шла? — резкие, отрывистые слова. Чувство, будто у него лимит, поэтому экономит буквы и эмоции.

— К соседу, — отвела взгляд, не в силах терпеть холод мужчины.

— Ничего с собой не взяв?

— Мне ничего не принадлежит.

— Зачем дом спалила? И песочный замок разрушила, зачем? Столько сил вложила и всё уничтожить? — он не верил ни одному моему слову.

— Я этого не делала! — насмешливый взгляд разозлил окончательно и слова бурным потоком понеслись, желая причинить боль, заставить почувствовать горечь разочарования.

Пусть я не могла сказать, что Анвар предатель, но то, что он со мной делал, срывалось с пересохших губ легко и непринуждённо. Калим хмурился, сильнее сжимал губы. А я как извращенка-мазохистка смаковала подробности. Кроме главной, и Калим, конечно же, её заметил.

— Почему Анвар на тебя напал? — прищурившись, Калим больше походил на статую, чем живого человека. — Что ты сделала?

— Ничего, — это было единственное, что могла сказать. И по сути, правда.

— Анвара ко мне быстро! — вздрогнула от резкого крика, подтянула одеяло до самого носа. — Сейчас узнаем так ли ничего ты не делала. И если обманула…

Он недоговорил, но мне и так стало ясно, что лучше бы мне умереть в песках. Анвар пришёл через долгих пять минут. За это время я успела придумать массу разных вариантов, как Калим будет меня убивать. Не верю, что он поверит мне, а не брату.

— Мой Повелитель, — Анвар с почтением поклонился.

— Оказывается, девушка непросто сбежала, — Калим пристально смотрел в глаза брата, словно боялся упустить важное. — Она убежала, чтобы выжить. Ничего не хочешь добавить?

— Кому ты веришь? Той, что сбежала?!

— Сбегают имея план и хоть какие-то вещи.

— Некоторые удачно прикидываются слабыми и беспомощными.

— Думаешь?

— Уверен, брат. За красивой внешностью прячется холодный расчёт. Хатир специально подсунул тебе её, чтобы отвлечь от главного — насаждения твоей власти над миром.

Калим задумался и прошёлся по комнате. Как я и ожидала он поверит брату, а не мне. Калим чему-то покивал в который раз приблизился к моей кровати. Мне хочется рассмотреть комнату получше, но не сейчас, когда жизнь висит почти на волоске.

— А что ты скажешь на это? — Калим слишком быстро нагнулся и откинул одеяло с моих ног. — Что, тоже холодный расчёт? Хитрый план Хатира?

— Брат, она их сообщница! — Анвар обвинительно ткнул в меня пальцем. — Это же из-за её семьи…

Договорить не дала резко поднятая рука Калима и хмурый взгляд.

— Ты моя тень, но не мой меч. На рассвете будешь наказан, а до тех пор сидишь у Захида.

Анвар хотел возразить, но не посмел. Поклонился и вышел. Захид? Мы в посёлке? Но у кого может быть такая роскошь и простор?

— Лекарь обещал, что к концу недели ожоги полностью исчезнут. Ты вновь станешь красивой.

Может, я сошла с ума или это просто от нервов, но почему-то кажется, словно что-то изменилось. Во взгляде Калима, что-то было новое, до сих пор не виданное.

— Благодарю, мой Повелитель, — робко спрятала изуродованные ноги под одеяло, с опаской посмотрела на мужчину.

Калим долго меня рассматривал, словно видел впервые. В конце концов, что—то для себя решив, молча покинул меня. Это хорошо. Но зря я надеялась отдохнуть: стоило Калиму уйти, как зашла Зарида.

— А я бульончик принесла, — я улыбнулась и похлопала по кровати, приглашая её присесть.

Понятно, что ей интересно где я была и что случилось. Бульон просто повод для девичьих посиделок.

— А где мой малыш? — не успела договорить, как на кровать запрыгнул фенек и, привычно, ворча, подлез под руку ластиться. — Привет.

Пузо у него и вправду выпирало, осоловевшие глаза и вместе с тем отголоски страха видны в них. Бедный, даже не понимает, что нельзя наесться впрок. А регулярное обжорство ведёт к ожирению.

— Рассказывай, что случилось?

И что ей рассказать? Она беременная и тревожить не хочется, но и промолчать не получится.

— Да собственно рассказывать нечего, — пожала плечами стараясь сохранить как можно более беззаботное лицо и голос. — Анвар переживал за брата, думал, что я специально подослана ну и решил немного проучить, а я испугалась и ушла. Заблудилась. И… А как меня нашли?

— Наутро все кинулись искать, но тебя нигде не было. Анвар сообщил Повелителю. Три дня назад он вас принёс.

— Три дня?

— Ну да. Это твой малыш быстро в себя пришёл, а тебя еле вернули, — она, заговорщицки улыбнулась и склонившись, прошептала: — Повелитель ходил как раненный зверь. На всех кричал, угрожал и требовал тебя вернуть, чего бы это ни стоило.

Сердце забилось быстрее, глупая надежда на чудо нашла повод поверить, что всё возможно. Робко улыбнулась и подтянув лиса к лицу, спрятала улыбку.

— А где мы? Что-то не припомню такой красоты у кого-нибудь.

— Так это твой дворец, — Зарида заразительно рассмеялась увидев моё вытянутое лицо. — Ой, Ами, ты счастливая, сам Повелитель благоволит тебе. Редкая удача.

— Так благоволит, что держит в песках.

— Потому что здесь самое безопасное место, — она говорила так, словно это ясно как божий день. Увидев, что я не понимаю, объяснила: — Повелитель влюблён в тебя. Ты стала его слабостью, которой могут воспользоваться несогласные с его властью. Пески лучшее место, чтобы спрятать Жемчужину.

— А у Жемчужины мнения спрашивать не надо?

— А ты что против?

Я не смогла ответить на этот вроде бы простой вопрос. Потому что… Потому что всё слишком сложно и неоднозначно.

— Ладно, отдыхай, а я утром зайду, помогу тебе собраться.

— Куда?

— Как? Повелитель накажет брата, ты должна присутствовать.

— Зачем? — я неосторожно дёрнула фенека за ухо, он тявкнул обиженно и ушёл на край кровати.

— Ами, все должны понять кому ты принадлежишь. И это желание Повелителя, — не дожидаясь ответа, убежала прочь.