Глава 15

Заскочив к Джокеру, узнаю адрес Ярого, а заодно и номер, который не отвечает. Поэтому еду сразу к нему и, если дома не окажется, буду ждать на пороге. Только он способен помочь вытащить Дашку. Алёна права: в одиночку я это не вытяну. Останавливаюсь, молча покидаю машину и направляюсь к дому, отметив незапертую калитку. А пока колочу в дверь, осматриваюсь: строение кажется нежилым, брошенным и одиноким.

– Привет, – вырывается сразу, как только дверь отворяется, являя старого знакомого.

Это всё тот же Ярый, только постаревший на пятнадцать лет. Нечитаемый взгляд гуляет по моему лицу, а затем он улыбается и протягивает ладонь:

– Дамир. И тебе здравствуй.

– Есть разговор. Помощь нужна, – перехожу сразу к делу. – Проблема в том… – не успеваю закончить, ощутив в районе затылка давление и услышав щелчок затвора.

– Свои, – гаркает Ярый, устремив взгляд за мою спину. И только после его слов решаюсь повернуться. – Познакомься, мой свояк – Глок.

– Тот самый? – с интересом рассматриваю человека, о котором ходит немало легенд.

Ростом с Ярого, но более развитой комплекции. Острый взгляд, придирчиво оценивающий всё, на что падает, улавливает детали на моём лице, словно отпечатывается в памяти мужчины, который стоит напротив.

– От кого обо мне слышал?

– От Овода.

– Как с ним связан?

– Я крёстный его дочери.

Удовлетворённый кивок показывает, что рекомендации приняты и теперь я достоин доверия. Глок подталкивает меня в дом, входя следом. В прихожей полумрак, а в внутри тишина.

– Я слышал, у тебя жена и двое детей, – успеваю заглянуть в пару комнат, не найдя никого.

– Трое, – поправляет Ярый. Оказываемся на кухне, где хозяин дома предлагает занять место на высоком барном стуле. – Девочки с Тасей на сборах, а Марк у деда. Собирался ехать туда. Ещё минут десять, и ты меня не застал бы. – Ярый занимает место напротив, тогда как Глок остаётся в стороне. – В чём суть вопроса?

– Хочу попросить о помощи, потому что…

– Потому что ты тащил на себе мою дырявую тушу и по этой причине я сейчас сижу перед тобой.

– Серьёзно? – Глок не сдерживается, видимо, только сейчас понимая, что отказать мне Ярый не сможет.

– Я должен Дамиру. И, как ты понимаешь, долг отдать обязан.

Сухой кивок, как подтверждение – он не забыл, а значит, есть надежда заручиться поддержкой.

– Итак, – собираюсь с мыслями, чтобы логически обосновать цель своего появления, – уверен, вам известен экземпляр по прозвищу Бегемот. – Синхронные кивки. – От Джокера слышал, что он по приказу босса был оставлен здесь за главного, чтобы управлять принадлежащими Меркулову заведениями.

– Убыточные блядюжники, – фыркает Глок. – Воодушевлённый примером Островского Меркурий поверил в себя и решил попытать счастья.

– Это я слышал от Рома, как и то, что промышляет Бегемот аукционами с живым товаром.

– Вот только какой именно товар, неизвестно. Где проводятся аукционы, неизвестно. Когда? Правильно – неизвестно.

– Товар – дети.

– Ты сейчас пошутил? – Глок срывается, оказываясь передо мной: его лицо перекошено смесью ярости и отвращения.

– Последние полгода в России похищают детей: два в месяц. Выбирают семьи, которые не имеют возможностей и средств для поисков. В полиции был – подвижек ноль. И меня всё это не волновало бы вовсе, если бы позавчера не забрали дочь моей женщины. А до неё ещё одну девочку, кстати, дочь человека, который бодается с Меркуловым за территорию. – Выкладываю перед Глоком и Ярым два фото: дочери дяди Саши и Дашки. – Овод помог выйти на Перевозчика, который последние четыре раза переправлял посылки, – стучу пальцем по картинкам. – Он, в свою очередь, мне рассказал, что детей продают состоятельным бездетным парам. Место содержания – Оберрорбах. Но там они находятся временно. Где проводится аукцион, он не знает, но в курсе, когда следующий – через два дня.

Глок обхватывает голову руками, наворачивая круги по кухне и тяжело дыша. Острая реакция становится понятна не сразу. Неожиданно вспоминаю, как пять лет назад Овод по его просьбе выкупил на аукционе дочь Островского. Даже боюсь представить, что сейчас ворочается у него внутри.

– Я хочу забрать своего ребёнка. – И даже не зная, что будет дальше в отношениях с Алёной, Дашку считаю своей. В противном случае мне не помогут. – В одного не вывезу. К тому же это ваша территория, и, насколько я понял, вы не прочь убрать Бегемота со своей земли.

– Не прочь – слабо сказано, – подтверждает Ярый. – Он как бельмо на глазу, а в связи с полученной от тебя информацией желание убрать стало в разы сильнее. Островский такого рода бизнес не признаёт, считая грязным. А в связи с некоторыми событиями в прошлом неприемлемым, – бросает взгляд на Глока, и я понимаю, что мои предположения верны. – Наберу Островского, чтобы он связался с Меркурием.

– Не получится, – остужаю Ярого, – убрали его два дня назад.

– Интересно… – Парни обмениваются странными взглядами. – Некоторое время назад Меркулов позвонил Косте. Сам. Попросил прощупать своего поверенного и разузнать, как идут дела. Были подозрения, что Бегемот его наёбывает. Мы приставили ребят, но по всему было понятно, что их срисовали. Вёл себя тихо, левых мест не посещал, за город не ездил. Если и провёл аукцион, то не сам.

– Аукцион раз в месяц, то есть через два дня.

– Как пересёкся с Бегемотом?

– Пару недель назад поступил заказ на доставку в Австрию. Пассажиром оказался Бегемот. Вёл себя борзо, пришлось остудить. А по возвращении меня вызвали в Организацию и предъявили обвинение: кража денег из кейса, который он вёз. Я выложил Меркурию запись, тем самым оправдавшись. Но для предыдущего Перевозчика поездка с нашим знакомым закончилась фатально. Его труп нашли в тачке и опять же обвинили в краже. – Ярый присвистывает, поддерживаемый Глоком. – Только я не понял, он вроде должен привозить боссу деньги, а не брать у него.

– Это на ещё один бордель, – поясняет Ярый. – Со слов самого Меркулова.

– И в этом случае всё срастается, – произношу, потому что хаотичные события, на первый взгляд не связанные между собой, собираются в единую картинку. Поднимаюсь, чтобы присоединиться к Глоку, который выпускает в приоткрытое окно белёсый дым. – Бегемот берёт кейс, обвиняет меня в краже, надеясь, что прокатит как с предыдущим Перевозчиком. Я предоставляю запись, а дальше Меркурий начинает задавать неудобные вопросы, на которые, уверен, получает ответы, но они его не удовлетворяют. Он связывается с Островским и просит выяснить положение дел. И либо у Бегемота срабатывает чуйка, либо ему приходит весточка, что Меркурий под него копает. И тогда он решает убрать босса, чтобы занять его место. Но есть дядя Саша, который в случае смерти Меркурия постарается оторвать кусок: начнётся возня и передел, который Бегемоту не нужен. Поэтому он похищает дочь Кротова, зная, что девочка для него важна и на её поиски отец направит все силы, тем самым пропустив момент смены власти. – Заканчиваю рассказ, посматривая на Ярого. – Да, тогда всё получается.

– А как сюда вписывается твой ребёнок?

– Я сорвал прекрасный план, тем самым заставив Меркулова усомниться в верности Бегемота. Но за Алёной стали следить ещё месяц назад. Меня не было тогда в городе, – простое объяснение, чтобы не вдаваться в подробности наших взаимоотношений. – Скорее всего, просто выбрали как мать-одиночку, предположив, что у неё не имеется возможностей отыскать ребёнка, тем более за границей.

– Наши действия? – Глок обращается к Ярому. Видимо, в этой семье он определяет направление и отдаёт приказы.

– Аукцион через два дня, но мы можем так и не узнать место. Значит, нужно понаблюдать за домом и попробовать забрать ребёнка оттуда. Сделаешь?

– С удовольствием. – Лицо Глока озаряет искренняя улыбка, и мне кажется, что он впереди меня помчится в Оберрорбах.

– Посмотришь сутки, а потом решим, что делать дальше. Оповещу Островского. Лично. Всё равно к нему собирался. А тебе остаётся только ждать, – а это уже мне.

– Мне бы Алёну пристроить где-то. В отель не вариант, сойдёт с ума в одиночестве, к Джокеру тем более.

Не хочу, чтобы оставалась одна, изъедая себя паршивыми предположениями.

– Можно ко мне, – откликается Глок, направляясь к выходу. – Аньке поможет.

Ярый показывает, чтобы я следовал за мужчиной, достаёт телефон и, когда за нами закрывается дверь, слышу обрывки разговора. Направляюсь к машине, понимая, что в доме провёл больше часа, а Алёна извелась, оставшись охранять транспортное средство.

– Пошли, – открыв дверь, приглашаю её выйти. – Я возьму вещи.

Хватает меня за руку, полностью доверившись и всё же озираясь по сторонам. Тихий район, усеянный частными двухэтажными домами, на фоне которых строения Ярого и Глока выделяются: они окружены высокими глухими заборами. Дом, который нам нужен, рядом. Уверенно вхожу во двор, заметив Глока, ожидающего у дверей, который, открыв их, пропускает нас вперёд.

– Аннушка, у нас гости. – В этот момент цепляюсь взглядом за красивую блондинку, спускающуюся по лестнице, отметив, что она значительно младше друга Овода. – Друзья Ярого, – поясняет той, что в данный момент недоверчиво нас осматривает. – Проверенные. – И только после слов мужа расслабляется. – Дамир и Алёна.

– Привет, – одаривает нас улыбкой. – Я Аннушка. Определю вас в спальню на первом этаже, – махнув рукой, приглашает идти за ней. – Комната большая, рядом ванная.

Открыв дверь, заталкиваю Алёну, которая сжалась, не понимая, как взаимодействовать с новыми для неё людьми. Уютная спальня, которая, насколько я могу заметить, ей нравится.

– Располагайтесь и приходите на кухню. Я вас накормлю.

– Это твой знакомый? – Алёна начинает задавать вопросы, как только Аня оставляет нас наедине. – Который может помочь?

– Это его свояк. Специализация – киллер.

– Киллер… – затихает, нервно сглатывая и оседая на кровать.

– Алён, – опускаюсь рядом, заключив её ладони в свои, – ты же понимаешь, что подобраться к Даше непросто? – Молчаливо соглашается. – У меня только такие знакомые, но именно они могут оказать реальную помощь. Эти люди готовы к неожиданному развитию событий и способны вступить в силовое противостояние. Они помогут, но не нужно осуждать их за то, кем они являются.

– И не думала, – произносит уверенно, положив голову на моё плечо. – Просто впервые в жизни вижу настоящего киллера. Всегда думала, что они другие.

– Какие?

– Нелюдимые, замкнутые, живущие в одиночестве в каком-нибудь укромном месте. А у этого дом, жена. И дети есть?

– Не уточнял, но думаю, что есть. – И, судя по эмоциональной реакции Глока на вид «товара», мои предположения верны. – Пойдём, – тяну её к двери, – нам кое-что обсудить нужно.

Аппетитные ароматы щекочут рецепторы, напоминая, что пищу мой желудок видел ещё в обед. Закинулись едой на заправке, немного взяли с собой, чтобы не тратить время на длительные остановки.

– Вы голодные? – Аня приглашает занять места за большим столом, сама же крутится, выставляя приборы.

– Она да, а у меня нет времени на еду, – осматриваюсь, ожидая Глока, планируя поехать с ним, чтобы воочию увидеть дом, где держат Дашу. – Где твой муж?

– Лев? – Улыбается, закатывая глаза, а я теперь знаю имя друга Овода. – Помчался «собираться».

Не сразу понимаю, куда смотрит Алёна, но, проследив её взгляд, отмечаю, что Аня заполняет небольшую квадратную сумку контейнерами, являющимися на первый взгляд одинаковыми. Затем закрывает её, подцепив ремешки, и ставит на пол у двери.

– Это походная, – поясняет, уловив нашу заинтересованность. – Размер зависит от длительности занятости. Он сказал, что уйдёт на сутки.

– Может, двое, – Глок появляется неожиданно, сжимая ручку длинного кофра, в котором, уверен, винтовка.

– Сутки. – настаивает Аня, складывая руки на груди. Этот взгляд не сулит ему ничего хорошего.

Но мы с Алёной затихли, не смея вклиниваться в перипетии супругов. И, судя по виноватому выражению на лице Глока, даже винтовка его не спасёт от гнева жены.

– Тебе поможет Алёна. Разделите детей. И не забывай, я делаю это ради маленькой девочки, которая оказалась в руках похитителей. – И сейчас Глок откровенно давит на жалость, делая ставку на Дашку и материнские чувства жены.

– Ты делаешь это, потому что слишком давно не лежал на точке, глядя в прицел. – За спиной голос Ярова, который гогочет, сдав свояка с потрохами. – Кстати, зачем это? – указывает на кофр.

– Без неё я чувствую себя голым. Да и ситуация может выйти из-под контроля.

– Твоя задача – посмотреть, – настаивает Ярый. – Срисовать всех, кто войдёт и выйдет. Самый оптимальный вариант: забрать девочку при перевозке. Вряд ли охрана будет значительной, да и явная активность привлечёт ненужное внимание. Так что, пожалуйста, без резких движений.

– И без самодеятельности, – грозит Глоку жена.

Здесь происходит нечто, показывающее особые, понятные только им, отношения внутри семьи. Ярый в роли главы, распределяющего обязанности, Аня надсмотрщик, контролирующий мужа, а Глок – тот самый человек, который с удовольствием лезет в пекло. Алёна лишь переводит взгляд с одного на другого, вслушиваясь в беседу. Она ещё не знает, что наша проблема теперь не только наша, а Дашка – причина, позволяющая Островским снять с игровой доски Бегемота.

– Я с тобой, – поднимаюсь, чтобы оказаться рядом с Глоком.

– Не стоит, – прыскает Ярый. – Вряд ли ты способен лежать сутки без движения, пялясь в прицел и сохраняя спокойствие. Подобное дано не всем.

– Только посмотрю, – оправдываюсь, потому как пристроиться рядом с профессиональным киллером не планировал. – Хочу убедиться, что Перевозчик не зря получил крупную сумму.

– Я к Островскому, – информирует Ярый. – Документы готовы? – В этот момент Аня протягивает папку, видимо, приготовленную ещё до нашего прихода. – Как вернёшься, позвони мне, – а это уже мне.

– Отлучусь на несколько часов, – предупреждаю Алёну. – Ложись спать, нужно отдохнуть после долгой дороги. Меня не жди. – Сжимаю её ладонь, скользнув губами по коже.

На дне серой бездны разливается паника, приправленная страхом. Переживания о Даше перекликаются с беспокойством за меня. И для меня это признак не безразличия и наличия пусть не любви, но всё же хоть каких-то чувств.

– Пора, – подгоняет Глок, схватив приготовленную сумку.

Оставляю Алёну с Аней, даже не сомневаясь, что девочки найдут общий язык. Мне спокойнее, если она будет в компании женщины, в доме, где, уверен, безопасно. Это не отменяет мыслей о дочке, но хотя бы позволит немного отвлечься.

Через сорок минут останавливаемся недалеко от дома, который оказывается именно таким, каким его описал Леший. С дороги видна лишь тёмная крыша большого строения, а глухое ограждение и раскидистые кроны деревьев скрывают собой значительную территорию. Напротив лес, в который и двигается Глок. Топаю за ним, пока в двухстах метрах от дороги не появляется холм, куда и направляется мой спутник. Слишком далеко для обычного человека и практически вплотную для оптического прицела винтовки. Он знает, как выбирать выгодную точку для просмотра. Ещё пятнадцать минут Глок обустраивает место, которое станет его пристанищем следующие сутки. Он готов потратить их на меня, но подозреваю, за его рвением скрываются и личные мотивы.

Сажусь рядом, осматривая небольшой освещённый фонарями участок, где отчётливо виднеется бассейн, несколько машин и множество мелких построек.

– Что видишь? – Посматриваю на Глока, сосредоточенно вцепившегося в винтовку.

– Два охранника со стволами. Нет, четыре. В нескольких окнах горит свет. Жалюзи закрыты, но внутри однозначно кто-то есть. Подожду утра, уверен, жильцы выползут наружу. Детей не закроешь в комнате, им необходимо двигаться, а снотворное не будут использовать постоянно.

– Ты запомнил, как Даша выглядит?

– Фотографическая память. Напоминаний не требуется. – Глок отрывается от прицела, переводя взгляд на меня. – Слушай, вали обратно. – В голосе слышится мольба. – Толку от тебя ноль. Хочу сосредоточиться. И побыть один.

Спорить бессмысленно, поэтому оставляю Глока и возвращаюсь к машине. Я не спал больше суток, и сейчас тело напоминает, что пора устроить передышку и побаловать его несколькими часами отдыха. Надеюсь, Алёнка уже легла, потому что сейчас я мечтаю прижаться к ней, вдыхая пьянящий аромат, и провалиться в сон.