14

Наш союз был встречен неоднозначно. Я понимала, что моё замужество вызовет волну недовольства среди Шаманов.

Это было естественно: традиции и устои их мира были нелегко изменять, а я, казалось бы, бросала вызов всему, что они когда-либо знали.

Однако в глубине души я чувствовала, что именно так должно быть.

Но теперь, когда союз был заключён, пути назад не было. Моё решение, словно неразрывная нить, вплелась в ткань времени, связывая прошлое и будущее. Тор с его мощной осанкой и скрытой силой был одновременно и моим союзником, и испытанием.

Я знала, что нам предстоит преодолеть множественные преграды, и каждые наши поступки будет рассматриваться под лупой, но и в то же время осознавала, что это только начало нашего пути.

И вновь шаг за шагом, на каждом этапе пути мне предстоит завоевывать доверие и уважение тех, кто видел во мне чуть ли не разрушительницу их мира.

И в этом зеркале времени, что держала в своих руках, я должна найти грань между прошлым и будущим, переплести их и безболезненно помочь принять их людям — наше общее будущее, где моя сила могла сосуществовать и помогать людям.

А я эту грань прошлого опять болезненно рванула и переплела с нашими судьбами. Но по-иному в данном случае все равно не получилось бы.

Нашего Шамана, на мой взгляд, чуть паралич не разбил, когда он узнал новость. Второй Шаман так стоял с открытым ртом, пока наш Шаман не отмер и быстрым шагом не скрылся в своем доме.

Реакция людей меня немного шокировала. По их мнению, то, что Тор жил в моем доме, воспринималось обыденно и правильно, словно он был слугой, и возможно многие думали, что он греет мою постель, просто тоург не озвучивался.

А когда он был озвучен, то их реакция напоминала грозу среди ясного неба.

Непонимание и раздражение. Они витали в пространстве, набивая во рту оскомину.

Шаман пока отмалчивался, потому что по виду людей, которые захаживали к нему с таким вопросом, он не дал им однозначного ответа.

Некоторое время два Шамана даже не приходили обедать к нам, и приходилось относить им еду.

Орза чуть не набросился на Тора, когда повстречался с ним, благо вокруг находились люди, и он смог сдержать свой гнев, полагаю, что сам догадывался, что окружающие не смогли бы понять его поступка.

Многие отводили свои глаза, как только встречались с моим взглядом.

— Предки согласны с твоим выбором, — озвучил Шаман, присаживаясь на свое место за столом и смиряясь с неизбежным.

Одиночество в компании другого своего собрата закончилось, и они явили свои смурные личики, по-видимому, их мнение и мнение предков не совпадали, хотя они провели с ними в беседе, как я полагаю, длительное время.

Ну, что за недоверие? Знают, что Небеса по-другому им и не ответят. Вообще, откуда взялось, что Шаман должен провести всю жизнь аскезам? Понимаю, что для достижения понимания чего-то выходящего из обыденности, нужны и время и силы, но это не значит, что нужно быть холостым.

Тем более они каждый раз сами выбирают своего приемника, а это означает, что одаренные дети рождаются у простых людей.

И можно предположить, что у них могли родиться дети уже с большей степенью одаренности.

Впрочем, это мои размышления, а вот о преемниках как раз можно и завести разговор. В самый раз им отвлечься на важную проблему.

—В селениях нет людей, которые бы могли лечить. Вы могли бы помочь подобрать женщин или девушек, которых бы обучили травам.

—Это могут только Шаманы, — взгляд негодования просверлил меня буравчиком.

—Пока вы найдете преемников, пока обучите, пока они войдут в полную силу, пройдет время. Тогда вам придется больше время проводить в других селениях. Обходить их часто и выявлять тех, кому нужна помощь. А обучив тех, кто уже немного знаком с травами — это выйдет быстрее. Пусть у нас в селениях появятся травницы, я думаю, предки дадут добро на это дело, — предложила им, замечая, что при моем упоминании, что им придется часто покидать свое насиженное место, сразу же изменились лица.

—Хорошо. Мы спросим, — согласился Шаман с задумчивым выражением.

Больше этого вопроса не касались, видимо, и здесь они получили положительный ответ, и вскоре появились три девушки травницы и один преемник.

Что-то маловато приемников на четыре селения, но порадовалась, что Шаманы в этом вопросе не стали сильно противиться воле предков.

Пока Шаманы занимались обучением, мы занимались подготовкой к длительному путешествию.

Я искала селение по ориентиру пришлого Шамана о бревенчатом доме, который Макс поставил в селении для себя, и проложила безопасный путь для нас.

Осталось только собраться. Возник вопрос: кого оставить в свое отсутствие?

Оставить Орза за себя? В общем, хороший вариант. Его военные навыки превзошли сами себя. Он оказался хорошим военачальником, ему безукоризненно подчинялись люди.

Но последнее время стала замечать слишком пристальное его внимание ко мне и его постоянное присутствие в своем личном пространстве.

Поначалу я не придавала этому значения, списывая всё на обыкновенное желание помочь, тем более он входил в совет, и как не ему быть всегда рядом и помогать?

Однако со временем стало очевидно, что Орза был не просто соседом, с которым легко общаться.

Ему нужна была некая власть надо мной, нежелание делить моё внимание с кем-то ещё стало всё более очевидным.

В его взгляде появлялась тень ревности, стоило Тора даже упомянуть в разговоре.

Он словно старался вытеснить Тора из моего окружения, хотя тот был постоянно в моем доме.

Но что странно, его нахождение в моем доме Орза считал нормой.

Что же делать с ним? С одной стороны, его настойчивость и внимание могли льстить, но в то же время настораживали.

Взаимодействие с ним становилось все сложнее, как будто каждая встреча была шахматной партией, где каждый ход мог оказаться роковым.

Чувство нарастающего дискомфорта не покидало меня, и именно оно, как ни странно, порождало во мне желание разобраться в ситуации.

И связи с этими наблюдениями была понятна его реакция на наш союз и его отношение к Тору.

Все же нужно не убегать от сложностей, а в честной попытке открыть правду, насколько бы горькой она не оказалась.

И тогда все же встает вопрос: сможет ли он управлять селением в моё отсутствие? И могу ли я ему доверять так, как Тору? Ответа пока не было.

***

Как оказалось, Орза отказался оставаться в племени, мотивируя тем, что он начальник над воинами, и он поедет с нами охранять в пути от врагов, если они еще остались.

При этом его утверждение было окрашено чувством самоуверенности и какой-то непреклонности.

Мне на миг показалось, что вокруг него вспыхнул грязно—красный всполох.

Впрочем, многие были за кандидатуру Тора, мотивируя тем, что он в курсе всех внутренних дел селений.

Так что главным остался он. Правда, Тор с большой неохотой отпускал меня в долгое путешествие.

Да и я сама была не прочь остаться рядом с любимым.

Последние ночи перед отъездом были жаркими, полными любви.

Мы провели их, словно чувствуя, что каждая минута вместе бесценна. Каждый закат окрашивался в яркие алые тона, и в эти минуты мы старались впитать друг в друга столько тепла, сколько могут вместить наши души.

Наши объятия становились крепче, а слова обретали иную, более глубокую значимость.

С каждым днем чувство скорой разлуки становилось все более ощутимым. Мы не говорили о предстоящем отъезде, стараясь спрятать тяжелую тень мысли в закоулках сознания.

Вместо этого мы улыбались, перекидываясь шутками, и мечтали о нашем счастливом будущем.

—Не хочу тебя отпускать. Что-то гнетет в груди, — говорил мне Тор, когда мы оставались наедине.

—Время пролетит незаметно. Тебе есть чем заняться,— нежно целуя, успокаивала его.

—Скинули все дела на меня, а сами в такое интересное путешествие отправляетесь. Может, Шаманов оставим за все отвечать, а я с вами отправлюсь?

—Они понаделают делов, — засмеялась я. — Вон как занялись учебой приемника, которого разыскивают по всему лесу. Не хочет ребенок быть Шаманом, даже никакие ватрушки его не прельщают. Впрочем, ребенок отлично владеет оружием в своем возрасте и хочет быть военным, а его учат костями бренчать.

—Мне кажется, придется им опять искать приемника, — выдохнул он мне в губы, прильнул в поцелуе, словно пытаясь растворить свое беспокойство в этом нежном прикосновении.

— Может, это к лучшему. Должен же человек выбирать свой путь сам, — прошептала я, прижимаясь ближе, чтобы наслаждаться теплом его тела.

В этот момент, казалось, мир вокруг нас затих, уступая место нашим сердцам, бьющимся в едином ритме.

И даже если будущее оставалось неясным, мы знали одно: пока мы вместе, преодоление любых преград будет лишь вопросом времени.

***

Ночь опустилась на землю, и лес зажил своей жизнью. Звёзды, словно рассыпанные жемчужины, сверкали сквозь переплетение ветвей.

Лунный свет мягко ложился на землю, превращая лесные тропы в серебряные змейки. Каждый шорох ветра в кронах деревьев наполнялся загадкой, оставляя ощущение, что нечто невидимое наблюдает за каждым шагом.

В ночной тишине просыпались обитатели леса, придерживающиеся ночной стороны жизни.

На толстых сучьях изящно проскользнули тени ночных птиц, их шум раздавался в глубине тёмного полога. Звери осторожно выползали из своих нор, направляясь на поиски пищи, доверяя лишь острому обонянию и чуткому слуху.

Каждый хруст ветки под лапами, каждый шорох, казалось, несут в себе ещё одну историю, которую расскажет ночь завтрашнему утру.

Орза шел известной тропой, прислушиваясь к шороху леса. Опасность от встречи с хищником давно ушло в прошлое.

В этом месте их давно не встречали.

Он незаметно прокрался в селение и, осмотревшись, бесшумно проник в дом. Там его уже ждали.

—Пришел, — проговорил хрипловатый голос.

—Пришел, — ответил он, по-хозяйски присаживаясь на низкий стул.

Хозяин и его гость сидели напротив, яркий свет кристалла был приглушен.

—Все же решился? Это правильно, — продолжил хозяин дома.

Орза с мрачным взором окинул собравшихся. Хорх, хозяин этого дома, и Вар, староста селения, устремили на него пытливые взгляды. Его появление укрепило их единство и дало новый виток в стремлении сохранить старые традиции.

Их тайный разговор состоялся уже давно. Их соединило одно желание,

сотканный из противоположных стремлений: один тянулся к желанной женщине, как к ускользающему миражу, а другие же затаили жгучее желание освободиться от её тени.

Её изменения в повседневной жизни слишком болезненно отзывались в их груди.

Столетние устои, вековые привычки рушились, будто хрупкие вершины, взмывшие в пылающее небо, оставляя за собой лишь пепел и воспоминания о былом величии.

Исчезала эпоха, в которой казалось, что ничего не может пошатнуть прочные основы, скрепленные столетиями традиций и обрядов.

Люди, привыкшие жить в тени таких монументов прошлого, начали осознавать хрупкость всего, что они считали незыблемым.

Они наблюдали, как рушатся стены культурных норм и социальных ожиданий, унося с собой привычные способы мышления и восприятия мира.

Они не хотели терять то, что им завещали предки, веруя в это с фанатичностью.

И всему беспорядку была повинна женщина, которая возомнила себя вождем, хотя в глубине души соглашались с её победой, но разве могли они сей факт признать открыто?

Признать-то признали. Подчинились. Тут была её неоспоримая победа, которая до сих пор волнует умы людей.

Вот поэтому и приписывали ей таинственные силы, которые помогли ей и выиграть бой у вождя и победить шеари, которые в одночасье упали замертво.

И бродили невысказанные опасения, что она может воспользоваться своим даром и отнять и у них жизнь.

—Держи! — И Хорх протянул маленький глиняный сосуд, в которых Шаманы хранили свои зелья.

—Подольешь в любой напиток в подходящий момент, и Шамамама твоя навеки. Будет покладистой и податливой и исполнять любое твое желание. Не бойся. Мы знаем, что она хорошо разбирается в травах, но этот корень не имеет запаха, а его вкус перекликается с другими вкусами трав. — И его циничный голос прошелестел в тишине.

—Она откажется от места вождя, а ты займешь его. Кроме тебя встать во главе некому, тем более ты радеешь за старые традиции. То, что ново, останется, но будет существовать на вековых камнях наших предков.

—Если вы ей навредите….

—Ты за кого нас принимаешь? У нас уговор! — возмутился Вар. — Тем более тебя поддерживают и другие вожди. И нам незачем подставлять тебя.

Орза зажал в ладони зелье и, окинув их прищуренным взглядом, выскользнул из дома. Назад дороги нет. Он сделал свой выбор.

Хорх проводил взглядом уходящую фигуру и пригубил отвар. Горячее питьё приятной волной разлилось в груди.

—Шаман правильное зелье сделал? —Прозвучал вопрос Вара.

—Правильное, — ответил Хорх, открыв глаза, прикрытые от наслаждения. — Он мне задолжал должок.

***

Разговор с Орза по поводу нашей совместной работы и общения, можно сказать, не состоялся. Он вначале внимательно стал слушать меня, а затем просто развернулся и ушел, не сказав ни слова, только удушливая волна ярости достигла меня, перехватив дыхания. Вот и поговорили!

Его реакция была особенно неожиданной и пугающей, хотя знала, что его характер непредсказуем, но поразительно, как человек без единого слова может выразить столь мощный поток эмоций.

Стараясь не позволять своим мыслям скатиться в бесконечный анализ ситуации, я глубоко вздохнула и выдохнула, стараясь унять бьющее сердце.

Немного винила себя, что не смогла донести до него простую вещь, что в любом случае у нас нет общего будущего.

Неужели это стало причиной неожиданной ярости Орза? Мне оставалось только гадать, переплетая факты и догадки в сложный узор неопределенности.

Все же решила оставить все как есть: он знает мою точку зрения, до него донесла, как смогла, свое видение ситуации, а он пусть думает.

Правда, с таким настроем не хотелось отправляться с ним в путь, но меня утешало, что с нами отправляются другие люди и, надеюсь, ничего плохого не случится ни со мной, ни с ним.

Помимо нас двоих, в путешествии примут участия мои сыновья Нот и Тир(дети решили, что поддержка мне не помешает), Шаман, который уже устал гостить и все время поторапливал нас, Норд и еще десять воинов, которых подбирал Орза.

Немного удивилась, что они все были из других селений, и я плохо их знала, но Норд, как оказалось, был хорошо с ними знаком. Вот это как-то успокаивало меня.

Путешествие обещало быть долгим и трудным, но я старалась не думать о трудностях.

Наш маршрут проляжет через густые леса и долины, которые будут испытывать нас на прочность.

Хотя я и выбрала безопасный маршрут, но все равно помахать топорами нам придется, чтобы расчистить путь для лошадей, которые повезут груз.

Мы взяли на первое время готовые продукты, но понимала, что по такой жаре их на долгое время не хватит.

Придется по ходу движения заниматься и охотой. Так же взяли зерно, ткани и посуду, хоть чем-то компенсировать мои запросы.

А их у меня много: и косы, и серпы, и топоры — в общем, мне нужен весь сельскохозяйственный инвентарь.

Да и без подарков как-то неудобно появляться в гостях. А то, что мы окажемся гостями, и такую возможность не откидывала.

Кто знает, как сложилась ситуация в далеком племени, когда сам вождь покинул его и отправился на завоевания всего мира?

Свято место пусто не бывает. Если возникнет вопрос о месте вождя, то я не хотела претендовать на его место, если нет большой необходимости в этом.

Возможно, у них организовалось свое общество, руководствуясь новыми принципами и традициями.

Возможно, оно основано на свободном правлении и справедливом распределении богатств, дарованных природой.

Возможно, они выстроили совсем новую систему, в которой главной ценностью является единство и человеческая жизнь.

Возможно, Олег смог соединить свои знания и знания предков в одно целое. Так зачем рушить что-то хорошее и стоящее. Лучше наладить конструктивный диалог и дальнейшее сотрудничество.

Ведь, по словам Шамана, он был против войны и насилия. Может, он, как Робин Гуд, решил изменить устройство племени в отсутствии кровожадного вождя.

Тем более племя находится очень далеко, и контролировать его деятельность, на мой взгляд, невозможно.

Так что все вопросы будем решать на месте.

На рассвете, едва первые лучи солнца коснулись земли, мы покинули наше селение, попрощавшись с родными.

Воздух был свеж и прохладен, а ранние пташки разбудили своим веселым щебетанием.

Я шла впереди, указывая дорогу. Шаман шел за мной, а за нами тянулась цепочка из людей и животных.

Вечером мы расположились на стоянке у широкой реки. Огромные деревья наклонялись над водой, и их отражения дрожали от малейшего ветерка.

Мужчины соорудили очаг, и вскоре на огне варилась похлебка.

В теплых языках пламени мы обсуждали предстоящий путь. Шаман рассказывал легенды о древних племенах, которые когда-то обитали в этих лесах. И мы старались вычленить, что в них выдумка, а что правда.

Ночь наступала быстро, и вскоре звезды рассыпались по темному небу, обещая ясную погоду.

Расстелив шкуру, прилегла и вскоре, зажатая с двух сторон телами пантер, убаюканная их урчанием, уснула.

Постепенно мы продвигались к намеченной цели. Вечерами, приоткрыв свою скорлупку, в которой пряталась от эмоций людей, которые просто захлестывали своей энергетикой меня, старалась прочувствовать каждого человека.

В основном чувствовала волнение людей, которое оправдывалось нашим путешествием. Никто же не знал, чем обернется наше путешествие:

что будет в новом племени? Как примут нас? Что нас ждет впереди? А вот от Орза шло непонятное чувство. Смесь ожидания, нетерпения и раздражения.

Его взгляды больше напоминали хозяйские, чем дружеские, и его еле уловимая самодовольная улыбка выдавала, что он считал себя лидером и вершителем, натягивающим невидимые нити судьбы окружающих.

Словно он сейчас создавал свои правила, изменяя ход событий так, как это было выгодно ему, и что он в любом случае сохранит за собой право последнего слова.

Переносить дорогу оказалось Шаману сложно. Когда удавалось хорошая тропа, то его везли животные, а в основном он шел пешком.

Нам приходилось иногда останавливаться, чтобы дать ему передохнуть: все же почтенный возраст давал о себе знать, но он никогда сам не заикался об отдыхе, или какого-то снисхождения к себе.

Только за это его можно было уважать: за стойкость и упорство характера.

Вскоре он оживился и проговорил, что селение уже недалеко. И пройдя немного, мы вышли на утоптанную тропу.

То, что селение неподалеку, подтверждало и наблюдение за нами. Мы его давно приметили, но сохраняли невозмутимость и продвигались вперед, хотя были все собраны и насторожены.

Нам перегородили проход. Большая группа людей с мечами окружили нас. Вперед вышел Олег.

Его нетрудно было отличить от аборигенов. Даже походка отличала его от них, не говоря об одежде и обуви.

Чуть наклонив голову, я разглядывала попаданца. Темно-русые волосы завязаны шнурком, суровое лицо со сдвинутыми бровями, недельная щетина, и пронзительные глаза, устремленные на нас.

Шаман вышел из-за моей спины и направился к нему.

—Шаман? — То ли вопрос, то ли утверждение прозвучало в воздухе.

Тот подошел, окинул взглядом своих соплеменников и проговорил:

—Это Шамамама. Она победила Макса, и теперь по законам она вождь племени.

Обвел всех опять взглядом, будто поставил жирную точку в этом вопросе, и, обогнув Олега, направился в селение. Первое знакомство состоялось.

***

Провожая его исчезающую вдали фигуру, заметила, что и Олег задержал на нем взгляд, чуть повернувшись вслед за Шаманом.

Он сделал шаг вперед, словно намереваясь остановить того или хотя бы окликнуть.

Но слова застряли у него на языке, и он замер, словно потеряв уверенность в своих намерениях. Мне было видно, как по его лицу пробежала тень раздумий.

Не ошибусь, что его поведение застало всех врасплох. Шаман, видимо, решил, что его миссия подошла к концу и с чистой совестью удалился. Конечно, его понять можно. Длительное время он отсутствовал в своем селении и естественно, его тянет домой, проверить, все ли здесь в порядке.

В принципе я ждала не такого знакомства, а более гостеприимного, если можно так сказать.

Ох, эти Шаманы! Окутывают себя тайной и неоднозначностью, а людям разбираться со всем этим.

Наши взгляды встретились, и мы несколько минут рассматривали друг друга.

Для меня было все понятно, а вот у Олега много вопросов, которые окрашивались в нейтральные тона.

И на этом спасибо: нападать не будут, прогонять не намерены, а есть жгучее желание узнать обо всем и обо всех.

—Ну, нежданных гостей не выгоним…, — начал он.

—А «жданные» по-моему, также не ко двору пришлись бы, — и улыбка мелькнула на моих губах.

Прочитала его все смятения, все же позволила себе слегка полюбопытствовать его мыслями.

Олег в свою очередь нахмурился, словно размышляя над уместностью моих слов.

—Шаман озвучил причину нашего появления. Думаю, необходимо обсудить все вопросы в более спокойной обстановке. Да и устали мы от длинного пути, — подтолкнула его к решительным действиям.

—Хорошо. Поговорим, — жестко прозвучало от него.

Он развернулся, давая приказ людям убрать оружие, и мы направились вглубь селения.

Оно встретило нас тишиной. Все же появление чужих людей заставил всех принять меры предосторожности.

Пока мы шли по дороге, осматривалась. Хижины ничем не отличались от наших домов, только виднелись вдалеке срубы, отрешенно выглядевшие в общем ландшафте,

Возле домов очаги, где что-то варилось, но людей не было видно. Постепенно стала замечать заинтересованные лица, выглядывающие из-за дверных занавесок, но никто не выходил наружу.

Возле хижин лежали корзины, утварь, кое-где лежал инвентарь в виде серпа, топора.

Что заметила, одежда воинов была разнообразной, но в основном преобладали штаны. Пирсингами были украшены лица не только мужчин, но и женщин.

Стволы деревьев за домами были покрыты мохнатым слоем лишайника, а кроны настолько густыми, что лишь редкие солнечные лучи находили путь сквозь листву.

Они стояли зеленой изгородью вокруг селения, по крайней мере, стена леса присутствовала с одной стороны.

Ветви слегка покачивались от легкого ветра, создавая тихий успокаивающий шорох. Птицы, укрытые в этой зелёной толщине, то и дело взлетали вверх, рассыпая ароматы цветов.

С другой стороны высился кустарник, который вдали перемешивался с бамбуком.

Олег остановился рядом со срубом.

—Эти дома пустуют. Думаю, они подойдут вам на некоторое время. Сейчас подойдут женщины и приведут все в порядок. Придется подождать, мы не ждали гостей. Располагайтесь, отдыхайте. Все разговоры завтра.

—Спасибо, — поблагодарила его и вошла в дом.

Я уже заметила печь во дворе, а здесь внутри была большая зала, где стояли несколько полатей.

Пока это были просто скамьи, но потом женщины принесли матрацы и разложили их.

Я поднялась на второй этаж, где помещение напоминало мансарду. Мы заняли три домика. В одном поселилась я и Норд.

Отдать должное, нам предоставили максимум услуг, заботливо накормили, разогрели для нас воды, чтобы вымыться с дороги и не докучали вопросами, только посматривали на меня как-то подозрительно.

Мы не знали, что к Олегу пришли его воины. Они пришли поддержать его, потому что люди не хотели перемен.

Он все это время воспринимался ими вождем, который не только защищал их интересы, но и понимал, что нужно людям, когда они остались в непростое время.

Он дал им свободу, уверенность в завтрашнем дне, надежду на лучшую жизнь.

И теперь пришел чужой человек, который по закону должен взять власть в свои руки.

Каким будет новый вождь? Куда он направит свои силы и умение: в плохое русло или в хорошее?

И люди, ощутив за это время самостоятельность, сейчас не хотели идти безропотно за чужим человеком.

Время, которого они так ждали с опаской и со страхом, пришло.

И приход нового вождя был поводом для тревоги. Люди, пережившие страшные времена, во мне видели угрозу своему благополучию и ждали только перемены к худшему.

Они даже сомневались, что женщина победила их грозного вождя, то есть они ставили под сомнения слова Шамана.

Прозвучали предложения обезоружить нас ночью, допросить и убить. Олег сам был в неведении всей ситуации и как мог, успокоил людей, сказав, что разговор с Шамамамой будет завтра, и тогда они решат, что делать дальше.

Но он заверил, что людей не даст в обиду, и что если ему придется драться со мной, то он примет вызов.

Тем более он указал, что с новым вождем пришло мало людей и что возможен благоприятный исход этой непонятной ситуации.

***

Спать на новом месте, на чужой постели всегда беспокойно. Доверяла ли я Олегу?

Спорный вопрос, и однозначного ответа не было, но ответ таился и напрашивался в другом вопросе: как можно довериться незнакомому человеку, которого видишь в первый раз?

Орза так же думал, и они по очереди незаметно выставили ночной караул. Ну, у меня был свой караул, который всю ночь находился рядом с моей постелью и с приходом утра незаметно исчез в лесу.

Хотя ночная тревога улеглась, но мужчины только делали расслабленный вид, но все взгляды сканировали пространство и они сразу откликались на малейший шорох.

Женщины принесли завтрак, стреляя глазками на мужчин. Их интерес был не просто любопытством, но и искренней заинтересованностью в незнакомцах.

Только потом я узнала причину столь заинтересованных взоров. Мужчин в селении было мало, видимо, Макс забрал большую часть мужского населения, оставив часть для поддержки порядка пока он не вернется.

Наш разговор не заставил себя ждать, и после завтрака мы с Олегом расположились в его доме.

Он занимал такой же сруб, в котором поселили и нас. Большая зала со столом и лавками. В углу стоял трон, прикрытый шкурами, словно ненужная мебель в комнате.

На окнах мутное приспособление, по-видимому, из списка бычьего или рыбьего пузыря.

На полатях шкуры. Олег провел меня в другую комнату, которая служила чайной комнатой. Лавки со спинками, накрытые шкурами и круглый стол, где стояли кружки и дымился чайник с отваром.

На тарелках фрукты.

—Тут более спокойная обстановка, — прокомментировал он и пригласил за стол.

—Уютно, — отметила обстановку. Меня заинтересовал стол с круглой столешницей.

Моя рука невесомо прошлась по темной поверхности.

—Мне понятны ваши страхи. Пришла чужачка и претендует на место вождя. Да и как можно поверить в это? Вас же вождь был грозным и непобедимым, а тут женщина. И слова Шамана вас не убедили. Что же не убили ночью? — отпивая травяной чай, с улыбкой поведала ему его же тайны.

—Откуда…, — он закашлялся, — ты знаешь. Доложил кто-то?

В его голосе сквозила злость, что кто-то мог предать его, хотя сами вчера стояли и подбивали его на бой.

Неужели все же кто-то был предателем? Эта версия столь была далека от его раздумий, что даже тени подозрения не мелькало раньше в сознании.

Неужели его отношения с окружающими людьми столь беспечно доверчивы?

И крохи сомнения начали закрадываться в его сердце, подобно неприметному ядовитому туману, который обволакивает всё вокруг, оставляя мир без привычных очертаний.

Возможно, это была просто игра воображения или миг слабости, но чувства захлестнули его с такой силой, что невозможно было их игнорировать.

Олегу показалось, что он ощутил странное беспокойство, которое шептало о неизвестной угрозе.

—Никто не говорил. Ты знаешь, как погиб Макс? — Я приподняла подбородок и посмотрела жестким взглядом ему в глаза.

Хотела немного приглушить его яркие эмоции, которые вспыхнули после моих слов. Надо же, как мои слова вызвали яркую волну недоверия и подозрения.

— Даже если бы вы решили нас убить вчера ночью, то поверь, от твоих людей ничего бы не осталось. У меня дар, которым могу убить человека. Знаешь, я хотела спасти хоть одного из его войска, но они были все уже давно мертвы от этого зелья. Ничего доброго и светлого я не нашла в их душах. Я просто остановила их пустые сердца. Макса же ждала другая участь. В его голове заговорили души всех, кого он убил, покалечил, сломал. Думаю, он стал добычей хищников, но до этого изведал боль и страдания. Думаешь, это жестоко?

Олег замер, переосмысливая информацию. Мне было заметно, как он сглотнул вязкую слюну. Не каждый раз узнаешь о том, о чем даже в мыслях не помышлял.

—Если сказать одним словом, то я эмпат широкого профиля. И то, что у тебя вчера состоялся разговор с твоими людьми, то это ты мне сам сказал: вернее я считала информацию в твоей голове.

—Кто ты? — глухо прозвучало от него.

—Человек. Только, как оказалось, у меня много имен: Шамамама — первое имя. Детям с рождения говорили, что Шаман только мужчина. И меня назвали женским словом Шама, а мама…, тут уже понятно, что для них я стала мамой. После нападения на мой сул остались я и десять детей, которых мне пришлось взять под свое крыло. Я попала в тело девушки по имени Нооп, но это попадание тоже под вопросом, после всего, что я уже знаю. В другой жизни я была Анфисой Строгоновой. Так что на выбор за тобой: Шаманка, Шамамама, Нооп. Анфису не предлагаю. Никто не знает, что душа Нооп ушла на перерождение, а я заняла её место. Ты, как понимаю, попал в своем теле?

—Заметно.

—Заметно. Даже походка отличает тебя от аборигенов. И если одеть тебя как они, все равно будешь выделяться. В душу не лезу, пришла и информация, кем ты был.

—Осуждаешь?

—Кто я, чтобы осуждать? У каждого своя судьба, правда, мы её сами хотим строить, но не всегда удается. У Мироздания свои планы на нас и иногда идут в разрез нашим.

—Мироздания, эмпат, миры… Знаешь, у меня голова кругом идет.

Олег вскочил со своего места и заходил по комнате, зарываясь в свои волосы и взъерошивая их.

Я спокойно наблюдала за его реакцией, прекрасно понимая, что все мои слова можно принять за бред сумасшедшего человека.

Олег продолжал метаться, будто загнанный в угол зверь, и его мысли явно были хаотичны.

Весь этот разговор о многомирностях и эмпатии явно выбили его из колеи, и я не могла винить его за это. Такие темы способны заставить усомниться в собственной реальности.

—Миров много. И они периодически соприкасаются между собой, — с улыбкой ответила на его стенания насчет миров и постаралась придать голосу утешительный тон, — Вы попали в точку пересечения и поэтому просто остались в этом мире, когда граница миров сместилась.

—А ты?

Он остановился и взглянул на меня, его глаза были полны сомнений и упрямства.

Но где-то в их глубине я увидела проблеск интереса, искру, что, возможно, даст начало нашему диалогу.

Решив, что он готов выслушать меня дальше, я продолжила объяснять основы того, как различные миры могут пересекаться.

— Конечно, это звучит невероятно, — продолжила я, стараясь подбирать слова. — Но мир, в котором мы живем, гораздо сложнее и разнообразнее, чем кажется на первый взгляд. Ты сам знаешь, что учёные уже давно говорят о возможности многомерных вселенных. А со мной возможны два варианта.

Он хмыкнул.

—Первый. Я умерла в своем мире, и поскольку столкновение миров открыло новые пути, мою душу заключили в новый сосуд, ибо мой прежний мир исчез, а в этом я словно начала свое рождение.

Я заметила, как его брови слегка нахмурились, что говорило о том, что он пытается переварить новую информацию.

—А второй?

—Второй. Можно предположить, что девушка не умерла. Просто её душа вылетела и родилась в моем мире. Так как время течет по разному в мирах, а по идее во Вселенной понятия времени нет, то я прожила определенное время на Земле, а потом меня выдернул из тела этот мир.

—Интересные умозаключения.

—Это только мои домыслы, а кто-то точно знает, что и как, только это нам никогда не узнать. Мы просто попали туда, где наши знания помогут этому миру перейти на новый уровень, что ты, между прочим, и сделал. Мир вошел в железную эпоху.

Он сел напротив меня, отпил чай и, откинувшись на спинку лавки, задумался.

Он не был ещё полностью убежден в моих словах, но я видела, что он готов хотя бы попытаться рассмотреть всё с новой стороны.

Эта перспектива обнадёживала, и я была уверена, что если он позволит себе принять хотя бы мои предположения за версию, перед ним откроются новые горизонты, о которых он даже и не мечтал.