12

В полудрёме появилась мысль, что я только что выплыла из занимательного сна… или всё же не из сна.

Мысли погружались в картинки, увиденные мной, проигрывали мои действия, выстраивали логические цепочки, но не выпускали из плена

полугрёз.

В моем видении люди в своих страшных масках стояли у кромки в святилище предков.

Почему в моем сознании место определилось именно как святилище — не знаю, оно просто всплыло в голове как должное.

Небольшая поляна с жухлой травой и с пещерой на краю не вызвало бы никаких ассоциаций при осмотре, если бы не энергия, витающая над поляной и которую я чувствовала.

Было странно, что сквозь сон я услышала просьбу о помощи. Она настойчиво звала, проникая в мое сознание, и я ринулась оказать содействие в спасении, не осознавая, кому она нужна.

Оказавшись на поляне и увидев противостояние двух групп людей, одни из которых были враждебно настроены, подумала, что сломя голову примчалась, даже не подумав, чем я–то могу помочь?

Но разве я могла откинуть зов, звучащий так настойчиво в голове? Возможно, что не могла.

И сейчас моя «сонная оболочка» как-то не вписывалась в реалистичные задачи по спасению людей.

Мои ступни ног, пусть и неосязаемо, но чувствовали траву, которая покалывала маленькими иголочками, что давало оценить важную вещь: это всё же не сон.

Хорошо рассмотрев воинственную группу людей, заметила и вожака, который отличался от них, и если бы не одежда, то в нём трудно заподозрить такого же попаданца, как я.

Только камуфляжная форма, в отличие от шкур на плечах рядом стоящих существ, говорила, что я в данный момент могу лицезреть того, кто разоряет сулы.

Это его банда напала на наше селение, убив непокорных и захватив в плен людей, тем самым лишив всякой поддержки детей и оставив их без крова.

И сейчас пришли за новой жертвой, которая нашла защиту в загадочном месте, даже не боясь гнева предков.

Я как бы тоже была атеисткой в свое время, но моя жизнь в этом мире и дар, полученный от Небес или ещё от кого-то, поменял мое мировоззрение.

Пусть я не фанатик в этом вопросе, но что-то есть в этом пространстве или в этом мироздании, можно и так назвать, к которому необходимо прислушиваться и уважать то, что для нас недоступно и невидимо.

И поэтому я спросила его:

— Если ты из другого мира, так можно наплевать на их ценности? У них они пока есть, а у тебя, что за душой?

И в какой-то мере была поражена его ответом.

——Ценности? Ха-ха! Где они и какие? Их нет ни здесь, ни там, а в мире ценность одна — это власть. И она у меня есть. Так что ты ничего не сделаешь и не помешаешь забрать мою добычу.

Понимала, что многие в моей прошлой жизни думали так же: ведь таких очень много повидала за свою жизнь, которые даже на незначительных местах старались показать свою значимость, вседозволенность и власть.

Неужели даже смерть ничему его не научила? Неужели не произошло переосмысление системы взглядов на законы бытия? Или это просто моё понимание, что это должно быть только так и не иначе?

Что люди на пороге смерти понимают, что многое они не сделали в своей жизни, многое не досказали, многих не долюбили и хотели бы всё исправить, но уже поздно.

По крайней мере, это мои размышления, и выходит, что не у всех происходит такая переоценка.

Конечно, здесь, среди аборигенов, стоящих на низкой ступени развития, его знания возвысили его, и он наслаждается тем, чему он был лишен ранее.

Но убийство? Я не могла понять такого подхода к жизни. Исковеркать себе и другим единственный жизненный путь — разве для этого нужны такие радикальные меры?

Выходило, что для него, атеиста до мозга и костей, нет никаких духовных законов, и он ими не руководствуется и не будет этого делать.

Прям революционер с кровавыми последствиями.

Он не остановился, и по его приказу в меня полетели топоры, от полета которых я вздрогнула. Как-никак не ожидала такого рвения от его людей, и тем более кидаться в безоружную девушку оружием — это низко и подло.

Но когда мой ангел хранитель расправился с ретивыми убийцами, то перевес стал на моей стороне, и я прищурилась и выпустила дар.

Нет, я ничего не изменяла в их сознании, а просто вытащила наружу их же страхи: как оказалось, они были у всех.

Надавила даром и усилила их действия, от которого они развернулись и стали спасаться бегством, не понимая, что бегут от себя самих.

Услышав шелест шагов, повернулась и полюбопытствовала: кого же спасала таким оригинальным способом?

Выходило, что здесь мне помогла справиться с задачей энергия этого места. В моем мире такие загадочные места называют местом силы.

Шаман, а его узнала по посоху, вышел первым и подошел с вопросом:

——Покажи путь к Амасс.

Удивление отразилось на моем лице. Окинув взглядом людей, которые давно покинули пещеру и с любопытством рассматривали меня, ответила:

— Предки подскажут.

Что ему могла ответить? Кто такая Амасс — не ведаю, и где её искать, не знаю. Раз меня позвали предки, то пусть и дальше подсказывают им и ведут их к загадочной Амасс.

Не зря они защитили их и просили у меня о помощи, видимо, на них у них свои планы.

Я чувствовала, что моё заступничество далось мне не так просто. Потеря сил не входило в мои планы, но сделать с этим ничего не смогла.

Так полудрёма перешла в глубокий сон, который продлился почти до вечера, немного заставив поволноваться детей.

Они несколько раз подходили ко мне, проверяли, но не будили, полагая, что раз сплю, то что-то произошло и мне необходимо отдохнуть.

Вечером, открыв глаза, столкнулась с испуганными взглядами.

—Шамамама, ты не умрешь? — задала вопрос мне Доли.

—С чего вы взяли? — Растерялась в ответ.

—Ты долго спала,— прозвучало от Лайза.

—Потратила много сил на спасение утопающих,— пошутила я.

Сидя у костра, поведала ребятам свои ночные приключения.

—Думаю, что скоро их табор придет и сюда, — подвела итог. — Правда кто такая Амасс, даже и не знаю. Но знаю одно, что шеари непременно доберутся до нас. Так что будем готовиться к отплытию.

—Какому отплытию?

—Будем строить плот и по реке поплывем вниз: недаром мне настойчиво во снах показывают реку в разных ракурсах. Да и по ней быстрее и дальше уйдем, чем пешком.

—Река бурная, — с серьезным выражением на лице, что даже появилась морщинка на лбу, заявил Чуа.

—Она здесь только такая быстрая, а дальше есть место, где она теряет свой норов и течет медленнее. Правда, это далеко. Река не проблема. Проблема в том, как нам валить деревья для плота? Здесь лучше всего бы пригодились руки мужчин.

—Мы сможем,— запальчиво проронил Лайз.

—Верю, но это будет долго и трудно. Немного подождем, обдумаем всё, а пока поищем тихое место реки для строительства средства передвижения.

Не стала пугать детей и говорить, что шеари — неадекватные личности: их глаза, которые мне удалось рассмотреть, блестели слишком подозрительно.

Что это? Ударил адреналин в голову от азарта охоты? Или они проходят какой-то ритуал перед своими тёмными делишками?

Не знаю, что с ними происходит, но все равно, как говорят: «не может век носить личин, и истина должна открыться». Поживем — узнаем.

Да, и мне необходимо время вспомнить, как собрать плот, вспомнить все детали и способ соединения бревен.

Одно дело сплавляться по реке уже на подготовленном плоту, а у меня был такой опыт, но другое — самим его сделать.

Первым делом решили пройтись вдоль реки и найти тихую гавань, которую мне подкидывали во сне, где будем собирать плот и, возможно, не один: обзавелись вещами, которые не хотелось бросать.

—Далековато будет, — подвела итог нашему исследованию, найдя это место.

Река, заключенная с двух сторон в серые галечные пляжи, усмирила свой бег и разлилась в ширину с тихим течением.

Здесь будет возможность спокойно спустить плоты на воду, погрузиться и начать свой путь.

Нет, полдня пути до места меня не страшил, но тогда нам придётся оставаться на ночь или даже на несколько дней для строительства плота, а это уже проблема.

Все же рубка деревьев нашими руками — слишком тяжелый труд и долгий.

Для плота необходимы совсем другие породы деревьев и не одно необходимо срубить. И придется рубить только одним доступным инструментом — топором.

Чтобы срубить одно дерево, понадобиться и время и много сил, так что, как не крути, а придется делать здесь временную сторожку.

Стоя около воды обдумывала способ, как нам провернуть гигантскую работу нашими детскими руками, пусть уже не детскими, но и до мужской силы Лайзу и Чуа еще далеко, не говоря про других мальчишек.

Мальчишкам через год-два можно уже обзаводиться семьей, Амия уже вошла в замужнюю пору, да и другие девчата расцвели, как цветы, подрастая в любви и внимании.

Про ребят вообще молчу: забота о женщинах сделали их давно серьезными и ответственными и, по-моему, они период детства и не заметили, а перешагнули сразу в период взрослости.

Но мне не хотелось оставлять детей одних на длительное время без присмотра. Так что эту проблему придется обдумывать и обсуждать всем вместе.

Перебрав способы рубки леса, пришла к выводу, что нам подойдет метод бобра: ведь эти животные обходятся своими крепкими зубками и валят дерево за одну ночь. Они разгрызают дерево клином, и оно под тяжестью падает.

Будет трудно, но, думаю, этот способ нам под силу.

—Возвращаемся. — И мы тронулись назад.

Почти около дома в воздухе раздался крик:

—Шамамамааааааа….

Замерев на миг, тут же рванули вперед. В голове билась мысль, что что-то случилось с детьми. Это крик моих маленьких девочек.

*

Большая группа уставших людей медленно продвигалась по прериям Амазонки.

Останавливаясь только на отдых и перекус, они вновь поднимались и шли дальше.

Племя старалось продвигаться вдоль реки, и их путь не сильно отклонялся от маршрута, который каждый раз указывал Шаман, а ему кости, складываясь неизменно в одну линию.

Люди, нет — нет, роптали, что пора определиться и остановиться на долгое время, хотя в душе понимали, что возвращаться некуда, а новое место для жилья духи ещё не определили.

Пищей были коренья и фрукты, да мясо, которое добывали охотники, пока племя останавливалось в удобном месте для отдыха.

Для всех был примером Шаман, который поднимался без слов с земли и опять вставал утром впереди племени, давая понять, что хоть он и стар, но не жалуется на невзгоды и неудобства, а остальным придётся смириться с долгой и неопределённой дорогой.

Предки ведут ногами Шамана, а их не стоит огорчать: все видели их поддержку в трудную минуту, и только благодаря им все живые до сих пор, так что нечего роптать на неудобства и долгий путь.

Так они дошли до большого водопада и стали спускаться, когда впереди послышались голоса.

Орза подал знак остановиться, а сам с мужчинами спустился посмотреть на людей.

Спустившись, они заметили детей, идущих с охапками какого-то растения и которые в свою очередь, насторожились от вида незнакомцев.

Минутное замешательство… и они бросились в кусты, бросив ношу на землю.

Орза со своими людьми побежали за ними и обратили внимание, что дети скрылись в проёме пещеры и закрывают проход.

Разве камень может быть препятствием для сильных мужчин? Они с легкостью отодвинули его и вошли, где внутри натолкнулись на группу детей, которые оскалились оружием.

Те, кто постарше, стояли впереди, загораживая собой меньших детей по возрасту.

От вида настолько необычного поведения детей и их решительных взглядов, да ещё и с оружием в руках, на их лицах появились улыбки, а затем разразились смехом.

Что, что, но они точно не ожидали детского сопротивления. У Орзы в голове не укладывалось, что дети могут подобное позволить по отношению к взрослым.

—Вы хотите с нами драться? Где взрослые? — сквозь смех спросил Орза.

—Мы одни. Остальные на охоте. Уходите. Это наш дом, — гневно произнесла старшая из них.

—Смелая. Хорошей женой будешь, вижу, что уже подросла. Выходит, что взрослых у вас нет? — продолжил Орза, осматривая помещение.

По молчанию ребят он понял, что дети живут одни. Если бы были взрослые, то непременно тут бы находились старики, которые остаются присматривать за младшими.

Их отсутствие подтвердили его догадку: нет племени без старых или увечных людей.

Он окинул хозяйским взглядом уютную пещеру, где дымился очаг, и его ноздри уловили вкусный запах.

Около стены стояли какие-то возвышенности, на которых лежали шкуры.

Посередине стоял деревянный короб.

—Что это? — поинтересовался он.

—Шамамама у нас взрослая, — заявила девочка, выглядывая из-за спины старшей и не отвечая на его вопрос.

—Шамамама? Что же мы поладим с вашей Шамамамой. Я вождь Орза и вы должны мне подчиняться. Я беру вас в свое племя. Детям не пристало быть одним, — назидательно проронил он.

Его распирала гордость, что он нашел уютное место для племени, а дети войдут в него, и его в данный момент не волновало чужое мнение.

Он знал, что справится с любым взрослым, а Шамамама, по-видимому, женщина, с которой один разговор — подчинение.

Он отметил их странную одежду и обувь, да и всё было очень странно в пещере и ему вдруг захотелось узнать больше про эту странность.

—Ох, Шамамама рассердиться,— раздался опять голос девочки.

— Заберите оружие у детей. Лор. Зови всех. Мы нашли место….

— Нет, это наш дом! — закричали сразу хором все.

Мужчины бросились к детям, и не успели те сделать ни одного движения, как были обезоружены.

Они брыкались и били ногами, но разве можно вырваться из рук взрослых.

—Беги! — прокричала одна.

И две девочки бросились на выход.

—Догнать! — приказал он.

Девочек поймали его люди, которые поднимались к пещере. И тогда пространство разорвал крик:

—Шамааааааа….

*

При приближении к дому были отчётливо слышны голоса людей.

Выбежав из кустов, обозревала картину: «мы вас не ждали».

Группа людей стояла около входа в пещеру. Кими извивалась в руках мужчины, стараясь вывернуться, но он сильно её прижал к своему торсу.

Амию держал другой мужчина, удерживая её за талию и сдавливая шею, а Доли впилась зубами в руку незнакомца, который старался успокоить её, встряхивая как ёлку.

Он отбросил её и затряс рукой, видимо, укус был болезненным. Незнакомец шагнул к ней для расправы и занес руку для удара, но был прерван моим броском.

Поставив древко копья, словно шест бегуна, я в полете снесла его сильным ударом ногами.

Он покатился и распластался на земле, так и не поднимаясь, а я встала перед ними с взведенным луком, потому что копьё не выдержало моего веса и надломилось.

—Вы кто такие? Как смеете обижать моих детей? Кто дал вам право хозяйничать в моем доме?

Люди были настолько ошеломлены моим внезапным появление, что замолчали. Установилось безмолвие, и казалось, что воздух на миг застыл вокруг нас, и даже ветерок поднялся к кронам деревьев, не мешая нам в разрешении конфликта.

Рядом со мной с копьями встали Чуа и Лайз. Грудная клетка вздымалась от тяжёлого дыхания после бега, но их взволнованные лица говорили о решимости.

Их внимательные взгляды метались от одного вооруженного человека к другому, а руки сжимали копья, готовые к бою.

Окинув взглядом разношерстную толпу, уже догадалась, что именно их видела в святилище, и за них просили предки.

—Отпусти дочь! — рявкнула мужчине, который держал Амию, и он безропотно повиновался.

На наш шум появился громадный хомосапиес. Квадратное лицо, тонкие губы и злые глаза, которые сразу остановились на мне, выдавали раздражение.

Богатая шкура, которая покоилась на его плечах, отличалась от остальных потрепанных шкур на плечах людей.

Мне не трудно было догадаться, что это вождь этой стаи. Его хозяйская походка и надменный вид подтвердил моё предположение.

—Что за шум? — громким и не терпящим возражения голосом спросил он.

«Ты погляди, его светлость потревожили. И он имеет совесть спрашивать: что за шум?»

—Это я хочу спросить: что происходит?

Доли вскочила с земли и кинулась ко мне со словами:

—Шамамама.

Я завела её за спину, где Амия обняла её, и они немного отступил к пещере.

Он окинул меня и детей высокомерным взглядом и сказал, почти процедил сквозь зубы:

—Мы будем жить в этой пещере. Вы, дети, войдёт в наше племя. Тебе подберём мужа…

—С чего ты взял, что мы войдем в ваше племя? И кто дал право распоряжаться нами?— прервала его пламенную речь.

—Неразумная. Вам нужна защита от диких зверей, нужна пища, которую добывает мужчина. Тебе пора уже замуж и иметь детей, да и муж —это защита, а остальные ещё дети. Их примут в другие семьи. Женщина не должна быть одна, у неё должна быть семья, это её предназначение.

—Пока вас не было, мы жили прекрасно. В вашей защите мы не нуждается,— усмехнулась я, разглядывая его самоуверенно лицо, которое с каждым моим словом менялось.

Вскоре оно стало злым, и его ноздри раздувались, будто он готовился наброситься на меня. Я догадывалась, что он не предполагал, что слабая девушка будет ему возражать. Возражать сильному мужчине и тем более вождю.

Не знаю, какое в их племени соотношение сил и отношения между противоположными сторонами, но, как поняла, равенством и не пахнет.

Вон, с каким апломбом выдает своё царственное повеление, словно мы должны сразу проникнуться его милостью.

Но я добила его словами:

— О какой защите ты говоришь? Вы себя не смогли защитить. Не смогли защитить свой дом и ушли искать другое место. Так о какой защите ты говоришь?

Мой взгляд поменялся. Я почувствовала, как глаза загорелись, а улыбка превратилась в оскал.

—Орза, что возишь с ней. Она слабая женщина, которая должна подчиняться вождю, — крикливый голос прервал наш перегляд.

Мне пришлось перевести взгляд на слишком смелую. Неопрятная женщина стояла и с вызовом смотрела на меня.

Я не смогла вынести несусветную глупость зарвавшейся особы и выпустила стрелу ей под ноги. От моего действия она шустро отскочил и закричала:

—Аааа….

—Заткнись, — рявкнула на неё, прерывая вопль.

—Убирайтесь отсюда! Разговора не получилось.

—Орза, она не смеет так разговаривать с тобой, —не унималась неугомонная.

От её слов он расправил плечи, что сразу увеличился в размерах, и сделал шаг ко мне, но вторая стрела остановила его.

Он зарычал от ярости, но в ответ получил громкий рык. Рядом со мной встал Чук и оскалил пасть, показывая свои клыки

Расталкивая мягко детей, ко мне подошел барс и встал с другой стороны, он лениво зевнул, демонстрируя свои зубки.

—Гек, проверь дом и прогони чужаков! — прозвучала моя команда, и с боку в дом метнулась тень.

Вскоре рядом со мной стоял и Гек. Звери наклонили немного головы и сделали шаг вперёд, и от их демонстрации силы люди попятились.

—Уходите, если хотите быть живыми.

Тут из-за спины людей вышел Шаман, который до этого мгновения следил за развитием событий.

Он узнал девушку, которая прогнала шеари, но никак не мог сообразить, как живой человек мог превратиться в духа?

В святилище он явственно видел призрака, и он до этого времени думал, что перед ними появился предок, который решил помочь им.

Выходит, что он ошибся в своих выводах, и в данный момент его пронзила догадка, которую он хотел проверить.

Он укоризненно посмотрел на вождя, присел на корточки и достал из мешочка кости.

Все с недоумением не сводили с него глаз, не понимая его действия и поведения в сложившейся ситуации.

Бросив на землю своих «советников», он замер и через несколько минут улыбка расплылась на его лице.

—Прости нас. Но вождь прав. Вам, детям, трудно одним. Нужна поддержка мужчин. Но и ты права. Нам пришлось уйти со своего места. Шеари напали на нас, но предки помогли нам, и мы во время ушли. Они воины, а мы охотники. Мы не могли с ними сражаться.

—Так вам легче стать воинами. Вы умеете владеть оружием. Я вам сочувствую, но это не повод врываться в чужой дом и устанавливать свои правила. Вы пришли сюда, а не я к вам. Так я должна ставить свои условия, но не вы. Это мой дом и вас я не приглашаю.

—Я понимаю. Но нам некуда идти. Предки показали, что нам укажет путь Амасс, и мы пришли к ней. Мы не уйдём никуда, потому что предки указали место рядом с тобой.

—О чем ты говоришь?! — взревел вождь, не хуже взбешенного животного.

—Какая Амасс? — изумленный вопрос от меня.

И ту послышался шепот людей:

—Это она…

—Там, у предков…

—Она помогла…

—Вон и животное, что было с ней…

—Ты Амасс, — спокойно ответил Шаман. — Ты помогла нам, а предки направили к тебе. Ты — путеводная звезда, наша надежда. И нам некуда идти. Наше место рядом с тобой.

Если не сказать, что я удивилась, то это была неправда. Его слова ввели меня в ступор, я хлопала ресницами, не понимая пока сказанного до конца.

Какая Амасс? Куда их вести? Какая надежда и на что? Разглядывая уставших и измученных людей, постепенно понимала, что кто-то в данный момент подкинул мне проблему.

И сейчас, возможно, под лозунгом «Ты наша Амасс», кто-то начнет качать свои права и, возможно, требовать от меня невозможного.

А это мне нужно? Не так я видела встречу с людьми и наши планы на будущее.

—Скоро большая вода. Подскажи, где мы можем устроиться и потом поговорить спокойно.

Его взгляд серых глаз был хитрым и решительным, который уже принял решение, даже если оно будет идти в разрез с мнением вождя, который сверлил нас взглядом «буравчика».

—Хорошо, — отмерла, наконец, от такого заявления, которое возложило на меня непомерный груз.

Потом обдумаю свалившуюся проблему с племенем и с неадекватным вождем, у которого скоро дым появиться из ноздрей от его желания испепелить меня или Шамана.

—Пойдемте. — И я направилась вдоль реки, чтобы показать поляну, где они могут построить жилище.

Проходя сквозь толпу, заметила женщину с ребенком, который еле слышно плакал.

—Что с ним?

—Молока нет, — тихо ответила та.

—Амия. Проводи её в дом. Нагрей молока и разбавь водой, чтобы было не очень жирно. Только чтобы все было теплым. Иди, — приказала женщине и она, пугливо поглядывая на вожака, бочком двинулась за моей дочерью.

На лице вождя мелькала такая гамма эмоций, что не трудно было догадаться, что я покусилась на его территорию, где он хозяин и может делать всё, что захочет с любым, кто находиться в его подчинении.

И первое на что хотел указать именно мне, так это на важное понятие, что «он – хозяин и главный», но не знал, как сказать и поставить меня на место.

По его пониманию, сейчас какая-то девка отдает приказы его людям, не согласовав с ним решение, а это подрыв репутации как вождя.

Но он чувствовал, что помощь с моей стороны в данный момент будет неоценимой, и поэтому приходилось мириться с таким положением вещей. Да трудно будет с ними…

Боялась ли я, поворачиваясь к ним спиной? Нет, не боялась. На уровне звериного чутья чувствовала страх и растерянность людей, которые боялись меня.

Они не понимали своего страха, а я знала, что это чувство люди испытывают, когда видят перед собой хищника. Это чувство жертвы.

Мы вышли на поляну, окруженную высокими деревьями. Впрочем, идеальное место для строительства домов, которое им под силу.

Река невдалеке и лес обрамляет поляну.

—Вот это место. Если хотите, могу показать пещеру на первое время.

Впрочем, вам бояться нечего. Звери вас не тронут, если вы их не тронете первыми. Я вижу, у вас ничего нет с собой. — И я улыбнулась, понимая, что в принципе много и не унесешь впопыхах.

Меня больше расстраивали вид детей: изможденные, со сбитыми ногами, они выглядели удручающе. Их было жалко в первую очередь, но и взрослые выглядели не лучше.

«В силу того, что долго добирались до меня, ожидать лучшего не приходиться», — подвела итог.

—Делайте очаг. Сегодня помогу. Мне нужны два человека. — И направилась домой, зная, что за мной обязательно пойдут, но вначале получат разрешения вождя.

Так и вышло. За мной в пещеру вошли двое мужчин. В корзины нагрузила посуду и еду и передала в руки немного заторможенным мужчинам, которые с любопытством разглядывали моё жилище.

Пришлось помогать с грузом, потому что у племени не было даже завалящей чашки.

—Один очаг мало для всех. Делайте ещё. Лайз, принеси уголь, — попросила сына.

Вскоре три очага горели жарким пламенем, а в котелках варилась похлебка для всего племени.

Пришлось из запасов выделить тушенку: как-никак самый быстрый вариант накормить людей.