Глава 31

“С меня достаточно лжи! Нет любви, нет никакой помолвки, нет никакой беременности!” – с этими словами крошка Женя покинула резиденцию Джека, при полном безмолвии присутствующих. Такое поведение Женьки ошарашило меня и повергло в апатию. Она не ждала меня. Так же как и я не мучилась в разлуке. Может даже и не вспоминала. Всё напрасно? Зря я вышел из совместного бизнеса с братом? Зря покинул родные и любимые земли? Я словно оказался в невесомости, когда от точки где мог уверенно стоять на ногах уже оторвался, но до нужной орбиты не долетел. Один в этом бескрайнем космосе, среди холодных звезд. – Третий день уже благовест ложкой по кружке не отбивает. Местные бабушки волноваться начали, – кивнув в мою сторону, сказала Света отцу. – Хандрит наш влюбленный гастарбайтер. Поздняя любовь, она самая сильная и неизлечимая. По себе знаю, – как всегда спокойно ответил Джек. “Нет любви” – тут же всплыл в памяти протест моей крошки. Отставив нетронутый кофе на столик, я хотел было уже покинуть общество родителей. Все равно они меня обсуждают так, как будто я невидимка. – Да уж. Интересный вышел сериал с двумя фальшивыми помолвками. Надеюсь в заключительной серии мы дождемся хеппи энда, – нарочито мечтательно произнесла Света. – Хеппи энда не будет, – зло процедил я, будто она виновата в нашей с Женей каше. – Вы же слышали что она сказала? Взглянув на меня, как на удивительно тупое существо, мама строгого режима вскинула брови: – А что она тебе должна была еще сказать? По какому поводу кинуться в твои объятья? Что ты сделал для того, чтобы доказать ей серьезность намерений? Или ты думал, что вашего шапито достаточно для того, чтобы женщина доверила тебе свою жизнь? – с килотоннами удивления в голосе заваливала меня вопросами Света. А ведь и правда. Я не единожды сам, своим поганым ртом напоминал девчонке, что моногамностью не страдаю, и в хомут добровольно не полезу. Что могло послужить для крошки хотя бы намеком, что всё изменилось? Я изменился. И сам, и свою жизнь к чертовой матери перевернул с ног на голову ради неё. Вот только ей об этом ничего неизвестно. Скрипнув ламелями шезлонга, мама строгого режима намылилась свинтить. Но успела сделать только один шаг в сторону веранды. – Стоять! – рявкнул я, перепугав и своих девчонок, которые неподалеку ковырялись в атрибутах для вечеринки в честь юбилея Джека. Схватив ее за талию и приподняв над землей, я вернул Светлану Всемогущую на место. Это было так резко и нагло, что даже Джек напрягся, приподнявшись в своем шезлонге на полкорпуса. – И какие я могу ей дать гарантии? Моему ивент агентству всего пять дней от рождения. Две сотрудницы и те кузины, которые работают по программе ворк энд трэвэл. За еду и пока ветер в голове мешает им задумываться о необходимости бросить якорь. Конечно я понимал, что не Светлана виновата в том, что мой сквозняк в мозгах мешал мне самому раньше думать о том, что я могу предложить будущей жене. Кроме плесневого бунгало и возможности вместе смотреть из-за забора, как классно живет мой братец. Который тянет с выкупом моей части бизнеса, рассчитывая заставить меня передумать, и вынуждая барахтаться с новым начинанием едва держась на плаву. – Очевидно, что вам нужно хотя бы поговорить. Сомневаюсь, что пока вы тут играли спектакль, ты хоть раз заикнулся о своих намерениях, о чувствах. Уверена, что у Жени нет ни одного основания думать, что Майк Лоури планирует новую романтическую комедию на всю жизнь, где ей отведена главная роль, – мягко улыбнулась мама, поучая меня с таким удовольствием, будто наконец-то за долгие годы дождалась этой возможности. А я и не против. Пусть поучает. Хоть это и скребет где-то внутри отголосками менталитета, что я не нуждаюсь в советах и не люблю когда лезут в мою жизнь. – На крайний случай девчонок вон своих привлеки. Придумайте что-то незаурядное, романтичное, – продолжала подкидывать идеи Света. – Я что-то не понял, – вдруг засуетился Джек. – Ты кто такой, пацан? Где мой дерзкий бэд бой Майк? Ему никакие помощники не нужны были, чтобы кипиш навести, а уж тем более чтобы женщину охмурить! Чего расклеился-то, как Ванька на печи? Это не по-американски, Майк, уходить, когда посылают! У нас что гордость, что совесть – монеты разменные, когда впереди стратегические важная цель! Хм. Действительно. Вертел я, Женечка, твои заскоки, на детородном органе! В арсенале гринго не только стеклянные бусики и санкции! Крошка Женя совсем рехнулась, если думает что сможет устоять и избавиться от меня? Ну держись, зараза мелкая! Я тебе устрою романтику без правил! Моя фирменная и неизменная ухмылка незамедлительно оповестила окружающих о просветлении в мозгах, после заятжной хандры. Охота за крошкой началась в этот же вечер. В лучших традициях завоевателя, я начал подтягивать и союзников из окружения Жени. Для начала заручился поддержкой Фиры, а потом и будущую тёщу в коалицию втянул. Ну а мама строгого режима и без мыла… без приглашения то есть, влезла. Следующим утром я уже торчал у подъезда многоквартирного дома Жени, как постовой и цветочный торговец в одном лице. Кустовые розы в саду особняка Лоури я резать конечно зассал. Поэтому тупо приволок те растения, которые, по словам Фиры, в садовом центре облизывала взглядом Женька, но так и не купила. Стою теперь тут в окружении горшков и банальностей, и жду реакции моей крошки на огромный билборд на заборе за моей спиной, где огненно-красная надпись гласит: “Выходи за меня, крошка Женя”. На всякий случай на двух языках, чтоб ни сомнений, ни отмазок, что не поняла от кого сия наскальная живопись, не осталось. Разумеется сейчас я мог твердо рассчитывать только на высокую заинтересованность происходящим бабок у подъезда и прочих прохожих, у кого дел поважнее не имеется. То что Женя сразу кинется в мои объятья мечтать не приходится. У нее зловредный характер, у меня три амбара косяков за плечами – сомнительная платформа для начала переговоров. Однако как только любовь всей моей жизни выпорхнула из подъезда, на ходу наматывая длинный тонкий шарф на шею, все противовесы моей затеи исчезли из головы. Люблю ее, аж задыхаюсь! Какие могут быть аргументы против? – У нас что, уже и курьеры на “Феррари” разъезжают? – не стала ломать комедию Женя и делать вид, что не заметила меня. – Зажрались москвичи. Нам, замкадышам, приходится изворачиваться, чтобы соответствовать, – повел плечом я, жадно шаря по личику Женьки. Я соскучился! Какая же она красивая! Императрица моя неприступная! Поиграла с фаворитом заморским и бросила! Я не согласный! Захапать ее хочу в лапы свои медвежьи, чтобы почувствовала, как я истосковался. – Что ты здесь делаешь, Майк? – не оценила шутку Женя, нахмурив брови и сложив руки на груди. – Утоляю жажду видеть тебя, крошка Женя, – честно ответил я. Капля в море, конечно, просто смотреть и не руками своими папуасскими не трогать. – Ой какой же ты лжец, Лоури! Видела я твою жажду блондинистую. Двойную порцию! Женька злилась, а я едва сдерживал улыбку – как мило она ревнует! Смешная крошка. – Элизабет и Дороти мои кузины, детка. Помогают мне организовать мероприятие в честь юбилея Джека, – старался я как мог, но все равно довольная ухмылка поползла вверх. – Рада за вас. Только не понимаю, от меня тебе что нужно? На юбилее Джека клоунов не хватает? – Нет. Твоих бывших мы приглашать не будем. И без клоунов программа насыщенная. – Себя, я так понимаю, ты к этому комьюнити не относишь? – усмехнулась Женя. Начало дебатов меня не впечатляло. Разговор все больше уходил в сторону, и к нужному курсу сворачивать не желал. Поэтому я перешел к активной фазе. Сделал пару шагов к своей строптивой девчонке и заключил в капкан. Твердо, жестко. По нашему. Кайф! Какой же это кайф просто держать её в своих руках. В эту минуту все становится иначе. Уходит боль, исчезают сомнения. Рядом с Женькой меня так распирает от счастья, что я без алкоголя пьянею. Улыбаюсь без повода. В башке сплошные эндорфины, энергия бьет через край так, что выражение “достать звезду с неба любимой” становится не просто красивой фразой, а обыденным заданием любого влюбленного по уши мужчины. – Пусти! – тут же пискнула Женька, безрезультатно толкая кулачками мой торс. – Не пущу. Погода на Гавайях полное дерьмо, знаешь ли? Солнце жарит, легкий бриз летит с моря. А ты стоишь и понимаешь, что отдал бы все, что у тебя есть, только за то чтобы снова спать на балконе комариных угодий Мордора, ради того, чтобы с утра увидеть улыбку одной несносной леди. Женька затихла, перестав меня пихать. Округлила свои прекрасные глаза, словно ищет в моих глазах признаки внезапно накрывшей деменции. – Пойдешь со мной на свидание, крошка Женя? – тихо спросил я, касаясь кончиком носа ее лица. – Ты… Я не играю больше в эти игры, ковбой! – снова завертелась Женька. – У тебя свои мероприятия с блондинками, у меня своё… в апреле примерно. Мне тоже надо готовится. Какое мероприятие в апреле? День рождения? Не помню. Хотя обычно люди точно знают, а не примерно, дату этого события. Или опять замуж собралась? Тогда у меня для нее плохие новости. – Дай мне один шанс, вредина Женя. Устрою я тебе твое мероприятие по высшему классу. Хоть стриптизеров в перьях, хоть балетную труппу. Я же мастер вечеринок, детка. Доверься профессионалу. Я не понимал с чем связана веселье в глазах Женьки и ее озорная улыбка, но эта красивая трещина во льду между нами была хорошим знаком. – Боюсь что стриптизеры и пьяные балерины не способны передать всю атмосферу моего мероприятия, – все шире улыбалась Женька и я решился. – Плевать. Без тебя в моей жизни вообще больше нет никакой атмосферы, крошка Женя. Поэтому я переехал жить в Мордор. – Что за бред? – не спешила Женя пищать от радости, выражая критическое недоверие к моей персоне. – Кокошник показать?