* * *

Родители лорда Теодруса всегда считали себя спокойными и даже сдержанными драконами. Отец его, лорд Торис вообще бы молчалив и меланхоличен, потому что его жена, леди Ровена отличалась энергичностью и силой характера.

Мало кто верил тому, что скромный зеленый дракон из клана магов жизни сможет убедить выйти замуж вольную драконицу из радужного клана. Но как-то сумел. Привел молодую в клановый дом, добился разрешения на строительство замка, и торжественно возвел его на месте заброшенной шахты хризолита, которая оказалась не такой уж и заброшенной.

Потом пошли дети. Они, как и все дракончики, требовали внимания и сил, но уже через пару-тройку столетий оказалось, что дети выросли, замок опустел, а родителям осталось посещение светских мероприятий, да редкие встречи с детьми на семейных праздниках. Леди Ровена скучала в замке, и лорд Торис часто вывозил супругу на прогулки, оберегая душевный покой обитателей их просторного дома.

Последний месяц радужной драконице нездоровилось, так что ей удалось изрядно попортить нервы всей семье. Особенно досталось старшему сыну. Молодой радужный дракон недавно женился на красавице снежной драконице, и леди Ровена страдала от осознания того, что в любой момент может стать бабушкой.

Поездку на магические состязания лорд Торис придумал, чтобы дать передышку слугами, уставшим полировать замковые камни. Неспешная прогулка по заснеженному лесу успокоила женщину, но на беду им встретился старший сын под руку с женой. Молодые смеялись, пили горячий яблочный сок и сообщили ошеломленной чете, что они уже совершенно точно будущие бабушка и дедушка.

Шокированная леди Ровена с трудом проговорила слова поздравления, пообещала роскошный подарок за добрую весть, а уйдя за высокие деревья села на скамейку и расплакалась. Пока муж, привыкший к ее эмоциональности молча стоял рядом, пережидая пик, на аллее показался дежурный доктор. Увидев рыдающую драконицу он ласково заговорил с ней, послушал пульс проводя диагностику, а потом посоветовал ошеломленному лорду Торису вести супругу домой, напоить ромашковым чаем и уложить в постель, потому что:

– Дамам в интересном положении стоит себя поберечь и не гулять так поздно среди неровных магических излучений.

Сказать, что чета драконов пришла в изумление, значило ничего не сказать! Они давно уже не помышляли о новых детях! Слезы леди Ровены моментально высохли, глаза широко открылись, и она позволила мужу увлечь себя к выходу из парка, удивленно икая от осознания ситуации.

Эвакуация домой могла бы завершиться вполне благополучно, но увы, среди лотков с едой чете Иалан попался младший сын под руку с девушкой. На них светской сдержанности радужной драконицы уже не хватило. Лорду пришлось утаскивать жену домой почти на руках и долго слушать бессвязный лепет придавленной известиями будущей мамы, бабушки и свекрови.

* * *

Поцелуи на кровати оказались столь же невыносимо сладкими, как и на полу. Дракон нежил свою маленькую ящерку, заставляя ее терять голову. Его собственная мужественность болезненно ныла, но Тео запретил себе пугать Амирану и потому ловко скрывал свои сложности углом одеяла. Вот только девушка норовила закинуть на бедра дракона то руку, то ногу, а в какой-то момент практически забралась на него верхом, заставив мужчину зажмуриться и тихо застонать, вцепившись руками в одеяло.

– Что с тобой, Тео? – испугавшись, что сделала больно, спросила Амирана.

– Все хорошо, детка, – сдавленно проговорил дракон, перенаправляя острые девичьи коленки немного в сторону. Потом он игриво куснул саламандру за нижнюю губу и напомнил: – скоро завтрак, закажем сюда?

– Не знаю, – девушка неохотно возвращалась к реальности из сладкого тумана чувственной радости.

Реальность грубо вторгалась в их уютный мирок, и она вновь занервничала, вспомнив родителей Теодоруса, занятия магией и перспективу вечером целоваться сразу с двумя драконами. Бронзовый понимающе усмехнулся, ласково провел пальцем по контуру ее лица:

– Давай посмотрим расписание и решим, когда мы с Алайном сможем появиться здесь.

Амирана даже не сразу вспомнила, что забыла планшет в своей комнате, но у дракона был вход во внутреннюю сеть клуба через магофон.

– Таааак, – он просмотрел расписание и широко улыбнулся: – сегодня у вас нет занятий, вас везут на ярмарку!

– На ярмарку? – удивилась саламандра. Она и подумать не могла, что их будут вывозить из клуба.

– Да! – дракон уже набирал какое-то сообщение, – я напишу Алайну, мы решим кое-какие вопросы и встретим тебя прямо на ярмарочной площади.

Амирана немного нахмурилась:

– Ярмарка. Хорошо.

Тео отбросил магофон и вновь привлек девушку к себе:

– Завтрак? Или еще поцелуев?

Амирана смутилась и ощутимо толкнула дракона, заставляя вновь откинуться на подушки:

– Завтрак с поцелуями? – спросила она, пряча смущение за густой завесой волос.

– Уговорила! – Тео поймал руками длинную шею саламандры и медленно, наслаждаясь каждым движением, поцеловал.

Затем отправил запрос в магосеть клуба и через пятнадцать минут в дверь постучали. Чтобы не смущать забившуюся под одеяло девушку, мужчина встал с постели, натянул поднятые с ковра шаровары и принял из рук домовушки тяжелый поднос.

Ели прямо на кровати. Амирана не ожидала, что всегда спокойный и выдержанный Тео умеет заразительно смеяться и собирать губами капли соуса с ее пальцев. Рядом с Алайном бронзовый казался более сдержанным, даже строгим, а теперь рядом с ней сидел едва ли не мальчишка-ровесник в одних штанах и, смеясь откусывал сочную дыню.

Фрукты, мороженое, дорогой горький шоколад и экзотическое копченое мясо на веревочках, девушка удивленно косилась на поднос, но табличка с ее номером подтверждала – это действительно ее завтрак. Вместо чая в чайнике оказался горячий компот, сдобренный кленовым сиропом. Похоже гормональный фон корректировался не только пластырями!

Вспомнив про лечение, Ами быстро дожевала кусочек и глянула за окно, пытаясь определить время.

– Что случилось? – поинтересовался Тео, в один миг возвращая себе полную серьезность.

– Мне в медпункт надо, – поморщилась девушка, – пластыри наклеить.

– Проводить? – дракон уже готов был вскочить.

– Не стоит, – саламандра еще стеснялась.

– Тогда доедай, и пойдем, – решил бронзовый, – мне еще Алайна обрадовать надо.

«Ночной наряд» валялся на ковре, и девушка бросала на него косые взгляды, решая, как же до него добраться, но Теодорус и в этой ситуации проявил себя максимально достойно: легко поцеловал Амирану в губы, подобрал тунику и юбку, положил на кровать и ушел в ванную.

Оделась саламандра за полминуты. В плащ ее вновь укутал Тео, потом сплел растрепанные волосы в косу и проводил до самой комнаты, ничуть не стесняясь своего полуодетого вида и босых ног. Амирана шла, закусив губу и ловила себя на мысли, что длинные узкие мужские ступни могут быть не менее эротичны, чем воспеваемые в магсети кубики на животе.

Коснувшись на прощание руки девушки поцелуем, дракон ушел. Ами быстро приняла душ, надела обычную одежду, переплела косу и побежала к фаноре. Медичка не стала журить любительницу поспать, лишь поводила своим приборчиком по животу саламандры, и уточнила:

– Завтракала уже?

– Да.

– Вечером занятие будет?

– Будет, – девушка густо покраснела, – наверное, оба придут.

– Понятно, – полуптица залезла в коробочку с разноцветными полосками, выбрала сразу восемь штук, сверилась со сканером и наклеила их: – снимешь перед выходом, а завтра утром снова ко мне.

– Спасибо.

Амирана медленно шла в гостиную и размышляла над тем, что не смотря на принятое решение она все еще стесняется говорить с посторонними о своих драконах.

– О «своих драконах»? – пробормотала она, замерев посреди коридора, – ой нееет!

Но как ни отрицай очевидное, подсознание не обманешь.

– Мои так мои, – пробормотала саламандра, и смело улыбнувшись, вошла в общую комнату.

Кандидатки были здесь. Мисс Вайс как раз объявляла радостную весть о поездке на ярмарку, а горничная выдавала девушкам плащи, шапки, шарфы и варежки.

У саламандры было достаточно теплой одежды, плюс подарок дракона, но поразмыслив она надела комплект, предусмотренный клубом. Пушистый шарф из мягкого кашемира укутал ее шею и переплелся с небрежной рыжей косой. Шапку Амирана по привычке надевать не стала.

У крыльца кандидаток ждал магобус. Вежливый водитель подождал пока все сядут на свободные места, еще раз проверил, чтобы никто не упал и плавно нажал сцепление. Через полчаса магобус остановился на ярмарочной площади. Еще в клубе мисс Вайс выдала каждой девушке небольшую сумму денег. Увидев торговые палатки и лотки с различными мелочами заскучавшие девушки высыпали из дверей как горох из стручка.

Относительно медленно сошли со ступеней полудроу и саламандра. Неторопливость экзотичной «десятки» объяснялась просто – прямо напротив магобуса стоял ее дракон. Он молча предложил своей избраннице руку, и они вдвоем углубились в ряды.

Амирана тоже не стала задерживаться возле магобуса – вышла и неторопливо двинулась к лоткам с недорогими украшениями. За прилавками стояли в основном гномы-ученики, а присматривали за ними в лучшем случае подмастерья.

Ни один мастер-гном не поехал бы на местечковую ярмарку, зато ученикам здесь было полное раздолье. Простенькие кулоны из поделочных камней, серьги из тонкой серебряной проволоки и кристалликов горного хрусталя, каменные шкатулочки и шары, все щедро выложено на широких прилавках, укрытых тонким сукном. Самое ценное и красивое прячется в высоких поставцах, которые степенно открывает хозяин, когда видел покупателя готового раскошелиться.

Саламандра так бы и бродила среди прилавков, не решаясь достать из кармана деньги, но ее внимание привлек один насупленный гном. Его малюсенький столик стоял на самом отшибе, словно остальные мастера стремились выдавить чужака или отщепенца. А между тем вещички на его прилавке лежали на порядок интереснее, чем у других.

Девушка подошла ближе и поняла в чем дело – мастер был полудворфом. Мало кто из многочисленных рас этого мира враждовал так долго и непререкаемо, как гномы и дворфы. Гномы славились, как непревзойденные кузнецы по металлу, зато дворфы презрительно фыркали, если им рассказывали о работе гномов по камню.

Жили обе расы кланами, друг дружку люто презирали и в любом крупном городе гномьи лавочки отстояли от дворфских минимум на пару кварталов.

Так что появление такого полукровки было не просто редкостью, это считалось практически невозможным! А судя по тому, что невысокий крепкий мужчина работал с камнем и металлом одновременно, его родители или родитель не бросили ребенка на произвол судьбы, а попытались научить своему мастерству.

Амирана увлеченно нырнула в кучку украшений, присматриваясь к тем, из которых можно сделать амулеты. Язычок пламени, собранный из кусочков янтаря ей особенно приглянулся. Только была в этой булавке какая-то неправильность. Девушка пошевелила над брошью пальцами, пытаясь понять, что ее насторожило, и мастер тут же вскочил со своей табуретки:

– Что-то приглянулось, дамочка? – подозрительно глядя из-под кустистых гномьих бровей спросил он.

– Вот это брошка, – ткнула пальцем Амирана, – только не могу понять, что с ней не так?

– Вы дамочка магичка, наверное, простые люди этого не увидят, – закивал головой полукровка, – здесь камушек особый, из моря Слез.

– А магию он хорошо берет? – поинтересовалась саламандра, оглядывая и другие украшения.

– Не знаю, – полудворф почесал редкую бороду, – я магией не пользуюсь, все руками.

– А еще что-нибудь с таким камушком у вас есть?

– Еще вот серьги, – мастер полез в свою укладку и вынул потрясающее украшение.

Длинные янтарные капельки и шарики переплетенные золотой проволокой свисали с серебряной луны и золотого солнца. На миг девушке показалось, что у солнца такое же серьезное выражение лица, как у Тео, а месяц явно подмигнул ей с тем же нахальством, что и Алайн.

– Беру! – выдохнула девушка и полудворф довольно улыбаясь вынул из закромов плоскую коробку, выстланную плюшем. – А скажите, мастер, – уважительно обратилась к нему саламандра, сообразив, что-такой-то мастер ей и нужен, для ее экспериментов, – вы далеко живете? Мне нужен искуснейший умелец, способный изготовить основы для амулетов.

– Так я магии не обучен, – лицо полугнома сморщилось, словно он собрался заплакать.

– В этом все и дело, – зашептала Амирана, наклоняясь над прилавком, – все они только и умеют, что магией камни в металл лепить, а мне нужен искусник, который все руками делать будет. Магией наполнить не штука, а вот сделать такую красоту! – саламандра демонстративно полюбовалась украшением и убрала коробку в сумку. Давайте я вам оставлю номер магофона и вы мне позвоните, – решительно наступала она на полудворфа, – я у вас и другие украшения куплю, и закажу много.

На деле в практичной голове дочери экономиста уже сложилась картина – у нее есть поместье, точнее есть у бабули, но госпожа Ассуар внучку точно поддержит. Дворф сможет там жить, не обращая внимание на сородичей с обоих сторон. Закупить материалы и построить маленькую кузню, по типу строения в «хижине» лорда Сильверстоуна она сумеет. А уж заготовки у этого мастера явно будут не банальными побрякушками.

Умасливая ювелира, саламандра так увлеклась, что совершенно забыла о том, что ярмарка – это не самое безопасное место. Когда она оставила наконец полудворфу номер магофона и добилась от него согласия подумать, вокруг уже собралась толпа.

Оказалось, что неподалеку расположилась цирковая труппа и тройка гимнастов уже раскинула на расчищенной площадке алый круг из плотного брезента. Теперь они разминались, выделывая порой изящные сальто и полюбоваться нечастым в провинции зрелищем сбежалось немало продавцов и покупателей.

Амирана решила обойти толпу, желая еще побродить среди торговцев-камнерезов. Однако к ней подскочил какой-то шустрый мальчишка, рванул сумочку с плеча и дунул в толпу. Девушка успела только коротко вскрикнуть. Серег было жаль и оставшейся у нее небольшой суммы денег тоже. А ведь она хотела посмотреть для бабули теплую шаль и модные в этом сезоне носки-тапочки.

Но не успела саламандра огорчиться всерьез, как из толпы вынырнул высокий симпатичный парень в военной куртке. В его руках бился невзрачно одетый мальчишка, из-за пазухи которого свисала сумка Амираны.

– Ваша мисс? – парень вычислил девушку в толпе и шагнул к ней, обаятельно улыбаясь.

– Благодарю вас, моя, – вежливо поклонилась девушка не спеша выхватывать свое имущество.

Незнакомец сам извлек из рук воришки простую ковровую сумку, похожую на изделие дриад, но гораздо более дешевую:

– Проверьте, все ли на месте.

Синие пряди в мужской прическе забавно покачивались, желтые глаза понимающе подсмеивались и, девушка решилась – взяла сумку и заглянула внутрь.

– Все на месте, и кошелек, и покупки, – сказала она, косясь на притихшего воришку.

– Значит, свободен, – синеволосый ослабил хватку, и мальчишка ужом вывернулся из крепких рук, улепетывая прочь.

Амирана молчала. Она знала, что вежливость требует от нее первого шага, но не знала, что можно сказать в такой ситуации. Предлагать вознаграждение? Неловко. А обещать свое общество и внимание она не имеет права.

– Может, успокоим нервы глотком сбитня? – предложил желтоглазый.

Девушка закрутила головой в надежде увидеть другую кандидатку или наставницу, но среди активно двигающейся толпы отыскать кого-то было практически невозможно.

– Боюсь, меня уже ждут, – неловко отказалась саламандра.

Желтоглазый откровенно посмотрел девушке в глаза, улыбнулся и подмигнул:

– Я не сомневаюсь, что такую красавицу ждут, но неужели у вас не дрогнет сердце?

Ами собралась поморщиться – она не сомневалась, что парень тотчас напомнит о спасении ее сумки, но ему удалось удивить девушку:

– Отказать такому красавцу? Мое сердце разбито! – патетически воскликнул он и саламандра неудержимо засмеялась.

В этот момент незнакомец до удивления напомнил ей Алайна. Помниться дракон тоже говорил нечто подобное, пытаясь подразнить Тео. Вспомнив о драконах, девушка чуть не стукнула себя по лбу – у нее же есть браслет! Вынув из сумочки платок, чтобы вытереть выступившие слезы, саламандра осторожно нажала буковку «Н» на браслете, молясь, чтобы эта предосторожность сработала.

Синеволосый продолжил свою вежливую атаку, предлагая уже не только сбитень, но и сладости, глинтвейн и прогулку по рядам с «крепким мужчиной, способным унести ваши покупки в одной руке».

– Кстати меня зовут Хок, – представился он, откинув со лба синюю прядь. Представляться в ответ девушке совершенно не хотелось, но парень настойчиво придвигался ближе: – А как я могу обращаться к вам, о прекрасная незнакомка?

Амирана уже собиралась просто закричать и кинуться в сторону, но тут с разных сторон из толпы вынырнули драконы.

– Ами! – кажущийся медлительным в обычной жизни, Тео в один миг очутился за спиной, поддерживая пошатнувшуюся девушку.

– Мира! – Алайн возник сбоку, перекрывая доступ синеволосому, – он мешает тебе гулять?

– Алайн, Тео! – девушка лучезарно улыбнулась мужчинам, а потом шутовски развела руками, глядя на желтоглазого незнакомца: – как видите, меня уже дождались!

– Ясно! Прошу прощение за настойчивость! – парень не стал медлить и растворился в толпе с грацией и ловкостью недавнего воришки.

Драконы тут же забыли про наглого грифона, хотя успели переглянуться: ноту руководству клуба написать придется.

– Ами, ты цела? Мы получили твой сигнал, и сразу бросились искать. Почему ты не подождала нас у магобуса?

– Простите меня, – саламандра наморщила нос, превращаясь в маленькую виноватую девочку, – я подумала, что отойду недалеко, и вы легко меня найдете. А потом увлеклась…

Тео посмотрел на девушку укоризненно, однако заботливо поправил капюшон плаща, расправил концы шарфа, и обратил внимание на сумку, которую Амирана не успела повесить на плечо:

– Успела что-то купить?

– Да, – вспомнив дивную красоту, упрятанную в коробку саламандра разулыбалась, – нашла тут удивительного мастера, он поудворф-полугном, – радостно делилась она успехом.

– Такие бывают? – Алайн продолжал настороженно осматривать ярмарку, и даже запустил парочку поисковых заклинаний, но кажется безуспешно.

– Он удивительный искусник, я вам покажу его работу, когда сделаю артефакт.

Драконы вновь переглянулись и поинтересовались:

– Мира, хочешь еще погулять, или пойдем, перекусим?

– Можно погулять, а можно и поесть, – не сделала окончательный выбор саламандра.

Выглянувшее из-за туч редкое зимой солнышко подняло всем настроение и, основательный Тео решил:

– Гуляем дальше, но прикупим чего-нибудь горячего, пирогов с мясом или окорок.

Они побродили между прилавками и, саламандре пришлось отбиваться от попыток драконов скупить ей все, на что падал ее взгляд. Вместо пирогов им попалась палатка с блинчиками, и они досыта наелись кружевных блинов со сметаной, с рубленым мясом и ягодами. На закуску драконы купили большой кулек жареных орешков и, все трое дружно хрустели, рассматривая диковинных зверей и птиц на вышитых дриадскими мастерицами на сумках из ивовой коры.

До камнерезного ряда добрались не скоро и, тут уж Амирана носилась между прилавками, стараясь применить свои знания и интуицию. Аметисты, лазурит, яшма, кабошоны, друзы, кристаллы, перерыв огромное количество выставленных изделий и заготовок саламандра купила только пять. Но долго колебалась, брать ли жеоду с плотной щеткой алых кристаллов альмандина. В итоге все ж взяла, поклявшись себе продать ее за бешеные деньги после превращений камней в артефакты.

К магобусу они шли неохотно. Драконы предпочли бы лично доставить саламандру в клуб, но Тео необходимо было хоть на короткое время вернуться в родной замок – поздравить старшего брата и родителей. Ошеломительные новости ему сообщила по магофону сестра. Она же настоятельно посоветовала не пропускать праздник. Алайнарус мог бы воспользоваться моментом и доставить Амирану в клуб один, но из солидарности с другом натянул парадный мундир и обещал присутствовать на торжестве.

Девушка, осмелев за время долгой прогулки, крепко поцеловала каждого мужчину и была буквально на руках внесена в магобус. Остальные кандидатки посмотрели на нее весьма пристально. Кто-то осуждал, кто-то слегка завидовал. Джесси вообще забилась в дальний угол и даже в окно не смотрела, а полудроу скривила губы и отвернулась. Кажется, ей тоже хотелось смело поцеловать своего дракона посреди площади.

В клубе Амирана не стала медлить – скинула плащ и ушла в комнату для занятий. Лорд Риффлейм ее уже ждал, рассматривая небольшие поделки, оставленные на парте. У саламандры было желание поработать с новыми серьгами, поэтому присутствию огненного лорда она не обрадовалась.

Лорд Риффлейм был странно рассеян и, выдав ученице новый учебник, ушел. Было похоже, что саламандра перестала так сильно привлекать его в качестве трофея. Амирана лишь пожала плечами, прочла задание и разложив часть прикупленных камней принялась тренировать новое умение – моментальную очистку функций амулета.

Использовалась эта способность не часто, например, для «разрядки» опасных магических предметов. Но и тут были свои хитрости. Если просто оборвать нити заклинания, оно могло сработать любым, самым непредсказуемым образом. Поэтому необходимо было распустить потоки и дать им вернуться в естественное состояние. Второй способ был гораздо сложнее, но позволял вновь использовать амулет, или хотя бы выявить все наложенные на него заклинания.

Создать амулет, распустить заклинания, создать – распустить и так раз пятьдесят, пока это не стало получаться легко и непринужденно. Конечно, после таких упражнений сил и желания заняться серьгами не осталось. И вообще требовался душ и хороший кусок мяса. Амирана с трудом выбралась из-за стола, потянулась, собрала книги и амулеты и повинуясь странному желанию унесла коробку с «драконьим шаром» и серьгами в свою комнату. Это конечно нарушало правила, но саламандра привыкла доверять своим инстинктам.

Стоя в душе, девушка неожиданно поняла, что совсем не нервничает. Просто решает, что надеть. Когда она вышла из ванной, решив, что наденет оранжевое платье, расшитое бирюзой и бронзой, оказалось, что ее снова ждут пакеты. Саламандре очень хотелось вернуть их, намекнув драконам, что не стоит дарить такие дорогие подарки, но девичье любопытство победило. В одном пакете обнаружился полупрозрачный серебристый пеньюар, больше похожий на бурнус. К нему полагались серебряные браслеты, украшенные бирюзой. Браслетов было четыре и более массивную пару украшали колокольчики.

Во втором пакете обнаружилась столь же тонкая и легкая сорочка. Гладкая невесомая ткань не утяжелялась вышивкой, зато к ней полагалось колье из зеленых камушков, нанизанных на цепочки. Сначала Амирана не поняла, отчего колье свисает так низко, но, когда примерила подарки и глянула на себя в зеркало поняла и покраснела – невесомая ткань совершенно не скрывала очертаний ее груди. Даже розовые соски просвечивали сквозь сорочку, а колье немного маскировало их острые кончики. Бронзовый гребень с красиво изогнувшимся зеленоглазым драконом завершал комплект.

Сколов волосы на макушке, саламандра еще раз взглянула на себя в зеркало и закуталась в плащ – если ее увидит в таком виде лорд Риффлейм, маленький пожар клубу обеспечен.

Хихикнув Амиарна не чувствуя ног пробежала по коридорам, толкнула первую дверь, вторую, и словно ураган ворвалась в комнату. Драконы были здесь. Оба. Их прекрасные обнаженные торсы блестели в полумраке, словно смазанные маслом. Тонкие серебристые шаровары красиво облегали сильные ноги. На руках Тео поблескивали широкие бронзовые браслеты, а волосы Алайна были собраны в косу.

Все это саламандра отметила словно во сне. Мужчины не спешили приближаться к ней, замерев, словно завороженные. В первую минуту девушка растерялась, а потом сообразила – за ее спиной горели свечи и даже два слоя тонкой ткани не скрывали ее фигуру.

– Мира! – первым отмер Алайн.

– Ами! – Тео сделал шаг в перед и остановился, боясь прикоснуться к своей ожившей мечте.

– Сегодня мы оделись так, как принято одеваться на ночь равноденствия, – сказал воздушный, запуская легкий теплый ветерок, поиграть с выбившимися из прически прядями.

– Эта ночь для тебя, – Тео поймал взгляд саламандры, – чтобы ты привыкла к нам и лучше узнала себя. Покажи нам, чего хочешь ты.

Амирана порозовела. Ее руки сами тянулись коснуться гладкой обнаженной мужской кожи. Хотелось проверить – так ли она упруга, как кажется на первый взгляд? До сих пор она видела и ощущала драконов отдельно, а как это будет вдвоем?

Медленно шагнув вперед, девушка положила одну ладонь на грудь Тео, а вторую на золотистые завитки Алайна. Горячая кожа, упругие волосы, плотные коричневые соски, светлее у Аалйна и темнее у Тео. Как стучат их сердца! Как бешено колотиться ее собственный пульс!

Горячая кожа Тео, прохладная – Алайна, стало неудобно тянуться сразу к двоим и они, поняв ее желание шагнули ближе. Какая плотная у Тео шея! Кажется, что на такой можно повиснуть, не опасаясь сломать! Как гуляют у Алайна мышцы, повинуясь ее пальцам.

Драконы не торопили саламандру, не зажимали между своими телами, намекая на разгоревшееся желание, просто стояли, подрагивая под ее руками. Тео следил за каждым жестом девушки, а вот Алайн настолько ушел в ощущения, что даже начал слегка покачиваться, как молящийся жрец.

И все-таки ласкать сразу двоих неудобно. Устав от попыток равномерно распределять ласки, Амирана обхватила руками шею Тео и попросила:

– Возьми меня на руки, тянуться тяжело.

Дракон тотчас подхвати девушку, позволяя ей гладить и целовать свое лицо. Потом Ами скользнула на пол и подошла к очнувшемуся Алайнарусу:

– Поднимешь?

Воздушный немедля ни секунды, обхватил ладонями тонкий стан и… усадил саламандру на себя, поддерживая под мягкие округлости. Хорошо, что и сорочка, и пеньюар отличались широкой юбкой и ноги девушки легко обхватили узкие бедра дракона.

Этот поцелуй был другим – воздушный не выдержал и сам впился губами в губы ошеломленной девушки. Впрочем, Мира быстро освоилась и, разочарованно дернув Алайна за косу, сильнее сжала бедра. Дракон застонал:

– Миии-рааа, ты меня убиваешь!

Саламандра дернулась от этих слов, но Тео тотчас придержал ее за спину и успокоил:

– Он хотел сказать, что ему невероятно хорошо. Настолько хорошо, что трудно сдержать свои мужские инстинкты. Ты позволишь? – бронзовый стоял за спиной Ами, но не прижимался к ней.

– Да, – девушка уткнулась в шею Алайна, борясь с легкой дрожью.

Двое разных мужчин, четыре руки, прикасающиеся к ней, жадные и ласковые губы, сильные тела, было от чего потерять голову. В какой-то момент Амирана заблудилась в тактильных ощущениях настолько, что едва не потеряла сознание. Алайн моментально ощутил это и, держа безвольное тело на вытянутых руках, отнес девушку на кровать.

– Полежи. Прости, мы увлеклись. Хочешь воды?

У саламандры не осталось сил даже кивнуть, но дракон без лишних слов принес запотевший бокал и напоил ее. Тонкое покрывало, которым ее накрыл Тео, позволило Амиране немного прийти в себя. Спасая девушку от смущения, драконы просто сели рядом и принялись травить байки.

Через некоторое время девушка успокоилась, потом начала хихикать и наконец, засмеялась. Довольные мужчины потянулись ближе, ловя руками узкие ладошки и…контраст теплой и прохладной кожи снова вызвал у саламандры нервную дрожь, по телу пробежали голубоватые искры. Драконы разочарованно отодвинулись.

Но проблема вставала остро. Когда Тео усадил Ами к себе на колени, она спокойно сидела и даже сама с упоением гладила его шею, ожидая поцелуя. Но стоило прикоснуться Алайну, и девушку снова начинало колотить.

Вино, вкусный ужин и огонь вновь позволили девушке расслабиться. На сей раз Алайн мягко стек на ковер и попробовал, как в первый раз размять ей пальцы на ногах. Мира прикрыла глаза и даже тихонько застонала от удовольствия, но… всего один поцелуй Тео снова выбил ее из колеи.

– Что же делать? – расстроенная и даже немного испуганная саламандра забилась в кресло, а хмурые драконы остались сидеть на ковре, по очереди отпивая из бутылки крепкого лимонного ликера.

Чтобы отвлечь девушку Алайн запустил иллюзию порхающих бабочек, и одна из них опустилась на ладонь Тео. Дракон всмотрелся в мозаичный рисунок ее крыльев и…

– Я знаю, что делать! – бронзовый открыто улыбнулся Амиране, – смотри!

Одна из декоративных колонн оказалась шкафчиком.

– Здесь хранят одежду для ночи равноденствия, – пояснил Теодорус, ныряя в недра шкафа. Выбрался он оттуда с непонятным свертком в руках. – Эту штуку придумала одна дриада, которая очень боялась ночи с драконом, – пояснил Тео. – Ее не часто используют, но по распоряжению главы клуба она всегда есть в наборе.

Дракон расправил непонятный сверток и, в его руках оказалась…мантия! Из удивительной, похожей на кружево ткани.

– Эта ткань, она особенная, если накинуть эту ткань на… – тут дракон слегка запнулся, но продолжил, – голое тело, то ты будешь видеть нас, а мы тебя только чувствовать.

– Как это? – Амирана подошла ближе и поймала ладонью край мантии.

Легкое, невесомое кружево. Она поднесла ажурный рукав к глазам – и ничего не увидела!

– Не так! – Тео взял капюшон и накинул его на голову девушки, закрывая лицо.

Драконы были прекрасно видны, как через тонкую гипюровую штору.

– А теперь так, – бронзовый положил руку поверх ткани.

Его касания ощущались, но ни температуры, ни гладкости кожи не чувствовалось.

– Алайн? – дракон повернулся к другу и тот осторожно повторил его движение, погладив девичью щеку, прикрытую тканью.

Амирана дернулась, опасаясь вновь заискрить, но это было просто прикосновение, точно такое же, как и первое – ни температуры, ни шершавости, даже плотность ощущения терялась.

Драконы одновременно заглянули под край капюшона и увидели недоверчивую улыбку саламандры.

– Получилось? – затаив дыхание спросил Тео.

– Получилось! – заверила его Ами.

– Ура! – выдохнул Алайн и тут же улыбнулся: – эту мантию лучше надевать на обнаженную фигуру, чтобы сидела лучше.

От великого облегчения Мира хлопнула его по руке длинным рукавом и убежала в ванную. Драконы же переглянулись и, крепко пожав друг другу руки, в два глотка допили ликер. Их союз снова висел на волоске, но им удалось найти выход!

Спрятавшись в ванной комнате Мира сняла «ночное одеяние», ополоснулась и облачилась в мантию. Она была скроена именно так, чтобы закрывать тело от макушки до пят. Даже лицо можно было закрыть капюшоном, но… ровно в центре кружевного полотна имелась прореха, которую девушка вначале не заметила. Потом сочла отверстие конфузом горничной и, только посмотрев на себя в зеркало, сообразила – мантия предназначалась для ночи зачатия и должна была предоставлять дракону возможность получить маленького дракончика.

Покраснев, побледнев и поскрипев зубами, саламандра пометалась по ванной, а потом вынула из прически невидимку и скрепила смущающий ее разрез. Найдя решение девушка немного успокоилась, приложила к щекам враз заледеневшие ладони и вышла к ожидающим ее драконам.

По ее мнению, зрелище она собой являла довольно унылое – трапециевидная мантия, глухой капюшон до подбородка, длинные широкие рукава, скрывающие даже кончики пальцев. Во всяком случае зеркало отразила ей нечто похожее на привидение. Мужчины же затаили дыхание и с трудом удержались от стонов. Для них саламандра вышла из ванной абсолютно обнаженной! Лишь легкая дымка покачивалась вокруг тела, напоминая о том, что девушка укутана в мантию.

Истомившиеся за вечер мужские орудия явно напомнили о себе, и Алайн не выдержал первым – шагнул к Амиране и протянул руку:

– Попробуем лечь в постель?

Девушка медленно подала свою руку, укрытую широким рукавом, вторую тотчас подхватил Тео и они втроем подошли к расправленной кровати. Драконы с трудом сохраняли невозмутимые лица, глядя, как саламандра усаживается в центр широкой постели. Переглянувшись мужчины разделились – Тео зашел слева, Алайну досталась правая сторона. Подложив под спину Амираны подушки, драконы вместе начали чувственные ласки, призванные показать девушке, что ласки сразу двоих – это не страшно.

Укрытые невесомой тканью ступни тщательно размяли и поцеловали. Алайн искусно находил точки, заставляющие Ами постанывать от удовольствия, а Тео баюкал ее стопу с невиданной нежностью, поглаживая розовые ноготки. Затем мужчины поднялись выше – Амирана удивлялась, насколько невесома ткань и немного осмелев сама касалась обнаженных торсов руками, по-прежнему упрятанными в рукава.

Безмолвно договорившись, драконы переместились на бедра, но ограничились их внешней стороной, избегая сосредоточия женственности Амираны. Каждому до разноцветных звездочек в глазах хотелось приникнуть к шелковистому треугольнику, но пугать девушку в такой момент было смерти подобно.

Огладив бедра, мужчины одновременно убрали подушки и мягко опустили саламандру на матрац. Вид взволнованной, чуткой, нервной, словно молодая лошадка девушки способен был ввести в искушение любого половозрелого мужчину, а уж драконы испытывали невыносимые муки, принимаясь нежно поглаживать руки, плечи, шею.

Первым задорно торчащий сосок поймал Алайн. Мира выгнулась и запустила пальцы в его растрепавшуюся косу, не то отталкивая, не то притягивая мужчину к себе. Тео пришлось ловить вершинку девичьей груди руками, и бережно сжимать, вспоминая самые зубодробительные формулы заклинаний.

Закрепляя успех, Алайн провел рукой по ребрам девушки, мягко коснулся живота и вздрогнул, наткнувшись на заколку. Резкая боль тотчас отрезвила теряющего голову дракона, а крохотная капелька крови превратилась в кристаллик и канула в складки простыней. Рассмотрев, что прикрывает невидимка, дракон мысленно признал, что Мира проявила разумную осторожность, и нежно поцеловал чувствительную ямочку над слегка выступающей косточкой таза.

Саламандра металась и постанывала, ей явно требовалась разрядка, но мужчины сомневались, что сумеют сдержать себя и не напугать девушку. Выход вновь нашел Тео. Он аккуратно перекатил Ами на живот и кивнул Алайну:

– Делай как я!

Саламандра впервые почувствовала себя музыкальным инструментом. Сильные мужские пальцы разминали ее от затылка до пяток. Теодорус задавал темп, а его друг добавлял игривые ноты целуя и прикусывая самые интересные, по его мнению, места. Через полчаса такого «фортепьяно» Амирана тихо уплыла в сон, не успев сказать своим мужчинам, что это был лучший вечер в ее жизни.

Когда девушка сонно засопела в подушку, мужчины осторожно улеглись рядом. Накидка смягчала их общее воздействие, но им самим было не слишком комфортно сталкиваться руками в попытках обнять ее. Первым не выдержал порывистый Алайн, он осторожно слез с постели и, ушел в душ. Вернулся он примерно через полчаса, освеженный и успокоенный. Лег рядом с саламандрой и уснул.

Тео, все это время мучительно старающийся не обращать внимания на согнутую в колене ногу девушки тотчас поднялся и нырнул в освежающую прохладу водяных струй. Ему как магу жизни вода дарила удивительное ощущение спокойствия – будет вода, будет и жизнь. Смыв усталость и недовольство присутствием друга рядом с любимой девушкой бронзовый сумел упасть в сон, точно семя в темную землю.

Утро случилось ранним. Непривыкшая спать в компании саламандра всю ночь крутилась и толкалась, не давая драконам покоя, а ближе к рассвету частично выбралась из мантии и решила во сне обнять своих соседей. Точнее просто коснуться одного бедром, а второго рукой. Подскочили все трое. С Алайна слетело небрежно закрепленное полотенце, более благоразумный Тео лег в постель в штанах, зато Амирана запутавшись в легкой ткани нечаянным рывком распахнула полы от шеи до пят и тут же мучительно покраснев забилась под одеяло.

Уныло глянув на серый рассвет, драконы решили, что надо вставать и, вспомнив армейскую юность поплелись в ванную вместе. Чистка зубов, умывание и заказ горячего кофе привели их в хорошее настроение. Увы, когда они вернулись в комнату, их маленькой шустрой ящерки уже не было. Только аккуратно свернутая мантия лежала на спинке кресла.

– Что будем делать? – Алайн плюхнулся на свободное сиденье и отхлебнул глоток кофе, только что доставленного домовушкой. – Очевидно девушка нас боится, смущается, а теперь еще и стыдиться, думая, что мы впервые узрели ее обнаженной.

Тео тоже взял свою кружку, покрутил в ладонях. Полулитровый сосуд казался наперстком в его руках.

– А что поделаешь, только приручать. Поодиночке конечно легче, но если мы не справимся с проблемой до ночи зачатия, будут сложности.

– Позавчера мы отлично целовались, безо всяких искр, – вздохнул Алайн, отпивая еще глоток.

– И мы вчера ночью не скучали.

Тео традиционно был более сдержан, но на его лице появилась такая улыбка, что Алайну захотелось врезать лучшему другу кулаком. Ну как он может так думать о его, Алайна девушке?

– Так что, сегодня встречаемся раздельно?

Бронзовый нахмурился:

– Нельзя останавливаться. Ами может снова испугаться. Вот гулять можно и раздельно, а потом придется опять вдвоем. Выдержишь?

Алайн попытался натянуть высокомерную физиономию, мол конечно смогу, но лучший друг слишком хорошо его знал:

– Не думай, что мне легко дается твое присутствие, Ал, – мог жизни отставил чашку, – но до ночи зачатия у нас как в джунглях, перемирие. Вот потом, если ничего не получится, каждый сам за себя.

– А если получится? – во рту у воздушного пересохло и, он допил кофе одним глотком.

– Значит, перемирие закончится через год, – подумав, сказал Тео. – Ребенок все равно твой, чтобы не случилось, но Ами сохраняет право выбора.

– Но брак можно заключить только тогда, когда ребенок будет во чреве! – возмущенно напомнил Алайн.

– Чем больше срок, тем больше шансов у матери перенести процедуру безболезненно, – пожал плечами Тео.

– Ты думаешь, хоть одна женщина захочет выходить замуж с огромным животом? – ехидно поинтересовался знаток женских душ.

– Ал, выбор все равно за Ами, наш спор ничего не решит. Но я хочу тебя предупредить, – тут дракон с такой силой и властностью шевельнулся в кресле, что Алайнарусу на миг стало страшно.

Вспомнилась разнесенная в щепки столовая и чахлый росток в недобитой плошке.

– Я хочу тебя предупредить, что не позволю шантажировать Амирану.

Алайн попытался насупиться в ответ, но при этом недовольно скривил лицо: друг опять его поймал.

– Твой дед многому научил тебя, но думаю, в этой ситуации он меня поддержит. Нельзя запереть огонь в клетку, он будет гореть только там, где ему будет хорошо.

Воздушник не мог не принять справедливости эти слов, хотя и глотал горькую пилюлю с трудом.

– Я запомню, Тео, – пообещал он. – Вечером вдвоем?

– Вдвоем. А вот на день кидаем монетку!

– Договорились!