Глава 15

Веронике были определены покои недалеко от моих, а вот служанку ей не пожаловали, сославшись на то, что необходимо набрать новый штат, но сейчас на это нет времени.

— Дуняша? — позвала я.

— Чего изволите, госпожа?

— Это моя подруга, Вероника, не могла бы ты и ей помогать с платьями, когда это требуется?

— Отчего же не мочь? Конечно могла бы!

По лицу Ники я поняла, что она была мне очень благодарна за возможность пожить при дворе. Хоть я не особо понимала, чему она радуется, неужели такое поведение не нанесет вред ее репутации? Или житье при дворе — это другое? Это почетно? Еще намного поразмыслив над этим взглядом на жизнь, я поняла, что мне этого не понять.

— Анабелла, если ты не возражаешь, то я бы не хотела выходить сегодня к ужину. Я так устала.

— Хорошо. Дуня, принесешь моей подруге ужин в комнату?

— Хорошо, а ваши покои? Кто их сторожить будет?

— Думаю, ты договоришься со стражей, ты же умная девушка!

— Я, нет, но вы, как ведьма, можете их заставить!

И точно, кажется от голода в этом институте у меня совсем ум за разум зашёл, раз не могу вспомнить такие элементарные вещи. Ещё и матушка со своими наставлениями подоспела.

— То есть, ты даже не пыталась их зачаровать, чтоб они служили тебе верой и правдой, и бросила все на самотек? И как я сразу не поняла при первом разговоре с охраной твоих комнат, что ты даже этого не сделала. Только сундук летать можешь заставлять!

— Ну, Гленда! Я совсем очеловечилась в этом институте, мне не давали есть и спать нормально!

— Это не повод вести себя настолько беззаботно!

Гленда вышла и с расстройства так несчастных заговорила, что они, по всей видимости, до конца своих дней будут служить Верховной ведьме беспрекословно.

— Дорогая Вероника, я думаю, что после всего пережитого вам стоит отдохнуть, выспаться и прийти в себя, а я бы хотела пообщаться со своей дочерью с глазу на глаз…

— Конечно, благодарю вас за заботу! Дуня, ты поможешь мне?

Девушки удалились, а маменька, меча глазами молнии и уперев руки в бока, посмотрела на меня так, что я пожалела о том, что не могу моментально стать невидимой.

— Дорогая моя доченька, я, конечно, все понимаю, но не могла бы ты мне объяснить, что, вообще, произошло? И как мне это понимать?

— Я уже говорила. Это все недостаток питания и ужасные условия обучения виноваты.

— А теперь открывай свой сундук и показывай все, что там найдёшь, говоря мне, что это, и для чего предназначено!

Тяжело вздохнув, я открыла сундук и вытащила первое, что валялось сверху.

— Чулок, кажется на левую ногу, предназначен для ношения под одеждой.

— Анабелла!!! Не выводи меня! Вытащи свои вещи и рассказывай о том, что там под ними!

Вытащив гору одежды, я поняла почему не делала этого в институте. Там комната была бы полностью завалена  моими вещами, а я опасалась, что вдруг Катрин нагрянет неожиданно…

Я выудила зеркало на ручке, ну, такое, в которое приличные дамы смотрятся по вечерам перед сном, говоря себе о том, что они самые красивые…

— Свет мой зеркальце, скажи… — начала было я, но меня тут же нагло прервали.

— Не паясничай! Сначала закопала меня в груде своего барахла и не вспоминала обо мне несколько месяцев, а теперь "свет мой зеркальце?" А не пойти бы тебе со своими вопросами куда подальше? — рявкнуло зеркало и показало мне кромешную тьму…

— Э… и что это было? — спросила я у матушки.

— Вообще-то, я хотела бы об этом спросить тебя. Тебе был выдан древний магический артефакт. Для связи и поддержания морального духа. А ты его обидела. Белла! Как так можно! — глядя на Верховную ведьму, я поняла, что поправлять её сейчас не стоит, а то следующей летучей мышью стану я, и буду сидеть в клетке, пока мне не исполниться двадцать один, или пока я не образумлюсь…

— Я не хотела…

Из зеркала меня снова послали, и я положила столь недружелюбный предмет. Следующее, что я выудила из сундука, был мой гримуар.

— Моя записная книжечка, в которой я храню рецепты.

— Рецепты тыквенного пирога или картошки с мясом? — уточнила матушка.

— Рецепты магических зелий и заклинания.

— Ну и какие заклинания там есть?

— Разные…

Матушка вырвала у меня из рук этот фолиант, которым по ощущения можно было и убить, и продолжила свою триаду.

— А теперь ты мне расскажешь, что именно есть в твоей тетради, и молись о том, чтоб я зачла тебе эти ответы!

— Морок, левитация, внушение… — начала я и поняла, что не могу вспомнить и половины того, что там есть, и что должна знать наизусть…

Гленда сначала примеривалась, чтоб запустить в меня книгой, но потом пожалела. То ли  меня, то ли книгу.

— Вот! — сунула она мне её — чтоб к утру все повторила и утром мне рассказала. И учти, некоторые заклинания я спрошу!

Маменька решила прилечь, а мне  предстояло учить до самого ужина, а потом и после, до утра. Хотя…

Прочитав первые пару страниц, я поняла, что память возвращается ко мне, как будто в стенах института у меня на разуме стоял запрет на использовании магии. Ведь все изменилось, как только я переступила порог этого недружелюбного заведения. А ещё я поняла, что с зеркалом надо помириться и желательно, как можно скорее. Ведь только оно сможет сказать мне до встречи с очередным покушением, кто за этим стоит. Но тут у меня появился ещё один вопрос, почему всезнающая ведьма не спросила у меня и зеркала это в первый же день пребывания во дворце?

— Матушка, а почему вы сразу про зеркало с магическим свойствами не спросили меня?

Гленда села на кровати и задумалась. В этот момент  она и сама поняла, что забыла, хотя вот кто-кто, а она забыть не могла. В её памяти хранились вся наша библиотека, и она сразу же могла вспомнить нужный ей обряд в деталях и подробностях. Чего в принципе ожидали и от меня, но что-то пошло не так..

Глава 16

Приведя свои мысли в порядок, Гленда сообщила.

— А знаешь, Анабелла, кажется, ты права. Я так же, как и ты, напрочь забыла о многом, и последнее посещение твоего института лишь добавило мне забывчивости.

— Матушка, мне кажется, где-то в недрах этого страшного заведения присутствует древний артефакт, что заставляет девушек забывать.

— Думаешь? Но почему я в первое посещение не заметила этого?

— А в первое посещение вы приходили в наши кельи? Мне кажется, все разговоры проходили наверху. Да и потом, куда-то же скрылась Катрин!

— Пожалуй, я была слишком поспешна с выводами на твой счёт.

Не долго думая, я схватила зеркало и передала его матушке, так как эта вредная стекляшка может годами дуться, а у нас нет столько времени.

— Ваше превосходительство Верховная ведьма Гленда! — непонятно чему обрадовался артефакт.

— Здравствуй, зеркало! Поведуй, кто за всем этим стоит?

— За всем этим стоят строители прошлого, что возвели этот прекрасный замок несколько столетий назад…

— Покажи мне, по чьей вине на Анабеллу совершались нападения?

— Вину двоих я вижу тут, Катрин и Вергилий имеют вину!

— Ладно, ты так и будешь надо мной издеваться? РАЗОБЬЮ!

— Разбей, даруй свободу мне!

— Скажи мне, кто пытался отравить Анабеллу? Кто яд подсыпал ей в еду, кто отравил письмо?

— Ну это просто, еду ей отравила одна из кухонных девиц. В конверт же яд насыпал ей мудрец!

— Хватит загадок! Показывай, кто отравил!

И зеркало показало Келлиана и какую-то девчонку, наверно, на пару лет младше меня.

— Кто надоумил их на это?

— Так матушка одного из них!

— Покажи!

Зеркало замутнело и показало лишь тени на полу.

— Как Верховная ведьма, я приказываю тебе показать того, кто желает смерти невестам и женам императора!

— Ты хочешь увидеть вереницу этих лиц? — просияло зеркало.

— Нет, я хочу увидеть лишь одно лицо, то, которое участвовало в отравлении, то, что дало яд.

— Как скажешь!

И вот, наконец, мы увидели её.

— Катрин? — в один голос спросили мы.

Да, эта странная и неприятная женщина сидела в какой-то пещере с земляным потолком и полом, перед ней горел небольшой костерок, она жевала яблоко, рядом была небольшая корзина с продуктами. По всей видимости, кто-то помогает ей скрываться.

— Где она?

— В пещере, разве не видишь?

— А где пещера? — не выдержала моя матушка непроходимой вредности зеркала.

— То мне не ведомо, увы! И ещё, Верховная ведьма, учитесь говорить стихами, а то я вас плохо понимаю!

Это вредное творение рук человека снова начало показывать непроглядную тьму.

— Матушка, что мы будем делать дальше?

— Не знаю. Но думаю, нужно поговорить с Вергилием о Келлиане. И о той девчонке…

— Не уверена, что это хорошая идея, тем более, что здесь есть глаза и уши повсюду…

— Да, во дворце этот разговор уже к обеду станет достоянием общественности. Надо вызвать твоего жениха в парк, там, под моим присмотром, мы сможем все обсудить…

— Не думаю, что парк это подходящее место.

— Пиши письмо!

— Какое?

— Пиши! Я надиктую.

Не став спорить, я взяла лист бумаги и не спеша начала писать то, что говорила мне матушка

"Светлейший Вергилий! Я, Ваша невеста Анабелла, хотела бы встретиться с Вами завтра в полдень в парке для одного очень важного разговора. Моя матушка будет присутствовать и объяснит Вам все. Надеюсь на Ваше понимание и встречу.

С любовью Анабелла."

— Как-то это… — начала было я.

— Это все правильно, и не спорь с матерью! А теперь готовься к ужину.

— Но я думала, мы посидим здесь…

— Вот ещё!  И показать нашим отравителям, что мы их боимся? Нет уж, собирайся, мы пойдём на ужин. Да и ты сама должна передать письмо лично в руки императору, иначе весь дворец будет знать о том, что там написано, еще до завтрашнего утра!

Поняв, что матушка права, я начала перебирать свой гардероб в поисках подходящего платья. Тут в дверь постучали, и вошёл портной. Старичок прямо светился от счастья, и по всему его виду можно было понять, что он весьма горд и счастлив выполненной работой.

— Как вы просили меня, я доработал платье! Надеюсь, что прекрасная Анабелла не сочтет излишним надеть его на сегодняшний ужин!

И на меня напялили этот ужас… Я, конечно, понимаю, что портной старался угодить моей матушке, но глядя в зеркало, я поняла, что он перестарался. Но эти двое глядели на меня и восхищались непонятно чему. Оно было розовым! Розовое, с бантиками, рюшами и кружевами, расшитое жемчугом и камнями. Мне казалось, что во всем этом я выгляжу не просто странно, а смешно и даже слишком вызывающе.

— Дуняша!!! — кричала я.

Девчонка появилась за считанные секунды.

— Чего изволите, госпожа?

— Как я выгляжу?

— О, вы так прекрасны в этом платье! Вы похожи на праздничный торт, что пекли на самую дорогую из свадеб нашего императора!

— Позови Веронику!

Ещё через минут десять пришла моя подруга, которая также стала восторгаться моим нарядом, утверждая, что выгляжу я просто великолепно, и не стыдно даже королеве в таком наряде появиться на людях.

— Ах, так! Тогда я надеюсь, что наш портной займется моей подругой и тоже сошьет ей платье!

— Но Вергилий просил сначала обеспечить нарядами его невесту, то есть вас!

— Уважаемый, у меня целый сундук платьев, а у бедной девочки кроме этого страшного сарафана нет ничего?

— Ужас-то какой! Позор на мою голову, так не подобает проявляться за столом его высочества!

— Вот и я о том же!

— Но в мои покоях есть шкаф с платьями, и мне было сказано, что я могу их взять, раз своих у меня нет.

— Вот! Уважаемый портной, подгоните, пожалуйста, несколько платьев для моей дражайшей подруги к завтрашнему дню, а то нам и выйти-то никуда не получится!

— Конечно-конечно!

Подхватив Дуню под одну руку и Нику под другую, он потащил девушек в покои моей подруги для снятия мерок и примерки уже имеющихся платьев. А я решила снять этот ужас, пока не поздно.

— Ты чего это задумала? Это подарок твоего жениха, носи с гордостью!

— Мама, я похожа на торт!

— Носи и не вредничай, надо показать, что ты дорожишь вниманием императора. Мы хоть и ведьмы, но вот так бросать перчатки в лицо императору, все равно дурная идея.

Пришлось идти так. Гленда смотрела на меня и как-то подозрительно мило улыбалась.

Глава 17

На ужине нас ждали. В тот момент, когда я вошла в помещение, и меня, наконец, смогли рассмотреть все присутствующие, император закашлялся, Келлиан странно хрюкнул, остальные же стоически пытались сделать вид, что так оно и должно быть.

— Откуда у вас столь интересное платье? — уточнил мой жених.

— Так вы же сами дали распоряжение портному, пошить мне подобающее платье, и вот утром была первая примера, а сейчас он принёс уже готовый вариант. Вам нравится?

— Скажу честно, я поговорю с портным об этом, кстати, где он?

— Подшивает платья для моей подруги. Бедная девочка, ей же не в чем ходить. Кроме этого страшного серого сарафана, у неё больше совсем нет одежды! — вытирая несуществующую слезу, поведала я Вергилию.

— А, тогда поговорю с ним завтра, когда он соберется шить вам следующее платье.

— А что Вас не устраивает в моем наряде? — сделав невинное выражение лица, спросила я.

— Пожалуй, мне больше нравились ваши платья, те, что выглядели более целомудренно. Вы выглядите в них более подобающе для моей невесты…

— Хорошо, учту и утром надену что-то из своего гардероба.

— Ну что же, я думаю можно приступить к ужину?

— Я бы хотела кое-что вам сказать, — я подошла к Вергилию и аккуратно положив ему в руку записку, которую он тут же убрал в карман, и шепнула так, чтоб слышали все, кто навострил уши.

— Я бы хотела платья в зелёных тонах, они мне больше идут, ну или, на крайний случай, в синих, но никак не в розовых. Скажите об этом портному, хорошо?

— Да, конечно, как пожелает моя невеста.

За ужином меня не пытались отравить. Никто не лез с расспросами, да и сама трапеза была вполне милой и семейной. Опять мы с матушкой и Вергилий с Келлианом, плюс несколько слуг, что шныряли по залу и помогали нам за ужином.

Вернувшись в свои покои после ужина, я уже было собиралась готовиться ко сну, но у матушки были другие планы, и выудив из своей сумочки огромную книгу, что  всегда носила с собой, она положила ее на стол. Сказать честно, я всегда боялась этой книги. Большая, в переплете из черной кожи и с клыками волка на обложке. Учуяв, что ее пытаются открыть не те люди, могла и укусить, как было как-то раз, когда любопытная служанка увидела позабытую матушкой книгу. Если мне не изменяет память, девица лишилась пары фаланг пальцев. А я с тех пор к книге Верховной ведьмы даже приближаться боюсь, не то что открывать.

— Так, сейчас мы с тобой будем читать, дорогая моя доченька.

— А что читать? Мы что-то ищем?

— Нет, нам надо, чтоб мысли прояснились…

— А можно я почитаю свою книгу? — потянулась я к сундуку.

— Сидеть! Мы ищем в этой книге, так как информации здесь намного больше!

— Хорошо, матушка, — тяжело вздохнула я.

И мы приступили, просматривая страницу за страницей… И почему Гленда не сделала для нее оглавление? Не покидал меня вопрос…

— Я знаю, о чем ты думаешь. Так информация, что храниться в этой книге, останется неприступной, не смотря ни на что.

— Ты думаешь, ей мало зубов?

— Я знаю, что ей мало зубов!

Тяжело вздохнув, мы продолжили. Большие, исписанные страницы все переворачивались и переворачивались, и мне казалось, что до конца этой книги невозможно дойти, так как соотношение прочитанного и не прочитанного не менялось… Но вот нам попалась глава об артефактах. В первых рядах красовалось мое зеркало с характеристиками и описанием его вредного нрава. Дальше упоминались также известные “молодильные яблочки”, пара сережек с рубиновыми яблоками, дарующими носящей их иллюзию молодости. Потом шло еще несколько страниц с разного рода известными и не очень вещами, и вот мы нашли его. “Сердце паука”, древний артефакт, считающийся уже несколько столетий утерянным, предназначен, чтоб стирать воспоминания и вытягивать молодость. Чем больше поблизости жертв, тем меньше он берет у каждой. При этом дарует своему “хозяину” часть из тех лет, что похитил, небольшую. Также было еще какое-то описание, из которого я не почерпнула ничего полезного.

— Нашелся! — возликовала Гленда.

— Матушка, мы нашли только описание. Где сам артефакт, нам не известно! — за эти слова меня удостоили такого взгляда, что я была готова провалиться сквозь землю.

— Анабелла, ты не могла бы внимательно посмотреть книгу и ПРОЧИТАТЬ описание, сочтенное тобой неважной информацией.

Я аккуратно придвинулась к книге и начала читать написанное еще раз. Ну, во-первых, я нашла изображение в углу. Выполненное от руки корявое изображение амулета в виде паука на паутине. А во-вторых, нашла важные детали, что упустила ранее, и поняла, что Катрин и есть хранительница артефакта. А еще, судя по записям, ей должно быть уже лет четыреста, а то и больше!

— Я правильно поняла, что наша директриса Катрин и есть та хранительница “Сердца паука”.

— Ну наконец-то я услышала от тебя что-то, более похожее на правду.

— Тогда получается, что артефакт у нее?

— А вот насчет этого не уверена, мне кажется, что превратившись в паука, она где-то обронила свое сокровище.

— Тогда..?

— Да, ты абсолютно права, завтра мы поедем снова в институт на поиски.

— А как нам это объяснить?

— Да, вот над этим вопросом я не подумала. Брать с собой твоего жениха не очень хочется, он может смешать нам все карты…

— А может…?

— Что? Говори уже?

— Точно. Можно сказать, что я поеду на поиски своей реликвии, переходящей по наследству, что осталась в институте, и без которой я не смогу пойти к алтарю?

— Думаю, твой женишок отправит с нами целый поисковый отряд в этом случае… Хотя… пожалуй, твоя идея нам подходит. Ложись спать, а я еще подумаю над твоей версией!

И пока я обдумывала ее решение, матушка забрала свою книгу, убрала ее в сумочку и задула свечи. Так что кровать пришлось искать на ощупь.

Глава 18

Утро началось с криков Дуняши. Девица ураганом ворвалась в мою дверь и распахнула тяжелые шторы, так что комнату тут же залило утренним ярким светом.

— Доброе утро, госпожа Анабелла! — радостно произнесла она.

— Дуня, что-то случилось?

Ее вид вызывал у меня самые жуткие подозрения. Самым страшным из них было, что за то время, пока мы спали, во дворце произошел переворот и нас сейчас сожгут на костре…

— Все хорошо, ваша подруга Вероника такая милая девочка, она столько пережила в институте! И вот даже не стала меня выгонять, когда я уснула на кресле, слушая ее рассказ!

— И поэтому ты такая счастливая?

— Нет, день сегодня хороший, солнечный… Птички поют…

— Дуня, либо говори что случилось, либо я решу, что ты моя новая отравительница!

— Я замуж выхожу! — на одном дыхании выпалила девушка.

— За кузнеца?

— Нет, за конюха же! Он посватался вчера по всем правилам!

— И когда свадьба?

— Не знаю, — вдруг погрустнела девушка.

— Дуня, ты же умная девушка, и чего ты творишь?

— Я поняла, я сегодня все узнаю, а сейчас давайте я помогу вам с корсетом, вас ждет Софи, у вас уроки этикета.

Дуняша помогла мне выбрать платье, подходящее случаю, и зашнуровала корсет потуже, чтоб я выглядела более тонкой и хрупкой. Хотя зачем мне это — непонятно, я ведь не собираюсь замуж за этого Вергилия.

Софи ожидала меня в учебном классе, за мной хвостиком увязалась и Вероника. И когда мы вместе зашли, то преподавательница была весьма удивлена.

— Почему вас двое?

— Это моя подруга Вероника, мы забрали ее из разрушенного института. Император был согласен, что она составит мне компанию в обучении…

— Раз так, то приступим!

Перед нами стояли наборы посуды и столовых приборов. Софи уточняла, что, чем и как есть, как себя вести за столом, когда можно сделать то или иное движение. Вероника, кажется, все это уже знала, и сейчас они вдвоем помогали мне освоить эти премудрости.

После часа моих мучений мы, наконец, отправились на завтрак. Сегодня за столом собралось много людей. Софи пришла с нами, чтобы проинспектировать, что я запомнила, а что нет и следует еще раз повторить. Пришел лекарь, отчитался о состоянии больных и тут же покинул нас. Появился портной, уточнил понравилось ли императору мое новое платье и, услышав все пожелания об изменениях, уже собирался покинуть нас, как вспомнил и подошел к Веронике, дабы уточнить, получила ли она утром платья, что он всю ночь подгонял под ее фигуру и комфортно ли ей в них, и получив утвердительный ответ, ретировался в более хорошем расположении духа. Последним появился и задержался собственно на завтрак  Келлиан.

— Друг мой, как там девочки из института?

— Все хорошо, я договорился, и им так же все понравилось. Учителя разбежались по округе в поисках нового места.

— Теперь моя дражайшая невеста довольна? — уточнил император.

— К сожалению, я не нашла свою фамильную реликвию. Она лежала в моем сундуке, и сегодня утром я не нашла ее, чтоб надеть на завтрак!

— Вы считаете, что она украдена? — решил уточнить Келлиан.

— О, конечно нет! Я думаю, что оставила ее в институте во время всей этой спешки и сейчас, когда все немного успокоилось, я бы хотела съездить и поискать ее.

— И что же это за реликвия? — уточнил помощник жениха.

— Дражайшая Анабелла, может, я просто подарю вам новое украшение? Институт в запустении, и я сомневаюсь, что вы сможете что-то найти, — попытался образумить меня Вергилий

— К сожалению, это семейная реликвия и передается она от матери к дочери, когда той исполняется пятнадцать лет. Дочь непременнейше должна надеть эту подвеску на свою свадьбу, иначе быть беде!

— Какой ужас! Я организую вам помощь из десяти, нет лучше пятнадцати человек, которые также прибудут в здание института и помогут вам в поисках! Но вы не могли бы подробнее описать искомый вами предмет?

— Небольшая подвеска в виде паука на паутине, брюшко паука имеет форму сердца и красноватый оттенок, — описала за меня матушка, за что я ей была весьма благодарна, так как с моими описательными способностями, мне принесли бы настоящих пауков нанизанных на копья.

— Ну что же, раз мы все выяснили, надеюсь, теперь можно приступить к завтраку? Все к столу, у нас еще много дел!

За завтраком я обдумывала предстоящую поездку и как нам искать чертов артефакт. Софи смотрела на меня так, как будто готова броситься и придушить на месте. А когда я задумалась и пару раз взмахнула ложкой в воздухе, то даже Вероника не выдержала и пнула меня в ногу под столом, из-за чего я, наконец, вышла из своих раздумий. Софи сидела красная, остальные старались делать вид, что ничего предосудительного не происходит, маменька смеялась в кулак, делая вид, что она кашляет.

— Анабелла, прекрати, даже мне не по себе от твоего поведения за столом,  — шепотом сообщила мне подруга.

— Ник, а что случилось?

— Ничего, и если я Ник, то ты Ана.

— Хорошо. Вероника. Что я сделала не так?

— Все, ты даже ложку не ту взяла.

Я присмотрелась, посчитала и поняла, что действительно промахнулась со столовым прибором и сейчас размахивала ложечкой для десерта, которой до этого пыталась есть суп… Хотя, взглянув на ложку для супа, я почувствовала, что та мне кажется очень подозрительной, и не долго думая, подцепила ложку салфеткой и понесла ее к камину. Откуда такая любовь все сжигать, спросите вы? Ну просто нам несколько лет вдалбливали, что огонь все поглотит, все очистит, все уничтожит, и вот я по старой привычке…

У камина меня перехватил один из мальчишек, что прислуживали за столом, он вырвал у меня ложку до того, как я предала ее огню, и обжег пальцы. Не сильно, но неприятно.

— Меня здесь не любят! — пустила я напускные слезы и убежала в свои покои.

За мной последовала матушка и Вероника. В общем, у меня уже появилась свита. Красота!

Глава 19

Процесс сборов, погрузки в карету, и как Вергилий махал нам вслед платочком, пожалуй, пропущу. Начнём сразу с того момента, как мы прибыли на территорию института. Там нас уже ждало пару отрядов, человек в двадцать, наверно, все-таки ради любимой невесты император постарался. И все они, как один, уверял нас, а в особенности маменьку, что они обыскали здание с чердака до самого подвала и ничего не нашли.

— Вы не нашли, но мне нужно проверить ещё раз, вдруг вы не заметили что-то важное! — не сдавалась Гленда.

— Достопочтенная Верховная ведьма! Мы можем вам поклясться, что проверили здание вдоль и поперёк! Да и убегавшие учителя утащили все, что смогли…

— Ничего-ничего, вы составите нам компанию, а мы посмотрим, точно ли все проверили.

Тяжело вздохнув, видимо главный распорядился, кто пойдёт с нами, а кто будет ждать во дворе, когда мы нагуляемся по пустым коридорам.

За эти пару дней вид института стал окончательно пугающим. Чёрные провалы окон смотрели на нас, как бездонные глаза, кто-то из учителей не побрезговал и шторами. А пасмурная погода с моросящим дождичком заканчивали в создании атмосферы уныния и запустения.

Для начала мы, как и наши сопровождающие, проверили чердачное помещение. Там было пыльно и на удивление пусто. Матушка запустила поисковый пульсар, он слабо светился и кружил по помещению. Осмотрев одно помещение, мы двинулись дальше, судя по времени, что мы провели в первом помещении, мы проторчим тут в лучшем случае до вечера, а может и до утра, если так пойдет и дальше.

— Матушка, а мы успеем к ужину? Что-то поиск медленно идет?

— Милая моя Анабелла, тебе ведь нужен твой талисман? А раз так, то я бы попросила тебя перестать мешать мне. И ты могла бы сотворить свой пульсар и начать осмотр на этаже ниже.

— Как скажите, матушка! — и как я сама не додумалась предложить свою помощь, хотя… — Гленда, я бы не хотела расходиться, мы можем делить комнату на половины и работать вместе!

— Молодец! Наконец-то в твоей голове начали появляться правильные идеи! Запускай!

Я пыжилась и старалась, но поисковый пульсар не хотел появляться. Точнее на пару секунд в центре помещения появлялся маленький светлячок, который с неприятным “бум” разлетался на кучу искр. Видимо, где-то в процессе создания закралась ошибка, но я никак не могла понять, где именно.

— Так, и что же ты описываешь в условиях поиска? — не выдержала матушка.

— Ну, артефакт и его магию…

— Магию убери, здесь все пропитано его магией, видимо, Катрин носила его на себе какое-то время. А может и постоянно, поэтому я его сразу и не заметила, решила, что это омолаживающее заклятье…

— Омолаживающее? А разве есть что-то, кроме “яблочек”?

— Есть, но оно менее стойкое, да и результат дает всего в пару-тройку лет, но многие его любят…

— А морок?

— Морок это морок, он просто меняет внешний вид на определенное время. Без эффекта внутреннего омоложения, как у тех же “яблочек”.

— Что-то я совсем запуталась.

–Вот поэтому надо читать, когда тебе дают полезную и информативную книгу!

— Хорошо, матушка, я сегодня, как приедем, займусь.

— Скорее уж завтра, да и я не особо уверенна, что мы вернемся во дворец.

— Это как? — не поняла я, смотря на маменьку во все глаза.

— А вот так, если я решу, что тебе здесь опасно, то отправлю в ковен, там девочки защитят и сохранят тебя от любой беды.

— Ага, только до этого вы меня сюда так же отправляли.

— Так было нужно на тот момент, для твоей сохранности.

— Чтоб меня Вергилий не встретил? — проявила я верх сообразительности.

— Да! Ваша встреча должна была произойти через пару лет.

— Опять начинается?

— Твори пульсар, твоя та половина, жду! — маменька махнула рукой на стену напротив меня.

Я собралась с мыслями, выстроила заклинание, как говорила Гленда, и, о чудо, он появился! Сначала нерешительно моргнул пару раз, а потом начал облетать вверенную ему в осмотр половину, и вот мы в два раза быстрее проверили все помещение.

Обед мы пропустили, так как были очень заняты. Пульсары проверяли помещение за помещением, и вот мы, наконец добрались до подвала  и крыла, где были наши кельи. Здесь мы справились на удивление быстро. И когда последнее помещение было обследовано, Гленда уже собиралась развеять свой пульсар, как вдруг наши пульсары устремились в одну и ту же точку. Подойдя ближе и посветив более ярким светом, мы увидели бывший тайник, кирпич, который кто-то аккуратно вытащил и потайное отделение за ним. Видимо, там-то и находился искомый нами предмет.

— Я бы сказал, что его вытащили несколько дней назад, — поведал нам свои умозаключения сопровождающий.

— А с чего вы это взяли, уважаемый?

— Видите, сверху кирпич совсем сухой, тогда как кладка влажная. Да и снизу, даже отсюда я вижу, что там, где он соприкасался с землей, остался влажным, почти сырым.

— Да вы поражаете нас свей дедукцией!

— Чем? Нет у меня такого! Нечего ругаться! — начал пятиться мужик.

— Анабелла хотела сказать, что ваши умственные способности и умение рассуждать произвели на нее огромное впечатление!

— А, ну это, тогда рад оказать вам помощь, вот! — сориентировался сопровождающий.

И тут за его спиной раздался многоногий топот.

— Там! Его Императорское Высочество требует представить пред его светлые очи дражайшую невесту Анабеллу с маменькой Глендой! Иначе, говорит, всех повесит!

— Слышишь, Анабелла, твой жених уже волнуется! Так что, свадьбы не избежать!

— Матушка! Пойдемте лучше успокоим нашего императора! А не вот это вот все!

— Как скажешь! — скрывая ехидную улыбку, согласилась Гленда.

Вы, наверно, задаетесь вопросом, откуда это ехидство? Так я забыла упомянуть, что всю дорогу пыталась уверить матушку, что Вергилий меня не любит, я для него просто способ решить его проблему с мрущими невестами. Матушка же была мнения обратного, утверждая, что мы предназначены друг для друга, и император в меня влюблен без памяти… Ну может и не “без памяти”, но видимо действительно влюблен, иначе послал бы искать меня своего помощника, ну или Келлиана, на худой конец…

Под эти нелегкие думы мы покинули ставший уже родным подвал института.