Глава 38

У Рахили редкая болезнь с длинным названием: синдром Майера-Рокитанского-Кюстера-Хаузера. Проще говоря, у нее полностью отсутствует матка и влагалище. Да, и она такой родилась, потому что это врожденная патология, происходящая из-за неразвившегося мюллерового протока, из которого внутриутробно формируются половые органы. О своем диагнозе Рахиля узнала в 15 лет, когда озадачилась, почему у нее нет месячных. В женской консультации, к сожалению, с подростком никто церемонится не стал. Ей прямо в лоб сказали о ее недоразвитости и сказали, что с такой патологией у нее никогда не будет детей, потому что вынашивать их просто не в чем. Но мать у Рахили не робкого десятка. Она отвела ее к профессору, к которому очередь на год вперед, и он нашел решение и через несколько лет девушке сделали пластическое формирование неовлагалища. Это позволяет Рахиле заниматься любовью с мужем без проблем и боли. Что интересно при полном отсутствии матки, ее яичники функционируют, как часы и вырабатывают необходимое количество фолликул. Во время разговора по душам, Рахиля призналась, что так и не сказала мужу о своей патологии. Ее бабушка всегда говорила, что жена познается в бедности, а мужчина в болезни. То есть учила, что негоже супругу знать о всех болячках жены. Я не совсем согласна, но кто я, чтобы судить? Итак, он не знает о пластике влагалища, но знает, что у нее нет матки. Единственный выход стать родителями - нанять суррогатную мать, которая бы вынесла ребенка, генетически принадлежащего Рахиле с мужем. И они нашли такую женщину в агентстве. Поначалу все складывалось удачно. У двадцати семилетней Алимы уже есть сын от первого неудачного брака. Она живет с мамой и мальчиком на окраине города, и работает кассиром в супермаркете. Внешне Алима и Рахиля похожи, они даже ровесницы. Пациентка с первого же дня переноса эмбриона сдувает с сурмамы пылинки, покупает витамины, фрукты, продукты для всей ее семьи. Лишь бы Алима была довольна и хорошо выносила ребеночка Рахили. Это я еще не говорю, какие огромные деньги пара заплатит, когда малыш родится. Но недавно у нас начались свистопляски. Так как я веду Рахилю давно и прикипела к ней все душой, она часто мне звонит и советуется. Первый звоночек прогремел, когда она не пришла на плановый осмотр для замера шейки матки. Шла 14 неделя беременности. Рахиле Алима сказала, что не нужно за ней приезжать, она сама доберется. Но сурмама так и не явилась. Потом, конечно, плакала и извинялась, говорила, что ребенок заболел. Ну хорошо. А как-то она пропала, дома не ночевала, и Рахиля с мужем искали ее по всем друзьям, пока не нашли в доме какой-то подруги. Бедная моя девочка тогда чуть не поседела. Сейчас же я, напрягшись и разозлившись, слушаю всхлипывания своей пациентки. Закипаю. И Арлан это видит. — Джамал уехал в командировку, а я не могу найти Алиму. Снова. У матери нет, там только ее сын. — И сколько дней ее уже там нет? — Два, — шмыгает Рахиля. — А когда мы с ней вчера разговаривали, она сказала,, что с сыном. Майя Каримовна, что мне делать? А если с ней что-то случилось? Как мой маленький? Господи, если бы я знала, что она такая. — Так, — чешу лоб, прикидывая, что вообще можно сделать. — Рахиля, не волнуйтесь. Я сейчас подъеду к дому ее матери, скиньте адрес. Будем искать ее вместе. Только успокойтесь. — Как бы она что-нибудь с моим малышом не сделала? — плач становится все сильнее. — Жду адрес, Рахиля. Соберитесь. Будем искать. Сбрасываю звонок и оборачиваюсь. Арлан все это время стоял за спиной и слушал. — Свидание, я так понимаю, отменяется, — улыбается, когда я подхожу к нему и слегка задираю голову, чтобы посмотреть в глаза. — Прости. Но мне срочно надо уехать. Это вопрос жизни и смерти. — Я понял, по твоему диалогу. Приходится рассказать ему всю предысторию и то, как для меня важно, чтобы Рахиля стала мамой. Он слушает, не перебивая, а когда я заканчиваю, берет меня за руку и говорит: — Поехали. — Что? Нет-нет, мы справимся. — Поехали сказал. Будем вместе искать. Он тащит меня к машине и в это время как раз приходит геолокация. Минуя все возможные заторы, мы прибываем на место только через сорок минут. К тому моменту город уже окутали сумерки и я замечаю тонкую фигурку Рахили у серебристого “Лексуса”. — Майя Каримовна, — она летит ко мне и смотрит с надеждой. — Спасибо, что приехали. — Рахиля, познакомьтесь, это Арлан Тимурович, мой…друг и главврач нашего центра. Вызвался помочь. — Спасибо! Спасибо вам! — в сердцах благодарит она. — Вон там она живет. Мы дружно пошли в дом, где нас встретила весьма негостеприимная женщина, которая отрезала, что ничего не знает. И вообще шли бы мы лесом, ей еще внука, подкинутого матерью-кукушкой, укладывать. — Но ведь она ваша дочь! Неужели вы не знаете, где она? Она ждет чужого ребенка! — воскликнула я. — А я говорила ей, что это плохая идея с ее образом жизни. Только людей подведет? — С каким образом жизни? — похолодела Рахиля, а тётка насупилась, поджала губу и покачала головой. — Все, идите, я не знаю, где она. Арлан наблюдал за всем со стороны и что-то увлеченно печатал в телефоне. Меня это жутко разозлило: приехал помочь и стоит залипает в мобильный. Лучше бы тогда вообще не таскался за мной. Выйдя за калитку, я принялась успокаивать Рахилю и продолжала косится на Арлана. Тот похоже вообще не обращал на нас внимание, и я взбрыкнула: — Арлан Тимурович, я думаю, вы можете ехать домой. Дальше я поеду с Рахилей на ее машине. — В этом нет необходимости, — он поднимает глаза, уголки губ подрагивают. — Рахиля, продиктуйте номер телефона и ИИН вашей сурмамы. Протерев глаза ладонью, она недоуменно моргает. — Что ты задумал? — хмурюсь я. — У меня знакомый в полиции. Сейчас по ИИН он пробьет телефон Алимы и скинет нам ее местоположение. И все гениальное просто. Пока у меня шпарили эмоции, у волка работал мозг. Как я сама до такого не додумалась? Уже несколько лет все номера в стране должны быть зарегистрированы на ИИН владельца. Таким образом, в полиции отследят GPS сигнал нашей суррогатной мамы. Мы ее найдем, из-под земли достанем и проведем воспитательную беседу. Ею одной мы, конечно, не ограничимся. Но это уже издержки.