Глава 23

— Как-то подозрительно легко все, питомник должен хорошо охраняться, — еле слышно прошептал Надир. Вытер пот со лба. Пожаловался: — Давно я подобным не занимался. Тяжело через забор с непривычки-то.

Ирлан сдул муравья с носа, сменил позу, вытащив острый камушек из-под живота — они лежали на траве среди густых кустов акации — усмехнулся:

— Еще скажи, что стар.

— Не стар, — возразил брат, — просто засиделся в деревне. Но ничего, недолго осталось, — и он мечтательно улыбнулся. — Одно плохо, — посетовал, — с этим дурацким похищением не успел испросить разрешение на ухаживание. Только-только начал обстановку выяснять, как помешали.

— Так письмо напиши, — посоветовал Ирлан, — с извинениями и просьбой о встрече.

— Так и сделаю, — кивнул брат, — вот заберем Анди и, если нам головы не отрубят или в темницу не упекут, обязательно напишу.

— Тише, — поднял руку вверх Надир. Ирлан затаил дыхание. Осторожно отогнул веточку. Серые форменные штаны неспешно двигались в их сторону. Остановились ровно напротив секретной лежки. Над головами многозначительно кашлянули.

— Господа, его величество приглашает вас на завтрак, — хорошо поставленным голосом с достоинством произнес слуга и предложил: — Прошу следовать за мной.

Братья озадаченно переглянулись. Надир скорчил досадливую гримасу, похоже, их засекли давно и не восприняли всерьез. Обидно.

Ирлан поднялся, чувствуя себя нелепо. Отряхнул штаны от налипшей травы.

— Желаете освежиться перед завтраком? — невозмутимо, точно каждый день приглашал к столу гостей из кустов, осведомился слуга.

Надир ругнулся. Отцепил ветку от куртки. Пожаловался шепотом:

— Идиотом себя чувствую. Братец нас сделал.

— Не понимаю, с чего его с утра пораньше в питомник понесло, — поморщился Ирлан. Встречаться с венценосным родственником не хотелось. Их план был предельно прост: тихо зайти, забрать Анди, дерхов и тихо уйти. Дальше покинуть пределы империи, чтобы длинная рука императора не достала, и просто жить. Но что-то пошло не так…

— Любезный, проводите нас, — принял решение Надир. Чем раньше они встретятся с его величеством, тем быстрее узнают, что за интерес у младшенького к Анди.

По пути они под неодобрительным взглядом слуги обмыли руки в фонтане, там же привели одежду в порядок и вышли на поляну, заполненную дерхами.

— Привет, мои милые, — их засекли, и трое дерхов радостно рванули здороваться.

Мужчины потрепали дерхов по гривам, взглядами не отрываясь от столика в центре поляны. Жива. Здорова. И даже не пытается убить императора. Обнадеживает.

— Ваше величество, — поклонились они, добравшись.

— Ирлан, Надир, — улыбнулся Айсхат, приглашающе махнул на свободные стулья и объявил: — А мы тут по-простому, семейному.

Анди спокойно встретила напряженный взгляд Ирлана, налила ему чай, пододвинула пирожные.

— Ты не удивлена? — вскинул брови мужчина.

— Ветер, — ответила ему Анди, словно это все объясняло.

— Видишь брат, — заметил Надир, невозмутимо намазывая булочку маслом, — даже ветер был в курсе нашего появления. Полный провал.

— Провал, — с удовольствием подтвердил Айсхат, жмурясь от упавшего на лицо солнечного луча.

Ирлан фыркнул и расслабился. Похоже, настроение у императора хорошее и тащить их в темницу никто не собирался. Пока.

— Ирлан, я должен тебе награду за снятие проклятия.

Ирлан вскинулся, но император поднял ладонь, останавливая.

— Прежде чем ты озвучишь то, что и так очевидно, я хочу предложить нечто иное. Вы моя семья.

Братья нахмурились.

— Мой отец признал вас своими детьми, но оставил за мной право использовать это или нет. У меня есть указ, и в свете последних событий я желаю его обнародовать.

Надир покачал головой:

— Ваше величество, мы уже говорили и готовы подтвердить — нам не нужна подобная, гм, признательность.

— Зато нужна мне, — отрезал император, и на тарелку посыпались кусочки от нервно крошимой булочки.

— И вообще, — дернул он уголком губ, — вы моя семья и должны меня поддержать. А то некоторые тут собрались питомник из-под короны увести…

Братья с удивлением посмотрели на Анди. Та ответила невозмутимым пожатием плеч, мол, питомник мне и не нужен.

— А это, между прочим, одна из величайших ценностей нашей страны. Питомник крупнейший в мире и, если мы его сейчас проср…, гм, загубим, потомки нам этого не простят. Потому, — его величество вперил тяжелый взгляд в Ирлана, — у тебя два варианта: или я женюсь на леди Гарванской сам или это сделаешь ты как мой сводный брат. Вопросы?

Ирлан моргнул, посмотрел с недоумением на императора и спросил глухим от волнения голосом:

— На ком я должен жениться?

Недопотрошеная булка указала на Анди.

— На ней. На наследнице рода Гарванских. Вы до сих пор не поняли, кого привезли в страну?

Надир кашлянул, пробормотав:

— Неожиданно.

— Надеюсь, всем ясно, что питомник должен остаться под опекой короны? — император раздраженно бросил остатки булочки на тарелку. — Иначе мы рискуем получить еще одно убийство и лишиться последнего шанса возродить питомник.

Братья задумались.

— Ваше величество…

Недовольный прищур глаз.

— Гм, Айсхат.

— Брат, — поправил Надира император, добавив ворчливо: — Я же сказал — у нас тут по-семейному.

— Брат, — заставил себя выговорить Надир, — есть какие-то сведения о том, кто именно убил Гарванских.

Айсхат тяжело вздохнул. Покачал головой.

— Мы отследили наемников, но их успели убрать. Всех до единого, не оставив следов.

— Ковен? — подался вперед Ирлан.

— Поклялись, что они не причем. У Гарванских было много завистников. Я бы сказал — слишком много. Мой отец не скрывал своего увлечения питомником. Боюсь, Гарванские пали от рук тех, кто желал заполучить дерхов. После их смерти появилось с десяток «наследников», но отец вмешался, взял питомник под опеку короны, а лже— наследников отправил в тюрьму.

— Если ты хочешь жениться, — спросил внезапно император у Ирлана, — готов ли ты в одиночку защищать эту женщину?

Ирлан задумался, посмотрел на брата — тот ответил подбадривающим взглядом, мол, плечо к плечу и до последней капли крови. Но хватит ли этого, чтобы остановить убийц?

Гарванские не были идиотами. И охрана у них присутствовала. Да и сами проводники могли за себя постоять, но этого оказалось недостаточно… В ту ночь охрану и проводников опоили, а самих Гарванских вырезали. Говорили, что не обошлось без магии, но среди наемников встречались люди с даром, просто стоили они в разы дороже.

Первым в нападении заподозрили именно ковен. Но что если его величество прав? И сработали свои? Те, кто приходил в гости, знал расположение усадьбы, мог подкупить слуг, чтобы они использовали сонный порошок на кухне — не зря нападающие, заметая следы, сожгли именно ее. А вот загоны с дерхами, да и сами проводники не пострадали. Мирно проспали все нападение.

Но прибрать питомник не вышло. Корона вступила в игру, не желая делиться столь ценным ресурсом с подданными. И проиграли все…

— Анди, — Ирлан повернулся к девушке, накрыл ладонь своей рукой, — я приму любое твое решение, кроме одного — покинуть меня. Я понимаю, ты не можешь бросить племя и не прошу тебя об этом. Я купил дом. Большой дом с огромным участком в пригороде Валира прям на берегу озера. Там прекрасный персиковый сад и до места, откуда ты можешь открыть путь — пара часов на лодке.

— Какой к темным Валир? — потерял терпение Айсхат, видя, как добычу бесцеремонно уводят из-под носа. — Никакого Валира. Аргос и только Аргос я сказал!

На него цыкнули в два голоса, и император, не привыкший, чтоб на него цыкали, озадаченно замер.

— Так понимаю, спрашивать, о каких путях идет речь, смысла нет? — откинулся на спинку стула Айсхат, недовольно сложив руки на груди. Отвечать ему никто не стал. Старшие братья напряженно ждали решения Анди.

— Я — дочь своей Матери, — произнесла тихо девушка. Подняла лицо к небу, вздохнула — ветер все так же пах сыростью, но больше не раздражал, — только и они, — она кивнула на дерхов, — мои дети. Я не могу их бросить, пока не найду для них новую семью.

Император удовлетворенно кивнул и тут же нахмурился:

— Что значит «пока»? Надеюсь, ты понимаешь, что на твоей, гм, второй родине им не выжить? Ты же не потащишь их на смерть в сердце пустыни или где там обитает твое племя?

Надир посмотрел укоризненно на младшенького, но тот сделал вид, что ничего не понял, мол, корона всегда права и точка.

— Им будет неплохо в новом поместье. Пути туманные и песчаные свяжут Валир, твое племя и питомник. Мы сможем устроить зимнюю резиденцию в Валии и пережидать там холода, а жаркое лето быть здесь.

— Надеюсь, все же услышать от вас про песчаные пути, — проворчал император, игнорируя неодобрительные взгляды. Потеря инициативы в переговорах била по самолюбию, и Айсхат не мог промолчать. — А если вам столь мил это Валир — хотя персиковые сады действительно неплохи — я приму Валийское княжество в империю.

— Что? — вскинул брови Айсхат, пожал плечами, поясняя: — Их князь давно просится под мою руку. Наделал долгов. Разорил казну. В вашей персиковой Валии, — передразнил он Ирлана, — окромя персиков есть и нечего. Мне эта голытьба ни к чему, полно других нахлебников, но не могу же я позволить перенести питомник в чужую страну. Да и соседи у них… Еще бОльшие голодранцы. В приграничные села, как к себе домой шастают, да мирный народ грабят. А я не хочу потерять питомник из-за этой гопоты.

— Так что Анди? — спросил Ирлан. — Согласна?

Анди обвела взглядом поляну. Дерхи валялись на траве, кто-то лениво заигрывал, кто-то вылизывал гриву соседу, но чего тут определенно не хватало, так это малышей…

Валир. Персиковые сады. Собственный дом, который оказывается у них уже есть — ее мужчина самый заботливый мужчина на свете. Второй дом, если считать и это поместье. Хотя… вряд ли он станет ее. Анди не чувствовала ничего к этим стенам. Пожалуй, лучшим вариантом станет поселить здесь тех, кто сможет занять место Гарванских. Но сначала их надо найти, и уговорить капризный, хлюпающий ветер помочь с поисками.

Нудук, помнится, говорила не торопится… Вот она и не станет спешить домой.

— Начнем с новых проводников, — подняла Анди взгляд на императора, — я хочу, чтобы о наборе узнали везде. В каждом уголке твоей страны.

Айсхат развел руками, мол, в каждом, так в каждом. Сделаем. И тут же возразил:

— Но начнем мы с подготовки к свадьбе. И не спорь. А то знаю я вас, женщин, удерешь в свою пустыню и попробуй тебя оттуда достань. Не с войсками же вторгаться. Хотя учти… Я уважаю твою религию и эту вашу Мать, но если сбежишь, клянусь, вторгнусь. С ружьями доставать придем.

Анди представила крохотный по сравнению с надвигающейся пылевой бурей отряд. Выставленные против песка ружья. Оценила огонек упрямства в глазах его величества и со вздохом признала — вторгнется. Мать будет зла… Нет, она будет в ярости, а становится между ней и тенью императора Анди не хотелось.

— Хорошо, — согласился, уточнив: — Ваша свадьба — это же не больно?

— И даже не страшно, — улыбнулся Ирлан.

— Отлично, — обрадованно хлопнул по колену император, — тогда поздравляю вас с новым титулом, лорды.

Ирлан застонал, мотнул головой и спросил:

— Без этого точно никак?

— Увы, — Айсхат скорчил скорбное лицо, — мой брат не может быть простым графом. Так что принимай новые земли под управление.

— Начинается, — проворчал Надир.

— А на тебя, — его величество повернулся к старшему брату, одарил широкой улыбкой, — у меня большие планы. Проклятый трон перестал быть проклятым, и кое-кто из моих выживших родственничков быстро вспомнит, что собственными руками передал его отцу. И пожалеет. Так что я хочу, брат, чтобы ты занялся всеми теми, кто решит посягнуть на трон.

— Тайная службы? — озадачился Надир.

— Именно она, ваша милость. Лорд Горецкий давно просит подыскать ему преемника. Ты подойдешь идеально.

********

— Графиня Тырнгаева если не ошибаюсь?

Элистана обернулась от окна. Окинула изучающим взглядом немолодую леди, отмечая модный наряд, идеальную прическу. Вот только украшений многовато для дневного приема. Хотя… это же двор. Тут о приличиях вспоминают лишь в качестве защиты, когда закончились средства поразить соперницу. Все же вдовец-император… великое искушение. Скорее женился бы!

— Да, это я, — ответила Элистана сухо, добавляя: — Мы не представлены.

Еще одна любопытствующая посмотреть на любовницу прежнего императора. Позлорадствовать на могиле чужой славы. Поковыряться в душевных ранах.

— Простите, — наклонила голову леди.

А ведь мы ровесники, — подумала Элистана. Возможно, она знала его, они встречались в коридорах, танцевали на приемах, а ей самой было запрещено появляться не только во дворце, но и в столице. Запрет сняли лишь со смертью императора…

— Герцогиня Линар-Горская.

Элистана вскинула брови. Надо же…

— Какая честь, — пробормотала, склоняя голову. Действительно честь. Горские много лет стояли у трона, олицетворяя саму преданность. Не бесплатно, конечно.

— Бросьте, — отмахнулась герцогиня, — честь — это встретить ту, что осмелилась полюбить. Редкость, знаете ли. Ваша семья… Это что-то удивительное.

Элистана кивнула. Она сама не могла во многое поверить. Как и в то, что кошмар ее жизни — она у постели умирающего по ее вине сына — не воплотится. Сердце до сих пор не хотела отпускать эта ужасная мысль… Целитель грозил всеми карами, если она не перестанет себя терзать. Элистана лишь улыбалась в ответ. Собственная смерть ее не пугала. Более того, воспринималась должной платой за совершенные прегрешения.

— Не думала, что его величество решится признать сводных братьев. Особенно, после исчезновения проклятия. Хотя, это ведь ваш младший сын его снял?

— Не совсем, — поправила ее Элистана. Понятно, что из нее пытались вытянуть сведения, но герцогиня ей понравилась. В ней не было раздражающего снобизма, брезгливо поджатых губ и задранного вверх носа. Горские были слишком умны, чтобы вести себя должным образом.

— Проклятие сняла невестка. Анди-Риэль. Она и выходит за моего младшего.

— Она? — вопросительно кивнула герцогиня в сторону парка, где на лужайке резвился десяток дерхов, а рядом, с группой офицеров, стояла девушка в бело-голубом восточном костюме и кидала ножи в мишень.

Элистана тихонько вздохнула. Она почти смирилась, но это почти… не давало спокойно спать. Впрочем, не только ей. Почему-то слуги, придворные дамы, портнихи, учителя единогласно выбрали ее влиятельным лицом и шли с жалобами именно к ней.

— Мы три дня ее уговаривали!

Элистана сочувственно кивала. А придворная дама со слезами на глазах прижимала ладони к пухлой груди.

— А она пригрозила, что голову целиком выбреет, если не отстанем. Но как она на свадьбе такой будет? Точно больная. Я ей тайком пыталась мазь нанести, так она знаете, что сделала?

И придворная дама, опустив голову, потрясла перед шокированной графиней волосами. На паркет полетело что-то сверкающее.

— Песок, — обвиняюще указала женщина рукой, — целый день не могу вымыть.

— Не хочу вас пугать, — Элистана осторожно отодвинулась, точно это могло быть заразным, — но она не побоится обрить голову целиком, причем перед самой свадьбой.

Придворная дама оценила перспективы и покрылась мертвенной бледностью. Взвесила за и против. Махнула рукой.

— Виски прикроем фатой с вышивкой. Темные с ней. Но вы уж, пожалуйста, поговорите при случае, чтобы остальные волосы не трогала. И платье! Она ведь наденет платье, а не эти кошмарные штаны с рубашкой?!

Графиня кивнула. Она поговорит. Как-нибудь.

Эта девчонка с уважительным упорством прогибала двор под себя. Элистана чуть в обморок не упала, когда услышала, как та разговаривает с императором. Что удивительное — тот терпел. Орал, правда, чаще, чем соглашался. Эти двое вообще друг друга ни во что не ставили. А доставалось Ирлану. Он между ними точно птица мира носился.

— Свадебный бал откроет император с невестой вашего сына, вы пойдете второй парой.

Элистана была не против. Пусть император заменяет «отца» невесты, если ему так хочется.

— Вы ведь можете на нее повлиять? — заискивающе улыбался, проникновенно заглядывая ей в глаза, церемониймейстер.

— Она не умеет танцевать? — догадалась Элистана.

— И не желает учиться! — обвиняюще воскликнул мужчина. — Вчера заявила учителю танцев, что сама выберет уроки.

— И что она выбрала? — подозревая худшее, спросила Элистана.

— Верховая езда, — принялся перечислять церемониймейстер, — целительство, садовое хозяйство, управление государством, военные науки…

Она собирается защитить свое племя от всего, — подумала Элистана. Это прекрасно. Хотя… Ей самой ведь не придется знакомиться с новыми родственниками? Они же Анди только вырастили. Или придется…

Графиня нервно потерла виски. От таких мыслей голова болит. Да у нее от одного лишь взгляда на верблюда тошнота к горлу подкатывает и в глазах темнеет.

— Впервые вижу столь неординарную девушку, — с нарочитым восторгом заявила герцогиня.

Конечно, кто еще поменяет уроки танцев на метание ножей — и ведь умеет уже, чему там учиться?! Или уроки манер на посещение целительской. Самое забавное, что император велел не трогать: «Пусть делает, что хочет».

— Вас она не пугает?

Пугает? Нет. Как может пугать та, кто добровольно пошла на смерть ради ее сына? А вот со свадьбой она так и не смирилась… И даже фамилия Гарванская не смогла исправить ситуацию. Ведь бритые виски и острый взгляд никуда не делись.

Но все же Элистана чувствовала себя отомщенной, выслушивая стенания придворных дам. Она сама смогла уговорить Анди на прием, пудру, платье с перчатками и туфли. Пусть теперь другие мучатся. Элистана не собирается им помогать.

— Она прекрасная девушка и любит моего сына. Ирлан счастлив с ней. А значит, счастлива и я.

Герцогиня посмотрела оценивающе. Кивнула, принимая к сведению, что внести раскол в семью не удастся.

— Кто бы сомневался, что его величество ошибется с выбором, — пробормотала она и добавила с кривым лицом: — Мои поздравления, графиня. Мы в долгу перед вашей семьей.

Элистана склонила голову, принимая поздравления. Ох уже этот долг… Лучше бы...