Глава 18

– Всегда держи правую руку так, чтобы всем было видно татуировку, – сказала Зара на прощание. – В Аскалане она защитит тебя лучше, чем десяток вооруженных мужчин.

Зара еще раз посмотрела на мою ладонь, прошептала что-то на языке Сетифа.

Последние ее слова меня не слишком обнадежили. Ассасин, проникнувший во дворец, стремился убить меня именно из-за татуировки.

Я бы выбрала для охраны десяток вооруженных мужчин, а не арабскую вязь на коже.

Поклонилась на прощание Заре и последовала за ее служанкой, которая должна была провести меня обратно в нашу с Басимой золоченую клетку.

Стоило нам уйти длинными извилистыми коридорами и галереями от маленького, затерянного сада, как тишину, царившую в том крыле, сменили крики и лязг металла. Служанка бросила на меня беспокойный взгляд и прошептала:

– Госпожа, тебя ищут. Ищут ахсану. – Она быстрее пошла вперед. Я поспешила за ней, мы вышли в просторный зал с мягкими диванами, стенами, покрытыми искусной росписью, и витражами. Солнечные лучи, проникая сквозь цветные стекла, делали залу похожей на шкатулку с восточными драгоценностями.

Кабир стоял посреди зала и отчитывал Зияда. Чернокожий смотритель склонил голову и смиренно принимал сыпавшиеся на него упреки.

Я не понимала, что он говорит, но два слова различала четко «ахсана», «Диана». Вокруг столпились жены и наложницы в красивых одеяниях, с непокрытыми головами, тоже склоненными. Малики среди них не было, как и некрасивой девушки, Сабры, которая рассказала Кабиру, что первая жена сделала, когда пришла ко мне во дворец.

Меня никто не замечал, все внимание было приковано к Кабиру. Я обернулась к служанке Зары, спросить, что значат слова Кабира, но ее не было. Девушка тихо ушла. Я подумала, что мне тоже лучше удалиться, но шум в коридоре стал громче, кто-то отчетливо прокричал мое полное имя и новый титул:

– Ахсана Диана! Госпожа!

Кабир отвлекся на крик, обернулся, заметил меня. В его темных глазах пылал яростный огонь. Он бросил отчитывать Зияда и кинулся ко мне, схватил за руку, дернул к себе, впечатав меня в себя. Схватил за талию и крепко прижал.

– Тебя ищут по всему дворцу все утро, где ты была? – прошипел, смотря прямо в глаза.

– Ты велел мне уйти… – Я не понимала, что происходит, он же сам прогнал меня. – Я хотела вернуться в малый дворец, но заблудилась.

Подумала, что лучше не говорить Кабиру про встречу с Зарой, пока он в таком состоянии, что может за это меня со свету сжить.

– Мне помогла одна из служанок, дала хиджаб…

Кажется, мой ответ его устроил. Ярость постепенно гасла в темных глазах.

– Ты должна была ждать в коридоре, Дина, а не шляться по дворцу, где полно чужих мужчин, которые могут увидеть твое лицо и волосы. Будто ты уличная шлюха, а не ахсана.

– Я не умею читать мысли. Ты выгнал меня. Я ушла. – Бессонная ночь, вчерашний жуткий ритуал, встреча с Зарой и постоянный страх вымотали меня, я не могла больше сдерживать злость и слезы обиды.

Кабир заметил слезинки, задрожавшие на ресницах. Вздохнул глубоко и тыльной стороной ладони провел по моим щекам.

– Ты забываешь называть меня «господин», Дина, – сказал он уже мягче, снял с меня хиджаб, и провел по губам костяшками. – Тебе придется привыкнуть к этому. Я не хочу угрожать, но не забывай, что ты принадлежишь мне. Скажи, что поняла.

– Я поняла… господин, – опустила я взгляд. Обращение далось мне нелегко, у него был привкус унижения и горечи. Вовсе не так было с Зарой.

– Идем. – Кабир взял меня за руку и подвел к группе женщин и Зияду, напряженно ждавшим, когда владыка Сетифа отчитает свою новую игрушку.

– Ахсана Диана займет покои напротив моих, – приказал Кабир Зияду. Чернокожий смотритель склонился еще ниже, вся его поза выражала покорность и желание угодить, но мне виделась в ней насмешка. Не был похож Зияд на послушного слугу, скорее, на подлую змею, только и ждущую возможности укусить и впрыснуть яд.

Госпожа Зара права, мне надо быть осторожнее со всеми, здесь у меня нет друзей.

Жен и наложниц Кабир окинул изучающим взглядом, кивнул на мою ладонь и процедил сквозь зубы:

– За любой вред, нанесенный ахсане, будь то рана или насмешка, ждет смерть. Но я снимаю запрет, вы можете обращаться к ахсане со всей должной почтительностью. Не вынуждайте меня принимать решения, о которых пожалеете в первую очередь сами, как Малика и Сабра. Надеюсь то, что произошло этой ночью, хоть немного вразумит вас и заставит воздержаться от интриг и козней.

– Да, господин. – Вперед выступила совсем юная девушка, моя ровесница, низко склонилась передо мной и, не успела я убрать руку, как она схватила мое запястье и поцеловала огненный цветок на ладони.