Глава 38

Дура! Дура! Дура!

Зачем я сказала про не трогать? Я ведь… я совсем не то хотела! По-другому и… и вообще!

Я схожу с ума, потому что хочу, чтобы он трогал!

Но… сказать ему об этом? Нет! Ни за что!

Просто… просто в следующий раз, Энджи, когда этот мужчина начнет тебя целовать, просто целуй в ответ и всё!

Он не дурак. Он сам всё поймет.

Он должен понять! Ну, правда!

Сижу в его машине, на заднем сидении, Воин не сам за рулем — водитель.

И Воин рядом с ним. А мне жаль, потому что сзади мы были бы ближе…

Ох, Ангел, что с тобой творится? Почему?

Трясет меня. Колбасит. Сама не знаю, что со мной. Может… лихорадка? Просто нервное? Ну да, это нервное.

Я ведь в полном дерьме оказалась. Кто-то готов меня похитить, убить моего отца, из-за клочка земли!

И я понимаю, что замешан может быть Лютый. Лютиков, блин… который о любви нереальной рассказывал, в глаза заглядывал! Честь мою сохранял.

А я как дура повелась на всё на это!

А он со мной вот так… как с куском мяса, как… как с какой-то рабыней! Захочу убью, захочу покалечу. Мерзавец!

Очень хочется, чтобы Воин…Варвар! Чтобы мой Варвар взял, и хорошенечко так Лютого проучил! Чтобы тот надолго запомнил, как мне угрожать!

Еще понимаю, что как минимум сводная сестрица тоже в теме. И рыльце у неё в пушку! Она ведь меня вызвала на улицу? И раньше… в клуб… она ведь отправила! Зная, что я стану трофеем для Воина!

Внезапно меня пробирает дрожь, мурашки по коже со скоростью звука…

А что, если бы… если бы я не попала в клуб? Не встретила Воина?

Сама не замечаю, как поднимаю глаза и смотрю на него в зеркало, которое висит у водителя.

Воин словно чувствует мой взгляд, смотрит в ответ, поворачивается.

— Что случилось?

— Ничего…

Опускаю голову, заливаясь диким румянцем.

Я только что подумала о том, как хорошо, что ту ночь я провела с моим Варваром!

Господи! Но ведь это реально хорошо!

Если бы я не попала к нему, сейчас была бы Анжеликой Лютиковой! Если вообще была бы!

Молодая жена могла попасть в аварию и сгинуть, выпасть из окна, отравится грибочками, съесть случайно раковину мидии в ресторане…или рыбу фугу…

Мамочки, какая жесть! Ну и мысли у меня иногда…

— Ангел, что случилось?

— Всё хорошо, правда.

— Вижу я, как хорошо! Дрожишь, красная вся. Ты… боишься? Кто-то еще звонил? Ты заболела?

— Слишком много вопросов.

— Неужели, Сахарок?

Улыбаюсь, потому что он давно меня так не называл. А мне… мне нравится.

Сахарок — это очень мило.

— Не скажешь в чем дело, остановлю машину, пересяду назад и отшлепаю!

— Вы всё обещаете начальник!

Ого! Как меняется в лице! А водитель не сдерживает смех.

— Следи за дорогой, Андрюх, да?

Тот качает головой, не убирая улыбку.

— Так, Сахарок, ты нарвалась. Получишь точно!

— И снова вынуждена вас огорчить — вы только обещаете!

— Ох, зараза мелкая! Тормози, Андрюх.

— Не могу, тут знаки.

— По хрену на знаки.

— Штраф.

— Я сказал — по хрену! Аварийку вруби! Заплачу штраф, ничего, не рассыплюсь!

Машина реально тормозит метров через сто, Воин пересаживается и… о, Боже! Он опускает стекло между нами и водителем! Я и не думала, что в этой машине такое есть! И… еще и шторку закрывает.

Ну все, Анжелика Александровна. Попала так попала.

— Рассказывай.

— Вы бить сразу будете или потом?

— Сахарок… реально, берегов не видишь!

— Не вижу…

Он мгновенно двигается на меня, прижимает, и рука как-то сама поднимает меня за попу и пересаживает на колени.

— Ох… я…

— Что? — небольшой шлепок по моей пятой точке шокирует. — значит, обещания, говоришь, не выполняю?

— Вы… вы… — опять хочу ляпнуть про обещали не трогать, но молчу.

— Я обещал не трогать. Я всё помню. Но проучить…

— Не надо! — поздно! Его лапа еще раз впечатывается в мою ягодицу. Я сижу на нем верхом, а мог бы положить поперек колена, и было бы удобнее…

О чем ты думаешь, Энджи! Опомнись!

Дергаюсь, и слышу, как Воин с шумом втягивает воздух, и прожигает своими глазами цвета пьяной вишни в шоколаде. И до меня доходит, что твердость подо мной — это не его рука.

Это его член. Огромный. И крепкий. Каменный просто.

Господи, что я делаю.

— Ангел, лучше не ёрзай. Прошу… это…

— Это больно? — ляпаю не задумываясь.

— Когда мужчина долго воздерживается — да, больно.

— А вы… почему… — ох, дурочка, кто за язык-то тянет!

— Потому, глупышка. Я тебе уже говорил. Потому что не хочу.

— Но сейчас-то… сейчас хотите?

— Сейчас хочу тебя. Да. Сильно. И… всегда хочу тебя. Но тебя нельзя. А больше… больше не хочу никого. Пока.

— Пока?

Это выходит так по-детски обиженно, что Воин ухмыляется.

— Ну, для меня лучше, чтобы пока. Потому что тебя нельзя. А если я буду долго воздерживаться просто сдохну.

— Я… я…

— Так, спокойно. Не бери в голову. Мои проблемы тебя не касаются. Лучше признавайся, что случилось? Почему задергалась?

— Я…

— Ангел, давай, не молчи.

— Не могу, мне… мне стыдно.

— Стыдно у кого видно, дорогуша. У тебя все закрыто на все застежки, хотя…

Он смотрит на вырез кофточки. Я специально такую надела, с глубоким, лодочкой, чтобы оголить плечо. Его пальцы как раз рисуют чертеж на этом плече.

— Красивая… блядь, какая же ты… Прости, прости, всё, я…

— Я подумала, как же хорошо, что я попала к вам.

— Что? — пьяные вишни глядят удивленно.

— Если бы я не пришла той ночью в клуб и не попала бы к вам, то… меня может уже и не было бы.

— Ну, что ты, малышка, тебя бы не стали убивать, ты…

— Я бы вышла за Лютого. Он бы получил то, что ему надо, этот клочок земли несчастный, ну и… я-то ему зачем?

— Зачем, говоришь? — он таким взглядом окидывает моё тело, что градус в машине повышается моментально. И уровень влажности тоже, потому что мои трусики можно выжимать.

— Не надо… — тихо постанываю, когда Воин меня прижимает.

— Я не буду, милая. Просто… не бойся ничего, поняла? Ты теперь со мной. Ты моя. Я тебя в состоянии защитить. Даже от самого себя. Что же говорить про каких-то там…

— Я… спасибо… вам… тебе…

Бездумно бросаюсь в омут, прижимаясь к его губам. Целую. Сама. Неумело. Но нежно. Надеюсь. Ему нравится.

Ему ведь нравится?

— Ангел… с огнем играешь…

Ох, это я хорошо знаю. Но… хочу играть!

Он перехватывает инициативу, углубляет поцелуй и прижимает меня, усаживая прямо на свой горячий, готовый член. Между нами мои мокрые трусики и ткань его брюк.

— Ангел, какая же ты горячая…

— М-м-м…

Хочу что-то ответить, но что?

— Не давай мне пожалеть о том, что я сам предложил фиктивный брак, а?

Вот тут мне точно надо ответить! Не хочу фиктивный! Это в прошлом! Хочу…

Машина останавливается.

— Приехали.

Как всегда вовремя!