Глава 41

Что я творю? Сама не знаю… Потерялась. Растерялась. Запуталась совсем.

Папа жив. С папой все будет нормально, по крайней мере я в это верю.

Но я всё равно должна выйти за Воина. Потому что отец пока слаб, не в силах меня защитить. И меня и наше имущество.

Да, наше! Потому что мачеха и ее дочь никакого отношения ни к чему не имеют! И не будут иметь.

Злость рубит невероятная. Никогда не думала, что могу так ненавидеть, но сейчас, увидев, что сделали с отцом…

Да, у него были проблемы со здоровьем, гипертония, криз, возможно, и микроинсульт. Но это не повод превращать его в овощ!

Я помню то время, когда отец еще был дома, когда все было хорошо. Относительно хорошо, конечно.

Я не понимала, почему так меняется отношение отца ко мне, к чему эти вечные придирки. Сейчас соображаю — это всё мачеха. Любой мой поступок выворачивала наизнанку. А отец… у него тогда, видимо, уже начались проблемы в бизнесе, все мысли были там, ну и… не до того, чтобы вникать. Но примерно за неделю до того, как он в первый раз попал в клинику у них была серьезная ссора с мачехой. Это я сейчас вспоминаю.

Получается, он мог знать, что ей не стоит доверять? Просто не успел разобраться.

Я сижу рядом с Воином, вернее, лежу почти на его груди. И мне хорошо. Не хочется никуда. Мне тепло, уютно и спокойно.

Он… он не Варвар, он действительно Воин. Мой Воин, за которым я могу быть как за каменной стеной.

И буду. Пока все не решится. А потом…

О потом мне думать страшно. Что потом? Он просто возьмет и вычеркнет меня из своей жизни?

Или нет?

Я же чувствую, что он… нет, не то чтобы… он не любит меня, нет. Это страсть, желание. Я знаю.

Просто я недоступна, а он привык получать то, что хочет.

Когда он меня получит — всё пройдет. Наверное.

А я хочу чтобы прошло?

Как всё сложно!

Если я хочу, чтобы он охладел ко мне, надо просто дать ему то, что он просит? Отдать ему себя, свое тело, свою невинность. Да?

Пусть попробует. Получит. Насладится.

И всё. Страсть растает как дым. Я стану для него одной из многих.

Почему от этой мысли хочется плакать?

Ужасно.

А если… если я останусь неприступной принцессой? Что дальше? Сколько продержится его интерес? Он ведь не будет бегать за мной вечно?

Ох, куда ни кинь, всюду клин.

Я в любом случае его потеряю.

Стоп. А я что, я так боюсь его потерять?

Да. Отвечаю на этот вопрос на удивление быстро. Да! Боюсь…

Мне хорошо с ним. Мне с ним спокойно. Мне с ним…

Господи, да я просто влюблена в него!

Эта мысль озаряет. Внутри становится горячо, словно не кровь — лава по венам.

Мамочки…

— Ангел, что случилось?

Оглушена! Я просто оглушена этим признанием самой себе. Вот именно здесь и сейчас!

И что мне делать?

— Приехали, ресторан. Как ты, сама идти можешь?

— Да, могу… — еле сиплю в ответ.

— А что с голосом? Горло болит? Простудилась?

Качаю головой.

— Ангел, посмотри на меня.

Не могу поднять глаза, просто не могу!

Он сам поднимает моё лицо за подбородок.

— Ну, что ты, малыш? Всё хорошо будет. И с отцом, и с тобой, и с… Со всем. Я позабочусь. Правда.

Целует. Только не в губы, а в лоб. Как ребенка.

А мне хочется кричать! Я не ребенок, я женщина! Женщина, которая…

Ну, ладно, пока еще не женщина. Девушка. Девушка, которая хочет любви.

Ресторан небольшой, очень уютный. Роскошный интерьер, хостес — очаровательная блондинка в таком изумительном костюме, что мне завидно. Она так откровенно чарующе улыбается Воину — просто противно! Не видит что ли, что я рядом?

Меня всегда это бесило — вот такие ситуации! Приходишь с мужчиной куда-то — ну, мы с Лютым довольно часто посещали всякие мероприятия — а эти вечно снующие вокруг администраторши, малышки с ресепшн, официантки, смотрят сквозь тебя и строят глазки спутнику. Фу, неужели самим не стыдно? И что они думают? Один взгляд обслуживающего персонала, и мой мужчина бросит меня и побежит за ними?

Она начинает что-то говорить Воину, но я не слушаю и вмешиваюсь.

— Нам отдельный столик, в углу, где потише, уединенный. И не мешать. Ясно?

— Да, но… — хлопает длиннющими ресницами, они не наращённые, не наклеенные, но не свои — явно. Я знаю, что сейчас куча средств новомодных для роста ресниц.

— Катенька, делай всё как говорит моя невеста, о кей?

— Да… конечно, но…

— Катенька у нас глухая. — сама не понимаю, от чего так резко закипаю. Видимо, пропустила приближение ПМС. — Катенька, видимо, не дорожит своей работой и не боится вылететь как пробка из бутылки.

— Ангел, жестишь!

— Я? Прекрасно! — резко вырываю свою руку из его руки. — Обедайте в одиночестве, Владислав Владимирович, хотя, пригласите, вот, Катеньку, пусть вам компанию составит, а я… видела тут, кажется, рядом… фастфуд, как там его «Вкусная точка»? Я лучше там перекушу.

Быстро иду к выходу, сцепив зубы, думаю только об одном — как бы слезы не накатили прямо тут. Расплакаться просто унизительно!

Толкаю дверь, выхожу на воздух. На улице жарко, душно, ветер горячий обжигает.

Секунды тают, жду, что тяжелая рука Варвара опустится на плечо, что он остановит. Но его нет.

Нет! Ну и ладно! Не очень-то и надо было! Пусть отобедает с Катенькой, может, вообще решит, что нам больше и фиктивный брак не нужен. А что?

Отец мой пришел в себя, он вполне дееспособный. Сам начнет решать свои проблемы. А я — меня, надеюсь, освободят от этой ненавистной земли, будь она неладна.

Шагаю к переходу, популярный ресторан быстрого питания действительно совсем рядом.

За мной никто не гонится. Я свободна.

Думаю, и на мгновение окатывает ужас — дура! Дурочка какая! Тебя же только вот-вот похитить пытались, а ты взяла и сбежала! Останавливаюсь в нерешительности, озираюсь.

Мамочки, тут ведь могут быть те, кто следит за мной! Могут, да? Или…

Да, к чёрту! Пофигу! Решительно иду вперед, захожу внутрь, останавливаюсь у терминала. Хорошо, что в сумочке кошелек, с зарплатной картой! Сейчас как разгуляюсь!

Что бы выбрать? Хочется самый огромный бургер, и картошку, и еще что-то… креветки! И десерт.

— И что, малыш, тут вкуснее? Поможешь выбрать, сто лет тут не был.

Низкий голос заставляет вздрогнуть.

Чувствую, как щеки наливаются огнём.

И я ликую! Он все-таки пошел за мной!

Мой Варвар!