Глава 28

Никуда не торопясь, потому что до трёх ночи, когда начнётся всё самое интересное, время ещё было, я галантно предложил руку леди Бэлиас и вместе мы вошли в казино под названием «ФортунаСтайлз».

Претенциозно…

С интересом осматриваясь внутри и отмечая, как тут всё сияет, блестит, шумит и в целом выглядит так, словно дизайнер брал уроки ошеломления у Манелии, по совету спутницы я прошел до широкой лакированной барной стойки, присел на стул, заказал виски со льдом (не себе, а Анабэль) и с интересом начал слушать её короткие реплики то об одном клиенте этого непростого заведения, то о другом.

— Майкл Шеппиро. Владелец автосалона. Уходит от налогов черными схемами, подторговывает угнанными авто. Женат. Рядом с ним любовница.

— Дик Трейвор. Главный врач частной клиники. Сам лично делает косметические операции тем, кому надо изменить внешность и скрыться от внимания федералов. В среднем пару раз в месяц в стенах его заведения проводят трансплантацию органов, которые он покупает у Зарика.

— Хелена Вурпис. Любовница мэра. Ничего интересного, просто содержанка. Мэр, кстати, женат. Заметь, на её шее украшение стоимостью в парочку годовых бюджетов города. Мэр подарил.

И так далее…

Почти треть посетителей казино так или иначе была связана с криминалом, да и неудивительно. У простых работяг, честно заработавших свои деньги, просто не хватало средств, чтобы идти и спускать их самым глупым в мире способом.

Впрочем… У автоматов я заметил несколько мужичков и возрастных дам относительно невзрачного вида, которые раз за разом спускали монеты и дергали рычаг, пытаясь выиграть хоть что-то.

Глупые… глупые люди. Даже на миг стало их жаль и я, узнав у Анабэль суть происходящего и правильную комбинацию, которая бы обеспечивала выигрыш, мазнул пальцами по браслету и отправил магию… пошалить.

В самом деле, почему бы и нет? Это будет даже забавно.

В итоге и минуты не прошло, как все до единого автоматы, у которых стояли люди, выдали на табло джекпот и в лотки посыпались монеты, на тот момент находящиеся внутри железных ящиков.

— Я выиграла! Я выиграла! — звонче всех визжала какая-то старушка, потрясая тростью и тем самым привлекая всеобщее внимание, а к ним уже спешила охрана казино, пытаясь понять, как такое вообще возможно.

Чтобы всё и сразу.

Кто-то из охраны даже попытался заявить, что это сбой системы и выигрыш забрать нельзя, но тут поднялся такой гвалт среди других посетителей казино, что этого глупого охранника моментально задвинули подальше и старший менеджер зала связался с руководством, сообщая о ЧП.

Именно это мне и было нужно.

Понимая, что это дело не одной минуты, я оставил Анабэль у барной стойки и дальше наблюдать за происходящим и фиксировать в памяти всех, кого со временем стоит навестить и может даже ликвидировать, а сам приобрел десяток фишек и прошел к столу с рулеткой.

Нет, меня не интересовала игра, но я планировал именно выиграть, причем много.

Очень много!

И тем самым привлечь внимание Зарика к своей неординарной персоне. Вряд ли он спустится ко мне лично, но точно пожелает посмотреть в глаза наглецу, который сегодня обчистит его карманы на парочку… или чуть больше миллионов.

Зарику это не понравится. Очень не понравится. Настолько, что он скорее всего захочет меня убить. Может даже лично.

Но…

Он очень удивится результату. Однако всему своё время.

Пока я просто внимательно наблюдал за тем, как крупье запускает шарик в тарелочку, как она интересно крутится, а под ней крутятся ничуть не менее любопытные механизмы, изредка срабатывая так, как нужно именно крупье. При этом механизмы были защищены своеобразной сигнализацией, которая срабатывала, если кто-то пытался воздействовать на неё магически, но в моём понимании была настолько примитивной, что это было даже не смешно. И вывести её из строя труда мне не составило.

А сейчас начнём!

Всего столов с рулеткой было три и я начал с ближайшего. Сначала одна пробная ставка, затем вторая… Я не торопился. Наблюдал за крупье, за соседями по столу, за шариком… И для начала позволил выиграть нервничающей даме напротив. Судя по серым теням под глазами, искусанным губам и не особо дорогому платью, она нуждалась в деньгах и не знала способа заработать быстрее.

Или спустить последнее…

При этом я не почуял в ней особой гнили, скорее отчаяние, так что просто позволил шарику лечь именно в ту ячейку, которая бы позволила выиграть именно ей, а когда она поняла, что удача ей улыбнулась, и чуть не стекла под стол от полуобморочного облегчения, неодобрительно качнул головой и дернул за поводок Ксавье, чтобы подошел и помог даме.

В саму даму отправил легкий импульс дезориентации, чтобы не мешала себе помочь. Сегодня ей тут больше делать нечего. А завтра, если сама захочет, то свяжется с Манелией и решит свою судьбу. Ксавье оставит ей записку.

Сам я, убедившись, что за моим столом больше нет людей, которые играют от безысходности, начал потихоньку выигрывать, ставя то на черное, то на красное, то на чет-нечет, то на зеро.

И каждая моя ставка выигрывала.

Подгадывая так, чтобы поначалу это были не самые крупные суммы, но стабильные, я заставил крупье занервничать, но не слишком, после чего прошел ко второму столу уже не с десятью фишками, как в начале, а с сотней.

Там одним махом поставил поставил всю сотню на зеро… И выиграл. Один к тридцати пяти.

Напрягся уже новый крупье и когда я поставил на зеро весь свой выигрыш, попытался в последний момент перекинуть шарик в соседнюю ячейку, но я контролировал этот момент, и шарик лег так, как нужно мне.

Снова в зеро.

Побледнев и быстро сообразив, что дело нечисто, далеко не глупый и достаточно опытный сотрудник казино бросил на меня лишь один пытливый взгляд, одним махом оценив и стоимость моего относительно обычного костюма, и видовую принадлежность, после чего нажал под столом кнопку вызова охраны, но… Он не догадывался, что сигнал не прошел.

И я успел поставить на зеро в третий раз.

И в третий раз выиграл.

Каждый раз ставя все свои фишки, всего за три раза я сумел приумножить свой капитал с сотни до почти пяти миллионов, что не могло не вызвать изумление и зависть окружающих, и сидящий рядом со мной пьяненький орк, икнул и на диво проницательно заметил:

— Мужик, ты мухлюешь! Не знаю как, но мухлюешь! Жопой чую!

Я глянул на него с иронией, но он вдруг выпалил:

— Одобрямс! Слухай, на чо щас ставить будешь? Ну не на зеро же? Четыре раза подряд снаряд в одну воронку не падает! Я знаю, я в подрывниках десяток лет отслужил!

— Спорим? — усмехнулся я, глядя то на него, то на остальных, кто к нам прислушивался.

— А спорим! — азартно заявил орк. — Но не на деньги!

— А на что? — заинтересовался я.

— На щелбан! — загоготал могучий представитель горного племени, который был массивнее меня раза в три как минимум. И один его кулак был размером с мою голову.

— Почти смешно, — усмехнулся я. — Если тебя интересуют щелбаны, твоё право. Согласен. Но я хочу в качестве выигрыша тебя к себе на службу. Вечную службу… — мои глаза сверкнули иронией и крупицей магии смерти. — Пойдешь?

— А ты кто вообще? — озадачился орк, который хоть и был пьян, но подвох заподозрил.

— Мортис, — улыбнулся я. — Лорд Энджел Мортис.

— Ло-о-орд, — хмыкнул орк, но в целом впечатленным не выглядел. Как и тем, кто знал, кто такие Мортисы. И наивно согласился. — А по рукам! Лордам я ещё лбы не расшибал!

После чего мы пожали друг другу руки, сделали ставки (я снова всю сумму на зеро, как и ещё половина присутствующих за столом), а остальные предпочли остаться сторонними наблюдателями.

Ну и… Стоит ли говорить, что шарик снова оказался в ячейке зеро? И нет, орк не выглядел расстроенным. Наоборот, загоготал так, что на нас обернулась половина зала, а бледный крупье, сглотнув, объявил сумму моего выигрыша:

— Сто… шестьдесят семь миллионов девятьсот шестьдесят одна тысяча шестьсот… простите, я… мне нужно выйти.

Народ дружно ахнул, загомонил, одна парочка, как и я, поставившая на зеро, радостно обнималась, выкрикивая мне слова благодарности, а пожилой мужчина в очках с досадой качал головой, потому что не рискнул.

При этом на замену крупье, у которого сдали нервы, быстро явился старший сотрудник смены, лично отсчитав мне полагающуюся сумму «бриллиантовыми» фишками, каждая стоимостью в миллион, уложил их ровными стопочками в специальный ящичек, добавил туда недостающую сумму другими крупными фишками и с фальшивой улыбкой протянул мне.

— Господин Мортис, пройдите, пожалуйста, к администрации. На текущий момент в кассе не хватает средств на выплату вашего выигрыша, вам стоит обсудить этот момент с руководством.

— Конечно, — усмехнулся я с пониманием.

— Эй, лорд! — со своего места, покачиваясь, поднялся орк, ехидно скалясь. — Провожу. Я ж тебе типа как служу, да? Кстати, меня Лаки звать. Квадратный Лаки.

И заржал, словно это была ну очень смешная шутка. Наверное, для него это действительно что-то значило, но я лишь перевел мысленно его имя, как «Счастливчик», что в данной ситуации было скорее верным, чем нет, тонко усмехнулся и кивнул.

Почему бы, собственно, и нет? Заодно проверю его в деле. А помрет — не страшно. Он уже согласился служить мне. Вечно.

И смерть — не оправдание не выполнять свои обещания.

В итоге мы под негласным конвоем из четырех громил, под пиджаками у которых весьма отчетливо угадывался огнестрел, прошли в ту часть казино, где вроде как располагалась администрация, но не стали сворачивать в коридор с кабинетами, а дошли до служебного лифта. Вошли внутрь… И один из громил нажал черную кнопку.

С интересом изучив весьма любопытную панель, где помимо кнопок с цифрами и буквой «Р», обозначающей обычно парковку, были ещё и цветные: красная, зеленая, желтая и черная, мысленно отметил, что мы поехали вниз, отсчитал пять этажей и за миг до того, как двери распахнулись, поинтересовался у Лаки:

— Боишься смерти?

— Чувак, я подрывник, — фыркнул орк. — Если б боялся, я бы в сантехники пошел. А чо? Думаешь, убивать будут?

Стоящие вокруг нас охранники напряглись.

— Как минимум попытаются, — иронично усмехнулся я и скосил глаза на ближайшего. — Да?

Тот сделал морду кирпичом и промолчал, а вот Лаки молчать не стал и заржал.

— Ну, пусть попробуют.

После этого двери распахнулись и уже отчетливо нервничающая охрана провела нас по короткому коридору до единственной двери в торце, один из них прикоснулся к гарнитуре и доложил:

— Прибыли.

В тот же миг внутри что-то лязгнуло, и массивная дверь, сильнее всего похожая на бронированную, с легким шипением гидравлики начала открываться. С каждой минутой мне становилось всё интереснее, так что внутрь я вошел очень даже охотно и сразу ощутил весьма любопытный нюанс — помещение оказалось полностью изолировано магически.

Это стало бы весьма досадным нюансом, если бы я пользовался внешним эфиром, а также не был ревенантом и владельцем родового украшения в виде заряженных некротикой бус, намотанных на моё запястье в три ряда, но… в итоге нюанс скорее позабавил и я с интересом осмотрелся.

Помещение было большим. Обставленным весьма любопытно — как старинный рыцарский зал, но лишь отчасти. У противоположной стены — камин и уютные кресла с чайным столиком. Над камином — некий старинный герб, который я не смог опознать сразу, а значит в моё время этот род в наших краях ничего из себя не представлял. Справа и слева — статуи в рыцарских доспехах. Один с алебардой, второй с секирой. Чуть дальше обстановка была ничуть не менее интересной, но уже гораздо больше похожей на пыточную — в одну стену вмурованы кандалы, у другой — стеллажи с инвентарем, в центре — прозекторский стол, над которым располагалась яркая лампа. На полу любопытный кровосток…

— Чернокнижник, — скептично цокнул я, заметив по углам и черные свечи из человеческого жира. — Фу, мерзота.

— Ты про чо? — напрягся орк, когда за нашими спинами с шипением закрылась дверь и мы остались одни — охранники внутрь за нами не пошли.

— Хозяин этого места — чернокнижник, — спокойно повторил я, проходя ближе к камину и с интересом рассматривая герб. Тц. Нет, ни единого узнавания.

— С чего взял? — нахмурился Лаки, в отличие от меня настороженно осматривая зал. — И где он сам?

— Думаю, наблюдает за нами через камеры, — я указал на крошечные черные «глазки» под потолком, почти сливающиеся с кладкой. — Вряд ли спустится к нам сам, он слишком труслив…

— И чо дальше? — наморщил свой низкий лоб орк и со знанием дела примерился к секире. — Дверь бронированная, плечом не вышибить. От голода тут подыхать будем или как?

— О, нет, — усмехнулся я и, поставив ящичек с фишками на чайный столик, чтобы освободить руки, развернулся лицом к ближайшей стене, в которой открылся темный проход и из его чернильной глубины раздалось низкое угрожающее рычание. — Любишь собак?

— Обожаю, мля… — моментально просек ситуацию Лаки и рывком вооружился именно секирой. — Желательно в разделанном виде!

— Я тебя огорчу, но эти собачки несъедобны, — качнув головой, я ловко перехватил рванувшую ко мне псину, сотканную из тьмы. Причем не руками, а магическим жгутом, который светился ядовито зеленым цветом, потому что трогать таких собачек руками — верный способ остаться без рук.

— Эт-то чо за хрень, — опешил Лаки, на диво ловко уворачиваясь от второй псины размером с откормленного теленка и тут же замахиваясь на неё секирой, но секире это на пользу не пошло — коснувшись тьмы, металл зашипел, словно на него плеснули кислотой, и поплыл.

— Гончие тьмы, — просветил я своего нового помощника, с удовлетворением отмечая, что орк не спешит паниковать, вместо этого рывком отпрыгивая подальше и вооружаясь уже креслом.

Ну а так как понимал, что кресло не станет для «собачки» особым препятствием, то материализовал парализующий жгут и во второй руке, и через секунду его конец обвился вокруг шеи и этой псины.

— Поставь мебель на место, не понадобится, — качнул головой орку, сам выпуская ауру и наматывая на кулаки оба жгута, чтобы подтащить отчаянно упирающихся псин ближе. В отличие от Лаки, собачки уже сообразили, на кого рискнули раззявить пасть, и всеми силами пытались отсрочить свою смерть.

— Их точно всего две? — засомневался орк, то вглядываясь в чернеющий туннель, то кося на собак, которые состояли из концентрированной тьма и яростно горящих алых глаз, причем по всему телу.

— Да, — произнёс я уверенно. — Пара. Самец и самка. Держать этих тварей стаями невозможно — перегрызутся. И сейчас мы… подумаем, что с ними делать…

Словно понимая каждое моё слово, хотя на самом деле и впрямь понимая, потому что все до единого создания тьмы были разумными, псины торопливо припали на животы и заскулили, всем своим видом давая понять, что не они такие, а жизнь такая и вообще — они тут не по своей воле и призывавший их в этот мир мерзавец — та ещё мразь и скотина, не заслуживающий их службы, но они вынуждены…

В общем, скулили они с упоением, не словами, но интонацией пытаясь дать понять, что я — тот единственный хозяин, который достоин их преданности. Остальные по сравнению со мной — ничтожества.

— Двуличные льстецы, — хмыкнул я через пару минут, не услышав для себя ничего нового и особо интересного. — Ладно, посмотрю на ваше поведение.

После чего встряхнул кистями, отпуская из рук жгуты, и они тут же свернулись на шее гончих ядовито-зелеными ошейниками.

— Лун, — дал имя самцу.

— Лин, — обозначил именем самку.

Дождался, когда они это усвоят, и печать подчинения, вплетенная в жгуты, закрепится на их сути, и только после этого взмахнул рукой Лаки.

— Пошли. Гостеприимный хозяин нас уже заждался.

И первый шагнул в обманчиво непроглядную тьму туннеля…