Глава 36

Секунд тридцать Рэйчел смотрела на меня в глубоком шоке, не моргая, а потом тихонько произнесла:

— А зачем?

— Говорю же, — вздохнул, — неудачное стечение обстоятельств.

После чего мазнул взглядом по столу и деловито уточнил:

— Ты уже позавтракала?

— Не совсем, но…

— Давай поедим, а? — предложил и тут же сел за стол, усаживая Рэйчел к себе на колени. — Непростая ночка выдалась, как по силам, так и по нервам. А как поедим, я тебе всё расскажу. Договорились?

— Всё плохо, да? — с нескрываемым сочувствием уточнила моя малышка.

На что я неопределенно дернул плечом и только потом ответил вслух:

— Не кошмарно, но и не отлично. Удалось взять тварь под контроль, но сам факт его существования, скажу честно, бесит. К тому же архилич — такая разумная тварь, что всегда будет стараться действовать прежде всего в своих интересах. Следить за ним придется в оба.

Пока я это говорил, Майки быстро накрыл на стол, причем не только кофе с блинчиками, но и глазунью с ветчиной, так что я с благодарностью ему кивнул и в два счета закидал в желудок сначала сытного и горячего, и только после этого с обманчивой расслабленностью откинулся на спинку стула, прикрыв глаза и вдыхая дивные ароматы кофе.

Рэйчел задумчиво жевала свой блинчик, поглядывая на меня с тревогой, но что примечательно — не торопилась закидывать меня вопросами, предпочитая скользить взглядом по лицу и чуть хмуриться.

А потом с недовольством выдала:

— У тебя опять серые тени под глазами. Ангел, тебе надо нормально спать. Мне не нравится, когда ты становишься похожим на нежить. Тебе не идет.

— Прости, душа моя, — улыбнулся мимолетно, отправляя ей виноватый взгляд. — Я не специально. Обещаю больше отдыхать.

— А ещё, — она прищурилась, — мы будем жить вместе! И спать в одной кровати! А в моей комнате будет жить Лика. Ей надо больше света и свежего воздуха, даже ночью. Она чистокровная эльфийка и эти катакомбы для маленького ребенка — всё равно что гнилое подземелье.

— Я тебя избаловал, — покачал головой, недовольно щурясь. — Что за деспотичные замашки, любовь моя? Мы ещё не женаты, а ты уже командуешь. А что будет дальше? Станешь учить меня, как поднимать нежить?

— Глупости не говори, — насупилась Рэйчел. — Я просто хочу, как лучше. И обещаю… — она сердито сузила глаза, — больше не домогаться тебя до свадьбы. Но спать мы будем в одной кровати. Буду контролировать, чтобы ты вообще спал! И не смей меня больше усыплять! Ясно?

Выразительно вздохнув, тем не менее кивнул, потому что видел — она действительно зла. И в этом вопросе стоит уступить. Естественно, я не стал обещать, что подобное больше никогда не повторится, тем более никто не требовал с меня этого обещания, но свой вопрос повторил:

— Ты догадалась или почувствовала? Я про усыпление. Мне действительно надо понять.

— И то, и другое, — нехотя буркнула Рэйчел, после чего внезапно предъявила мне кольцо, которое я подарил ей на помолвку. — Вот оно. Я… — она неопределенно взмахнула рукой, — не знаю, как объяснить. Просто через него ощутила, что идет именно внешнее воздействие. А потом уснула. Но импульс был четким. Вот.

— О-о… — протянув с нескрываемым интересом, перехватил пальчики своей малышки и придирчиво изучил колечко, чьи свойства оказались для меня внезапными. Внимательно изучил и оказался скорее удовлетворен результатом, чем раздосадован. — М-м… понятно.

— Что именно?

— Это кольцо — не просто охранный артефакт, — произнёс с нескрываемым одобрением, — а уже частица твоей сути. Твой дар относится к темным практикам и твои энергии схожего толка, поэтому вы уже сроднились и, скажем так, именно благодаря кольцу, ты будешь четче ощущать абсолютно любое воздействие, даже моё.

— О-о, — Рэйчел заинтересованно дернула бровями, после чего прищурилась и пристально посмотрела на меня. И я уже точно знал, что она собирается сказать. — Ангел…

— Нет.

— Ангел⁈ — возмутилась она сразу.

— Нет. — Я был тверд. — Ничего обещать не буду. Ситуации бывают разные. И воспитание у нас, душа моя, очень разное. Для меня нет ничего важнее твоих здоровья и безопасности. Я могу лишь пообещать, что не буду воздействовать на тебя по глупости. Только по необходимости.

— Но так нельзя… — протянула она, глядя на меня с обидой.

— Девочка моя, — я звучно вздохнул и обнял её лицо обеими ладонями. — Клянусь, я никогда ничего не сделаю тебе во вред. Но иногда ситуации складываются так, что иначе никак. Очень тебя прошу, не будем ругаться. Моё мнение неизменно. Я так воспитан.

На последних словах я прижался своим лбом ко лбу Рэйчел и пристально заглянул в её уже сомневающиеся глаза. Я видел, она тоже не хочет нашей размолвки, но сам факт воздействия её… раздражал. И я понимал это.

Вот только…

— Хорошо, — выдохнула она рвано, когда я уже задумался, чем бы таким откупиться и отвлечь, чтобы она не накручивала себя и дальше. — Я понимаю. Я… злюсь, да. Но понимаю тебя. Просто…

Она тоже обняла моё лицо, но уже для того, чтобы поцеловать и следом попросить:

— Только в самых крайних случаях. Хорошо?

— Обещаю, — шепнул, уже улыбаясь и с удовольствием целуя сладкие после варенья губы своей нежной и о-о-очень мудрой невесты.

— А кто нападал-то? — спросила она, когда поцелуй затянулся до неприличия и я отстранился первым, потому что день уже давно начался и требовал к себе внимания.

Тц!

— Они не представились, — хмыкнул.

— Ангел.

На меня посмотрели с укором, на что я позволил себе закатить глаза, но признался:

— Эльфы. И зачем, я ещё не знаю. Пленных взять не успели. Они понесли определенные потери на подступах, но если и были мертвые, то их забрали. Когда мы доехали, они сбежали.

— Они за Ликой явились, да? — моментально встревожилась Рэйчел.

— Нет, — качнул головой. — Точно нет. Её присутствие на этих землях невозможно зафиксировать энергетически. Думаю, это была разведка по мою душу от тех, кого мы видели вчера. Так сказать, проверка боем: как точно я силен и что вообще могу противопоставить.

— Идиотизм, — скривилась моя малышка и с тяжелым вздохом положила голову мне на плечо. — Знаешь, в такие моменты я как никогда далека от гуманизма. Ну вот зачем они к нам лезут, а? Мы же никого не трогаем! А потом удивляются, что эльфы — вымирающий вид…

Вот тут я не удержался и рассмеялся, после чего звонко чмокнул своё сокровище в щеку и, чувствуя, что у слуг ко мне уже назрел ряд неотложных дел, заявил:

— Люблю тебя, счастье моё. Но мне надо немного поработать. Насчет переезда согласен, лишним не будет. Распоряжения отдам. Заодно оборудую подвальные помещения светильниками, чтобы тебе было понятно, что и где находится. Но учитывай, что внизу санузла нет, только помещения общего пользования.

— Не проблема, — заверила меня Рэйчел. — Я всё равно буду там только спать. Днём я или в зверинце, или тут. Кстати…

Тут она внезапно смутилась и даже прикусила губу, глянув на меня по особому.

Да-да?

— Мы когда с Анабэль покупали платье на вчерашний вечер, заодно зашли в свадебный салон… — она глубоко вдохнула и решительно выдохнула. — Я ведь уже могу присматривать себе свадебное платье?

— Конечно, — кивнул безо всяких раздумий. — Всё, что пожелаешь, счастье моё. Можешь даже не одно.

— В смысле? — Рэйчел опешила.

— Ну, я глянул тут одним глазком в нынешние традиции, — усмехнулся. — Оказывается, свадебные платья бывают разные. На венчание одно, на банкет — другое. А есть ещё второй день, там вообще третье. В общем, если тебе хочется — делай так, как тебе хочется. Только предупреди потом, что придумала. Хорошо? И попроси Анабэль тебе помочь. Ну или найти распорядителя, который всё сделает. Я в этом плане… — кашлянул, — не специалист. Тем более точную дату мы до сих пор не утвердили.

— Вот как бы да, — на меня посмотрели с благодарностью и одновременно с долей претензии. — Лучше бы уже утвердить. Сколько я тут уже живу? Две недели? Ты обещал максимум месяц.

— И я всегда держу свои обещания, — заверил её, снова ласково целуя в нос. — Сегодня же выясню степень готовности всех намеченных объектов и в случае чего придам ускорения. Вечером обсудим. Договорились?

Не став вредничать, Рэйчел охотно кивнула, после чего с нескрываемым сожалением поднялась с моих колен. Я тоже задерживаться не стал и, в последний раз за это утро поцеловав невесту, поторопился пройти в кабинет.

Работа сама себя не сделает.

Хотя могла бы уже и научиться!

* * *

С нескрываемой досадой выслушав отчет целителя о том, что все до единого пострадавшие в вылазке бойцы бредят и просто не в себе, а их разум находится под чужим воздействием, снять которое бесследно невозможно, княжна Орлеана Мирабелла Руамия Каллахен несколько раз сжала и разжала пальцы.

И всё бы ничего, на жизни рядовых исполнителей ей было плевать… Но среди них так неудачно затесался её младший брат, которому доверили командование отрядом, и вот тут назревала немалая такая проблемочка.

Отец будет недоволен.

И недоволен в первую очередь ею!

Скрипнув зубами, потому что с неё всегда спрашивали за обоих и вдвойне, потому что именно ей не повезло родиться старшей, Орлеана отправила докладчика прочь и перевела тяжелый взгляд на стену, где висел вышитый гобелен с изображением битвы при Луаде.

Битвы, в которой тогда ещё живой Энджел Мортис нанёс разгромное поражение своим врагам.

Битвы, которая вошла в учебники истории даже их княжества.

Битвы, которая стала легендарной…

Сколько ему тогда было? Девятнадцать! И уже генерал…

Да, Орлеана завидовала. Дико завидовала! Будучи на одну четверть смеском и переняв от матери-полукровки крупицу темного дара и ни грамма светлой магии от отца, по меркам эльфов она была никчемной посредственностью. И только княжеский статус отца, третьего в очереди претендента на престол, затыкал рты большинству.

Но не всем…

Правда, мало кто догадывался, что именно это стало катализатором всего, что в своё время изучила Орлеана. Почти не маг, но деятельная и просто умная, амбициозная и упорная, она давно уже занимала негласный пост начальника внутренней службы безопасности семьи, с легкостью вычисляя шпионов и предателей, которых ждала незавидная участь.

Почитывала Орлеана и книги по темной, запретной магии крови, но марать свои руки не спешила. Знала, что это наложит гнилой отпечаток на разум и душу, и пути обратно уже не будет. И пускай во многих иных вопросах была довольно беспринципна, в этом плане для неё стояло четкое внутреннее табу.

Вот только… Делать-то теперь что?

Не поленилась и сама прошла в целительское крыло, зайдя во все палаты по очереди и лично убедившись, что даже незначительно раненые бойцы не в себе, мечутся в бреду и рвутся прочь. Смогла даже навскидку определить проклятье…

И восхитилась жестокостью и продуманностью своего родича.

Ну вот как так, а? Как так? Кому-то всё, а кому-то…

И даже не наказать Орландо за его самоуверенность! А ведь она предупреждала! Просила не спешить! Нет… Кто и когда её слушал?

А разгребать ей! Снова ей!

До сих пор не нашли ни единого следа пропавших Имраэля и Мирты с ребенком, а тут новая проблема нарисовалась.

Ну и о чем ей сейчас отчитываться отцу? О том, что они снова облажались?

Или…

Вернувшись в кабинет и придирчиво изучив гобелен, Орлеана кивнула сама себе.

Да. Именно так она и сделает. Хотел бы убить — убил. А раз не убил… Значит, ждет гонцов и ответов.

Она их даст!

И, быть может, найдет в его душе отклик? В самом деле, родня они весьма дальняя, а политические браки на то и политические, что в первую очередь полезны для рода. А человечка…

Всего лишь человечка. Избавиться от неё проблемы не составит.

* * *

Войдя в кабинет и первым делом вызвав бригадира Думли, казначея Гримли и юриста Герберта, я быстро и не без удовольствия выяснил, что финансово мы стабильны и благополучны, юридически напоказ честны и в безопасности, в доме уже активно возводится третий этаж и к концу недели будет закрыта крыша, а там останется лишь чистовая отделка, которую, кстати, тоже надо обдумать. Желательно прямо сейчас.

С этим особых проблем не возникло — я позвал Анабэль и та мигом предоставила мне варианты современных стилей, которые не претили мне и выглядели достойно.

В итоге остановились на «классике», отринув рыцарский лофт и прочий гранж, а так же всякие ренесансы и барокко.

Мягкий беж, стильная сталь, шоколадные и черные акценты, строгие линии, минимальная меблировка и четкая выверенность в остальном.

— Работаем! — распорядился под конец, обсудив наполнение всех главных комнат, причем выбрав в качестве хозяйского этажа второй, а не третий.

Я бы и первый выбрал, чтобы быть поближе к земле и спуску в катакомбы, до которых Гримли уже докопался из-под дома, но сейчас так было не принято — на первом этаже располагались помещения общего пользования, но никак не хозяйские спальни.

На третьем я планировал поселить Юджина, Энжи и Лику, чтобы оставались под присмотром, да и в целом это будет стратегически правильно. Их личная безопасность для меня тоже важна, ведь всегда может найтись идиот, который решит, что шантажировать родными — это хороший вариант.

Неа. Нехороший. За это я буду уничтожать с особой жестокостью…

Ну лучше, конечно, обезопасить их заранее.

Заодно стоило подумать о том, кто будет сопровождать Энжи на учебу, которая начнется уже совсем скоро. И стоит ли? Может, лучше перевести девчонку на домашнее обучение? Учителей я ей откопаю, не проблема. Или лучше компаньонку?

Ту же леди Рузанну приставить?

Ладно, время есть, посмотрим.

Строительство часовни тоже шло ударными темпами и так как к ней у меня требований было намного меньше (без потайных ходов и подвалов, да и этаж всего один), то там уже активно завершали крышу и Анабэль заверила, что со дня на день пригласит на собеседование священника, который точно не откажется трудиться именно там.

Обсудили мы с ней и подходящую дату для венчания, и вероятных гостей, и тысячу других нюансов, включая пригласительные, цветочное оформление и даже марку шампанского, чем Анабэль пообещала заняться лично, ну а я заранее наметил себе ряд подготовительных мероприятий, касающихся безопасности, которые тоже стоило провести.

Вряд ли, конечно, какой-то идиот рискнет совершить в этот день теракт, но… Идиотов во все времена хватало. Лучше перебдеть!

Мы уже проговорили с Анабэль всё, что я планировал обсудить этим утром, включая переезд малышки Лики в гостевую комнату (прорицательница одобрила это решение), да и утро плавно доползло до полудня, когда на мой телефон поступил звонок с неизвестного номера и я, отправив леди Бэлиас заниматься делами, ответил:

— Алло. Энджел Мортис слушает.

— Добрый день, лорд Мортис, — деловито и одновременно почтительно-ласково произнесла моя собеседница, которую я быстро опознал по голосу и тонко усмехнулся. — Это Орлеана. Орлеана Каллахен. Скажите, пожалуйста, могу я надеяться на личную аудиенцию? Этой ночь произошло… легкое недоразумение. Я бы хотела лично за него извиниться. Не только словами.

Последнее предложение прозвучало с весьма прозрачным намеком, отчего у меня озадаченно дернулась бровь, но эльфийка не закончила говорить, добавив ещё кое-что.

— Так вышло, что в моём личном владении оказался меч, с которым вас запечатлели многие мастера вашей современности. И я… хотела бы вам его вернуть.

Меч. Ага…

Меч вернуть она хотела…

Ну, допустим.

Окинув задумчивым взглядом кабинет, иронично хмыкнул — обстановка совершенно не уровня эльфийской княжны, после чего кивнул сам себе и произнёс:

— Жду. Прямо сейчас. Ритуальное бюро Мортисов. Приезжай одна, без сопровождения. Не трону. Будет кто-то ещё, живым он отсюда не выйдет.

— Как пожелаете.

В тоне собеседницы не прозвучало ничего лишнего, но я как наяву увидел досадливо сморщенный высокородный эльфийский носик и блеск раздражения в глазах.

Ну-с, княжна. Посмотрим, что вы желаете на самом деле!

— Рузанна, — позвал призрачную деву, которая дежурила в зале, где Юджин принимал клиентов, и охотно помогала посетителям выбрать гробы и венки, — метнись до Абрахама. Пусть придет сюда как можно скорее. Дело есть. Ему понравится.