Глава 21

Отмеренный мне отпуск пролетел слишком быстро, пришло время вернуться в галерею. Как и прежде, Луиза Шелдон вызвала меня по громкой связи, в этот раз, чтобы обсудить мои собственные работы.

Сердце зашлось в беспокойном стуке. Вдох-выдох. Поднялась из кресла, расправила плечи. Подхватила полотна в руки и, не взирая на любопытные взгляды коллег, зацокала каблуками по извилистым коридорам.

Расставив картины в кабинете начальницы, я внутренне напряглась и сцепила руки в замок. Там, в мастерской, залитой по утрам солнечным светом и ароматами цветов из оранжереи, они казались мне почти идеальными. Яркими, смелыми, полными любви, будто являя собой мое перерождение из серой мышки в самодостаточную молодую женщину. Отчего же сейчас, в этой строгой рабочей обстановке, они теряли былое очарование? Или это я по дороге сюда растеряла последнюю смелость?

– Знаю, для выставки этого слишком мало, но общая концепция… – начала было я, запинаясь от волнения.

– Не утруждайся с презентацией, – остановила меня Луиза и решительно отодвинула в сторону. При этом она усадила меня в кресло и традиционно вручила чашку кофе. – Твои работы прекрасно говорят за тебя.

Ей не понравилось? Ну, конечно, не понравилось. А на что я, собственно, рассчитывала? Тоже, возомнила себя великой художницей! Одна удачная работа, да и та купленная Адамом, это еще ничего не значит.

Пока я корила себя, нервно отпивая обжигающий напиток, Луиза переходила от одного полотна к другому, неустанно что-то фиксируя в своем блокноте. Она то приближалась к картинам, то отдалялась, то склоняла голову на бок, и ее взгляд становился таким сосредоточенным, словно она пыталась заглянуть в будущее. При этом моя начальница взяла мучительно долгую паузу. Или она и прежде так делала, а я просто не замечала этого, потому что на кону стояла не моя, а чья-то чужая творческая судьба и чужие «шедевры»?

– Ну как? – сорвалось с губ еле слышно.

Луиза даже ухом не повела. В ожидании ответа я превратилась в одну натянутую струну. Что, если мама была права, и вся эта «игра в художницу» – пустая затея, которая в итоге разобьет мне сердце?

«Взяв в руки кисти ты создаешь нечто удивительное, способное волновать душу», – в противовес ей оживал в голове голос Адама, и я хваталась за него, как за спасательный круг. – «Это призвание, которое наполняет жизнь смыслом, ты не должна бросать его во что бы то ни стало».

В какой-то момент мое терпение готово было лопнуть, но Луиза словно заснула на моей последней работе и отказывалась выносить вердикт. Стоя ко мне спиной, она едва заметно шмыгнула носом и мазанула ладонью по щеке.

Вот и что это сейчас было? Жалеет меня? Не знает, как преподнести горькую правду о том, что я безнадежна? Внутренне я собралась, готовясь к худшему.

– Эта твоя работа… – наконец заговорила она, слишком тихо и как-то даже трепетно. – Я будто перенеслась в прошлое.

Когда Луиза повернулась ко мне, в ее глазах стояли слезы, а на губах застыла улыбка. Сколько чужих полотен мы с ней успели пересмотреть в этом самом кабинете, но такой реакции я что-то не припоминала.

– Так вам понравилось? – вышло от чего-то шепотом.

Она подошла ближе, села рядом и взяла меня за руки, которые все еще подрагивали от напряжения.

– Более чем, Софи. Не знаю, как тебе это удалось, но ты сотворила чудо. Стоило взглянуть на эту картину, мне в лицо повеял теплый ветер, возвращая былую молодость и то самое лето, когда мой покойный супруг Генри сделал мне предложение.

От ее слов и воодушевления, с которым она говорила, у меня закружилась голова.

– За мой век в этой галерее я помогла многим талантливым художникам, пришло и твое время. Эта выставка станет событием года, вот увидишь! Но нам предстоит еще очень, очень много работы.

– Нам? – растерялась я.

– Ну не думаешь же ты, что я оставлю тебя совсем одну на пути к большому успеху? Поверь, это то еще испытание, – по-доброму усмехнулась фурия и я вместе с ней.

Мы долго обсуждали этот проект, делились видением, накидывали идеи. В итоге из кабинета Луизы я практически летела на крыльях.

«Господи боже, у меня будет собственная выставка!» – так и звенело в голове, отчего хотелось не просто идти по витиеватым коридорам галереи, а отплясывать джигу.

Естественно, мне не терпелось поскорее поделиться этой новостью с Адамом. Выудив из кармана смартфон и осмотревшись по сторонам на моих притихших коллег, которые последнее время только и делали, что следили за мной и сплетничали по углам, я поспешила выйти на свежий воздух.

Здесь без слежки тоже не обошлось. Суровый охранник на входе окинул меня бдительным взором, вызвав резкое желание отойти подальше, чтобы говорить свободно, ни на кого не оглядываясь.

Гудки в трубке текли неторопливо. Или мне так казалось? Обезумевшее сердце все не желало униматься.

– Софи, – отозвался мой сказочный принц.

– Адам, ты можешь говорить? Извини, что отрываю от пациентов.

– Я весь твой. У меня как раз небольшой перерыв.

– Ей понравилось! Представляешь? Луиза Шелдон, которую все эти годы я считала бессердечной фурией, сказала, что меня ждет большой успех. А еще, что она возьмет меня под свое крыло.

На эмоциях мне не стоялось на месте, и я решила немного прогуляться, пока разговариваю с Адамом. Погода радовала солнцем, редкие прохожие казались крайне приветливыми, отвечая на мою нестираемую улыбку.

– Софи, любимая, я очень рад за тебя, и ты это заслужила. Только, пожалуйста, не забывай дышать, – его бархатный голос согревал теплом. – Где ты сейчас?

– Вышла на улицу. В офисе после визита первой ракетки все только и делают…

Договорить я не успела. Меня оглушил скрип тормозов, чей-то крик, явно не мой, потому что я от испуга потеряла дар речи, треск веток того самого кустарника, в который я угодила, и удары собственного сердца. Большой внедорожник с затемненными стеклами, появившись из ниоткуда, едва не раздавил меня прямо на тротуаре.

– Софи! Софи! – все еще доносилось из смартфона, выпавшего на землю.

Я не смогла разглядеть водителя, его лицо скрывал козырек бейсболки и темные очки, да и не в том состоянии была, чтобы соображать здраво. Автомобиль так же быстро дал задний ход и скрылся с места преступления. Какое-то время я пребывала в шоке, не в силах пошевелиться, пока ко мне не подбежали прохожие, помогая выбраться из зарослей и встать на ноги.

– С вами все в порядке? Вызвать скорую?

Я и сама не понимала, в порядке я или нет. Платье оказалось безнадежно порвано, у туфли сломан каблук. А еще правую руку жутко саднило, но по сравнению с тем, чем все это могло обернуться, казалось сущими пустяками.

– Вот же сволочь. Его бы по камерам пробить, да номера заклеил, чтобы не опознали, – сетовал тот самый охранник, возвращая в мои подрагивающие руки упавший смартфон. К моему удивлению, Адам все еще был на связи.

– Софи, что произошло?

Услышав его голос, меня будто прорвало, по щекам заструились горячие дорожки. Мы ведь только нашли друг друга, все не должно закончиться вот так, в один момент, а могло бы.

– Адам… Я жива, все в порядке.

– В порядке?! – гневно донеслось из трубки. – Держись, я уже еду.

* * *

Меня снова окружала полиция, а на входе поджидали репортеры, приехавшие следом за Адамом. Когда только успели обо всем узнать?

– Да ты у нас знаменитость, – по-доброму посмеивалась Айрис из бухгалтерии, одна из первых пришедшая меня поддержать. Удивительно, но после этого случая и остальные коллеги разом изменили свое отношение ко мне, явно переживая.

– Не волнуйся, Софи, все страшное позади. А с папарацци мы с ребятами разберемся.

Не желая еще кого-то ко мне подпускать, Адам лично взялся обрабатывать мои многочисленные ссадины на руках и ногах.

– Щиплет? Потерпи, сейчас все пройдет, – дул он на ранки, как когда-то в детстве делала мама. С его приездом меня хоть немного отпустило и перестало трясти от страха. Мысль о том, что я могла погибнуть, прочно засела в голове. В этот раз пострадали только туфли, но с тем же успехом могли покалечить и меня.

Луиза Шелдон тоже была здесь, разом построив и охрану, и кучку полисменов. Просмотр записей с камер, увы, ничего не дал, номера машины были заклеены. Единственное, что удалось выяснить, этот наезд вовсе не был случайностью. Совершивший это все тщательно спланировал и следил за мной, поджидая подходящего момента.

– Мисс Молиган, у вас есть предположения о том, кто мог желать вам смерти?

Жуткий вопрос и без того крутился в голове, но стоило полицейскому его озвучить, по спине поползли мурашки.

Желать мне смерти… Господи, да где я так согрешила? Кому перешла дорогу, что этот кто-то не нашел ничего лучше, чем от меня избавиться?

Первым в списке возможных недоброжелателей был Рич, никто другой и на ум не приходил. Не была я никогда конфликтной, скорее тихой и незаметной, всегда всем спешила на выручку. Но чтобы пытаться меня убить, нет, на такое даже Рич не был способен. По крайней мере, в моем представлении о нем.

– Проверьте алиби того самого Питерсона, который недавно устроил здесь драку и сыпал угрозами. Не удивлюсь, если это он и был, – сдала с потрохами моего бывшего Луиза, пока я терзалась никому ненужными сомнениями.

– А еще после той драки в квартире Софи случился поджег. Причастность Питерсона доказать не удалось, но все это не было случайностью, – добавил Адам, закончив с врачебными процедурами. – Пожалуйста, возьмите мою визитку и держите связь лично со мной, если что-то выясните.

– А вы, собственно, кем приходитесь мисс Молиган? – подозрительно прищурился полицейский.

– Ее будущим супругом, – с полной уверенностью заявил Адам и подхватил меня на руки, прижав к твердой груди. То, что я была ошарашена, ничего не сказать. Зато Луиза, наблюдавшая за происходящим, задорно мне подмигнула. – Если вопросов больше нет, я хотел бы забрать свою невесту домой.

– Да, конечно, – отошел в сторону полисмен, пропуская нас с Адамом на выход, и тот бодро зашагал по коридору, словно я ничего не весила.

Как я ни старалась, даже уткнувшись носом в его крепкую шею, у меня не выходило спрятать улыбку.

– Я не ослышалась? Ты сказал «невесту»?

Адам ничего не ответил, лишь загадочно улыбнулся. Миновав настырных репортеров, которых Айрис действительно взяла на себя и вполне бойко держала оборону, мы добрались до автомобиля, и тот лихо сорвался с места.

Какое-то время мы ехали молча, думая каждый о своем. Управляя одной рукой, Адам все время держал меня за руку, то переплетая наши пальцы, то нежно поглаживая. Шумный мегаполис остался позади. Дорога к родовому поместью Вудвиллов была мне знакома, но тут Адам свернул с привычного маршрута, остановившись в живописном месте под раскидистым кленом у старинного моста. Внизу серебристой лентой шумела река.

– Зачем мы здесь?

Ответа вновь не последовало. Я видела, он что-то задумал и был порядком взволнован, но не торопился выкладывать все карты. Да и какая разница, если за этим невероятным мужчиной я готова была идти хоть на край света.

Адам вышел из машины. Места здесь были красивые, я бы и сама с радостью вышла, но не скакать же по осенней листве в одной туфле? Обойдя авто, он решительно распахнул дверь. В этот момент я ожидала все, что угодно, но не того, что мужчина моей мечты встанет передо мной на одно колено.

– Софи, любимая, я хотел сделать все по-другому, не здесь и не так. Но я больше не могу ждать. С тех пор, как ты появилась в моей жизни, я просыпаюсь и засыпаю с мыслями о тебе. Я просил дать нам шанс узнать друг друга настоящих, но тогда еще не осознавал глубину этого чувства. А сегодня, когда едва тебя не потерял… – Адам опустил голову, делая глубокий вдох. Его руки, в которых он сжимал кончики моих пальцев, заметно напряглись. – Я не прощу себя, если с тобой что-то случится. Я хочу провести с тобой всю жизнь, что бы она для нас не уготовила, быть твоей опорой, беречь и защищать тебя. Софи, согласишься ли ты стать моей женой?

Мне бы ответить «Да», потому что где-то в моей голове все уже кричало об этом, а еще, порядком оглушая, взрывались праздничные фейерверки. Только от переизбытка чувств нервная система дала сбой, и я онемела.

– Прости, какой же я идиот. Какое предложение без кольца? Его доставят вечером. Не успел забрать у ювелира, – спохватился Адам, неверно расценив мое молчание.

Тут я и ожила. На лицо прорвалась улыбка, из глаз побежали слезы счастья. Красивый, какой же он был красивый в этот момент, а еще сильный, искренний и любящий, не мужчина – мечта. Неужели он думал, что для меня важно какое-то кольцо и соблюдение условностей?

Нет, я – это не моя расчетливая матушка или сестра, мне всегда был нужен только он, он один. Возможность слышать его голос, смотреть в его сияющие глаза, чувствовать дыхание на своей коже. И сейчас, после стольких лет ожиданий, когда Адам признался мне в глубине своих чувств и желании разделить со мной жизнь, обезумевшее сердце отбивало резвый бит. Я смотрела на мужчину передо мной и не могла им налюбоваться.

– Адам… – коснулась ладонью его щеки с пробивающейся щетиной и склонилась ниже, к таким желанным губам. – Я всегда была только твоей, была и буду.

– Так ты согласна?

– Да. Тысячу раз да, – успела произнести в его губы, прежде, чем они накрыли мои.