Глава 21

Метель закончилась. Светило солнышко, под его тёплые лучи было бы очень приятно подставлять своё лицо…

Если бы не подшлемник, наушники и солнцезащитные очки. И если бы не всеобщее напряжение, витавшее в воздухе.

Я снова сидел с тайгий-искателем на снегоходе за спиной Ярого, пытаясь отыскать либо тайгий, либо сарнита. А лучше и то, и другое сразу.

Вот уже шесть с половиной часов прошло с тех пор, как мы выехали в рейд. Подкрепление в лице ратников мэра и его подчинённых пришлось как нельзя кстати. Мы смогли заметно расширить зону поиска. Более того, с тех пор как перестал идти снег, к нам выслали ещё и три вертолёта. Общими усилиями нам удалось найти восемнадцать одурманенных, которых тут же транспортировали в Кузяево. Ещё пятерых обнаружили мои бойцы.

В Кузяево я оставил Отмеченного, Шарыпова и трёх ратников рода. По два ратника дежурили в трёх деревнях, оставшиеся десять выехали со мной в рейд. Я решил доверить второй комплект тайгий-искателя ратнику Михею и его напарнику.

А вот имперские служащие моего доверия не заслужили, так что я был категорически против мешать людей – часть направлений прочёсывали мы, часть бойцы Клинского.

Перед выездом у меня состоялся разговор со старшим из дружинников-хранителей. Мужик просил поделиться сведениями, но, столкнувшись с шаблонной фразой «тайна великокняжеского рода», чуть сменил тактику и спросил, неужели я всегда с собой таскаю артефакт для снятия подобного проклятия.

Ответ у меня был готов заготовлен заранее, так что я сказал, что два таких артефакта мне прислал отец вместе с подкреплением, когда узнал о творящейся тут чертовщине. Ну а ответы на следующие вопросы… «тайна великокняжеского рода».

В наушниках раздался пронзительный писк.

Ну наконец-то! Форкх меня дери!

Я хлопнул Ярого по плечу и указал на северо-запад трубкой тайгий-искателя. Мастер понял меня без слов.

Пропавший было писк, вновь раздался через десять секунд! Я стиснул зубы от нетерпения и поймал себя на мысли, что обнаружить сейчас сарнита я хочу всё же больше, чем тайгий.

Впереди показались густые ветки лысых кустарников, которые Ярый начал объезжать. Форхово дерьмо… не получается ехать напрямик!

А затем Ярый вдруг остановился, не доехав до кустов, и заглушил мотор.

– Понял тебя, – проговорил он в микрофон наушника – за связь с общественностью отвечал в нашей паре отвечал Мастер. – Сейчас передам господину.

– Господин, – обернулся Ярый и через плечо посмотрел на меня. – Прибор Михея засёк что-то на северо-северо-востоке.

В другом направлении? А вот это уже интересно…

– Пусть продолжает поиск, – спустя три секунды раздумий ответил я. – Если писк продолжится, пусть запросит поддержку двух ближайших пар. Два других снегохода к нам.

Пока Ярый передавал мои приказы, я отметил на карте примерное местоположение «первого писка» и направление. Более точная информация осталась в моей памяти.

После всех переговоров Ярый вновь завёл снегоход, и мы продолжили прохождение маршрута. К моей огромной радости наушники тайгий-искателя то и дело пищали. И направление не менялось.

Что-то нащупали…

Тайгий? Или же сарнит? А может, что-то ещё? В радиусе от двух до пяти километров наш поисковый прибор может реагировать на разные «раздражители».

Кое-как отыскав узенькую полосу между деревьями, через которую можно было проехать, Ярый повернул снегоход. Мелькнула мысль уже перейти на снегоступы, но я быстро понял, что ещё рано, надо беречь силы. Пока худо-бедно едем, петляя между деревьями.

Снегоход вновь остановился.

– Господин, сигнал у Михея изменился! – обернувшись, радостно доложил Мастер. И ещё более восторженно добавил: – Стал непрерывным! Как и должно быть!

На миг у меня сбилось дыхание.

Форкх меня дери! Мы не ошиблись! Здесь правда есть тайгий! Теперь… теперь наконец-то мы сможем приступить к созданию космодоспехов, заложим основу для создания космических кораблей… Теперь я и в самом деле смогу в конце следующего лета прийти к Софье с сильным самостоятельным родом, и тогда…

Выдохнув, я подчинил разбушевавшиеся эмоции.

В конце концов, тайгий-искатель настроен на «пустой» тайгий. Он тоже нам нужен, но всё же остаётся вероятность, что «нормального» тайгия здесь, а то и во всём мире нет.

Не говоря уже о том, что наша поездка в Сибирь обрела новые цели.

Я выдохнул и ровным тоном произнёс:

– Похвали Михея, вели максимально точно обозначить местоположение и дожидаться дальнейших приказов. И давай быстрее, мне не терпится проверить, что же обнаружил наш с тобой искатель.

Ярый подобрался, решительно кивнул и разразился командами в рацию. Через пятнадцать секунд наш снегоход вновь тронулся с места.

В моих наушниках писк не имел непрерывного характера. Иногда и вовсе пропадал, однако через время возвращался снова. Тайгий-искатель определённо что-то улавливает.

Мы приближаемся к неизвестному.

Я сверялся с картой. И когда в очередной раз наушники замолчали, понял, что мы, похоже, как раз проехали три километра (если считать по прямой) с тех пор, как прибор запищал на этом направлении.

Сто процентов мой искатель среагировал не на тайгий.

Дальше я не мог уже направлять Ярого, опираясь на писк в наушниках – наушники наглухо замолчали. Благо Александрийцы по природе прекрасно ориентируются в пространстве, так что мы не заблудимся.

Впереди вновь показалась густая берёзовая роща. По моим ощущениям до цели нам оставалось меньше километра.

Я хлопнул Ярого по плечу и жестом велел слезать со снегохода.

– Свяжись с остальными, скорректируй направление, – велел я. – Группа Михея пока в резерве, но если прижмёт, велишь выдвигаться. Держим покров, готовность к бою. Вперёд меня руки не распускай.

– Понял, господин.

Пока я надевал снегоступы, Ярый общался с ратниками по рации. Снарядившись, я двинулся вперёд. Мастер немного отстал.

С каждым шагом я ускорялся, лавируя между стволами деревьев и уклоняясь от замёрзших веток.

Вскоре впереди показалась полянка. Хм… похоже, именно туда и вёл меня тайгий-искатель.

Я первым вышел из рощи и тут же увидел два лежащих на боку снегохода. Быстро подошёл к ним. Видимых повреждений на технике не было, однако же снег вокруг порядком истоптан.

Я поднял глаза к синему небу. Ни облачка. Полагаю, метель в этом месте закончилась часа полтора назад.

Определенно, инцидент произошёл совсем недавно.

Впереди между деревьев краем глаза я заметил движение. Плавно повернулся, готовый в любой момент броситься в бой.

На полянку с противоположной стороны вышли двое в тёмных горнолыжных костюмах, шлемах и солнцезащитных очках. Я пошёл им навстречу, тщательнее присматриваясь к движениям.

Обычная, естественная человеческая походка. Никакой странной дёрганности. Вроде бы всё нормально.

Стараясь ничем не выдать свою настороженность, я остановился в полутора метрах от неизвестных. Сейчас я хорошо мог разглядеть небольшие гербы на груди каждого из них.

– Добрый день, ратники боярского рода Клинских? – спросил я.

– Да, – коротко ответил один из мужчин.

– А вы кто, позвольте узнать? – спросил другой.

– Я из поискового отряда. Мы ищем вашего господина – Ефима Ерофеича. Можете проводить к нему?

– Нет. Господин отдыхать изволит, – ответил условно Второй, тот что был выше. Из-за экипировки мужики выглядели похоже.

– Отец очень обеспокоен судьбой сына. Нам велено найти его и переговорить лично, – продолжил настаивать я.

Тем временем наконец меня нагнал Ярый и остановился слева.

– Господин сам выйдет на связь, когда посчитает нужным, – Второй тоже оказался настойчивым. А вот Первый стоял как истукан.

Определённо инцидент произошёл совсем недавно, раз даже снегоходы убрать не успели…

– Хорошо, – кивнул я, – так и передадим боярину Клинскому. Идём, Ярик, – я хлопнул Мастера по плечу и развернулся.

Сделал шаг… Ярый тоже развернулся…

Наилучший вариант – нам дадут уйти и собраться с силами…

Форкх дери всех сарнитов и их приспешников…

Благодаря облаку альтеры я почувствовал движение противника, развернулся и успел заблокировать удар Второго, направленный мне в голову. Оба ратника Клинских в мгновенье ока облачились в стихийные доспехи огня и воды.

Оба – Наставники.

– Не убивай! – я крикнул Ярому, вокруг кулака которого уже завертелся вихрь.

Из груди Второго вырвался огненный столп. Я успел довернуть корпус и уклониться влево. Тут же вдарил ему сконцентрированной альтерой в бок.

Под моим кулаком стихийный доспех и покров Наставника пропали практически мгновенно. Я почувствовал, как прогнулись рёбра мужика и тут же вдарил ему в челюсть.

Альтеры на этот раз выпустил крохи, чтобы очистить одурманенного от рахны.

Тем временем из-за деревьев на нас неслись ещё четверо ратников. Ярый, держа на руках уже обмякшее тело Первого, настороженно озирался по сторонам.

Протянув руку, я коснулся ладонью спины Первого и «вдохнул» в него облако альтеры.

– Одарённые зомби… – сквозь зубы процедил Ярый, бросив бесчувственное тело поверженного и исцелённого противника на снег.

Приближающиеся ратники отличались от тех, которых мы только что одолели. Сарнит-сеятель потратил на них гораздо меньше рахны, потому и двигались они дёргано, а не как обычные люди. Разумеется, и связно говорить такие одурманенные не могут.

Только кряхтеть и мычать.

Однако то, что Первый и Второй вели себя, как нормальные люди, означает не только то, что рахны в них влили много.

Но и то, что сеятель рядом. На большом расстоянии он не смог бы так филигранно ими управлять.

Тварь… Неужели сбежит?

Стоило мне подумать об этом, как четверо одурманенных ратников замерли. Ближайший к нам стоял в десяти метрах от Ярого и рычал.

– Не дёргайтесь, если вам в самом деле дорога жизнь боярина и его семьи, – услышал я властный женский голос слева от нас.

Повернувшись на голос, я увидел четырёх человек. Семью Ефима Клинского. Глава семьи был облачён в тёмно-серый костюм, его супруга в жёлтый, а детишки – мальчик и девочка дошколята в синий и розовый соответственно.

Говорила мать семейства. Как и её муж, она держала в руках пистолет…

– Мерзкая тварь… – прошипел я. Оба родителя держали в заложниках своих собственных детей.

Однако, увидев потухшие глаза детишек, я чуть-чуть успокоился. Дети тоже одурманены, а значит не запомнят этот отвратительный эпизод своей жизни.

– Итак, не сопротивляйтесь. Иначе кто-то умрёт! – бодро проговорила Клинская, дуло её пистолета упиралось в розовый капюшон девочки.

– Да что ж тут происходит-то… – прорычал Ярый.

– Цыц, Ярослав, – не поворачиваясь, велел я, продолжая наблюдать, как приближаются четверо Клинских и расширяя вокруг себя облако альтеры.

Краем глаза я отметил, что мой товарищ успокоился и чуть сменил центр тяжести. Он знал, что ему нужно делать, если в критической ситуации я обращаюсь к нему полным именем.

К сожалению, семейка Клинских остановилась в двадцати четырёх метрах от меня.

– Поднимите руки, чтобы продемонстрировать вашу лояльность! – велела женщина, транслировавшая волю сарнита.

Вот же мерзкий сеятель… отвратительнейший вид сарнитов! С помощью рахны они делают себе свежие запасы на будущее в тот момент, когда сами сыты и не могут переваривать новую порцию «корма». Кроме того, иногда отправляют одурманенных вместо себя охотиться. И частично могут видеть и слышать глазами и ушами одурманенных, если находятся неподалёку. А если находятся ещё ближе, с помощью одурманенных могут обманывать ничего неподозревающих людей. Что первые два ратников Клинских, что сейчас боярыня, совершенно не похожи на зомби.

Сеятели опасны.

Одно радует, в большинстве своём они не особо умные, хоть и кровожадные твари. Но и среди сеятелей попадаются экземпляры со способностями к холодному расчёту и дальнему планированию.

К счастью, наш явно не такой.

И тем не менее, эта тварь сейчас меня бесит даже сильнее, чем прежний сарнит Николай Андорин!

Я плавно поднимал руки, чувствуя, как в груди бушуют эмоции. Покров жи́вы я не отключал, концентрированное и огромное облако уже давно разогнано помаксимуму.

– Лишнее движение, и детишкам конец, – крикнула одурманенная Клинская.

В этот момент в моё огромное облако сзади справа ворвался могучий сгусток чужеродной энергии.

Конец детишкам говоришь… Как бы не так!

Тысячелетняя ненависть моего народа к мерзким насекомым, помноженная на личную ненависть к конкретной твари, уничтожившую целую деревню и заставившую родителей наставлять оружие на своих детей, яростным потоком вырвалась из моего тела.

И обернулась бесчисленными золотыми молниями.

Могучей концентрированной Аурой великого имперского рода Александритов.

Настолько мощной, что мгновенно начала плавить снег вокруг меня.

– Яр, сзади! – рявкнул я, рванув вперёд.

Импульс Ауры поразил сарнита. Я чувствовал, что он замер на месте. А глазами видел, как замерли все четверо Клинских.

Этих мгновений мне хватило, чтобы настигнуть семейку и с открытых ладоней влить в родителей альтеру. Через миг я положил ладони на головы детей.

Спите спокойно, малыши. Обещаю, когда вы придёте в себя, поблизости не будет гигантских насекомых.

Лёгкое облако альтеры…

И вот уже все четверо Клинских очищены от разъедающей энергии, именуемой рахна. Энергии, способной разъедать всё что угодно, даже волю разумных. Энергией, которой лучше бы вообще не существовало во Вселенной.

– А-а-а-а!!! – раздался крик боли Ярого.

Я резко развернулся и увидел, как мой Мастер держится за предплечье. А перед ним стоит мужик с растрёпанными волосами в грязной кофте и вовсе глаза пялится на меня.

– Не может быть… – пролепетал сарнит. – Это легендарная сила… Это же…

Договорить он не успел, так как Ярый вновь рванул к нему и ударил облачённой в стихийный доспех ветра ногой в голову.

Сарнит без видимого труда блокировал этот выпад, доспех тут же разъело, и Мастер отпрыгнул назад.

– В сторону. Только дальнобойные! – крикнул я, с ног до головы облачённый в стихийный доспех молний.

И ринулся в бой. И пусть сарнит был бы не прочь потрепаться со мной, но мне плевать на его желания.

Слишком долго я бегал за ним.

Время слов прошло. Настало время молний.