Глава 17

Мощный восходящий удар каменного меча я заблокировал перчаткой из золотых молний. Форкх меня дери! Хорош!

Арвин отвёл клинок и тут же атаковал снова. Полным оборотом вокруг своей оси я ушёл влево, но спарринг-партнёр прочитал мой манёвр и продолжил наступать.

Воздух в тренировочном зале трещал от столкновения двух облаков альтеры. Мы кружили в стремительном танце. Арвин наседал, на лице его застыла холодная решимость.

Уклонившись от очередной атаки, я резко рванул вперёд и в сторону. Арвин начал разворачиваться, чтобы заблокировать мой удар.

Двойка в голову!

От первого удара он увернулся, второй заблокировал.

Но я вновь был справа от него. Удар по почкам!

Его мой друг заблокировал рукоятью каменного меча.

Загрохотало и рукоять рассыпалась пылью, мой кулак продолжил движение.

Арвин довернул корпус. Я лишь чиркнул по нему.

Мы одновременно разорвали дистанцию, не сводя глаз друг с друга.

Зазвенел таймер, отмерявший один раунд.

Арвин медленно выдохнул и развеял остатки меча.

— Спасибо, — кивнул он. — Полегчало.

— Всегда пожалуйста, — хмыкнул я.

Этот тренировочный «рукопашный» поединок случился поздно вечером, сразу после возвращения с приёма в честь чемпионов Москвы. Разбитый фужер привлёк внимание части гостей, поэтому Арвину пришлось с милой улыбкой извиняться перед хозяевами.

Однако больше других «случай с фужером» взволновал, разумеется, трёх наших спутниц. Особенно Юлю.

— Увлеклись обсуждением, кто станет чемпионом южного округа, — виновато ответил на вопрос девушки Арвин.

— Южного округа? — нахмурилась великая княжна Казанская.

— По футболу, Юлия Евгеньевна, — подхватил Нарышкин. Рассказывать спутнице об истинных причинах конфликта ему тоже было не с руки.

Собственно, об «истинных» причинах Арвин мне так пока и не рассказал, ибо ему срочно нужно было выпустить пар.

А вот после поединка можно и дать волю любопытству.

— Когда? — коротко спросил я.

— Что когда? — не понял Арвин.

— Я ведь правильно понял, что именно тебе шептал на ушко Нарышкин?

Арвин поморщился и покачал головой:

— Думаю, да. Он сказал, после Нового года его род планирует сделать официальное предложение брака великой княжне Казанской. Тьфу! Форкхов фекалоид!

— Ну и? — усмехнулся я. — Тебя то что здесь беспокоит? Пусть делают, флаг им в руки. Уверен, они уже и так Ромодановских намёками забросали.

— Не... ну так-то оно так, — проговорил Арвин задумчиво и почесал затылок. — Но всё равно неприятно. К сарнитам этих Нарышкиных, — раздражённо махнул он рукой. — Давай лучше раунд с дистанционными техниками?

— Давай, — отозвался я. В ближнем бою доспех молний даёт мне дополнительную скорость, и я вполне могу победить Арвина. А вот если сражаться в полную силу...

Мы будем примерно равны.

***

В понедельник пятого декабря я в качестве действующего члена учсовета «Алой Мудрости» сопровождал нашего чемпиона на «Кремлёвскую бойцовскую арену». Естественно, с нами были глава учсовета Юля, её заместительница Яна, а также заместитель директора Шапочкина с помощницей.

Перед церемонией открытия финального этапа всеимперсокого турнира мы успели пообщаться с представителями школ из разных уголков Российской империи.

— Аскольд Андреевич, я так расстроилась, когда узнала, что вы не принимали участия в отборочных! — заявила мне княжна Самарская, когда делегации наших школ встретились и поприветствовали друг друга.

— Валентина Ивановна, — с улыбкой проговорил я. — В первую очередь поздравляю вас с повторным получением титула чемпиона Самарского княжества. И мне жаль, что я расстроил вас.

— Чемпионкой-то я стала, да вот взять у вас реванш, увы, теперь не получилось. Я в выпускном классе, и это мой последний турнир, — вздохнула она. — Артём Вениаминович, не сочтите мои слова за оскорбление, я с радостью сражусь с вами на турнире.

— Понимаю вас, — улыбнулся Арвин. — Сражаться с Аскольдом истинное удовольствие.

— Вы понимаете меня, — Валентина расплылась в счастливой улыбке.

Я почувствовал, как слева потянуло холодом. Ледяная Королева почуяла соперницу? Боится, что Арвин окажется в сфере интересов княжны Самарской?

— Валентина Ивановна, а спарринг в полный контакт с Аскольдом вас бы порадовал? — невинно спросила Яна.

Княжна Самарская посмотрела в мою сторону и благосклонно кивнула:

— Да, я была бы рада и тренировочному поединку.

— Так может быть, посетите наш следующий тренировочный лагерь? — мило улыбнулась Яна и тут же добавила «аргумент для родителей»: — в прошлый раз его посетили члены четырёх княжеских семей. В следующий раз, скорее всего, соберётся больше.

Валентина растерялась, осмысливая услышанная. А моя ретивая сестрёнка поспешила развить успех:

— У вас есть электронная почта? Я могу написать вам как-нибудь, рассказать подробнее о формате мероприятия.

— Буду благодарна, — кивнула девушка. — Завтра пришлю слугу с адресом.

Мы перекинулись ещё парочкой фраз и разошлись.

Спустя три минуты мы столкнулись с представителями великого княжества Крымского. Наследный великий княжич сопровождал чемпиона лично. Нарышкину не помешало ни то, что сам он школу уже закончил, ни то, что к администрации школы формально не имел никакого отношения.

После вежливых приветствий нас познакомили с чемпионом великого княжества Крымского — боярином Булатом Руслановичем Азуровым. Этот крепкий смуглый парень невысокого роста производил впечатление скалистого утёса. А молчаливость крымского третьекурсника только дополняла этот образ. Отвечал Булат односложно, предоставив право плести словесные кружева своему господину.

Нарышкин расхваливал чемпиона, как сваха одноглазую лысую старую деву вдовцу-старику. Со всей чувственностью и упором на то, что больше ни у кого такого чемпиона нет.

Из любопытного я услышал лишь то, что Булат на первом и втором курсе старшей школе не участвовал даже на школьном этапе турнира — тренировался.

Через пятнадцать минут, как мы попрощались с крымчанами, нос к носу столкнулись с представителями великого княжества Варшавского.

И снова чемпиона сопровождал наследник великого князя — кареглазый, стриженный под горшок, двадцативосьмилетний Радослав Викторович Казимиров со своей красавицей-супругой. Между прочим, самой настоящей франко-испанкой.

Чемпионом оказался четвёртый сын нынешнего великого князя Варшавского, то есть младший брат Радослава — Людомир. Занятное имя для бойца, по смыслу что-то вроде: «тот, кто обеспечивает мир для людей».

И вновь последовала процедура долгих витиеватых приветствий...

— Бесконечно рад со всеми вами поздороваться, — с беззаботной улыбкой произнёс Людомир. Ростом он был чуть ниже меня, с вихрастой причёской и слишком уж хитрым прищуром серых глаз.

Мы ответили ему тем же, и парень бойко зачастил:

— Возможно, вам любопытно, отчего же мы познакомились только сейчас? Отчего не увиделись раньше, например, на княжеском съезде? — не дав возможности вставить хоть слово, тут же продолжил: — А я скажу вам! Всё потому что я изо всех сил готовился к этому турниру. Каждую свободную минуту! Делал всё, чтобы достойно выступить и побороться за победу. Мы ведь с вами одного возраста, оба второкурсники. Но вы, Аскольд Андреевич, — он пристально посмотрел на меня, — ещё год назад выиграли турнир. Да и вы, Артём Вениаминович, тоже отличились. Я постоянно смотрел записи ваших боёв перед сном. Вдохновлялся ими! И продолжал тренироваться, чтобы вас победить! Но, увы, кое-кто схитрил и решил остаться непобеждённым, — «добродушно» улыбнулся он.

Чуть больше семи минут мы потратили на беседу с представителями великого княжества Варшавского. А когда разошлись в разные стороны, Яна задумчиво произнесла:

— Все такие серьёзные. Все тренировались, не покладая рук и лапок. Прям ух! Приеду домой, сразу в зал!

— Ага, и я, — ответил Арвин весело.

Правда, взгляд его был предельно серьёзным.

***

В победе Арвина я не сомневался. Оттого и не считал своим долгом во что бы то ни стало приезжать на все его бои и парочку пропустил, решая рабочие вопросы.

Но всё-таки посмотрел его бои в записи. Как и ещё некоторые поединки.

И пришёл к следующему выводу: год назад на финальном этапе турнира сильнее всех выделялись я, Арвин и Шереметев. Чуть отставали княжна Самарская и ещё парочка человек.

Сейчас же предсказуемо выделяется Арвин. Княжна Самарская прибавила в мастерстве и уверенно побеждает соперников. А на смену нам с Шереметевым пришли две новые звезды.

Ничуть не удивлён, что ими стали великий княжич Варшавский и боярин Азуров из великого княжества Крымского.

Первый раз вживую бой Азурова я наблюдал в четвёртом туре финального этапа.

— Ну, что скажешь, братец? — спросила Яна, сидевшая рядом со мной на зрительском диванчике.

— А что именно тебя интересует?

— Как оцениваешь уровень его мастерства? — задавая вопрос, Яна была крайне сосредоточена.

— Стопроцентный Мастер, — ровным тоном ответил я.

— Мда уж... аналитики придерживаются такого же мнения. Как думаешь, Арвин с ним справится? — я услышал нотки беспокойства в голосе сестрёнки.

— Непременно, — улыбнулся я.

— Я тоже так думаю! — уже бодрее произнесла она. А затем вновь поникла. — Но... Меня напрягает лицо этого Азурова.

— Да вроде бы не такой уж он и страшный, — хмыкнул я, понимая, куда клонит Яна.

В этот момент на арене противник Азурова — один из двух чемпионов Петрограда, попятился и захрипел, лишившись своего огненного доспеха. Азуров с совершенно невозмутимым видом топнул ногой и вскинул обе руки.

Из покрытия арены родился мощный каменный пик, устремившийся в грудь Петроградскому чемпиону.

Трибуны ахнули.

Но судья не вмешался.

Яна подалась вперёд, чтобы не пропустить ни единой детали.

Каменный пик врезался в грудь петроградца. И через полторы секунды он исчез. В этот же момент над головой юноши, только что лишившегося покрова жи́вы, завис огромный булыжник.

Тяжело дыша и держась за грудь, чемпион Петрограда поднял руку, признавая поражение.

— Да!!!

— Здорово!

— Отлично!

Трибуны поздравляли победителя. А тот всё с тем же безразличием отбил воинское приветствие и побрёл в подтрибунное помещение.

Я откинулся на спинку дивана. Яна молча глядела на меня, ожидая моего вердикта.

— Сейчас он точно сильнее, чем был Шереметев во время нашего тренировочного лагеря, — изрёк я. — Возможно, и в прошлом году Булат Азуров мог бы побороться за призовые места. Тренировался парень явно не зря. Контроль над жи́вой у него изумительный.

— Но Арвин обязательно выиграет? — обеспокоенно повторила вопрос Яна.

— Куда он денется, — усмехнулся я.

Что же касается второго самородка, блеснувшего на этом турнире — Людомира Викторовича Казимирова, то впервые его бой собственными глазами я увидел в четвертьфинале.

И его противником оказалась хорошо знакомая нам Валентина Ивановна Заболоцкая — княжна Самарская.

— Что-то переживаю за Валю, — проговорила Яна, когда оба соперника стояли в центре арены перед началом боя. Княжна Самарская выглядела собранной, чем-то в тот момент она как раз Яну и напоминала.

А вот великий княжич Варшавский улыбался до ушей, приветствуя трибуны.

— Не стоит, — раздался за нашими спинами голос Арвина. Он сидел на диване позади нас вместе с Юлей. — Она достойно сражалась и доказала своё право быть в восьмёрке лучших бойцов турнира. Переживаниями до начала боя ты оскорбляешь её.

Яна обернулась, три секунды молча смотрела через плечо на чемпиона «Алой Мудрости», а затем кивнула:

— Да, ты прав.

Моя сестрица сжала кулачки и уставилась на один из экранов, на котором как раз транслировали серьёзное выражение лица княжны Самарской.

Я же бросил косой взгляд на Арвина. Скоро определится его соперник по полуфиналу.

Судья начал отсчёт, и трибуны поддержали его стройным хором голосов.

— В бой!

Оба противника рванули вперёд, на ходу облачаясь в стихийный доспех.

Представители княжеского рода Заболоцких традиционно владеют атрибутом «ветер», а великокняжеского рода Казимировых — молниями. В этом они схожи с Оболенскими, и почему-то мне противно от такой схожести.

Владельцы двух самых скоростных атрибутов жи́вы сошлись в центре арены. Людомир атаковал первым, но его кулак буквально на сантиметр разминулся с лицом княжны Самарской.

Сразу в ближний бой, значит. Оба противника не стали отходить от излюбленной тактики. А ведь год назад во время поединка со мной, княжна Самарская решила ловить меня дистанционными техниками...

И тогда, и сейчас девушка была права в выборе тактики.

Но...

Всё равно завладеть инициативой сразу ей не удалось. Великий княжич Варшавский теснил княжну Самарскую. Первые несколько секунд их стремительного танца девушка успевала уклоняться, но затем часть ударов ей уже пришлось отбивать.

И отступать. Медленно, шаг за шагом.

Форкх меня дери... Людомир Казимиров сверстник нашей Яны. Он владеет тем же атрибутом, и в его жилах течёт древняя кровь. Я не сравниваю его с собой или Арвином, ибо нам подвластна альтера.

Но из всех остальных бойцов нашего года рождения Людомир определённо самый гениальный.

Через год может и полноценным Мастером стать.

А сейчас...

Сейчас всё чаще в доспехе ветра княжны Самарской появляются прорехи. Девушка успевает их залатать, но каждый собственный успех словно заводит Людомира. Парень стал двигаться ещё быстрее. Форкхово дерьмо, да он похож на тех дваргонцев, которые перед боем закидываются корешками. Некоторые здесь бойцов такого типа называют рыкарями. А за границей — берсерками.

Вот только отчего-то мне кажется, что если Людомир и издаёт какие-то звуки во время своих остервенелых атак, то он не рычит, а смеётся.

Из доспеха княжны Самарской в области груди вырвалось мощный горизонтальный торнадо. Хороша княжна! Под градом ударов она смогла сконцентрировать достаточно жи́вы для мощной контратаки.

Но...

— Вот и всё, — сухо сказал Арвин за моей спиной.

И я был с ним согласен.

Ведь великий княжич Варшавский, хоть сам распалялся и заводился, тоже не тратил всю свою энергию и концентрацию сразу.

Едва торнадо устремилось в живот Людомира, парень резко ушёл влево. В этот момент перчатка из белоснежных молний на его правой руке засияла особенно ярко.

Защититься от мощного удара в печень Валентина не смогла. Её доспех исчез под кулаком Людомира, с которого сорвались молнии.

Удар... Ещё удар... Третий...

Доспех ветра исчезал со всех участков на теле княжны. А её противник лишь разгонялся.

На экране я видел, как вскинула голову и распахнула рот княжна Самарская.

Но из-за гула трибун, крика девушки я не услышал.

— Стоять! Стоять!!! — колонки по всей арене заверещали голосом судьи. Облачившись в Мастерский доспех ветра, он повис на княжиче Варшавском, схватив того за предплечье.

И очень вовремя — кулак Людомира замер прямо перед лицом Заболоцкой.

В глазах девушки, потерявшей контроль над жи́вой, стоял ужас.

Но древняя кровь в её венах взяла своё. Мгновенье, и ужас сменился яростью. Княжна Самарская выпрямила спину и отбила воинское приветствие.

А затем гордо пошла в подтрибунное помещение.

— Рёбра сломаны. Да? — взволнованно предположила Яна.

— Да, — сухо ответил я. — Но она держится.

— Она молодец... А он уже не первого участника травмировал за турнир.

— Всё было в пределах правил, — прорычал я.

Тем временем княжич Варшавский «снял» стихийный доспех. С ехидной полуулыбкой Людомир отбил воинское приветствие в след удаляющейся княжне.

Пока судья, соблюдая формальности, объявлял победителя, новоявленный полуфиналист всеимперского турнира бодро махал трибунам.

— Скажи... ты ведь одолеешь его, верно? — раздался за моей спиной голос Юли. Прозвучал он недобро. И в нём не было сомнений. Скорей же завуалированная в вопрос просьба.

— И не только его, — усмехнулся Арвин.