Глава 18

Среда, двадцать первого декабря — последний день первого полугодия в лицее, последний день турнира, и последний день года по традиционному календарю.

— Хм... — злобно выдавила из себя Маша Роднина. — Это... Хм...

Мы стояли в холле перед таблицей с результатами экзаменов.

— Закономерность, — менторским тоном проговорил Вася Антохин. — Неудивительно, что ты скатилась в рейтинге, раз не можешь вспомнить элементарных слов.

— Неудивительно! — фыркнула Роднина. — Учитывая, что мы каждый день помогаем наставнику Архуну. И то, что клубы при этом посещаем. Да, неудивительно! Удивительно другое, ты-то как остался на первом месте?!

— Закономерность, — пожал плечами Вася.

Глядя на эту парочку, мы с друзьями улыбались.

— А тебе совсем чуть-чуть не хватило до первого места, — Арвин тепло посмотрел на Юлю. — Хороший результат! Ещё бы немного, и сдвинула бы с пьедестала нашего умника.

— Сомневаюсь, что это вообще возможно, — взглянув на Антохина, грустно усмехнулась княжна Казанская. А затем пристально посмотрела на Арвина.

— Что такое? — удивился он.

— Как видишь, я проиграла в финале. Хотя очень хотела стать первой. Но... — она поджала губы, а её щёчки самую малость покраснели. — Но пусть из нас двоих сегодня только я проиграю в финале! — спустя две секунды с усилием проговорила великая княжна Казанская, а затем еле слышно добавила: — Такой исход хоть немного сгладит горечь моего поражения.

Арвин, не отводя взгляда от её карих глаз, лучезарно улыбнулся:

— Не переживай Юлия, я сделаю всё, чтобы ты никогда не испытывала горестей.

И подмигнув ей, этот пижон развернулся и пошёл к лестнице.

Я ещё раз глянул на таблицу с результатами. В этот раз мне удалось занять третье место, хотя я с головой ушёл в работу и мало занимался учёбой.

Ну да Форкх с этим!

Дальше по расписанию нас ждал классный час, концерт в актовом зале, традиционное сжигание бадняка во дворе...

В общем, всё то же самое, что и в прошлом году.

Ну а когда со школьными делами было покончено, я вместе с Яной отправился в Московскую усадьбу Оболенских. Нужно было переодеться да немного отдохнуть перед второй, «рабочей» половиной дня.

Вместе с дворецким на пороге нас встречала Алиса. Обогнав старика, наследница рода крепко обняла Яну, а затем и меня.

— Рада вас видеть, ребята! — тепло проговорила девушка.

— Как и мы тебя, сестрица, — улыбнулась Яна.

— С возвращением домой, — добавил я.

За семейным обедом Алиса расспрашивала нас о турнире, школе, а сама в ответ рассказывала о своей очередной командировке в Сибирь. Без особых подробностей, сводя повествования к тому, что «с Архуном не забалуешь». При этом искренне радуясь, что отец и Аскольд весной отправили её в НИИ.

Вообще, последнее время Алиса выглядела довольно счастливой. Примерно с тех пор, как узнала, что великая княгиня Тверская в шестой раз беременна.

— Ладно, пойду готовиться к выходу, — закончив с десертом, сообщила Яна и оставила нас с Алисой в столовой одних.

После ухода сестры Алиса несколько секунд напряжено смотрела на меня. Затем тяжело вздохнула.

— Не терпится, да? — хмыкнул я.

— Да, — кивнула она. — Скорее бы уже завтра. Нет, я понимаю, что сегодня семейный праздник. И хочется провести его с семьёй, но...

— Потерпи, — я усмехнулся. — Уважим матушку и полетим в Сибирь.

— Фух... да. Ты прав. Уверена, ты сможешь решить нашу маленькую проблемку. А ещё, — её взгляд стал лукавым. — Я уверена, ты будешь поражён, увидев, чего мы смогли достигнуть.

— Жду не дождусь, — улыбнулся я.

***

Вообще, Алиса, вернувшаяся из Сибири лишь на одну праздничную ночь, могла бы сразу лететь в Тверь. Но её мать оказалась против. Мол, и так старшую дочь сослали в далёкие леса, и бедняжка света белого не видит. Так вот, пользуясь случаем, пусть посмотрит. А заодно и себя покажет светскому обществу.

Именно поэтому наследница великокняжеского рода Оболенских поехала в Московский Кремль. Там она должна насладиться финальным днём всеимперсокого турнира, а затем посетить большой кремлёвский приём.

Ну а так как у меня не было срочной необходимости выгуливать дочурку какого-нибудь партнёрского или вассального рода, свою старшую сестру на сегодняшнем мероприятии сопровождал я. Именно она сидела рядом со мной на диване, когда я наблюдал за поединками финального соревновательного дня.

— Первый полуфинал получился любопытным. Силён Аксаков, ничего не скажешь, — возбуждённо произнесла Алиса. Одета она была в платье своего любимого цвета — небесно-голубого. А волосы были собраны в «фирменную» косу.

— Достойный соперник для финала.

— Нужно и полуфинал пройти сперва, — наставительно подняла указательный палец Алиса. — Яна говорила, что княжич Варшавский силен.

Девушка бросила взгляд на соседний диван, где сидели её сестра и Юля. Чуть нахмурилась. Эм? Смотрит не на Яну, а на великую княжну Казанскую.

— Юля верит в победу Арвина. Я верю. Яна верит. Все мы верим. И тебе следует, — спокойно проговорил я.

— А? Да. Прости. За год отвыкла от турниров. О, гляди! Начинается!

Судья вышел в центр арены и объявил в микрофон:

— Дамы и Господа! Первый участник второго полуфинала всеимперсокго турнира две тысячи восьмого года, чемпион великого княжества Варшавского, его светлость великий княжич Варшавский, Людомир Викторович Казимиров!

Парень вышел из подтрибунного помещения с самодовольной улыбкой на лице. Он махал каждой трибуне и шёл упругой непринуждённой походкой.

Всем своим видом княжич Варшавский демонстрировал, что собирается победить не только в этом поединке, но и во всём турнире.

Судья продолжил:

— И его соперник в этом полуфинальном матче, чемпион юго-восточной Москвы, его сиятельство наследный княжич Новочеркасский Артём Вениаминович Платов!

Арвин тоже производил впечатление расслабленного парня. Но в отличие от своего соперника, шёл, прикрыв глаза. Выйдя на центр арены, он плавно повёл рукой, приветствуя зрителей. Затем перевёл взгляд в нашу сторону. Благодаря камерам, передающим изображение на экраны, я видел, как он улыбнулся и подмигнул.

Отвернувшись от нашей трибуны, он вновь посерьёзнел.

— Ух ты, какой грозный, — послышался восхищённый шёпот Яны с соседнего дивана.

Юля не произнесла ни слова. Она неотрывно смотрела на Арвина, едва заметно улыбаясь.

Судья зачитал правила и начал обратный отсчёт.

— Три! Два! — ревели трибуны.

— В бой!

Великий княжич Варшавский рванул с места. В своей привычной манере он стремительно облачился в полный стихийный доспех молний и ещё сильнее ускорился.

Арвин стоял, не шелохнувшись, в его руке материализовался каменный меч.

Когда Людомира и Арвина разделяло полтора метра, тот резко ушёл в сторону и атаковал моего друга крупной шаровой молнией.

Арвин разрубил ее надвое взмахом меча. Две половинки тающего в воздухе искрящегося шара облетели Арвина с обеих сторон.

Людомир вновь атаковал соперника! Великий княжич Варшавский на огромной скорости носился вокруг Арвина, швыряя шаровые молнии.

— Почему он не использует дистанционные техники? — удивлённо спросила Алиса, имея в виду нашего чемпиона.

До этого момента Арвин использовал только меч.

Я усмехнулся.

— Я сказала что-то смешное? — удивилась девушка.

— Прости, — я быстро глянул на сестру. — Просто такой вот он есть, наш Арвин. Заявил мне недавно, что после спаррингов со мной никакой другой школьник с молниями не сможет заставить его использовать техники жи́вы в полную силу.

— О... — протянула Алиса и усмехнулась. — Вы два сапога пара! Смотри! Смотри!

Людомир, до этого круживший вокруг Арвина и швырявший в него шаровые молнии, резко сменил направление и пошёл на сближение.

Он хотел ударить соперника в спину, рассчитывал на своё преимущество в скорости.

Глупец... Пусть у Арвина и «медленный» атрибут, облако альтеры и личное мастерство решают.

Мгновенье истины наступило...

— Что?

— Не может быть!

— Вот это сила!

Со всех сторон слышался восторженный шёпот зрителей.

На арене застыли две фигуры: великий княжич Варшавский, с которого на глазах «слетал» доспех из молний, и Арвин, чей каменный меч на несколько сантиметров вошёл в ключицу противника.

— С одного удара... — ошарашенно пробормотала Алиса, а затем повернулась ко мне и улыбнулась. — И чего я переживала? Будто забыла, чей он друг, и с кем тренируется!

***

Княжна Казанская была в восторге. Полуфинал завершился фееричной победой Арвина. Девушка всегда знала, что её возлюбленный один из сильнейших бойцов их года рождения, но всё равно была поражена. Победить в полуфинале турнира одной атакой! Это сколько же жи́вы Арвин скопил в своём мече, чтобы пробить доспех молнии, покров и плоть мерзкого великого княжича Варшавского?

Юля окончательно убедилась, что по силе Арвин уже достиг ранга Мастер. Об этом она в присутствии друзей и сообщила княжичу Новочеркасскому во время перерыва между боями.

После полуфинала вся их весёлая компания отправилась в блок Арвина, чтобы поддержать своего чемпиона. Юля чувствовала себя легко в этой дружеской атмосфере.

Хоть периодически и ловила себя на мысли, что лучше бы она осталась в блоке с Арвином одна.

Перерыв закончился быстро, и вот болельщикам пришлось вновь вернуться на трибуны. Юля, Яна и Алиса были уверены, что поединок за третье место отменят, а великому княжичу Варшавскому присудят техническое поражение. Это сделают по той причине, что врачи не допустят его до участия с поломанной ключицей, а целительницы не станут тратить все свои силы, чтобы полностью восстановить бойца.

Аскольд почему-то не согласился с их доводами и оказался прав.

— Да как такое может быть? Боец же травмирован? — слышала Юля с соседнего диванчика возмущение Алисы Оболенской.

— Может быть, чуток подлатали целительницы, а дальше уже представители Варшавы убедили организаторов допустить их бойца. Под свою ответственность, так сказать, — ровным тоном ответил на это Аскольд.

— Нет, ну, может быть, конечно... — неуверенно проговорила Алиса. — Но немало случаев, когда и с менее серьёзными травмами не допускали до боёв.

О чем говорили эти двое дальше, Юля не расслышала, ибо трибуны взревели, отсчитывая вместе с судьёй время до начала боя.

— В бой!

Долго этот бой не продлился.

— Ты посмотри на него, Юль. Даже после поражения от Арвина, даже с недолеченной травмой, а всё равно разорвал несчастного парня. И снова лыбится! Вот ведь... — возмущению Яны не было предела.

Юля Ромодановская прекрасно понимала чувства своей подруги. Великий княжич Варшавский откровенно упивается своей силой. Если бы судья не вмешался в поединок, очередной противник Людомира Казимирова получил бы серьёзную травму.

«Низкое животное», — с пренебрежением подумала Юля.

Тем временем судья объявил победителя поединка за третье место, и самодовольный Людомир, улыбаясь трибунам и размахивая руками, отправился в подтрибунное помещение.

— Нет, ты посмотри на его походку! Уходит, будто только что чемпионом стал, а не бронзу выиграл, — продолжала возмущаться Яна.

Однако вскоре её возмущение сошло на нет, на арену вышел другой судья.

— Дамы и Господа! — торжественно начал он. — Вот и настало время нам с вами лицезреть главный поединок всеимперского бойцовского турнира этого года. Бой сильнейших! Бой, который даст нам ответ на вопрос, кто же в этот раз станет чемпионом! Итак, встречайте! Первый участник финального поединка, главное открытие турнира этого года — чемпион великого княжества Крымского боярин Булат Русланович Азуров!

Коренастый парень шёл, высоко поднимая ноги и немного размахивая руками. Чем-то такая походка напоминала марш. Остановившись практически в центре арены, Азуров кивнул каждой трибуне.

Посмотрев на экране на чемпиона Крыма, Юля едва сдержала смешок. В голове всплыло просторечное выражение «морда просит кирпича». Девушка вычитала его в одной из тех странных книжек, которыми Яна исправно её снабжала.

Однако все посторонние мысли мгновенно покинули голову Юли, стоило лишь судье объявить имя второго финалиста.

Сердце Юлии сжалось, когда она увидела гордую и уверенную фигуру Арвина.

«Давай, зайчик мой, порви этого типа. Пусть Нарышкин локти кусает!»

Юля не отводила глаз от своего избранника. От того, кто изначально был лишь средством для вызова ревности Аскольда. А затем как-то незаметно полностью вытеснил Аскольда из её сердца.

Девушка была в ярости, когда появился Нарышкин и нарушил их с Арвином идиллию.

Весь этот ворох мыслей пролетел в голове великой княжны Казанской, пока судья объяснял особые правила финального поединка.

«Ну ничего, — успокаивала она себя. — Арвин обязательно выиграет. И тогда я посмеюсь над Нарышкиным. Сегодняшний приём он запомнит надолго...»

На приёме после финала турнира Юле придётся быть парой Нарышкину, а не Арвину. И Юля решила воспользоваться этим по полной. На прошлой неделе ей вместе с семьёй пришлось лететь в Крым, на день рождения матери Нарышкина. И быть спутницей на этом приёме для него самого. Ох и набили ей оскомину хвалебные оды в адрес крымского чемпиона Азурова.

Нарышкин не сомневался в победе своего чемпиона на всеимперским турнире и Юля воспользовалась этим.

— Николай Григорьевич, если вы так уверены в Булате Руслановиче, давайте заключим пари, — предложила она тогда Нарышкину.

— Внимательно слушаю ваши условия, Юлия Евгеньевна.

— Если ваш чемпион не сможет выиграть турнир, тогда вы и весь ваш род прекратите попытки устроить брачный союз через меня с моим родом. Разумеется, вы перестанете звать меня на приёмы и начнёте искать других партнёрш.

— Высокая ставка, — нахмурился Нарышкин.

— Боитесь?

— Просчитываю варианты. Например, мой чемпион может пораниться во время тренировок...

«Так легко тебя не вывести на спор, да? Но я знаю, в чём твоё слабо место», — подумала Юля. Вслух же она произнесла:

— Хорошо. Тогда та же ставка с вас, но при условии, что ваш чемпион проиграет чемпиону «Алой Мудрости». Если им придётся сражаться на турнире.

На миг глаза великого княжича Крымского вспыхнули гневом.

«Да! Так и знала, что Арвин тебя раздражает!» — мелькнула победная мысль в голове великой княжны Казанской.

Однако Нарышкин быстро взял себя в руки и спокойным голосом ответил:

— Идёт. Но в свою ставку я хочу внести дополнение. Если вдруг вы выиграете, мы выполним ваши условия. Однако дадим понять, что готовы рассматривать наш с вами брак, коли предложение поступит с вашей стороны.

«Проклятье... на провокацию поддался, но голову не потерял... И что же получается? Довериться отцу? Поверить, что он сам не станет инициатором брака с Нарышкиным? Хитро... Сами мы брак не предлагаем, но примем, если предложите вы...»

— Идёт, — поколебавшись, ответила Юля.

— А теперь я озвучу мою ставку, — коварно сверкнул глазами Нарышкин.

Его ставка была предсказуемой. Если Арвин проиграет Азурову, Юля обязана дать понять своим родителям, что готова стать женой Нарышкина.

И Юля приняла эту ставку.

Ведь она не сомневалась в победе своего избранника.