Глава 20. Приказ
— Майя, — присмотревшись, я понял, что за твари нас догнали, — ты только спокойно, автомат на одиночную переведи, только не стреляй. И давай, потихоньку, чуть в сторону, бочком, бочком…
— Лёша, а ты чего это со мной таким тоном, а? — Майя, тем не менее, указание выполнила чётко, автомат с плеча сняла, на одиночные перевела, и вместе со мной мягкими шажками двинулась вдоль кромки поля.
— Ты только не пугайся, но там крысы, — осторожно сообщил я.
— Хтооооо??? — Майя подпрыгнула на месте, но всё же взяла себя в руки. — Ну да что ж за жизнь-то такая, а? Ну почему именно крысы? Почему не белки, к примеру?
— Ты будешь смеяться, но белки — те же крысы, только модные. Я прикрою, респиратор и очки надень. И перчатки. Потом я. Говорили про заразу.
Майя кивнула и, не делая резких движений, полезла в вещмешок. Через минуту на ней были все выданные нам ИСЗ, и её примеру последовал я.
А крысы меж тем начали осторожно выходить из тени деревьев. Мы сдвигались в одну сторону, а крысы в другую, явно собираясь с нами разминуться. Вот ведь умные твари!
Внешне крысы как крысы, только шёрстка подозрительно жёсткая, смахивает на ежовые колючки. Впрочем, ёж ведь тоже крыса, только с колючками. Но эти — не ежи. И хвосты длинные, типично крысиные.
И всё бы ничего, но только размером эти крысы были с таксу. В нашем мире крупные крысы, кажется, в Африке водятся, или где там. Но точно не в Карелии! И они всё шли и шли, как на параде. После третьего десятка я сбился со счёта. Под сотню, не меньше.
В самом конце стаи я увидел крысу покрупнее. Размером, пожалуй, с бультерьера. Причём этот крысюк не бежал в хвосте стаи. Он её пропускал. Я это сразу понял по тому, как он торопил других крыс, поменьше, что-то им как-будто хрюкал, и даже подгонял ударами лапы.
А вот это полное дерьмо.
Потому что инфицированная какой-то заразой, организованная стая может наделать бед в городе. И без такого вот вожака во главе наделала бы, а с вожаком она ещё на порядок опаснее. И если сейчас на трассе подкрепление ещё не подоспело, то здесь и сейчас мы, как я и объяснял Чарли меньше часа назад, единственная преграда на их пути.
— Майя, надо ранить того крысюка…
— Ты рехнулся? — напарница вздрогнула. — У нас прямой приказ в бой не вступать.
— На трассе может ещё не быть никого на нашем секторе, и стая уйдёт в город. А они какую-то заразу несут. Он у них главный, и если его ранить, стая замедлится.
— Она замедлится, чтобы напасть на нас, — Майя даже зажмурилась.
— Есть такая вероятность. Но мы ведь за этим сюда и пошли, в смысле, пришли в аномальщики, чтобы защищать людей. В крайнем случае убежим.
— Что на тебя вдруг нашло?
— Кажется, сам впечатлился лекцией, которую Чарлику толкнул…
Откровенно говоря, я сам не знал, что на меня нашло. Но возникло какое-то ощущение неправильности. Как будто сам себя пытался обмануть, отходя в сторону. А потом придумал, как стаю замедлить, и сразу отлегло, всё на свои места встало.
— А знаешь, ты прав, и план хороший. Ты правильно сказал, — Майя вдруг посмотрела на меня как-то уважительно, что ли, — мы сейчас, возможно, единственные на их пути. К тому же на выстрелы быстрее подмога добежит. Только стрелять неудобно…
Вожака закрывала высокая трава, растущая по краю картофельного поля.
Вдруг Чарли что-то пискнул и, спрыгнув с плеча, бросился к крысюку. Тот как раз пропустил последнюю крысу из стаи и собирался идти следом. Но не тут-то было! Чарли метеором пролетел, почти не касаясь земли, разделяющие нас два десятка метров. В какой-то момент он сам скрылся в траве, но потом крыс-переросток подпрыгнул, хрюкнул, и бросился в нашу сторону.
Первым из травы выкатился наш герой-енот. Следом, по пятам мчался крысюк. Вот он уже почти догнал енота, но тот резко прыгнул в сторону, развернулся, вскочил на задние лапы, разом став выше, и зарычал-зашипел, заразмахивал поднятыми вверх передними лапами.
Может, Чарли был и не слишком страшный, но от неожиданности крысюк остановился. Нам с Майей этой секундной остановки хватило, чтобы сделать по выстрелу. Не сговариваясь, мы прострелили крысюку обе правые лапы.
Раздался дикий визг, перемежающийся хрюканьем. Крысюк завалился на бок и обиженно поглядывая в нашу сторону, пополз к траве.
А Чарли спешно ретировался обратно ко мне на плечо.
Стая замерла. С десяток крыс вернулись к своему вожаку и обступили его со всех сторон. Они не помогали ему, но прикрывали собой.
— Гляди-ка, сработало! — Майя показала мне большой палец. — Они реально остановились!
Вожак что-то обиженно хрюкал, и по стае тоже прошло хрюканье.
— Не нравится мне это… — начал было я, но тут увидел, как стая пришла в движение. — Бежим!
Но убежать нам не дали. Оказывается, дальние крысы уже давно оббежали нас по широкой дуге, и стоило нам развернуться, как мы уткнулись в скалящиеся пятисантиметровыми резцами морды. Правда, нападать крысы не спешили.
— Спина к спине, — хриплым шёпотом сказала Майя, сразу разворачиваясь ко мне спиной.
— Решат напасть — стреляем на поражение, один патрон — одна крыса, — добавил я.
— Это просто такой тир, просто тир, — зашептала Майя.
— Давай потихоньку-потихоньку обратно к сарайке, — сказал я ей.
Любой план успокаивает. Даже если он невыполнимый. Сказав про сарайку, я вспомнил, что она завалена не только инструментами, но и просто всяким хламом сверху донизу. Такое впечатление, что туда годами свозили то, что уже не нужно, но выбросить жалко. Вдвоём нам там не поместиться, да и дверь изнутри не закрыть, там даже ручки нет. Но, если что, можно забраться на крышу. Два метра для нас — не преграда, мы и выше взлететь можем. Особенно при наличии достаточной мотивации.
— Я в сарайку не полезу! — с нотками паники ответила Майя. — Это… это…
Она даже зазаикалась.
Сундук. Чёрт, ей сарайка и твари вокруг сундук напомнили. Она же говорила, что к психологу долго ходила.
— Милая, мы не полезем внутрь, — постарался я успокоить её ласковым голосом. — Мы наверх заберёмся. Сверху крыс отстреливать удобнее, согласись!
— А, вон ты что придумал, — она и правда мгновенно успокоилась. — Отличная идея!
Но дойти спокойно до сарайки крысы нам не дали. Одна решила попробовать на прочность Майю, другая меня. Два выстрела прозвучали почти одновременно.
— Минус одна, — отчиталась Майя.
— Тоже. Прямо промеж глаз. Осталось ещё штук сто…
— И 116 патронов на двоих, — быстро сосчитала Майя. — У нас даже запас имеется!
Знали ли крысы про ёмкость магазинов, или очередное требовательное хрюканье их подстегнуло, но дожидаться расстрела они не стали, и кинулись разом со всех сторон.
Тут уж было не до меткости. Мы просто палили во всё, что движется в нашу сторону, мысленно отсчитывая количество выстрелов. Не знаю, как Майя, а я отсчитывал.
Далеко не все выстрелы были смертельными, и это было хорошо. Раненые крысы вопили и дёргались, цепляя соседей, создавая свалку. Наверное, это нас и спасло от участи быть растерзанными. Они просто устроили давку вокруг нас, лезли через головы друг друга, подгоняемые хрюканьем вожака.
Вот одна крыса, разбежавшись, прыгает, в надежде перелететь своих товарок. Посылаю ей свинцовый подарочек, и серая туша с развороченной выстрелом головой падает к моим ногам. Девятнадцать.
Почему они не бегут в ужасе от выстрелов? Не знают, что огнестрела надо бояться? А ведь крысюк сразу понял, что это мы его подстрелили. Он умнее их? Возможно.
Очередная серая прорывается через кольцо копошащихся тварей, и щёлкает своими зубами возле самой ноги. Успеваю подстрелить её, но даже с перебитым позвоночником она умудряется зацепить меня когтями за голень. Сука! Двадцать!
Сразу две крысы взбираются на вал тел. Стреляю не раздумывая в первую, она падает, вторая успевает прыгнуть. Повышенная реакция спасает, принимаю её на штык. Выстрел. Твою ж мать! Крыса разлетается, как переспелый арбуз, теперь я с ног до головы в крови и требухе! Двадцать два.
Майя что-то кричит, и я оборачиваюсь, чтобы сразу выстрелить — на неё бросаются сразу три крысы. Одну снимает Майка, другую я, но третья прорывается, и хватает напарницу за руку! Ан нет! Та успевает отдёрнуть, а я бью сверху прикладом. Крыса падает, и Майя добивает её ударом штыка. Двадцать три.
Чарли рыкает, и мощным толчком прыгает куда-то с моей спины. Когда оборачиваюсь, оказывается, что он сбил в полёте крысу, которая, улучив момент, хотела прыгнуть мне на голову. Умница, енот. Он сразу откатывается в сторону, и я всаживаю пулю в серую тварь. Двадцать четыре.
Ощущение, что мы здесь уже вечность. Время как-то изменило свой ход. Хотя умом я понимаю, что с момента начала атаки крыс не прошло ещё и пары минут, какой-то голосок в голове уже шепчет, где же подмога. Не так быстро. От дороги только бежать сколько, а ведь ещё доложить надо, согласовать, получить приказ, собрать группу… Мы одни здесь ещё надолго, надо просто продержаться.
И пока что у нас получается.
Крысы вроде не нападают.
— Как ты? — спрашиваю у Майи. — Ранения есть?
— Мелочи, так, пара царапин, — отвечает она. — У тебя?
— Ногу поцарапали, фигня, — хмыкаю нарочито бодро, хотя ногу начинает адски жечь.
— Ничего через очки не вижу… вот так лучше!
Оборачиваюсь — блин!
— Ты нахрена их сняла? А если зараза попадёт, или когтями?
— Зараза уже попала, через царапины. А когтями если прилетит, очки не помогут. Ты видел эти когти?
Опускаю глаза на свою ногу. Три глубокие царапины пересекли голень, штаны прилипли, и кровь бежит тонкой, но уверенной струйкой.
— Жжёт? — спрашиваю у напарницы.
— Ага, будто огонь по венам, — кивает, морщится.
— Точно зараза какая-то или даже яд, — качаю головой. — Надо прорываться к сарайке, пока нас тушами не завалили. У тебя сколько осталось в магазине.
— Пять, кажется.
— У меня шесть. Кажется. Должно хватить, как думаешь?
Чарли запрыгивает ко мне на спину и хватается когтями.
— Должно… Раз… два… три!
На счёт три мы срываемся с места и мчим к сарайке. Ну как мчим. Сперва карабкаемся по завалу из раненых крыс. Какая-то умудряется цапнуть меня за ногу. Сука! Даже не замедляюсь, отталкиваюсь и бегу дальше. Чарли предупреждающе рыкает, и я чуть поворачиваю голову вправо, чтобы вовремя заметить прыгнувшую крысу. Отклоняюсь назад, крыса пролетает мимо, стреляю вдогонку. Кажется, попадаю ей в брюхо, уж очень громко она визжит.
— Давай вперёд, прикроешь! — кричу Майке, и она подчиняется.
Ускоряется, и последние десять метров, где уже нет крыс, пролетает вихрем, взмывая на дощатую крышу сараюшки. Тут же разворачивается, приседает, и, прижав приклад к плечу, делает пять выстрелов мне за спину. Потом автомат просто щёлкает. Пока она перезаряжается, успеваю заскочить на крышу тоже.
— Ты, кажется, хотела тир? — спрашиваю я напарницу, глядя на бегающие внизу серые тушки.
И да начнётся бойня!
* * *
— Шестое отделение, у тебя стрельба? — прохрипела рация голосом взводного.
— Со стороны деревни слышится, товарищ старший лейтенант! — ответил Коля.
— Слышится ему! — взводный добавил пару эпитетов, для поднятия ответственности. — Стреляет кто?
— Не могу знать, товарищ старший лейтенант!
— Пересчитай своих и доложи!
Шоссе было прямое, как стрела, в отличие от просёлочной дороги, и командиру отделения было прекрасно видно, что кроме них, на шоссе вышло только три пары. Одной не хватало.
— Неверов и Бурова ещё не вышли, — отрапортовал Коля.
— Вот блять так и знал, что они во что-нибудь вляпаются, — взводный помолчал секунду, соображая. — Собери отделение в месте их предполагаемого выхода, и ждите подкрепление. Сами не суйтесь.
— Как так-то, товарищ старший лейтенант? — удивился Коля. — Там же наши!
— Нет там уже наших, — вздохнул взводный. — Там стая заражённых крыс-переростков, полторы сотни голов, их просто сметут. Полезете — сами поляжете. Не загрызут — так сдохнете от заразы. Это приказ, боец. Ждать подкрепление, помочь сориентироваться.
Рация отключилась.
— Бегом! — скомандовал Коля, и крикнул погромче, чтобы все слышали: — Отделение, ко мне!
Фигуры в отдалении пришли в движение, побежали навстречу. С третьей парой, Пашкой и Максимом, Коля с Витьком встретились аккурат посередине.
— А Лёха с Майей где? — сразу спросил Максим.
— Там, — кивнул комод в сторону леса. И тут же окрикнул бросившихся туда бойцов: — Стоять! Приказано ждать подкрепления.
— Так ведь…
— Раз до сих пор стреляют, значит, нашли укрытие. Может, на ёлку залезли. Взводный дважды приказ повторил. Там крысы, заразные. Ждём подкрепление.
— Затихла вроде стрельба? — заметил Пашка.
— Криков не слышно, может, отбились? — Витька напряжённо вслушивался в тишину.
— Тут расстояние метров триста-четыреста, — покачал головой более опытный Коля. — Через лес не услышишь. А вот, снова стреляют. Кто-нибудь считал выстрелы?
— Одиночными палят, экономно, но по магазину-то отстреляли уже, — поджал губы Максим.
Подбежали остальные. Как всегда, молча.
Зашипела рация.
— Подкрепление на подходе, доложить обстановку.
— Неверов и Бурова не выходили, стрельба одиночными продолжается, — Коля отрапортовал, и тут же добавил: — Товарищ старший лейтенант, разрешите выступить на подмогу?
— Дождитесь подкрепление, и тогда разрешаю, — вздохнул взводный. — ИСЗ надеть, в ближний бой не вступать, ближе 50 метров не подходить. Скоро сам у вас буду.
Шипение затихло.
— Все слышали! Надеть ИСЗ! — приказал Коля.
Вскоре стрельба опять затихла.
— Да плевать на приказ! — Пашка посмотрел на своих товарищей. — Как мы им потом в глаза смотреть будем?
— Будет очень стыдно, — согласился Коля. — Но приказ есть приказ. У командиров больше информации, чем у нас. И не подчиняясь приказу в боевой обстановке, ты не только под трибунал подпадаешь, но и ставишь под угрозу свою жизнь и жизни товарищей.
— Пока что Лёха с Майей жизнями рискуют, а мы только трепемся… — приуныл Пашка.
— Да знаю я, и полностью с тобой согласен! — Коля сплюнул. — Вот ведь дерьмо собачье!
— Едут! — показал Витя на горизонт.
Через пару минут возле шестого отделения юзом тормознул открытый пикап, из которого выскочило шестеро бойцов, с автоматами наперевес.
— Кто старший? — спросил один из них, вылезший из салона.
— Командир шестого отделения Морозов, — отчеканил Коля.
— На вас фланги. Не отставать, вперёд не лезть, скажу стоять — останавливаетесь и стоите. Стрелять только по команде и только одиночными. Вопросы?
— Никак нет!
Коля жестами распределил своих подчинённых, отправив молчунов на правый фланг растянувшейся цепи, а сам с парнями заняв левый.
— Показывай, куда идти, — приказал командир подъехавшей команды.
И они вышли. А сзади, на трассе, прибывали и прибывали всё новые машины. Одних только скорых подъехало штук пять.
* * *
Расчёты нас подвели. Сколько бы мы ни считали патроны, а крыс оказалось больше. То ли слишком многие получали лишь лёгкие ранения, то ли их было намного больше сотни…
— Я пустая, — сообщила Майя, когда вместо очередного выстрела её автомат лишь предательски щёлкнул.
— У меня пара патронов, не больше, — я внимательно выбирал цель, чтобы последние вогнать в самых наглых. — А помнишь, нам Пашка, кажется, заливал, что в условиях современного боя штык бесполезен?
— Да дурак он, что с него взять? Вот где они, когда нужны?
— Скорее всего, ждут приказа, — пожал я плечами. — Тебе ли не знать?
— Знаю, иииээээх! — она с чавканьем всадила штык в какую-то особо борзую крысу. — Ой!!!
— Что такое? — я глянул назад.
Автомата у Майи в руках больше не было.
— Штык застрял, не удержала…
Зашибись! Два патрона и один штык, а крыс ещё дохрена и больше!