Глава 30

Это было невероятной удачей – обнаружить в припаркованном за воротами частном вояжере дремлющего Саргаарда. Я истерично сорвала с пальца кольцо, разметала рыжие волосы по плечам и забарабанила в окошко что есть сил.

– Мисс Алисса? – захлебнулся удивлением водитель Кольтов и поспешно придал себе бодрый вид. Оправил форменный пиджак, виновато спрятал под кресло термос.

– Отвезите меня… к Софи… пожалуйста! – посмотрела на Саргаарда с мольбой, и он понимающе вдавил рычаг в пол.

Всю дорогу до дома Грегори меня трясло от дрянных фантазий. Я представляла, с каким разочарованием смотрел бы на меня магистр, случись у нас тот самый разговор. Пойми он, с кем на самом деле провел ночь.

Я мысленно хлестала себя обвинительными словами, которые полагалось прокричать Райсу мне в лицо. Воображала самые страшные, самые грубые оскорбления, что вылетали бы из его рта… такого умелого и вкусного.

От слов было не так больно, как от его взгляда. От разочарования, сочившегося чернотой из-под ресниц. От того, как Райс отдалялся от меня, как с отвращением на лице уходил во мрак, проваливался на глубину… И откуда-то издалека хрипел: «Мисс Лонгвуд, как вы могли? Со мной! Зачем?»

Лучше будет, если он вообще никогда не узнает правды. Этот мой побег – он во спасение. Нас обоих. Мне вдруг стало очень важно, что подумает обо мне этот мужчина. И я точно не переживу его очередной упрекающий взгляд. Разрушусь до основания и едва ли даже за год соберусь обратно.

И в жизни Кейра Райса определенно хватит женщин, вздумавших им манипулировать. Обманувших его ожидания, использовавших чары, скрывших истину…

Вяло вспоминался разговор Райса с мисс Донован. До чего жестока с магистром судьба! Все, что в нем видят женщины – шанс заполучить сильную искру, чтобы передать потомству. Вот и весь интерес. Даже маутянки из партэля – и те хотели его как-то использовать.

Словно кроме звучного родового имени и крепкого дара у Кейра ничего нет. Ни настойчивых губ, ни глубоких всезнающих глаз, ни этого замечательного носа, ни умелых рук, с азартом разыскивавших пропавшие кружева…

Я нервно подпрыгивала на светлом диванчике, пытаясь не вспоминать, что происходило на нем ночью. Шмыгала носом из-за того, что все равно вспоминала. Глупая, глупая Лисси! Зачем так сильно запуталась? Почему не призналась сразу?

Если бы призналась, ничего бы этого не случилось. Ни брачных уз, ни путешествия по изнанке, ни безумия в вояжере… И мне не пришлось бы в панике ускользать из Анжара. Сбегать от жаркого, нестерпимого, волнующего настоящего – в надежде, что оно как можно скорее станет прошлым и согласится меня отпустить. Так… правильнее.

В дом Кольтов я влетала ташерской цапой, размечтавшейся, что ее наконец-то прибило к верному берегу. Хотя каждая несносная мурашка на коже кричала: свой берег я оставила позади.

– Лисси! – вскрикнула Софи, выбегая мне навстречу.

Я без лишних объяснений уткнулась в ее мягкую шею и разревелась. Нет, до величавой цапы я не доросла: они стойкие, крепкие и не тратят влагу по пустякам.

– Лисс, ты чего? Эй? – подруга наглаживала меня по волосам, накручивая завитки на пальцы. Как это делала всегда, пытаясь меня успокоить. Я по ней так скучала. – Это твой хирург? Он нашел? Обидел?

– Кристиан? – я недоуменно шмыгнула носом.

Причем тут Вейрон? Он случился со мной в какой-то прошлой, давно забытой жизни.

– Я получила записку, и… знаешь… она меня ни гхарра не успокоила! – с укором прошипела Софи, втаскивая меня в гостиную. – Если бы не Грег… и не сир Альвар… я бы места себе не находила! Но целитель был так любезен…

– Граймс? Любезен? – я снова удивленно хлюпнула.

Хотя под носом у Кольта любой станет паинькой, даже закоренелый язва.

– Они с Грегом заверили меня, что дурного с тобой не случится. Но вот! Оно все же случилось, да?

– Обойдемся… без дам-мской… п-паники, – прошептала, цитируя магистра, и прижалась к подруге теснее.

От нее шло тепло, но оно полагалось другим – Грегу, малышке Рози. А мне нужно было украсть совсем немного, чтобы отогреться! В объемном животе Софи кто-то возмущенно пихнулся, объясняя мне, что каждая капелька тепла на строгом учете. И воровство не приветствуется.

– Роуз Эштон-Кольт! Угомонитесь, юная леди, – Софи шутливо погрозила животу пальцем и усадила меня на диван.

Ее движения с каждым месяцем становились все более неуклюжими. Что приводило ее супруга в восторг: Грег мог часами любоваться, как Велисофья бродит по старому саду, натыкаясь на вековые туры и цепляясь юбкой за кусты роз.

Пользуясь случаем, я быстро продиагностировала ее состояние. В целом, все было неплохо, но…

– Тебе уже совсем скоро. Совсем-совсем! – прошептала подруге.

Саяра, прислужница Кольтов, споро развела огонь в потухшем камине и подала утренний чай с легким завтраком прямо в гостиную. Принесла мой плащ и забытый саквояж, а также сложенный стопочкой комплект пристойного дамского белья и свежее платье глубокого изумрудного оттенка. Порой мне казалось, что все в доме Грегори немного менталисты.

Я достала из саквояжа пропуск в Центр адаптации иномирян и задумчиво покрутила в руке. Я окончательно запуталась, но пора навести порядок в своей жизни. И начать надо прямо сегодня – с выполнения обещаний. В конце концов, в Хитане меня ждет настоящая Вика, и она надеется на помощь.

– Я изучил рисунки внимательнее, – Грегори спустился по лестнице и кивнул мне вместо приветствия. – В плетении был временной сдвиг лет на семь или восемь… Плюс-минус. Эта ваша хавранка забралась непросто в другой мир: она залетела в будущее.

– Имира Сиятельная!

Мы с Софи ахнули, мысленно представив, каково это – расстаться с кем-то на столько лет. Мне вот уже без всякой привязки дурнело, а я покинула академию всего пару часов назад. Но это пройдет, так ведь?

– Привези ее сюда, Алисса, – задумчиво произнес Грегори. – Посмотрим, как вернуть девушку домой. Эй, морковка, ты чего так побледнела?

Софи неуклюже выбралась из диванных подушек и, распахнув синие глаза двумя перепуганными блюдцами, подошла к мужу.

– Ты ведь не собираешься?..

– Чего я не собираюсь? – серьезно уточнил Грег, привлекая жену к себе и пытаясь дотянуться до ее лица. Объемный живот Софи служил препятствием, но и Кольт был тем еще упрямцем.

– Лететь в Хаврану вместе с той иномирянкой! – взволнованно протараторила подруга.

– Разве что на минутку-другую…

– Грег! Семь лет!

– Я сразу вернусь.

– А если нет? Если ты… не сможешь… в моменте? – она пихнула сильнейшего мага Эррена в плечо, и Грег карикатурно поморщился. – И пропустишь другой, гхарр тебя затопчи, момент!

– Ну что ты такое придумала, морковка? Тот момент я ни за что не пропущу, – Кольт прижался губами ко лбу супруги и, почти уверена, внушил ей очередную порцию спокойствия.

Я перевела тоскливый взгляд в окно. Полезно все же, когда в доме есть менталист, который знает все твои желания и все твои страхи. И может забрать боль и заставить забыть.

Я подхватила с дивана саквояж и сверток с бельем и поднялась наверх, в гостевую спальню. Сейчас Софи был нужен только Грег. Его поддержка, его любовь. В их теплых эмоциях было приятно купаться, наблюдая со стороны, но я никогда не забывала, что это счастье чужое.

По пути сюда, прыгая в вояжере, я размышляла – смогу ли оставить всех в Эррене? Софи, малышку Рози, сира Грегори, Альвара Граймса, мисс Хендрик? Но сейчас, облачаясь в чужое платье, осознала: все они справятся без меня.

Да, они нужны мне, чтобы не чувствовать себя потерянной. Но нельзя же все время цепляться за прошлое и за других? Впиваться в них ногтями, словно в канаты, что прочно соединяют тебя с миром?

Может, я – как лепесток филии, подгоняемый ветром? И лишь утратив все «привязки», смогу наконец отыскать настоящую себя? Не ту рыжую веснушчатую девочку, что с приюта слышала про «второй сорт», и не ту, над «баловством» которой посмеивался Вейрон… Какую-нибудь другую. Какая могла бы понравиться сиру Райсу.

Темная, изумрудно-хвойная ткань была мне очень к лицу. Не будь я такой бледной и заплаканной, могла бы кому-то показаться хорошенькой. Грегори не потребовал свое кольцо обратно, и я не торопилась расстаться с «Викой»: осторожно засунула украшение в потайной кармашек на поясе и затянула завязки.

До Хитаны я добиралась общественным воздушным судном: билеты добровольцев по-прежнему оплачивала корона. Время в облаках пролетело незаметно. Будто только что отщелкнулись магические тросы и корабль взметнулся вверх – и вот мы уже приземляемся в нарядной столичной гавани.

Пока брела по людной улице мимо королевского двора (из-за высоченных ворот можно было разглядеть только шпили замкового комплекса), я вспоминала слова черного обелиска с изнанки.

«Дочь Илии тэль Меер и Марибо Браксаарда».

Кто эти Илия и Марибо? Какой была их связь? Прозаичной, порочной и грязной, как любила рассказывать настоятельница приюта? Или чувственной и настоящей, сильной, яркой, чистой? Мне никогда уже не узнать той истории.

Тэль Мееры – известный древний род, весьма многочисленный и крепкий. Быть может, они и сами не помнят, была ли у них некая Илия… И жива ли она по сей день. Девицу могли выдать замуж за герцога из далекого Ташера и забыть, вычеркнуть из семейного древа.

Браки в Эррене заключаются между равными. По многим причинам, но главная из них – крепкое, наделенное сильной искрой потомство. Будущее всякого малыша зависит от уровня его магии, а «от линялого гхарра не родится благородная хара».

Илия тэль Меер… Воображение рисовало картинки, какой была моя мать. Похожей на пышненькую Иллону с третьего курса? Или на Ее Величество? А может, на супругу Кристиана? Я как-то увидела ту в «Либтоунском Вестнике» на третьей полосе.

Девицы тэль Меер обычно светловолосы. Наверное, рыжим и зеленоглазым был водитель моей… кхм… матушки. Марибо Браксаард. Он представлялся мне очень красивым, пусть и слабо одаренным.

Знал ли он, что стал отцом? Был ли беспечно молод или умудрен сединой? Собственноручно ли отнес малышку в приют? Любил ли меня хоть минуту?

Корни родового древа крепко держат тебя на твоей земле. Связывают с миром невидимыми узами, прошлым, историей предков. Но у меня не было ничего из этого – ни семейных вечеров, ни альбомов с портретами, ни рассказов о прабабушках и прадедушках.

Я словно сразу родилась на чистом листе, и по телу бродила пугающая легкость. Казалось, я парю над этой землей без всяких подъемных чар. И мне не за что зацепиться, чтобы притянуть себя обратно.

Любил ли меня в этом мире кто-то, кроме Софи?

Весь остаток пути до Центра адаптации я глотала слезы и сопли, размазывала их по мокрым щекам. Думала то о бросившем меня отце, то о Райсе, так и не узнавшем за маской настоящую Алиссу. Но у самого входа решительно провела по лицу омывающим плетением и стерла всякие следы печали. Хватит. Я здесь по делу.

В Центре царила неразбериха. Мой пропуск сработал лишь с третьей попытки, зато в фойе никому до меня не было дела. Все куда-то бежали, меняя направление раз в пару секунд и сталкиваясь на поворотах.

Стражи окутывали стены защитными плетениями, в мой нос чуть не прилетело свежее анти-проклятье. Я увернулась и, пригнувшись, поползла к зеленой диванной зоне. Налетела на взволнованного мага с дурацкими усиками, извинилась и выбралась в коридор. Варховщина какая-то!

Хавранка-психиёлог ждала не меня. Нож выпал из ее руки с тонким звоном, и Вика удивленно распахнула рот… Пришлось с порога напомнить девушке, что я пришла добровольно.

– Мисс Лонгвуд! – она едва не потеряла сознание от облегчения.

– Я вроде бы придумала, как вернуть вас домой. Точнее, не я, а Грегори. Но какого гхарра тут происходит? – уточнила у нее шепотом. – Внизу просто стихийное бедствие! Пропуск не работает, по коридорам летают бесхозные чары…

– Они ждут Ее Величество, – призналась Вика, поправляя на шее узкий воротничок.

Кто-то своевременно позаботился о том, чтобы принарядить хавранку в синее платье и укороченный плащик, подбитый белыми перьями. Будто знал, что я прибегу вызволять потеряшку и той не помешает нормальная одежда. И обувь, что просто бесценно.

– Ее Величество?

– Элсинор хотела меня увидеть. Наверное, дело в дневнике, который я вела от скуки. Тот рыжий гад стащил записи!

Такого поворота я не ожидала. Я была намертво заражена желанием помочь хоть кому-то – если не себе, то настоящей Вике. И любопытствующая королева никак не вписывалась в план, в котором я везу хавранку к Кольтам… Я уже и вояжер успела арендовать. И договорилась с водителем, чтобы ждал нас возле главных ворот.

К гхаррам! Королева удовлетворит свое любопытство в какой-нибудь другой раз.

Я подошла к Вике, натянула капюшон ей на голову и поманила за собой. В коридоре сновали люди, и хавранка благоразумно спрятала лицо поглубже в тень.

– Вы сильно рискуете, помогая мне? Алисса? – шепотом окликнула меня, когда мы выбрались в фойе.

«Мне уже совершенно нечем рисковать», – подумалось с грустью. Я обернулась и молча мотнула головой. Протянула девушке кольцо с самарудом и жестом велела надеть на палец. Две «Вики» нашли друг друга, объединившись в единое голубоглазое целое.

– Что это, черт дери?! – она нервно потрясла перед носом светлым завитком.

– Маскировка. Иногда защита, иногда… проклятие, – призналась ей со вздохом и плотнее прижала к груди саквояж.

– Вы мисс Лонгвуд? Из Анжара? – окрикнул меня маг, что встречал в первый день.

Я взволнованно обернулась, молясь, чтобы никто не опознал мою пациентку. Воровать интересных иномирянок у Ее Величества – затея не самая законная. И наше приключение может окончиться по ту сторону ворот королевского двора… Где-то в районе подземной темницы.

– Я взяла себе еще одну подопечную. Из Энхарада, новенькая, – я нервно сглотнула и помахала Викиным досье так быстро, чтобы имя на обложке слилось в единое синее пятно.

Боги Эррена! К такому «Целительство для чайников» не готовило тоже. До чего бесполезная книженция, если подумать.

– Н-натали, – выдавила тоненьким голосом Вика.

– Мы восстанавливаем события по методу сира Жокко и…

– Хорошо… Хорошо, – отрешенно отмахнулся сир целитель и побежал в другую сторону, позволяя нам беспрепятственно покинуть Центр адаптации.

Мы с подопечной одновременно выдохнули, выбравшись на свежий воздух. Тут пахло свободой. Сладкой, сочной, весенней. Многообещающей.

Я потерла щеки и огляделась в поисках вояжера. Сначала нашла глазами водителя: тот лениво отхлебывал взвар из термоса. А затем взгляд переместился влево… и уперся в черный силуэт магистра Райса.

– Тьма! – пискнула перепуганно.

То есть… самая настоящая тьма! Во плоти главного ее исчадия. Мужчина приближался, цепко выловив мое бледное лицо в толчее. Взгляда не сводил с моих прикушенных губ.

– Вика, идите к вояжеру, – выдохнула сдавленно и ткнула пальцем на водителя. – Ничего не бойтесь. Садитесь внутрь и ждите.

Еще бы мне самой ничего не бояться! Коленки обложило ватой, под ребрами обожгло, ноги подломились. Я вжала в грудь карточку «Вики, психиёлога» и потупила глаза.

Центр адаптации окружали премилые зеленые лужайки, усыпанные лепестками филии и исчерченные узкими пешеходными дорожками… А мы с Кейром не виделись с самого утра.

– Мисс Лонгвуд? – без особого удивления прохрипел магистр, подобравшись ко мне вплотную.

– Си-и-ир Ра-а-айс, – промямлила, нервно поглаживая обложку Викиного досье.

Я лихорадочно перебирала в уме, при каких обстоятельствах рассталась с ним, будучи собой. В голове словно клубок перепуганных змей копошился, не давая никаких подсказок!

– А вы все бежите?

– Бегу, да… Еще бы не бежать.

Вдохнула с присвистом: точно, мы расстались с ним в диагностическом кабинете. На мне было порванное платье и белье, на нем – красные следы, оставленные кулаками Вейрона. Кейр сам велел бежать, и я послушалась.

– Когда-то нужно остановиться, – выдавил он севшим голосом и потер уставшее лицо.

Райсу тоже мало удалось поспать этой невозможной ночью. Он был весьма занят… мной.

– Не сегодня, – попыталась улыбнуться, но вышло фальшиво. – Много дел. Новая подопечная и… все такое.

Райс с любопытством заглянул в карточку, покивал чему-то. И, сощурившись, проводил тяжелым взглядом силуэт моей «новой подопечной». Вика как раз неуклюже забиралась в парящий над дорогой маг-вояжер. Из-под темного капюшона выбивались светлые кудри и прыгали на ветру.

Меня это вполне устроило. Когда Райс смотрел в мои глаза, внутри не рождалось ни одной здравой мысли. Все как одна глупые и опасные. Очень хотелось дотронуться до его щеки, провести пальцем по коже, коснуться губ. Но пока он глазел на убегающую Вику, я успела прийти в себя. Собрала разбитые кусочки, резко выдохнула и припустила вслед за подопечной.

– Мисс Лонгвуд! – гневный окрик настиг меня у самого вояжера.

Сердце судорожно сжалось, некстати подбросив воспоминания о безумной ночи. Райс не знал, что провел ее с Алиссой. Но я-то помнила все!

Нет, нет, никаких прощаний. Кусочки вновь рассыпались, я с трудом впихнула себя в вояжер и велела водителю трогаться. Поерзала на сидении, лихорадочно дергая шторку и наблюдая в щель за черным силуэтом.

Райс, как и ожидалось, не стал меня догонять. Вместо этого он вошел в Центр адаптации и принялся что-то уточнять у рыжего сира.

– Кто это? – напряженно поинтересовалась настоящая Вика. – Это тот мужчина, что вас преследовал и пугал?

– Сир Райс? Нет, что вы, – я откинулась на мягкую спинку и медленно выпустила пар из надутых щек. Переволновалась. – Это магистр, он…

«Он пробрался мне в сердце без всякой привязки и накрепко там застрял. Но у Лисси Лонгвуд есть опыт тяжелых расставаний. Такая уж у нее судьба».

– Давайте о чем-нибудь другом, – попросила виновато, чувствуя, как в уголках глаз снова собираются слезы. – Путь неблизкий, нам предстоит пересечь весь Эррен и добраться до южной провинции.

Я с тоской уставилась в окно, ковыряя взглядом меняющийся пейзаж. Мы как раз выезжали из столицы в направлении Либтоуна.

Почти такой путь мы проделали с магистром на днях. Ели сладкие анжарские орехи в Аквелуке, гуляли по Тарлину, лакомились запеченным в травах хлебом.

Мокли в Фонтане четырех стихий, устраивали разрыв в центре города, исследовали древний храм, чуть не застряли на изнанке… Летели воздушным судном, гостили на утесе, наблюдали за перелетными цапами… Возможно ли столько всего успеть за одни сутки?

Теперь мы с иномирянкой двигались в обратную сторону. К началу. В Анжар. Иногда дремали на противоположных диванчиках, порой делали остановки, перекидывались пустыми фразами.

Я не удержалась и вновь купила тот самый хлеб. Угостила Вику засахаренными орехами, провела по Тарлину мимо руин имения Райса и к главной городской лечебнице. Подопечной было полезно размять ноги, а мне хотелось попрощаться. Потом мы снова ехали, ехали, ехали…

В Аквелуке стемнело, и мы побродили по пустому парку. Водитель пил кофе, я рассказывала Вике про светила нашего Звездносвода, а потом мы долго молчали.

– У вас все хорошо, Алисса? – выдернула меня из мыслей хавранка и указала пальцем на мокрую щеку.

– Нет, не все, – пробормотала неохотно. – Я тоже пойду в Хаврану. С вами. Я хочу потеряться, Вика. Сбежать от настоящего и оставить его позади. Тогда оно станет прошлым, верно?

– Некоторые люди оставляют в нашей жизни такой сильный и важный след, что никаким временем его не стереть, – задумчиво прошептала женщина, забираясь обратно на диванчик. – Это навсегда остается с нами. И не становится по-настоящему прошлым.

Я привалилась к вояжеру и воздела глаза к темному небу. Такому же черному, как пытавший меня взгляд Райса. В Хитане он смотрел так требовательно, будто чего-то ждал. Извинений, объяснений? Одному гхарру известно, чего.

Внутри болело, как случается при всякой свежей колотой ране. Но потом непременно станет легче. Я это уже проходила.

В отличие от Кристиана, Райс не станет меня искать и заваливать письмами. Магистр не из тех, кто догоняет убегающих. Он отпустит свою кружевную «Вику», как уже однажды отпустил Алиссу. Теперь нас не связывает никакая магия.

***

К воротам имения Кольтов мы подъехали перед самым рассветом. В открытых дверях встречала Саяра, рассеивая темную дымку вокруг, отгоняя пугающие тени.

Старый сад жутковато трещал, причудливые черные пятна стелились по дорожкам. Мне даже показалось, что на ветхой скамейке кто-то сидит, но призрачную фигуру тут же заволокло мраком ночи.

Софи дремала наверху, и Грегори спустился к нам один, на ходу застегивая белую рубашку. Вид он имел усталый и чуть взлохмаченный, но в зеленых глазах не было ни намека на сон. Будто он всю ночь провел в бурной деятельности, временами охраняя отдых любимой женщины.

Я сообщила ему о своих намерениях покинуть Эррен, и сир Кольт сдержанно кивнул, не требуя объяснений. Следующий час он посвятил общению с хавранкой: описывал ситуацию со сдвигом, рассказывал, как трудно выстроить портал в нужное ей время, узнавал, нет ли у нее памятной вещи из родного мира…

Из гостиной постоянно звучало «в моменте, в моменте», и я отрешенно подумала: свой момент я упустила. Он остался где-то за спиной, в шуршащем анжарском лесу. И сколько ни оглядывайся, туда уже не вернуться никаким волшебным порталом.

Я заглянула в комнату и увидела, как фигуры Вики и Грегори тают в кружеве золотых чар. У них получилось настроиться на ориентир! Вскоре сир Кольт вернется назад, восстановит резерв и совершит еще один переход. Со мной.

То ли изумрудное платье Софи было слишком узким, то ли я сама разрывала его грудью, но воздуха стало не хватать. Я накинула на плечи плед и вышла на порог дома Кольтов.

Хотелось напоследок насладиться весенним анжарским пейзажем. Увидеть, как утренний свет разгоняет тени, как ласкает сонную листву, как расцвечивает все вокруг яркими красками… Как розы вдруг из серых становятся красными, а скамейка – вовсе не черной, а синей.

– Матерь гхаррова! – вскрикнула, обнаружив на лавке все ту же черную фигуру, что привиделась мне перед рассветом.

Я торопливо размазала влагу по щеке и спрятала красный нос в плед.

– Я все еще вселяю в вас ужас? – поинтересовался магистр, невозмутимо закидывая ногу на ногу.

Он бы еще «Либтоунский Вестник» раскрыл и кофе пригубил из чашки, ей Варху!

– Вы меня до сердечных болей доведете своими внезапными появлениями, – пробубнила растерянно. Забыв упомянуть, что без его появлений сердце у меня болит ничуть не меньше. – Что ты… Что вы тут делаете?

– Прилетел ночью воздушным судном. Искал одну… беглянку.

Ночью. Да просто огхарреть!

– Какую еще беглянку? – притворно удивилась.

– В вашем центре таких зовут «попаданками». Согласен с этим определением: она очень крепко попала, – прозвучало угрожающе. Настолько, что мурашки на спине скопом подпрыгнули и принялись прятаться кто куда.

Райс покрутил в пальцах небольшую голубую карточку. Такие выдают в Хитане по запросу – с общей информацией о поступивших иномирянах. Не всем подряд, конечно, выдают, но у магистра неплохие связи и громкая фамилия.

– «Вика, психиёлог, Хаврана», – зачитал он по слогам и нахмурился. – В Центре мне сообщили, что именно вы курировали ее пребывание здесь. И вывезли незаконным образом. Должен предупредить, вас разыскивают маг-гвардейцы Ее Величества…

– Имира Сиятельная!

Маг-гвардейцев в саду Кольтов и не хватало!

– Они найдут вас не так быстро, как я, – «успокоил» магистр и равнодушно отбросил карточку на землю. – И где же… кхм… Вика?

– Она вам нужна?

– Нужна, – кивнул сосредоточенно, рождая в груди новую порцию боли.

– И с чего вы взяли, что я повезу ее сюда?

– Да как-то… по наитию. Алисса, – черные брови сошлись на переносице.

– Вика вернулась домой, – отрезала я, жмурясь до звездочек в глазах. – Сир Кольт сопроводил ее порталом в Хаврану. Временной сдвиг в точности неизвестен, Грегори настраивался по личному ориентиру девушки. Боюсь, вам ее никогда не найти.

– Ясно, – сухо бросил магистр и встал с лавки. Прошелся по мокрой садовой дорожке к вековому туру, задумчиво постучал по стволу. – Мне кажется, я дал вам неверный совет.

– К-когда?

Голова шла кругом. Вот что бывает, если заврешься и вконец запутаешься.

– Когда велел вам бежать. Делать то, что вы умеете лучше всего! – проворчал Райс, продолжая изучать рисунок на коре тура.

– Да нет, хороший был совет, – пожала плечами, с которых как-то незаметно скатился плед.

– Проблемы нужно встречать лицом, а не ждать, пока они ударят в спину, мисс Лонгвуд. Куда бы вы ни скрылись, прошлое все равно унесете с собой, самым ценным багажом.

– Лисси! – выкрикнули со стороны крыльца, и я резко обернулась.

Софи дерганной походкой шла к нам, кутаясь в светло-голубую шаль. Она едва умещалась в красивую сорочку: прозрачный трисольский шелк трещал на объемном животе. Необыкновенно синие глаза – как та лавка, что стояла в старом саду, – были возбужденно распахнуты.

– Ох, сир Райс… – она не сразу нашла моего угрюмого собеседника. – А вы, верно, к Грегу?

– Мы уже пообщались ночью, пока вы спали, миссис Кольт, – огорошил нас обеих магистр. – Мне была нужна его консультация. По паре вопросов. У вас очень красивый сад, – Кейр примял ботинком камешки на дорожке, почесал пальцем выдающийся нос. – В имении Райсов тоже когда-то был… Не такой большой, но для Тарлина более чем.

– Мы с Алиссой жили в Тарлине, – улыбнулась Софи. – Совсем рядом с вашим… в смысле, с тем, что осталось от вашего… Пройдите в дом, сегодня сыро, – подруга включила радушную хозяйку, продолжая поглядывать на меня крайне взволнованно. – Входите, входите! Саяра уже готовит крепкий кофе…

Райс послушно направился к крыльцу. Софи обхватила меня за плечи и резко развернула к себе. Тьма! Судя по убийственному синему взгляду, сир Грегори сообщил супруге о моем плане побега.

Или не сообщил? Знай Софи, что я собираюсь натворить, она бы захватила с кухни самую тяжелую сковородку, чтобы без всякой магии ампутировать мои глупые мозги.

– Тебе не нужно уходить. Слышишь? – подруга впилась взглядом в мое лицо. – Не нужно.

– Я поброжу тут, ладно? – я выпуталась из уютных объятий и виновато улыбнулась.

– Ладно, – подозрительно легко согласилась Софи и, ежась от утренней прохлады, вернулась в дом.

Я вдохнула, набирая полную грудь сладкого анжарского воздуха. Никто не пытался удержать меня силой. Я могла расправить крылья, отряхнуться от прошлого и полететь в поисках нового берега.

Меня не связывала виззарийская привязка. Не сжимала в объятиях подруга. Не отговаривал сир Кольт, не ловил сильными руками Райс… Я была свободна как никогда. И от этой свободы было необъяснимо больно.

Гуляя по чужому саду, я задыхалась от мысли, что окажусь в мире, где нет магистра. Что никогда не смогу вернуться. Что даже если захочу, больше его не увижу. Это слишком экспериментальная медицина! Но есть ли иной способ избавиться от коварной хвори?

Я обхватила ствол толстого дерева и уперлась лбом в мокрую шершавую кору. В то самое место, которое недавно изучал пальцами Райс.

Грегори Кольт вышел на крыльцо и спустился по ступеням в сад.

– Что ты решила, Алисса?