Глава 32

Застежка саквояжа надрывно лязгнула, но так и не закрылась. Я вынула из чемоданчика личный сшиватель и пару бутыльков. Попробовала снова. Но тот так и остался открытым. Тьма!

И нечего так стонать… Да, раньше его так не набивали, но и повода не было. А теперь бедолага трещал по швам, разрываемый флаконами с моими экспериментальными мазями. Запасы из личного ящика серьезно истощились за дни моего «отсутствия», но и остатков хватило, чтобы сделать чемоданчик неподъемным.

Ничего, Лисси Лонгвуд и не с таким справлялась. Большая часть моих вещей уже была отправлена бывшей хозяйке в Тарлин, а оттягивающий руки саквояж я как-нибудь до воздушной гавани дотащу.

– Я потом вам еще пришлю, – виновато обернулась к Граймсу. – Эти мне нужны как образцы, чтобы…

– Я в курсе, моя быстроногая. Вы уже несколько раз объяснили, – прокряхтел сир Альвар, распихивая инструменты по шкафам. Новую помощницу он себе так и не завел. – Уверены, что не хотите остаться в академии? Место свободно.

– Я не… не смогу, – поджала губы и составила саквояж со стола на пол.

Фу-у-ух! Беременная вирра меньше весит!

Надо было согласиться на помощь Саргаарда. Водитель Кольтов довез меня сюда и предложил подождать, пока я соберу оставшиеся вещи. Но я вспомнила, сколько хлопот ему уже доставила, и отказалась.

– Уверены, что успеете обернуться до родов миссис Кольт? Без вашей поддержки эта упрямая барышня отказывается дарить сиру Грегори наследника, – едко проворчал целитель.

– Я отвезу образцы в Хитану и сразу обратно. Малышка Рози обещала пару дней подождать, – улыбнулась Граймсу, и тот, сухо кивнув, вышел из диагностического кабинета.

А я вернулась к борьбе с застежкой. С самого утра все было против меня!

Сначала ректор Джонас устроил допрос в кабинете. Требовал прояснить ситуацию с Вейроном. Пришлось как на духу признаться, что состояла с Крисом в непристойных, порочащих честь младшей целительницы отношениях. Которые попыталась прекратить, но у знаменитого хирурга были иные планы. Поэтому мне пришлось сбежать.

Ректор участливо кивал, не перебивая. А затем сообщил, что Вейрон долго меня искал, но в итоге покинул академию в ночь весеннего бала и не вернулся. Маг-гвардейцы, направленные сиром Райсом к заброшенной ферме Тус, не нашли никаких следов.

Меня мало волновала судьба Кристиана. То, что происходило между нами в Тарлине, не было любовью. Теперь, когда было с чем сравнить, я знала это наверняка.

Крис любил не меня, а власть надо мной. Его жена владела всем – звучным именем, репутацией, капиталами, его карьерой… Зато рядом с «послушной лисичкой» он мог выпускать внутренних демонов. Управлять мной, владеть, как безвольной пластилиновой марионеткой. Это прошлое тоже осталось со мной – грязными пятнами на красивой «памятной шкатулке».

Я больше не боялась случайной встречи с Крисом. Чувствовала себя в его отношении такой же сильной, как мисс Хендрик. Вейрон больше не сможет меня ранить – ни словами, ни действиями. Я утратила свою уязвимость перед ним, обретя другую.

Иногда быть собой и идти намеченным путем – это и есть самое сложное. По совету удивительной сирры Терезы я решила стоять на своем. А что мое? Целительство – мое. Магия – мое. Софи, Грег, их малышка, которая вот-вот увидит свет. Эррен. Помощь другим. Вот это все мое. И на этом я буду стоять. А порядок… он когда-нибудь приложится.

Я больше не хотела бежать. Очень надеялась стать собой. И больше никогда не теряться.

Но для начала мне нужно было закрыть вархов саквояж! Я нагнулась, аккуратно прижала негодяя коленом, примяв ему правый бок, и вернулась к борьбе с застежкой.

– Это ваше, мисс Лонгвуд, – прилетело куда-то в область не-кружевного зада, спрятанного под весьма плотной юбкой.

Проклятье! Сущее наказание!

Я распрямилась, сдула рыжую прядь с лица и обернулась к Райсу. Ну что за мужчина!

Не могу сказать, что пробиралась в академию тайно, под прикрытием ночи, прижавшись к стенам… Но уж точно я не кричала на весь корпус: «Явилась Алисса Лонгвуд, бегите все на нее смотреть!» Как Кейр узнал о моем коротком визите – загадка.

– Мое, да. Благодарю, – забрала из его рук заколку с самарудами. – Где вы ее нашли? Я обыскалась.

– На болотах, – черные глаза не мигали. Вообще.

Теперь и я перестала мигать. Выдающийся нос гипнотизировал не хуже взгляда. Райс молчал, в моей голове тоже не рождалось мыслей. Во всяком случае, приличных.

– Вы передумали перебираться в Хаврану вслед за подопечной? – он сощурился, с интересом разглядывая мои краснеющие щеки.

– Я б-была там. Недолго, – во рту пересохло, и голос стал шершавым.

– Куда побежите теперь?

– Мне предложили место в Центре иномирян. Не на добровольных началах, а вполне с зарплатой, – протараторила сумбурно. – Спонтанные порталы образуются все чаще, скоро мы в дырявый Сеймур превратимся. Возможно, понадобятся приемные пункты первой адаптации в Тарлине и Анжаре…

– Похищение иномирянки их не смутило? – он насмешливо задрал нос. – Вдруг случится рецидив?

– Сир Кольт убедил сира Рэдхэйвена убедить Ее Величество не казнить меня за произвол, – пробубнила виновато. – Хотя письмо сира Жануара было пропитано холодком, что верно то верно…

– Не боитесь «случайной» ампутации мозгов разгневанными хитанскими коллегами?

– Ох, это ерунда! – я отвернулась от магистра и вновь водрузила непослушный чемоданчик на стол. Выложила еще пару склянок и попробовала закрыть. – Сир Граймс уверяет, что эта процедура на благо. Без мозгов жить гораздо легче. Не всем же быть теоретиками?

– Выходит, вы готовы рискнуть.

– У меня не так много вариантов трудоустройства, сир Райс, – пробубнила, не оборачиваясь.

Отвяжется он, наконец? У меня едва оставалась сила воли, чтобы не броситься ему на шею!

– Не думали о работе психиёлогом? Слышал, это очень популярное направление.

На стол передо мной упало колечко. С крошечным самарудом, напитанное очень знакомыми маскировочными чарами.

Колечко крутанулось на столе, звякнуло и замерло. По плечам пробежала дрожь. Матерь гхаррова!

– Вы не…

Он не может этого знать!

Мой взгляд перепрыгнул со стола на неподъемный саквояж, с него – на темнеющего лицом магистра, а оттуда – к открытой двери, ведущей в коридор. Где-то там мое спасение от позора.

– Не вздумайте бежать. Я догонять не люблю, но умею, – с угрозой прошептал сир Райс и навис черной тучей над столом. – И, видит Варх, побегу. Потом, правда, буду крайне раздраженным… «Вика».

– Я не Вика, – выдавила из себя несвойственным тонким голосом.

– Знаю. Вы Алисса. Алисса Лонгвуд, – покивал Райс сердито. – Рыжеволосая заноза-целительница с потерянными зелеными глазами. Временами с голубыми. Временами блондинка. Но заноза – абсолютно всегда.

Может, и не так нужны мне эти склянки, что тянут целительский чемоданчик к земле? Новые рецепты придумаю. Налегке куда больше шансов оторваться от мрачного преследователя.

Нет, без моих мазей я из академии не уйду! Я ведь за ними пришла, а не затем, чтобы случайно столкнуться с магистром и увидеть его выдающийся нос еще раз.

– Это была не я. Под маской так легко быть кем-то другим, не собой.

– А может, как раз собой?

– Не думаю. Нет, – помотала головой, выискивая пути отхода. Все рефлексы разом орали: «Беги!» – Вика исчезла. Мне больше нет в ней нужды. И вам тоже. Это пустая обманка… Совершенно пустая.

Я нервно защелкнула чемоданчик, набитый мазями собственного изготовления и пухлыми блокнотами. Рецептами заинтересовались в Хитане, и было глупо не воспользоваться шансом. Застежка наконец поддалась, но облегчения это не принесло.

Черный взгляд Райса жегся, но не обвинял, и это было… странно.

– Я сейчас еду в Тарлин, – сообщил магистр будничным тоном, и жуткий мрак на его лице рассеялся. – Договорился встретиться там с Рэдхэйвеном и посмотреть, что можно сделать с развалинами моего имения. Они всю округу держат в страхе.

– Вы решились разобраться с прошлым? – промычала, кусая губу. – Это… хорошо, да.

– Велика вероятность, что мы приступим сразу, – он вновь нахмурился, отчего его тон сделался отменно суровым. – Нам может понадобиться целительская помощь. Кто знает, с чем мы столкнемся… И с кем.

– В Тарлине есть хорошая лечебница, – пробормотала растерянно.

– Поедемте со мной, мисс Лонгвуд. Вы ведь совершено свободны, – требовательный взгляд уперся в мои губы, пришлось прикусить их сильнее. – Как белоснежная цапа, дрейфующая во льдах в поисках своего берега.

Скорее уж, как истерично гребущая от него в противоположную сторону. Как можно дальше.

– Я направлялась в Хитану, – напомнила Райсу.

– Столица, в отличие от вас, никуда не убежит, – магистр подхватил мой саквояж и вышел из кабинета, предполагая, что я последую за своими вещами.

Последовала, конечно. Он только что воспользовался моей растерянностью и похитил единственные экспериментальные образцы!

Поездку Райс явно спланировал заранее. Академический транспорт подбросил нас к гавани, воздушным судном мы добрались до Аквелука, а там пересели в арендованный вояжер. Одному Варху известно, почему Кейр не взял билеты на прямой рейс до Тарлина и предпочел трястись по ухабам в моей молчаливой компании.

Он сам сел за руль и велел мне переместиться с пассажирского места вперед, по правую руку от себя. Прижав к груди саквояж, я устроилась на широком кресле. В последний раз, когда магистр управлял вояжером, я сидела у него на коленях.

Мы плавно тронулись, покачиваясь на дорожных ямах.

– Ехать прилично, можете поспать, – разрешил Райс, и я с воодушевлением зевнула.

Вчера у Кольтов я провертелась до утра, так и не сомкнув глаз. Сейчас от мерной качки накатывала дрема. Веки слипались, пейзаж за окном сливался в одно зелено-желтое пятно… А потом стал совсем черным, увлекая меня на сонную глубину.

– Если землю удастся очистить от мрака, я хочу построить там дом, – прокралось в ухо спустя какое-то время. – Не такой, как был при родителях. Двух этажей вполне хватит, я думаю. Как считаете?

Вряд ли магистр обращался ко мне: я ведь спала. Вероятно, он тоже мне снился, как это часто бывало в последние дни. В Хавране не было ночи, чтобы Райс не пришел и не обнял меня, словно настоящий. Не подозревала в себе раньше столь живой фантазии.

– Я пока не составлял проект, – продолжал рассказывать Кейр, разбавляя бархатом голоса черноту моего сна. – Так что вы можете подумать и сообщить, в чем нуждаетесь. Может, вам будет полезен кабинет или отдельная лаборатория для изготовления мазей и прочих снадобий? Или вам интересно заняться садом, и стоит отвести больше места для насаждений?

Кабинет, лаборатория, сад… Какой занятный сон. Намного лучше тех кошмаров, что обычно приходят в тяжелую голову.

– Впрочем, пока это лишь идея. Если вы не захотите жить на земле со столь дурной репутацией, я пойму. В любом случае я продолжу работу в Анжаре, удобнее будет иметь жилье там. Есть несколько свободных домов на территории академии. Один, вполне приличный, по соседству с Граймсом и мисс… неважно.

Я поерзала в кресле, укладывая голову удобнее, и магистр затих. Лишь через минуту продолжил.

– Фамилия Райсов многим в Тарлине внушает ужас. Поэтому пойму, если вы захотите оставить себе свою. Хотя я бы предпочел…

Его слова вбирались в мое ухо сквозь дрему и казались сном. Глупым и неправдоподобным. Лисса Райс… Это было бы, пожалуй, красиво. Жаль, что очень далеко от реальности.

Я провалилась глубже, и хриплый голос исчез. И вернулся в уши, лишь когда вояжер затормозил в центре Тарлина, а на мое плечо осторожно легла рука.

– Приехали, Алисса.

***

Рэдхэйвен уже был тут. Прогуливался по руинам имения без всякой брезгливости и ужаса, присущих местным. Теплое весеннее солнце выманило из земли травы, устроив на развалинах буйство зелени.

– Не думал, что тут еще способно что-то расти, – сир Райс ковырнул камень, оплетенный цепким вьюном. Нагнулся, сорвал пробившийся сквозь фундамент розовый цветок и удивленно на него уставился. – Филия… Эта дрянь везде пролезет!

Оба мага увязли по колено в разнотравье, выискивая на развалинах центр случившегося разлома. Я же переминалась с ноги на ногу на дороге, с тревогой вглядываясь в застывшие камни. Вдруг из них опять выскочит кто-то с щупальцами и хоботком?

– Вот здесь был очаг разрыва. Трещина в материи давно заросла, но остаточные сгустки мрака еще ощутимы, – сообщил сир Даннтиэль, расправляя в ладонях огромный светящийся шар. – До ночи провозимся, Райс.

– Я не спешу, – кивнул магистр, выводя сложное плетение над фундаментом. – Мисс Лонгвуд… в пассажирской части вояжера есть все, чтобы вы не скучали.

Я вернулась на диванчик, выудила из корзины термос с крепким взваром, открыла свежий номер «Либтоунского Вестника»… И поняла, что от волнения не могу прочесть ни строчки. Отложила газету, поставила чашку на пол и прилипла к окну. Наблюдать за работой двух сильнейших магов Эррена было куда интереснее.

Сгустки тьмы одомашненной каффой терлись о ноги Рэдхэйвена и послушным черным ручейком уползали на изнанку. Прорехи в материи, из которых сочился сладковатый мрак, зарастали на глазах, стоило Райсу раскидать вокруг фиолетовые руны. Никаких хоботков и щупалец до самого вечера не показалось. И с каждым часом аура места становилась чище, не оставляя от себя обычного жутковатого послевкусия.

Временами я разоряла саквояж, выдавая магам восстанавливающие тоники и средства для укрепления резерва. Щекотала шею Райса целительскими пульсарами всякий раз, когда он тратил силы сверх нормы. Приносила мужчинам взвар и анжарский кофе, заставляла делать перерывы и что-нибудь съесть. Так, в мелких хлопотах, и не заметила, как наступил вечер и на Тарлин опустились густые сумерки.

Ближе к ночи, когда атмосфера места стала вполне дружелюбной, я отважилась пройтись по развалинам. Вдвоем Райс и Рэдхэйвен умудрились сгрести камни, оставшиеся от стен, в две аккуратные кучи по сторонам. И теперь тут можно было гулять, не рискуя переломать ноги.

Руины Райсов тут и там забились розовой филией. Это вызывало невольную улыбку. Сколько раз мы бродили с Софи мимо старого имения, и никогда тут не росло ничего, кроме трисольской колючки и серого вьюна!

Я побродила по фундаменту, воображая, в какой комнате стояла бы, если бы дом был цел. Длинный узкий прямоугольник походил на коридор. А слева, вероятно, была круглая столовая с видом на сад.

Опустила взгляд на заросли, в которых что-то блеснуло. Камни тут были особенно черными, будто опаленными в пожаре. Я подцепила пальцами сверкающую находку и обернулась к магистру.

– Сир Райс, это похоже на… помолвочный браслет, – я продемонстрировала тонкую серебряную ленту, изъеденную временем и порванную в месте, где когда-то была застежка.

Он взял у меня украшение, покрутил в руках… и отбросил в сторону, к груде разобранных камней.

– Прошлое к прошлому, Алисса, – прохрипел магистр.

– Как ее звали? Вашу невесту?

– Тайлин. Но не думаю, что имя было настоящим.

– Порвать помолвку не всякий маг сможет… – я огляделась, вспоминая, что беспардонно топчусь по руинам чужой памяти.

– Отец, верно, посчитал, что я накрепко околдован и не поверю его словам о «дочерях», – проворчал Кейр. – И не сегодня, так завтра утолю желания «невесты», отдав искру на служение мраку…

Магистр поморщился и, порывшись в кармане, достал порванный ошейник Черной Каффы. Отбросил его туда же, к браслету.

Я ахнула, вспомнив, как Кристиан орудовал сшивателем перед самым горлом пушистой беглянки. Как желтый тьманит выпал из медальона и раскрошился при ударе. Как из мягкой шерсти выплыл небольшой гибкий морок и бросился к Эльзе… А опустошенное тельце каффы упало между кушеток.

– Это Вейрон, он сшивателем… порвал, – судорожно сглотнула.

– Я знаю, Эльза все рассказала. Морок сбежал.

– А что случилось с каффой? Она сильно пострадала? С-совсем сильно?

Не хотелось говорить «погибла». Но какое существо переживет такое?

– Вы разве не знаете, что у них девять жизней? – насмешливо хмыкнул Кейр. – Теперь каффа это просто каффа. Граймс тщательно ее продиагностировал на предмет мрака и накачал тониками, и мисс Хендрик забрала беглянку себе.

В голове не укладывалось, что морок вот так легко разгуливал по академии! Проникал в спальню Райса, устраивался на подоконнике, прятался в шкафу, выпрашивал лакомства, рассыпал всюду черную шерсть…

– В моей жизни так много мрака, что я не заметил его у себя под носом. Видите, мисс Лонгвуд, как легко меня провести? – темные глаза опасно прищурились, и я поспешила отвернуться к развалинам. – Надев на каффу тьманит, я случайно пленил черную душу, добровольно завещанную Мраку. Едва ли она планировала так надолго задержаться в теле животного…

– Думаете, это была Тайлин?

Кейр растерянно осмотрелся, оглаживая взглядом темные очертания руин.

– Черные души, покинув изнанку, всегда ищут что-то знакомое, значимое. Тянутся к прошлому. Но истина известна только Тьме.