2.27 Калейдоскоп

Антуанетта

Поездка ко двору и королевская свадьба - это очень волнительно. Антуанетта искренне полагала, что её труды по воспитанию подопечной девицы не пропадут. Нет, она не надеялась на какие-то особые слова от его высочества, но когда он с одобрением смотрел на Анжелику, Антуанетта думала, что этот одобрительный взгляд немного и для неё. Потому что без неё, без принцессы Катрин и без девочек Вьевилль ничего бы не было, так бы и носилась по замку, как угорелая, в штанах, и разговаривала, как на конюшне. Конечно, случались моменты, в которые подопечная девица всё равно разговаривала, как на конюшне, но Антуанетта надеялась, что при дворе таковых не случится.

И очень радовалась, что получилось сшить пару новых платьев и себе тоже. Будет, в чём сопровождать Анжелику. Хорошо, та не злая и не жадная, она сама спросила - не нужны ли ей какие-нибудь новые вещи, раз при дворе всё так сложно. Антуанетта решилась и сказала - да, было бы неплохо. И ок, кивнула Анжелика, иди, мол, к господину Кристофу, снимай мерки.

Новое платье Антуанетта надела на бал, и была очень довольна своим отражением в большом зеркале. Она не сверкает глазами, как дикая кошка, но дикие кошки нравятся не всем. Ей давно уже казалось, что его высочеству больше по нраву дамы разумные и спокойные.

Впрочем, паршивка Мари принесла на хвосте сплетню о том, что Анжелика время от времени ночует в спальне его высочества. Значит, договорились. Известие причиняло боль, но Антуанетта понимала, что ничего с этим не поделать, это жизнь, это естественный ход вещей. Он - здоровый мужчина, ему нужна женщина рядом, даже если она кошачье отродье, а не приличная дама.

Но эта дикарка добра к самой Антуанетте! Да после родителей к ней никто не был добр так, как она! Болит голова - просит Жакетту снять боль. Кошку ей не только привезла, но и помыла сама, своими руками. Кошка Мими оказалась хорошая, добрая и спокойная, ну и ладно, что мышей не ловит, зато приходит ластиться, и теперь это кошка её, Антуанетты. Холодно на вечерней прогулке - возьмите мой плащ, мне-то нормально. Что за словечко такое дурацкое - нормально! И того хуже - ок, норм. Какой-то жаргон разбойников!

А самый лучший подарок Анжелика ей сделала совершенно ненамеренно. На балу.

Толком танцевать она не научилась - в бранлях путает ноги, в гальярде и вовсе с боку на бок переваливается, скачет почём зря и смешно машет ногами - но всё равно сейчас уже умеет больше, чем её покойная предшественница. А в вольте прыгает легко и высоко, у Антуанетты так не выходит. А когда Жакетта спросила её - как вам удаётся-то? Та и ответила - ты думаешь, я просто так по утрам отжимаюсь? Антуанетта не поняла и попросила объяснить. Оказалось, что у подопечной девицы с утра прямо тренировка, как у мужчин, только без оружия! Это вот вообще что и зачем? Девица пожала плечами и ответила крайне немногословно - надо, мол, и всё. Хотите - присоединяйтесь, я всё покажу и расскажу. Но Антуанетта не хотела. Руки дамы должны быть мягкими и нежными - везде. А не твёрдыми, как у воина или боевого мага.

Так вот, на балу Анжелика танцевала вольту как то и положено - с его высочеством. Антуанетту пригласил Ги де Мар, но она отказала, сославшись на усталость. Отвернулась от его высочества и упёрлась взглядом в графа Саважа, который пригласил соседку, баронессу Делорм, и только что из платья её не вытряхивал на глазах ревнивого муженька. Впрочем, ничего, кроме фигур танца, он себе не позволил, и когда музыка закончилась, отвёл её к супругу.

А потом, уже в самом конце, кто-то попросил сыграть вольту ещё раз - и быстро. Ох. Да, есть любители быстрой вольты. Составились пары четыре, что ли - барышни Вьевилль да две соседки, с какими-то смелыми кавалерами. Ещё прискакал откуда-то де ла Мотт, оглядел зал, пригласил Жакетту. Анжелика стояла возле Антуанетты и вздыхала.

- Отчего вы вздыхаете? - поинтересовалась Антуанетта.

- Очень хочу танцевать, но понимаю, что не вывезу. И кавалеры тоже это понимают. Кому охота меня волочь?

Охота, наверное, могла прийти его высочеству, но его в зале не было. И тут возле них откуда-то взялся Саваж. Глянул на Анжелику хитро.

- Рискнёте? - и подаёт ей руку.

О да, ещё бы она отказалась принять вызов! Это если б он её нормально пригласил, она бы ещё подумала. Конечно же, сверкнула глазами да ответила согласием, и Саваж её потащил. Ну хорошо, не потащил, но изрядно помог. Зато когда дошло до прыжков - тут им равных не было, что и говорить. Она и с Анри не подлетала так высоко.

- Госпожа Антуанетта, не составите ли мне пару? - раздалось вдруг над ухом.

Его высочество улыбался и предлагал ей руку.

- Благодарю вас, с удовольствием, - Антуанетта сделала реверанс, пряча шальной счастливый взгляд.

Она не помнила подробностей танца, она помнила только свою руку - в его руке, и его пальцы на талии, и ощущение его плеча под своей рукой. Нет, она не умеет прыгать так, как Анжелика, и ничего для этого делать не будет. Но просто поймать мимолётный взгляд, и улыбнуться, и вздохнуть...

С этими воспоминаниями не страшно никуда. Ни ко двору, ни в преисподнюю.

Орельен

А ведь получилось, кто бы мог подумать-то, получилось!

Нет, было бы неправдой сказать, что Орельен не верил в Анжелику. Верил. Но не думал, что у той так хорошо выйдет быть знатной дамой. А ведь научилась!

На балу она была краше всех - и сестёр Лионеля, и Антуанетты, и соседок. И даже то, что она не очень уверенно танцует, ей не помешало нисколько. Орельен приглашал её на одну гальярду и говорил тихонько - ты не думай, при дворе тоже не все хорошие танцоры, там люди разные. У кого-то выходит, у кого-то нет. А ты красивая, ты можешь вообще не танцевать, просто выйти - и всё, уже достаточно. И отказывать в танце всем, кроме Анри, и тех, кому Анри разрешит. Кроме его величества и их высочеств, конечно.

Смешная она, всё-таки. Что, говорит, вот прямо сам король с трона слезет и танцевать пойдёт? Ну а что, захочет - и пойдёт. Она и не представляла себе, что король-то молод, чуть старше Анри, а его братья - и того моложе.

А как она научилась разным магическим действиям - и вовсе любо-дорого посмотреть. Ну да, у неё не всегда выходит точно рассчитать необходимую силу, но это у всех выходит только с годами практики. Лионель говорит, что она молодец, и Жан-Филипп говорит, что она молодец, а они понимают, что к чему, и зря говорить не будут.

Поэтому кто-то, а Анжелика при дворе не пропадёт.

Другое дело, что оставлять замок и окрестности на одну принцессу Катрин страшновато, Жан-Филипп прав. Орельен навещал в столице приятелей и немного их расспрашивал -кому мог случайно перейти дорогу Анри, что ему так активно пакостят в разных частях его владений. Приятели не знали, но это ничего не значит - они, говоря словами Анжелики, балбесы, у них самих никаких владений нет, только родительские, и поэтому они просто не задумываются о таких вещах.

Тогда Орельен попробовал поговорить со своим наставником господином Арно. Он и так собирался к нему - рассказать про успехи Анжелики, тот интересовался. Впрочем, об успехах Орельен рассказал весьма умеренно - помнил совет Лионеля помалкивать о её настоящей силе. Да, огонь и вода, и может быть что-то ещё. Детальнее - спросить у его преосвященства де Вьевилля, он лучше расскажет. А у Лионеля что-то выспрашивать -себе дороже, на него где сядешь, там и слезешь, и если он не захочет о чём-то говорить -то из него ничего и не вытянешь.

А про возможных врагов Анри господин Арно ничего определённого не сказал.

Но с другой стороны, вот и поглядим - будут ли пакостить в отсутствие хозяина. И насколько крупно.

А ещё любопытно, будут ли в столичном доме Анри таскать Анжелике розы. Тут-то так и не вскрылось, кто это был. Кажется, Анри даже просил кого-то последить на рассвете за Анжеликиными дверями, но - не преуспел. И сама Анжелика тоже в неведеньи - потому что на балу спрашивала, не он ли это, и не Жакетте ли приносит. И ещё показала дивное -пару клочков бумаги, а на них нарисованные розы с огромными шипами. Такие с виду простые рисунки, просто чернилами, но Орельену, скажем, перо не давалось настолько хорошо и красиво, он и писал-то как курица лапой. И он не знал никого, кто бы умел так рисовать. Помнится, смутился и сказал честно - что если бы это был он, то написал бы стих. Со стихами у него лучше выходит.

- Так напиши, - улыбнулась Анжелика.

А глазами-то на Жакетту показывает.

Жакетта же, когда её волей Анжелики переодели в благородную даму, оказалась необыкновенной красавицей, ничуть не хуже девочек Вьевилль. Раньше, честно сказать, он на неё мало смотрел - ну девчонка, ну шебутная, весёлая, разве что вот маг неплохой.

И как раз на балу Орельен понял, что всё не так просто - увидел, как на шее золотится завиток волос, как задорно блестят серые глаза в танце... и пошёл звать её на вольту. Прыгает она не так высоко, как Анжелика, но у него и сил не хватит поднимать её так, как поднимает дам Жан-Филипп. Да и у Анри лучше выходит.

Зато он в конце бала сделал красивейший магический фейерверк, всем понравилось! И Жакетте тоже, она стояла рядом, смотрела и восхищалась. Хорошо, что она тоже едет в столицу, и хорошо, что будет сопровождать Анжелику везде, вместе с госпожой Антуанеттой.

Её ведь ещё и охранять от чужих приставаний придётся, подумал вдруг Орельен, такую-то красавицу!

Ничего, их четверо, и они справятся. А девы помогут, если вдруг что.

Жакетта

Жакетта была счастлива.

Когда старый граф Флориан позвал её к себе и сказал, что она теперь будет камеристкой госпожи Анжелики, Жакетта порадовалась, что увидит в этой жизни хоть что-нибудь, кроме замка Безье и монастыря святой Гертруды. Но могла ли она предположить, что увидит столицу и королевский двор!

Хотя нет, могла, конечно, потому что прежняя госпожа Анжелика тоже поехала бы ко двору с его высочеством. Но нынешняя почему-то решила, что из Жакетты тоже надо сделать благородную девицу, хотя бы видом.

Жакетта сначала испугалась и попыталась отказаться от такой чести, и от всего, что с этим связано - потому что ни за что бы не подумала, что так вообще бывает. Кто приближает к себе камеристку настолько, что одевает в свои платья и везде ставит рядом с собой? Да никто. Мари ей уже высказала, что госпожа Анжелика это делает только потому, что хочет заставить вместо себя делать что-нибудь неприятное. Но Жакетта только усмехнулась - знала бы эта дура Мари, сколько неприятного приходится делать магически одарённой благородной даме!

Жакетта давно прошла этап первоначального ученичества, и теперь с улыбкой вспоминала, как было непросто. И то, её учил господин граф Флориан, он был спокоен и терпелив. И её не учили боевой магии, нет у неё таких способностей. А у госпожи Анжелики - есть, и деваться некуда, надо развивать.

Жакетта краем уха слышала от старых слуг на кухне страшную историю про её высочество Анриетту, сестру её высочества Катрин и его высочества, отца монсеньора Анри, и зловредному господину Жилю она тоже приходится сестрой. Что она как раз уродилась огненным магом, но родители не считали нужным учить её, как учили сыновей. Она что-то умела - но недостаточно, и опыта у неё было очень мало. И когда на замок её мужа напали, она смогла его отстоять, но не смогла справиться со своей силой, и отдала слишком много, и после некому было помочь ей восстановиться. Она выгорела, не смогла иметь детей и вообще, говорят, вся седая и ходит с палочкой, хотя ей ещё нет пятидесяти

лет, для мага это не слишком много. Уж конечно, монсеньор Анри знает о судьбе тётки и не хочет её повторения для собственной невесты! Поэтому её учат атаковать и защищаться, а боевая магия - это изнурительно, больно и страшно. Но госпожа Анжелика говорит, что это ещё и невероятно круто! То есть - очень-очень хорошо. И когда на них напали в лесу, госпожа всё сделала правильно, хоть у неё и не сразу получилось. Ничего, будет тренироваться - всё и получится.

А про неё, Жакетту, его преосвященство де Вьевилль сказал, что в столице ей нужно найти наставника в целительстве и позаниматься. Да она только рада! Целительство -редкий дар, боевая магия и то чаще встречается, а нужен всем и всегда. И царапину залечить, и боль облегчить, и рану исцелить. У Жакетты уже здесь, в Лимее, образовалась богатая практика, и все, у кого хоть немного что-то болит, толпой идут к ней и просят помочь. Ну а что - ей нужно учиться, так почему бы не попробовать? Пока ей удавалось всё, за что она бралась. Но она и не встречалась с серьёзными ранениями, или, например, со сложными родами. Пока.

А госпожа Анжелика ведь не только на занятия магией, в библиотеку или на танцы с собой зовёт, она же и на бал велела идти! Вот Мари-то бесилась, потому что госпоже Антуанетте и в голову не придёт нарядить камеристку в своё платье и взять куда-нибудь! Жакетта и думать не могла, что в нарядном платье станет такой красавицей, да и что её вообще кто-нибудь заметит и пригласит - все же знают, кто она такая! Но нет - её приглашали! И господа с танцевальных занятий, и господин Жан-Филипп - и он ещё говорил ей всякие слова о том, что не надо тушеваться и прятаться, все эти люди вокруг не сумеют поставить приличную защиту даже на мгновение, а она, Жакетта, может и на более долгое время. И господин Орельен - он тоже говорил хорошие слова о том, сколько всего она умеет, и какая стала красивая.

Стала, ага - смеялась про себя Жакетта. Одень любую дворовую девчонку - и она будет ничуть не хуже ну хотя бы госпожи Антуанетты, не говоря о прежней госпоже Анжелике. Но госпожа Антуанетта очень воспитанная, воспитание одеждой не заполучить, про неё нынешняя госпожа смеётся и говорит - она у нас полное совершенство во всех отношениях. Но сама госпожа немного научилась - делать вид, что правильная, вздыхает она сама.

Но всё равно отправляться ко двору страшновато. Госпожа Анжелика рассказала, что в смертях графа Флориана и его дочери виноват граф Антуан, так установил его преосвященство, а он - королевский дознаватель. Но зачем? Стать графом пораньше? Не отдавать приданое госпожи Анжелики? Или... боится, вдруг кто-то узнает его тайну? Он ведь, наверное, тоже приедет на свадьбу сестры его величества.

Но в конце концов, не поедешь - не узнаешь. Его преосвященство Лионель прав - если держаться вместе и стоять друг за друга, то они непобедимы.

Значит, так и будет. С господней помощью.

Жан-Филипп

Когда жизнь идёт не так, как бы тебе хотелось, что надо делать? Правильно, идти дальше. И что-нибудь непременно поменяется - или тебе не будет нужно то, чего ты сейчас сильно хочешь, или просто жизнь вывернет как-нибудь так, что всё это останется далеко. Нет, это не сам Жанно такой умный, это ему когда-то сказал один хороший человек, который как раз видел в жизни всякое, и умудрился натворить великих дел, несмотря на случавшиеся неудачи и предательства.

А у него, надо сказать, всё в порядке. И множество возможностей. Он вообще может сказать, что у него в родимом доме что-то горит, и попросить Орельена открыть портал. Один шаг - и все неудачи прежней жизни останутся за спиной. Замок в горах, его даже находят красивым. Большой клан родичей - шесть сестёр, все замужем, толпа племянников, да матушка. Уж конечно, ему представят десяток подходящих девиц, чтобы одна из них стала наконец графиней - настоящей, не вдовствующей. А потом - лежать на перине, ходить на охоту, гонять врагов, если таковые вдруг объявятся. И так до самой смерти.

Или же наоборот, поискать себе какую-никакую войну? Желательно подальше отсюда. Можно на юге, можно в Срединном море, можно вообще податься в Другой Свет -говорят, там есть, с кем повоевать, да и туда ещё добраться надо. Скажем, в Паризии пойти и поговорить с маршалом Вьевиллем, он присоветует, куда сейчас лучше податься человеку с его опытом и способностями. Есть ещё один вариант - его милость Морской Сокол тоже говорил при расставании, что всегда будет рад принять их обратно, хоть по одному, хоть обоих. Да, прошвырнуться с Ли по каким-нибудь непростым краям было бы здорово, но у него - должности и обязанности, и мутная эта история с Анри.

Выберется ли Анри, если Жанно оставит его? Да наверное. У него неплохо подготовленные люди, а из приличных магов останется Орельен и девчонка Анжелика, её немного поднатаскали. Да и Ли не откажет, если вдруг что. И вообще, военной ли силой всё решится, вдруг стоит им всем уехать, и прекратятся и пакости, и нападения?

Было бы неплохо остаться и командовать Лимеем в отсутствие Анри, пока он там будет решать свои и не свои дела в столице. Но раз не вышло и сам, можно сказать, подставился... Пришлось срочно назначать командующего из тех, с кем он в последние месяцы занимался, и вести его за шиворот пред светлые очи её высочества Катрин. Она оказалась дамой просвещённой в вопросах обороны замков, и они с Луи Сен-Пьером преотлично нашли общий язык. Опять же, если что - её высочество сможет запросить подмоги по магической связи, и если так случится - он не задержится в столице ни часа.

Ладно, сейчас он обещал - что поедет с ними в столицу и там поможет. Охранять Анри и девчонку Анжелику. Она, конечно, выглядит, как надо, но держать себя в руках, как бы следовало настоящей даме, да и приличному магу, кстати, пока ещё не умеет. Может попасть в неприятную историю и потянуть за собой всех остальных. Ну и что там с этим непонятным дядюшкой, тоже отсюда не видно. Он ведь может просто попробовать с ней договориться - если не глуп, а уж глупым его не называл никто.

Тот разбойник, который выжил в схватке на берегу реки, сказал, что их наняли пакостить на полях - и попробовать нанести урон хозяину и его людям. Но он ничего важного не знал, он не был главным, ему подробностей не рассказывали. Может быть, девчонку Анжелику просто хотели похитить? Не зная, кто она на самом деле, и какие сюрпризы способна преподнести.

Ли прав, в этом смысле она - козырь. Потому что непредсказуема. И если кто-то рассчитывает на какую-то интригу с её участием, то может очень сильно просчитаться. И Жанно бы с удовольствием посмотрел на рожу этого кого-то, когда тот, говоря словами девчонки Анжелики, обломится.

Дождаться этого светлого момента - и на войну.

И ни о чём другом просто не думать.

Анри

Всё было хорошо... пока наутро после бала к нему не пришла поговорить тётушка Катрин.

Она хвалила бал, хвалила господина Ожье и музыкантов, хвалила ужин после бала, хвалила его налаженное хозяйство и господина Греви, и ещё хвалила Анжелику. Это было приятно - значит, их совместные усилия достигли цели.

Про Анжелику она высказалась определённо - очень достойная девушка. Принимает все удары судьбы, как то и должно делать, и не позволяет обстоятельствам властвовать над ней. Сильный дух и добрый нрав.

Да, всё это так и есть, думал Анри, и ему было приятно, что Анжелика сумела понравиться тётушке - несмотря на все её недостатки. Это значило, что и на королевскую семью она может произвести хорошее впечатление. Достаточно хорошее, чтобы они не вмешивались в то, что уже как-то идёт своим чередом.

Но дальше тётушка заявила, что он, Анри, мог бы быть добрее и внимательнее к той, которую назвал своей невестой. Потому что одной заботы, увы, недостаточно. Скажем, что он может сказать о браке своих родителей? Был ли он счастливым?

Анри понял, что до последних дней об этом не задумывался. И сказал - да, он всегда считал его достаточно хорошим, он не видел и не видит каких-то недостатков в этом союзе. Тётушка как-то невесело усмехнулась и спросила - отчего же госпожа Агнесс, его матушка, покинула этот мир так рано, как он считает? Да, её здоровье было подорвано многочисленными беременностями, но в целом и после такого люди живут! Она просто зачахла без любви и душевного тепла, а супруг, дорогой братец Франсуа, не хотел или не мог дать ей ничего подобного. О нет, невеста Анри не из тех, кто будет чахнуть у окошка, или среди роз в прекрасном саду, она просто сбежит, если ей что-нибудь окажется не по нраву, и она не сможет это изменить.

Да, Анжелика не из тех, кто чахнет у окошка, Анри уже в этом убедился. И если ей что-то не нравится, она берёт и делает так, чтобы стало лучше. Эта черта и завораживала, и пугала - а если она и впрямь решит, что Анри - не самый лучший вариант, который может быть у неё? Если она и в самом деле очаруется дядюшкой Жилем? Или кем-нибудь ещё при дворе?

И что самое худшее может случиться? Её приданое уйдёт к дядюшке Жилю? Она сама уйдёт к нему?

Честно говоря, Анри попытался встретиться с дядюшкой, когда тот только заявил его величеству и мадам Екатерине свои претензии. И дядюшка всячески избегал этой встречи - интересно, почему?

Лионель сказал, что с ним он согласился встретиться только лишь как с королевским дознавателем, не более. А на слова о родне только усмехнулся.

Тётушка Катрин выслушала последние соображения и сказала, что сама хотела бы поговорить с братом, но - после королевской свадьбы. Пока этим собирается заняться её супруг. Это фигура крупная и влиятельная, от него просто так не избавишься ни ядом, ни кинжалом, ни магией, как-никак - маршал его величества, и за плечами у него много походов и много славных побед. К такому не захочешь, а прислушаешься.

Анри попросил держать его в курсе - чем закончится разговор блудного дядюшки и маршала Вьевилля. Тётушка посмеялась и обещала.

Но разговор оставил смутное неприятное ощущение. Что такого видит в них с Анжеликой тётушка, чего не видит он сам? И чего ему следует опасаться в столице? Не запирать же невесту в городском доме! Да и его величество пожелает, скорее всего, видеть её на всех придворных празднествах.

Значит, нужно не отходить ни на шаг и держать за руку. И пусть поможет.

Анжелика

Ей было страшно.

В жизни Лики случалось не так много перемен, но все получались какие-то очень уж глобальные. И все не к лучшему. Если считать с рождения, то самое хорошее, что ей выпало - это детские годы. Ещё до школы, ну и в школе, в начале. А потом пошло-поехало по кочкам. И доехало до того, что она померла, и попала в дурацкий параллельный мир, где её хотят убить, и если не случится чуда - то непременно убьют. И никакая крутая магия ей не поможет.

Орельен и Жакетка говорят, что всё решаемо и ничего особо страшного-то и нет. Все так живут. Всех знатных и богатых могут убить. Из зависти, из ревности, и ещё хрен бы знал из каких соображений. И как-то всех этих соображений было многовато.

Разбойники, которые пакостят Принцу. Дядюшка Жиль - по отзывам, старый и лысый. Братец Антуан, который уже однажды травил свою сестру. И своего отца. За таким отморозком вообще хоть что вытворить не заржавеет.

Непонятный король, который запретил им свадьбу, и тоже хрен пойми чего хочет. Блин, как во всём этом разбираться-то? Реально страшно. А не то скажешь или сделаешь - всех подставишь. По ходу, и вправду проще всего смотреть в пол и молчать. Потому что песни её никуда тут не годятся, танцевать она толком так и не научилась, вольта с Пиратом не в счёт, это так, баловство одно, а больше ни с кем так круто не выходит. Про магию велено молчать - ну да, есть в том смысл, Лионель прав. И чего тогда? Ходить за Принцем хвостом, глазами лупать? Так он сам будет по делам носиться, как ошпаренный, если он здесь так живёт, то с чего в столице будет по-другому?

Короче, только-только она разобралась со своей здешней жизнью, только привыкла немного - как снова всё наперекосяк. Чумка-лохушка как она есть.

Вокруг творился хаос. Жакетта командовала сбором вещей - платья и прочую хрень паковали в сундуки. Их отправят порталом уже сегодня вечером, а они сами отправятся завтра с утра. Тоже порталом, потому что ногами по земле - это трое суток, если быстро, и неделю, если со всем хламом. А дороги небезопасны, и лишний раз нарываться, когда у тебя обоз с тётками и багажом, никому не хочется, и Лика Принца с Лионелем и прочими в этом деле очень даже понимала. И чтобы не мешаться под ногами у работающих людей, забралась на подоконник. Толку от неё всё равно не было никакого. Позвала кота Маркиза, он пришёл, сел рядом. Взяла гитару.

Может это и не норм, если невеста хозяина огромного навороченного замка сидит, свесив ноги, на подоконнике, и играет на гитаре. Так-то она бы ещё и спела, но на язык лезло, как назло, только матерное. Наверное, почти принцессе орать на всю округу из окошка матерное не к лицу. Значит, будем петь про «всё, что было - свет мой», и про «я вернусь домой со щитом, а может быть на щите». Это при дворе будет нельзя, а здесь пока ещё можно.

Распахнутое окно выходило на озеро, закатное солнце позолотило всё вокруг. И Лике было без разницы, кто там ещё снаружи слышит и что подумает.

Песни кончились, и одна, и другая, кот боднул Лику башкой - чеши, мол. Глупый, ещё не знает, что ему тоже предстоит завтра утром быть упакованным в специальную корзину -потому что драгоценный Анри не смог с ходу сказать, есть в столичном доме мыши или нет. Так что пусть кисонька радуется, пока можно.

- Спойте ещё, госпожа Анжелика, - донеслось снизу.

Пират и Лионель сидели на выступе стены, обрывавшемся в воду, аккурат под её окном. Оба улыбались.

- И что же вам спеть?

- Что хотите. Диковинное и незабываемое, - усмехнулся Пират.

Лика усмехнулась. Что ж, давайте настраиваться на позитив.

Ей вдруг вспомнилось, что в прошлый новый год она сжимала в руках ножку бокала с шампанским и, зажмурившись, желала себе новой жизни. Чтобы старая - прекратилась, а новая - началась. И ведь так и вышло! Старая жизнь прекратилась в буквальном смысле, новая началась в виде второго шанса. И что у неё здесь есть?

Неизвестный враг. Один раз травил - и перед вторым не остановится.

Тайный поклонник. Таскает ей розы и рисует чумовые картинки, которые она хранит в потайном кармане поясной сумки.

Жених. Которому она, вроде бы, для чего-то нужна.

Друзья. С друзьями ей, надо сказать, везёт во всех мирах, и спасибо за это всем высшим силам.

А также боевой конь, мышеловный кот и отличный инструмент. И магия. Ну как тут не прорваться-то?

Кстати, об инструменте. И о слушателях внизу. То есть, кажется, о друзьях.

- Надо мною тишина, небо полное дождя, дождь проходит сквозь меня, и боли больше нет, - начала она. - Под холодный шёпот звёзд мы сожгли последний мост, и всё в бездну сорвалось, свободным стану я от зла и от добра, в моей душе нет больше места для тебя...

Пусть всё дурное и лишнее остается в прошлом, а дальше будет только лучше.

Они вместе. Они справятся.