Глава 11
Амаль
Амаль так отчетливо помнила свое состояние, когда говорила с Анваром… Она держалась из последних сил, собрала всю свою волю в кулак, только чтобы звучать предельно рационально, холодно, отстраненно… Но в душе зияла такая огромная рана, свербили такая боль и разочарование, что хотелось просто повеситься… И дело было не в безумной любви к Анвару… В ней– то как раз она начинала все больше сомневаться и разочаровываться… И даже не в легкомысленности сумасшедшей сестры, от которой можно было ожидать самых на свете идиотских, даже тошнотворных поступков… Дело было в факте предательства двух родных людей, по– настоящему родных… Она смотрела на это именно так… Не как на свою сестру и своего возлюбленного. Она смотрела на них как на тех, кто был неотъемлемой частью ее жизни, с кем она на протяжении десятилетий делила горести и радости, кто был составляющей картины ее мира. А они предали, каждый по– своему. Воткнули нож в ее сердце и с силой прокрутили, чтобы наверняка… И пусть это было сделано неспециально… От этого менее больно не становилось… Иногда наши непредумышленные преступления приводят к самым трагическим, деструктивным последствиям…
Положила трубку и разразилась жуткими рыданиями… Господи, зачем ей все это? Что это за ужас? Почему ее жизнь так внезапно превратилась в какой– то жуткий кошмар наяву? А ведь глобально все началось с того самого злосчастного поцелуя с Фахдом… И пусть все эти события не были взаимосвязаны, этот поцелуй словно стал атомной катастрофой, триггером, пославшим выстрел во Вселенную, который запустил все эти разрушительные события в ее жизни…
Уже более двух недель Амаль жила в общежитии… Ей повезло, что ее поспешный переезд совпал с каникулами между семестрами– были свободными комнаты, было время обустроиться и потихоньку прийти в себя. Она так и не поехала домой в Сирию, ссылаясь на кучу несуществующих причин в разговорах с родителями. Знала, что отец поставил Анвара перед фактом относительно будущей свадьбы с Мадлен и что они теперь к ней усиленно готовятся… И он, и сестра были у нее в блоке, с ними с тех пор она так и не общалась. Друзьям она тоже запретила передавать какие– бы то ни было сообщения от них. Создав вокруг себя такой информационный вакуум, она не знала, пытался ли Анвар как– то выйти на связь снова… Наверное, пытался… Он был упертым, особенно когда эта упертость была бессмысленной и более похожей на долбежку головой об стену… Наверное, он испытывал чувство вины… Как– никак только сама Амаль и Сам Анвар знали, в какую незавидную ситуацию он ее поставил… Об этом она старалась не думать… Что сказал бы отец, если бы узнал… Страшно представить… Но он не должен был узнать… Иначе это будет просто катастрофой… Не только для нее, но и для брака Мадлен с Анваром… Хотя бы потому, что Диба теперь не так просто взять за уши и выкинуть из семьи… Жеребец– осеменитель успел поработать на всех фронтах… Засмеялась собственному сравнению… А ведь действительно… Как по– другому его назвать? Переспать с ее сестрой, и буквально сразу, без промедлений, начать лезть к ней… Интересно, он сделал это специально, чтобы сравнить их… Гадко… Как же все– таки гадко…
– Привет, милая, я соскучилась,– слышит в трубке голос матери.
– Привет, мамуля, я тоже…
– Приезжай! Хотя бы на выходные! Дома так пусто без вас… Каримджи уехал на стажировку в Лондон, вернется только через полгода… Больше нет никого из моих малышей рядом– и мы так отчетливо с Васелем ощутили себя стариками… Дети выросли и разлетелись…
– Что ты, мама, какие вы старики… Вы потрясающие… Наслаждайтесь спокойствием… Это такое счастье, что вы любите, что вы друг у друга есть… Папа– лучший из мужчин…– на ее глазах навернулись слезы… Да, она верила в то, что говорила… Каким же все– таки был ее отец, как трепетно он любил мать… Как ей повезло, а она… а ей…
– Все точно хорошо, милая? Свадьба Мадлен через неделю. Ты ведь будешь?
Амаль вздохнула. Она для себя заранее знала ответ, но с матерью делиться им не спешила.
– Мам, у меня важный семестр… Не знаю, пока не могу сказать… Поговорю в деканате… Только если отпустят… Но я не уверена в этом… Просто не хочу терять баллы на выпускном курсе… Сейчас каждый день на счету…
Влада внимательно слушала, но от интуитивно чуткой женщиной, конечно, не мог уйти притворный тон в голосе Амаль, хотя ее слова относительно учебы и были полной правдой. Девушка относилась к ней со всей серьезностью, и действительно была одной из лучших на курсе.
– Ты расстроилась из– за их брака? Анвар тебе до сих пор нравится?– спрашивает испытующе, а ей от этого вопроса хочется орать. Нравится? Нет, он ей не нравится… Она ненавидит негодяя… Он надругался над ней, пришел и беспринципно украл у нее не только честь, но и душу наизнанку вывернул, сестры лишил, осквернил ее светлое детское чувство… Гребанный варвар– разрушитель…
Собрала все силы в кулак и ответила как можно более беспристрастным тоном.
– Нет, мама. Все это было в далеком детстве… Мне пора, извини…
– Я тебя люблю, Люльти.
– И я тебя…
Положила трубку и снова разрыдалась… Тяжело было переживать все это внутри… Но поделиться таким Амаль не могла ни с кем… Это такая гребанная драма, что даже ее смелые на любовные эксперименты французские подружки бы оторопели…
День ото дня становилось только хуже… Образовавшаяся от предательства родных дыра в душе, казалось, только разрасталась… Девушка на автомате ходила на учебу, старалась вникать во все по– максимуму, но стоило ей остаться один на один с собой, начинала в буквальном смысле гореть изнутри… Она понимала, что рано или поздно эта ситуация доведет ее, изничтожит… Сама не заметила, как начала принимать успокоительные, чтобы хотя бы немного спать ночами, а не плакать нон– стопом в подушку, страдая за свою незавидную судьбу…
Когда казалось, что достигнут предел, что хуже быть не может, случилось это событие… Как всегда бывает, помощь пришла оттуда, откуда ее никогда не ждешь…Девушку вызвали на кафедру и предложили стажировку, а она вцепилась в нее, как в спасительный круг… Даже не стала особо раздумывать… Появилась возможность кардинально сменить обстановку на целых три месяца, отключиться от всего, а главное– был повод не лететь на эту проклятую свадьбу, теперь уж точно железобетонный повод… Хорошо, что в силу определенных обстоятельств торжество должно было быть чисто семейным… не придется оправдываться перед журналистами и долбанными гостями…
– Вы наверняка знаете, Мадмуазель Амаль, что у Сорбонны есть филиал в Дубае. В этом году совместно с королевской семьей мы разработали уникальную стипендиальную программу, которая предполагает интенсивное погружение в учебный процесс на целых три месяца с акцентом на изучение геополитики региона. Мы отобрали пятерых студентов с курса и Вы в их числе. В качестве критериев выбора во внимание принимались и Ваши высокие баллы, и незаурядные способности, и происхождение, и желание лучше узнать политические процессы, происходящие на Ближнем Востоке… На протяжении всей весны Вы будете находиться там и каждый день иметь возможность слушать лекции ведущих политиков региона – подумайте только, президенты, короли, премьер– министры, дипломаты– все они будут делиться своим управленческим опытом и видением развития региона в будущем… Возможно, и Ващ отец выступит…
Амаль смущенно улыбнулась..
– Конечно, я согласна, только… Могу Вас попросить об одолжении?
– Все, что угодно…
– Я бы не хотела ехать туда как дочь премьер– министра Сирии…. Можно организовать мое пребывание на стажировке инкогнито? Например, я бы поехала под девичей фамилией матери… Сами понимаете, даже с этической точки зрения это было бы верно…
Декан задумался…
– Понимаю Вас прекрасно… Думаю, это можно будет организовать….
Фахд
Она была в Дубае уже месяц… Он знал… Сам организовал ей эту стажировку… Вернее, придумал эту стипендиальную программу глобально, только чтобы перевезти Амаль в Дубай официально… Планировал все уже не первый месяц– работа была, как– никак непростой– решить кучу организационно– бюрократических вопросов, заключить с добрый десяток межинститутских соглашений о сотрудничестве, привлечь такое огромное количество крайне важных и самовлюбленных политиков в качестве спикеров– дело, требующее незаурядных дипломатических талантов… Смешно сказать, представители политистеблишмента великих держав с гораздо большей охотой соглашались на подобного рода мероприятия в отличие от гордых правителей маленьких стран региона, полностью живущих на дотации этих самых великих держав… Фахд прекрасно понимал, дело ведь было даже не в том, что они и шага ступить не могли без указки своих руководителей из числа ключевых стран. Вопрос заключался в общем низком уровне подготовки этих самых политиков… Важные грозные диктаторы своих королевств в шикарных пиджаках от Бриони и с часами Ролекс, купленными за счет государственной казны, попросту боялись выступать перед испытующим оком молодого, дерзкого поколения подготовленных людей, они не были готовы отвечать на очевидные вопросы, которые бы им неизбежно задали…
Он думал увидеть ее до этого в Сирии, придумать нелепый повод посетить их дом в то время, как она будет на зимних каникулах… Возможно, продвинуться еще на несколько шагов по пути их личного сближения, открыть свои чувства, озвучить свои планы… А потом… Потом случилась катастрофа… Тьма случилась… Ужас… Да, он просчитывал ходы противника, предполагал, что Анвар может совершить очередную глупость, но такого… не ожидал даже от него…
Фахд давно запретил следившему за Амаль детективу смотреть в скрытые камеры, установленные в ее квартире… Забрал у него доступ и ключи от всех устройств. Более того, запретил это делать и самому себе, потому что это было низко… Нечестно… Он незаконно и, главное, без ее ведома вторгался в ее личное пространство… Корил себя за то, что пошел в самом начале на поводу у своей одержимости и ревности… А потом… потом понял, что сам факт того, что он вот так вот шпионит за ней, подрывает его мужское достоинство в его же собственных глазах… Он привык к тому, что женщины сами мечтали о том, чтобы впустить его в свое личное пространство… Фахд привык брать, но не воровать…
Их встреча в Париже многое перевернула в нем… К его тайной страсти к Амаль присоединилась какая– то щемящая нежность и чисто человеческий интерес… Желание не только обладать и оберегать, но и наставлять, пестовать… Ему казалось, она могла быть идеальной ученицей… Во всем… Поймал себя на мысли, что невольно восхищается ею… Не только как красивой желанной девушкой… В ней был ум, был стержень, была порода… Ему нравилось, что она, несмотря на свою романтичную натуру, отнюдь не питала иллюзий в отношении своего будущего. То, как спокойно она в ходе их разговора на Елисейских полях говорила о том, что покинет Париж и примет свою законную роль жены важного человека в регионе, свидетельствовало о ее сознательности, хоть в ее душе и тлел огонек бунтарства, то и дело начинающий воспламеняться, стоило только подбросить щепок… Это так сильно ее и отличало от сумасшедшей Мадлен, всеми своими действиями стремящейся нарушить запреты отца и разрушить систему ценностей, в которой она выросла, а в конечном итоге лишь идущей к саморазрушению…
Фахд уже считал дни до того момента, как ей в университете объявят об оказанной чести присоединиться к стипендиальной программе, как… как случился звонок от того самого детектива, которому теперь было велено работать в расслабленном режиме и просто приглядывать издалека за девушкой для ее же безопасности, сообщать, если замаячит «угроза»… Когда на пороге его кабинета появился знакомый мужчина, Фахд уже не сомневался, что Диб снова материализовался возле Амаль. Но такого он не ожидал… Даже представить не мог… С бледным лицом детектив сообщил ему, что домой к ней ближе к вечеру ввалился подвыпивший Анвар, что они там совершенно одни, уже не первый час… Что Амаль игнорирует звонки подруг и так и не явилась на запланированную встречу с друзьями…
Фахд молча и сухо выслушал детектива и отпустил его без дальнейших указаний, стараясь никак не демонстрировать свои эмоции. Откинулся на кресло и вздохнул…
– Сукин сын… Объявился…
Он боролся с собой… Долго боролся… На автомате нажимал кнопку на ручке бесчисленное количество раз, протирая глазами на противоположной стене дыру… Не решался включить функцию вывода изображений с камер в ее квартире на телефон… Возможно, в тот момент в душе он попросту малодушно боялся увидеть то, что навсегда могло изменить его планы, его эмоции к ней… А может потому, что просто не был готов принять свое мужское поражение…
Собрался с силами. Нажал. И ровно через минуту выругался отборным арабским матом. Они были в спальне. И Анвар делал с ней то, что достойный, уважающий себя и женщину, с которой был, арабский мужчина никогда бы не позволил, какими бы ни были обстоятельства… Урод попросту трахал Амаль… Трахал, словно она одна из его грязных шлюх, а не невинная дочь людей, кто заменил ему семью, кто принял его с распростертыми объятиями, несмотря на все сопутствующие обстоятельства…
На секунду прикрыл налитые кровью от ярости и бессилия глаза… Боролся с бешенством, боролся с диким, бесконтрольным приступом ревности, которая затмевала здравый смысл… Да и какой там мог быть смысл– только тьма… Только хаос и безумие… Захотелось сорваться с места– и самолично прикончить их обоих… Поймать… Прямо с поличным… Чтобы в глазах читался страх и раскаяние, ужас и сожаление… Выдохнул злобно, с силой отшвырнув от себя телефон… Тот разлетелся на ошметки, отскочив с глухим звуком от стены.
До онемения и набухания вен на руках сжал кулаки. Обиднее всего было то, что он не имел права на эти эмоции… Девочка ему ничего не обещала… Она не была его. Все то, что он себе успел придумать в голове, было лишь его иллюзией… Он ведь знал, что она неровно дышит к Дибу… Сам виноват… Вместо того, чтобы задавить ее своим вниманием, околдовать, влюбить, он уехал… Оставил ее один на один со своим смятением и эмоциями, даже не объяснившись… А Анвар… Анвар словно бы знал, что между ними произошло и быстренько решил восполнить образовавшийся вакуум… Хотя может это она сама его соблазнила… Сделала выбор… Определилась, поняв, что Фахд не нужен…
Не верил… Он помнил ее взгляд, когда целовал ее… Да, она была испугана, дезориентирована и смущена до безумия, но за всеми этими эмоциями лежали более глубокие пласты, которые опытный Фахд чуял интуитивно– пласты женского интереса, инстинктивного влечения, подсознательной тяги к нему… Возможно, она что– то и чувствовала к Анвару, но это была не ослепительная, всепоглощающая страсть, которая затмевает всех других мужчин в радиусе тысячи километров…
Хотелось выть от боли… Потом хотелось все на своем пути крушить… Он часами бил боксерскую грушу в спортзале, истекая потом, не желал ни с кем общаться, никого не принимал, ссылаясь на загруженность по аналитической части работы в преддверии важного регионального саммита… А сам не мог и трех строчек прочитать– буквы расплывались в одну линию, унося его в свои мрачные мысли… А потом вдруг наступила апатия, равнодушие, разочарование… Он ничего не хотел, ничем не интересовался… Впервые Фахд не желал читать книги, получать новую информацию, что– то вокруг себя созидать и организовывать… Ничего не радовало, ничего не мотивировало… Он решил сдаться, решил отпустить… Что ж, если девочка действительно так любит этого бонвивана, что даже не побоялась пойти на столь смелый и глупый в ее положении шаг, то совет да любовь… Оставалось только обзавидоваться этой любви… Перестал открывать соцсети и светские новости, чтобы нечаянно не наткнуться на сообщение о нем или о ней, постарался выкинуть их из головы… А потом… Потом ему сообщили о скорой свадьбе Анвара… С Мадлен…. Сначала подумал, идиоты перепутали имена дочерей Увейдата, перепроверил… Все точно… Мероприятие закрытое. Присутствовать будут только члены семьи… Что же такое вытворил этот павлин… Что вообще там могло произойти, что девственности он лишил одну дочь Увейдатов, а поспешно замуж выходит за него вторая…
Когда получил отчет о том, что Амаль съехала от Мадлен и заблокировала ее и его в телефоне, карты более– менее сложились…Значит, его друг поработал сразу на двух направлениях… Фахд откинулся на кресле и злобно выдохнул… А потом начал хохотать. Гомерически… Это ж надо, оприходовать сразу обеих дочерей Увейдата… Дибу позавидовал бы даже младший брат Фахда Али, знатный ловелас, чьи любовные приключения нередко заканчивались сущей катастрофой для чести и репутации всей семьи и с трудом заметались в прессе специально нанятыми фиксерами за сотни тысяч долларов…
Смех перешел в оскал… Амаль… Порченная Амаль… Попробованная другим… Не так он представлял себе их будущее… Он желал ее чистоты, своей безграничной власти над ней желал… Желал сделать так, чтобы стать для нее началом и концом– единственным и неповторимым, а сейчас… Сейчас ему придется подбирать остатки за Дибом… А нужно ли ему это? Нужна ли та, кто готова раздвинуть ноги перед первым встречным, стоит ему только надавить… Хотя и сам понимал прекрасно, Анвар не первый встречный… Снова психанул… Ушел в загул, неделю пытался забыться в объятиях недалеких девиц… Все напрасно. Перед глазами ее вид… Потерянный, погасший, пустой… Он буквально представлял страдания девушки.. Растерянной, разбитой, разочарованной… А еще все время думал о том, каким сладким был ее рот, дыхание, когда целовал… Как нежно и порывисто она трепетала в его объятиях… Ни одна не способна была вызвать в нем больше эмоций… Ни одна не заставляла сердце так биться… Фахд был настолько сильно пресыщен женщинами, что даже самое острое возбуждение, даже самая низкая похоть цепляли только по касательной, а с ней… С ней прямо в сердце… Прямо под дых… И это только от их переглядываний, только от их быстрого невинного соприкосновения…
Когда помощник сказал, что ровно через неделю запланировано и его выступление перед стипендиатами программы филиала Сорбонны, он внезапно вспомнил, что она должна быть здесь… В его стране… В его городе… Уже как месяц… И как этот факт вылетел из его головы… Он настолько сильно ушел в себя от ощущения собственного фиаско, что даже упустил такой важный момент… Да и не готов он был к встрече с нейЮ нужно было себе признаться… А сейчас готов?
– Самахату– аш– шейх (араб.– обращение к шейху), отменять выступление? Или все в силе…– испытующе посмотрел на него помощник.
Откинулся назад. Подумал, покрутив ручку в руках…
– Отменяй…– тихо ответил,– Через неделю отменяй… Я выступлю завтра… Не предупреждай никого, пусть для всех эта рокировка станет сюрпризом…
Почему– то он понимал, знай Амаль, что он приедет, она не придет… Постарается уйти от контакта с ним… Она ведь имела все возможности набрать ему, как только оказалась в городе, попытаться встретиться… Но нет… По какой– то причине нет… Ему еще только предстоит узнать, по какой… Значит, застанет красотку врасплох… Что ж, так даже интереснее… Для себя он все равно уже все решил…