Глава 21

Ненависть захлестывала нутро, сжигая душу. Пальцами по столу, смазывая со столешницы телефон, чтобы набрать номер ЧОП-а, который отвечал за безопасность бюро.

— Дмитрий Петрович, здравствуйте! Можете сделать копию записи с камер, расположенных в моем кабинете. Временной отрезок с семнадцати тридцати двух до семнадцати пятидесяти одной. Благодарю. Будьте добры переслать на мою электронную почту. Спасибо.

И следом тут же набран второй номер.

— Григорий Константинович, добрый вечер! Подготовьте документы о разводе. Да, решилась. Через две недели запускайте в дело. Не раньше. Спасибо.

Сбросила вызов и отложила телефон на стол, делая глубокий вдох, унимая все еще кипящую внутри злость.

Надо было успокоиться, поэтому вышла из кабинета, чтобы попросить Нину сделать кофе.

— Это по делу Павлова и Шаулова. Сделай копии, это прокуратура запросила, — раздалось через приоткрытую дверь кабинета Конева, и неприятная холодная дрожь прошлась по телу, и солнечное сплетение начало стягивать напряжением. Снова глубокий вдох, удерживая бушующее внутри море в допустимых рамках.

— Нин, принеси кофе, пожалуйста, — произнесла, словно между делом, заглядывая в кабинет к Степану, надевая на свое лицо беззаботную улыбку.

— Да, конечно, Зоя Александровна, — и она, прихватив папку, которую ей вручил Конев, выскочила за дверь.

— Что с делом Павлова? Я слышала, что там сложности какие-то, — произнесла, садясь на стул у его стола. Ничего я не слышала на самом деле, вообще была не в курсе, все прошло мимо меня. Я все это время была поглощена Араем и своими проблемами, упустив этот момент. От волнения дышать было тяжело, но контроль выкручен на максимум. Снова.

— Да нет никаких сложностей, там на самом деле все просто оказалось. Изначально иск был от Павлова Шаулову. Долю в гольф-клубе они поделить не могли, а потом в процессе всплыло, что Шаулов отмывал деньги через гольф-клуб, и Павлов предъявил бумаги это доказывающие. Очень вовремя предъявил. Поэтому мы инкриминировали незаконное свершение ряда сделок, отмыв денежных средств и прочие прелести, повлекших за собой серьезные финансовые потери для господина Павлова. Все это дело подхватила прокуратура и следственный, и параллельно возбужденно несколько уголовных дел на товарища Шаулова. Так что сложностей там никаких нет.

С каждым его словом сосуды сужались, мое тело деревенело от понимания ситуации, от масштаба и грядущих последствий. Кончики пальцев задрожали, и я сжала кулаки, пытаясь унять дрожь, бьющую тело.

— То есть быстро раскидаешься? Когда тебе там можно что-нибудь еще подкинуть? — на губах легкая улыбка, на лице маска безмятежности, а внутри бушующий ад, клокочущий своей темной бездной и замораживающий душу пониманием происходящего.

— Заключительное заседание по делу назначено, на следующий четверг. Поэтому, если что-то у тебя лишнего есть, можешь мне подбросить, я не откажусь.

— Договорились, — и я, улыбнувшись, поднялась со своего места. — Ты закроешь тут все с Ниной? Мне к Дмитриеву надо заскочить, вернуться уже не успею.

— Да, конечно, — ответил Конев, зарывшись в бумаги, и я вышла из его кабинета, по пути на автомате забирая из рук Нины чашку с кофе, и скрылась за дверью своего кабинета, отставляя чашку на декоративный столик и приваливаясь спиной к дверному полотну. Ощущая, как сердце, замирая, после заходится в яростном порыве, ноги ватные, руки похолодевшие, а в голове хаос и шум.

Твою ж мать Арай! Твою ж мать!

Почему именно сейчас всплыло это дерьмо? От ощущения очередной жизненной подножки захотелось выть и расхохотаться одновременно. Нервное — мыслено своей еще здравой частью разума, заключила я и, взяв со столика дрожащей рукой чашку, двинулась к столу. Ночью засыпая в объятьях Арая мою голову, посетила одна занимательная мысль, поэтому, оказавшись на рабочем месте все утро, я активно пробивала легальные проекты, которые были у Шаулова и их количество и качество меня поразило. Это уверило меня, что мысль, возникшая ночью, была верной — передать управление холдингом отца ему. Он потянет, и он единственный человек, кому я еще доверяю в этой гребаной жизни.

Глоток кофе с четким пониманием, если до конца этого пиздеца моя крыша не сменит локацию, это будет необыкновенная удача. Еще один глоток уже остывающего кофе, медленно скатился по пищеводу, пробуждая желания плеснуть в чашку коньяка грамм сто пятьдесят, а лучше больше. Я бы так и сделала, если бы мне за руль не надо было садиться. А еще подозревала, что конина в малых дозах тут уже не справиться.

Парой глотков допила кофе и потянулась к телефону, чтобы набрать сообщение Араю. Набирала трижды, никак не могла подобрать нужную формулировку вопроса, набирала, стирала, и все по новой. В итоге, выматерившись, отправила простое: «Где ты?», решив, что все остальное вытяну из него уже при личной встрече. Долго не отвечал, я уже успела убрать все документы со стола, выключить компьютер и выйти на парковку. Нервы било напряжением, сжав холодными пальцами ключи, двинулась к машине. Стоило сесть в салон, как на дисплее телефона высветилось сообщение от Шаулова: «Дома». Дома в семь вечера? Все настолько хреново? Или уже гостей по свою душу ждет? Закусила губу от новой волны подступающей паники и онемевшими пальцами завела машину, выезжая в сторону элитного жилого комплекса «Крылья», в котором располагалась квартира Арая.