Глава 20.

Станислав

Катя слишком долго не отвечает на мои смски. Сажусь в машину и сразу набираю её номер. Не знаю, почему, но чуйка говорит, что это не к добру.

Гудок за гудком, ответа так и нет.

– Ну, Шальнова…

Мчу к ней, нервно постукивая по рулю. Чёртовы светофоры нервируют так же, как монотонные гудки на всю машину. Поворачиваю к её дому, наконец. И тут сердце замирает, чтобы затем пойти в разгон. Пожарная машина у её дома…у её подъезда…

Торможу у ближайшего свободного кармана на дороге. Вылетаю, чуть не спотыкаясь, несусь по ступенькам вверх.

Нужный мне этаж встречает меня распахнутой настежь знакомой дверью. Делаю шаг внутрь. В нос бьёт запах гари, мне на встречу выходит хмурый пожарный.

– Вы здесь живёте?

– Да, – я отвечаю на автомате, а сам заглядываю за его спину, ищу Катю.

– Вам повезло, успели, когда пламя еще не охватило всю квартиру.

– Спасибо… Пламя?

Я обхожу его и иду на усиливающийся запах. На кухне меня встречает она. Нимфа в саже, прикрывающаяся кухонным полотенчиком, с гипсом на руке. А вокруг всё мокрое от пены.

– Ты цела?

Я смотрю в упор на принцессу. Глазищи огромные, не пойму, то ли она готова расплакаться, то ли рассмеяться.

– Цела, – а голосок-то провинившийся.

Только теперь я поворачиваю голову на причину незваных гостей. Стена над плитой вся в копоти, два навесных шкафа сгорели, столешницы чёрные.

– Я даже не знаю, о чём спросить сначала, Кать…

Её губа начинает дрожать. Я быстро делаю оставшиеся шаги и прижимаю её к себе. Уткнувшись в мою грудь, Катя тут же даёт волю слезам. Её плечи под моими руками содрогаются. Я похлопываю её по спине.

А что мне надо делать? Как успокаивать женские слёзы-то?

Я кладу руку ей на макушку и как-то неловко поглаживаю.

– Шшш…Всё хорошо…

– Я ужин готовила…– всхлипывает.

Я замечаю брошенную на пол сковородку, гору кастрюль, крышек и то, что отдалённо напоминает стейк, но лишь формой.

– Я заметил…

Меня прорывает на смех против моей воли. Стараюсь сдерживаться, но грудь уже сотрясает. Катя поднимает на меня свой олений взгляд и медленно улыбается, прямо сквозь слёзы.

– Принцесс, пойдём, наверное, переоденем тебя. А то я уже испытываю меньше благодарности твоим спасителям, от того, что они тебя в таком виде лицезрели.

Я увожу её в комнату, помогаю натянуть джинсы и кофту.

– Стас…

– М…

– Это съёмная квартира.

Я тяжело вздыхаю.

– Не боись, отремонтируем. Шкафы поставим новые. Главное, сама жива здорова. Ну если не считать гипс на руке.

– Это всё случайность. Графин упал. С водой.

– Ты же в курсе, что когда вода проливается, то это затопление, а не пожар?

– Он в раскалённое масло упал. А потом всё так быстро. Вспыхнуло…Раз два и вот уже обои горят…

– Хорошо, что пожарных вызвала.

– Это не я. Сосед из дома напротив увидел дым в окне.

– Понял. Ладно. – я открываю шкаф, нахожу на дне спортивную сумку и кидаю на кровать, – собирай вещи, поедем ко мне. А потом уже будем думать, что и как восстанавливать.

Катя

Меньше всего я ожидала, что поводом для переезда к Стасу станет моя рукожопость. Но пока это самое рациональное решение. Я для себя решила, что это временная мера и не стоит привыкать. Тест-драйв для наших столь молодых отношений.

Но ответственность за ущерб никто с меня не снимет, поэтому как бы мне не хотелось избежать неприятного разговора, пришлось звонить хозяйке квартиры и рассказывать о случившемся. И к моему удивлению, она даже не выгнала меня при условии, что я всё приведу в порядок.

Когда приходим в квартиру Стаса, на меня наваливается ужасная усталость. Я еле несу себя в ванную.

– Милый, прости, но ты сегодня без секса.

– Да я уже понял, что ни мяса, ни зрелищ, – Стас смеётся мне в спину.

К сожалению, но на следующий день мне приходится вернуться на место происшествия с тряпками, скрепками и шваброй. Марта приехала мне помочь, так что в три с половиной руки мы отмывали пол и все поверхности от следов гари. А вечером к нам присоединились Стас с Лёшей.

Мужчины вынесли сгоревшую мебель на мусорку, помогли нам снять испорченные обои.

Следующие дни превратились в будни семейной пары, что внезапно надумала делать ремонт на кухне. Только я молчала в тряпочку, даже если мне что-то не нравилось. Потому что то, что Стас после работы приезжает, что помочь веский повод не доставать мужика.

И теперь в доме Рубцова появилось правило, что я пользуюсь нагревательным приборами, только если он дома. Думаю, это правило оправдано. Обижаться мне тут не на что.

Сегодня вечером у нас выходной от моего ремонта. Стас заходит в квартиру явно уставший.

– Привет, медвежонок. Как ты?

Я выхожу к нему на встречу.

– Устал как собака.

– Проблемы на работе?

– Да всё никак не могу поймать этого упыря… Очередная ночная бабочка сорвалась – пошла в отказную.

– А по другим делам прогресс есть?

– Да. Одно мелкое закрыли. Да и бог с ним. Давай есть. С ног валюсь.

Так день за днём в каком-то своём непонятном ритме протекают наши дни. То мы как сумасшедшие доводим соседей моими стонами, так что нам стучат по батареям, то словно старички, приползаем домой падаем на кровать, засыпая в секунду.

К сожалению, хоть пожар затронул только кухню, но перемывать приходится всю квартиру, чтобы избавиться от запаха.

В один из таких вечеров, я пришла из своей квартиры незадолго до прихода Стаса. Он зашёл в кухню, как раз, когда я доставала из холодильника еду, чтобы разогреть.

– Привет, принцесса.

Он целует меня в макушку и обнимает со спины. Тепло его груди успокаивает меня.

– Привет, медведь.

– Как дела?

– Нормально. Обои высохли, потолок вроде тоже, Хозяйка одобрила новые шкафы. Спасибо тебе, не знаю, чтобы я делала без тебя!

– Замутила бы с пожарным, – посмеивается мне на ухо Рубцов, – я руки помою и помогу.

Стас отходит от меня в сторону ванной. Но резко останавливается.

– Ты чего? – я мельком оборачиваюсь к нему.

– Тебе тут уведомление пришло…

Его голос холоден как айсберг.

– И что в этом такого?

Он берёт со стола мой телефон, на экране блокировки горит единственное приложение.

Я чувствую, как желудок стягивает в узел.

– Стас… Это не то…