Глава 5

Женихи

Сафие была на меня обижена, но мне удалось смягчить ее гнев, преподнеся комплект нижнего белья, который я купила для нее (на деньги Джамиля, разумеется). А уж пакет с наггетсами и картошкой фри и вовсе привел ее в благодушное настроение. Она жадно расспрашивала меня обо всем, что я видела в Москве, похвалила платье, немедленно загуглив его стоимость и почтительно присвистнув. Мы с ней зарегистрировались в Вайлдберриз, привязали мою карту и накидали в корзину кофточек, носочков, колготок и прочих очень нужных мелочей. Заодно поглядели скидки в книжных магазинах: было прочитано уже все, что нашлось у Татьяны.

К Джамилю пришел гость, кто-то из соседей. Они тихо разговаривали во дворе, сосед курил, и нам пришлось закрыть окно. Увы, подслушать их разговор поэтому не удалось.

На следующее утро Татьяна приготовила замечательную яичницу, от которой мы с Сафие гордо отказались. Джамиль ел ее один с отменным аппетитом, а я глотала слюнки и думала, что он все же был прав: овсянка — редкостная гадость.

— Ариадна, Сафие, сегодня у нас будет гость, — сказал Джамиль. — Один из моих партнеров, Михаил. Он останется на ужин.

— Нам не высовываться? — немедленно обиделась тетушка.

— Мне надеть вечернее платье? — одновременно с ней поинтересовалась я.

Он посмотрел на нас двоих с укоризною и преувеличенно тяжко вздохнул.

— Высовываться. Ужинать будем в гостиной. Оденьтесь прилично, никаких пижам, пожалуйста. Вечернее платье не нужно, просто обычная одежда. Джинсы, рубашка, этого достаточно.

— Это все ради тебя, — заявила тетка, глядя на меня с хитрой улыбкой.

— Я не понял вывода, — озадаченно сказал Джамиль.

— Ариадна уже взрослая совсем, — торжествующе сообщила Сафие. — Ей пора замуж!

— Чего? — поперхнулась я кофе. — С ума сошла? Сама иди замуж, если тебе так нужно!

Джамиль теперь посмотрел на меня:

— Она права, Ариадна. Тебе пора замуж. Почему ты еще не жена и не мать парочки ребятишек? Наши девушки взрослеют рано. Сколько тебе уже лет?

— Такие вопросы задавать неприлично, — буркнула я, большим глотком допивая кофе. — А не замужем я, потому что тетушка не нашла мне подходящего жениха, вот. Сами же знаете обычаи: сначала родители знакомят, потом, если парень нравится, можно ходить друг к другу в гости, потом уже разговаривать о свадьбе. Родителей у меня нет, официально мой опекун тетя Сафие. Вот ее и спрашивайте, как она могла допустить подобное безобразие.

Лучшая защита — это нападение, верно? Вот я и напала на обоих сразу. И тетке напомнила о ее положении, и Джамилю дала отпор. Обычаи он вспомнил, ну надо же! Что же сам не женат? В его-то возрасте и с его деньгами у нас некоторые мужчины уже вторую жену в дом приводят. Неофициально, разумеется, но и такое бывает. Впрочем, мне кажется, что Джамиль не из таких. Он бы не стал так делать.

— Сафие — всего лишь женщина, — по-шовинистки заявил вдруг «идеальный» мужчина. — Ну откуда ей взять нужные знакомства? Я сам займусь твоим статусом, Аринэ. Не волнуйся, будет тебе самый лучший муж, я постараюсь.

Ну знаете! Я вскочила, гневно сверкнув глазами.

— Спасибо за завтрак! Татьяна, все было очень вкусно.

И сбежала, пока желание наговорить гадостей хозяину дома не победило воспитание.

— Чего это она? — услышала я уже в дверях.

— Девочка смущена, — пояснила тетка. — Разве можно вот так в лоб, Джамиль? Ариадна — невинная, воспитанная в строгости. От таких вопросов она, конечно, убежит как от огня.

— Да? Мне она не показалась скромницей. Но тебе, конечно, виднее.

Я нарочито громко хлопнула дверью. Давайте, еще мою девственность обсудите! И приданое не забудьте посчитать, которого у меня нет совсем!

Тетка совсем рехнулась в этой стране! Какое мне замужество? По мерком моего народа я уже перестарок, почти неликвид! К тому же я росла с Сафие, неудивительно, что особого почтения к человеку, который отличается от меня лишь наличием половых признаков, у меня в базовой комплектации нет. Как по мне, мужчина — это нечто большее. Характер, например, и положение в обществе. Привычки. Поведение. Способность на поступки. Словом, опускать глазки в пол и подчиняться тому, у кого что-то там звенит в трусах, я не буду ровно до тех пор, пока не пойму, что он этого достоин.

К тому же хозяйка я неважная. Традиционные блюда готовить не умею, прибираться не люблю, старших не почитаю, национальные танцы не знаю. Патриархальный брак «как положено» мне не светит, и я этому рада. Раньше переживала, а потом поняла, что все к лучшему.

Надо будет напомнить Сафие о своем мерзком характере. Уж очень мне не нравится, что она вообще подняла эту тему, да еще Джамиля подтянула.

Хотя… детей я любила. И хотела. А без брака какие могут быть дети? Нет, у моих сыновей и дочерей должен быть отец, причем отец хороший. Заботливый. Такой, чтобы любил, помогал, подарки дарил, к врачу меня отвезти смог. И чтобы сам способен был младенцу сменить подгузник. Ну, или хотя бы на руки не боялся взять. Разве я многого хочу? Тетка сказала бы, конечно, что я зажралась. Что мужчина должен семью обеспечить, а остальное — дело женщины. Но каким-то особым авторитетом для меня Сафие не была, ведь семьи и детей у нее не было. Как она может давать советы о том, в чем не имеет опыта?

* * *

Упомянутый за завтраком Михаил оказался моложе, чем я думала. Ему на вид не было и тридцати. Симпатичный, улыбчивый, с ямочками на щеках и светлым ежиком волос, он вел себя за ужином вполне достойно. Не смущался, не молчал, но и болтуном не показался. Словом, его вполне можно было рассматривать, как подходящего жениха, первое знакомство мне даже понравилось.

Я смущалась и краснела, но под конец ужина осмелилась даже пару раз пошутить. Сафие взирала на меня снисходительно, по невозмутимому лицу Джамиля что-то понять было невозможно. И вот что странно: Михаил был красив — без сомнения. Молод. Умен. Не женат — он сам признался. Из хорошей семьи, умел работать (раз уж Джамиль ведет с ним дела). Русский — это огромное преимущество. Все же большинство русских не требуют, чтобы жена безвылазно сидела дома и не смела даже глаз поднять на посторонних мужчин.

Но по сравнению с Джамилем он проигрывал по всем фронтам.

Слишком молодой.

Слишком легкомысленный.

Нос картошкой. Мне больше по душе гордый орлиный профиль.

Слишком крупный — большие плечи, объемные мускулы на руках, аж рукава рубашки натягиваются.

Слишком светлый, брюнеты красивее.

Ну и вообще он не Джамиль.

И вот тут-то я все про себя и поняла. Если уж они так хотят, чтобы я вышла замуж, то почему не за Джамиля? Он мне подходит. Он мне нравится. В нем есть все, что я хочу видеть в будущем муже: и характер, и внешность, и воспитание. И деньги, ну куда же без этого.

И меня разом отпустило. Смущение ушло. Я теперь не рассматривала Михаила как потенциального жениха, а значит, он для меня мужчиной не был. Просто человек, просто гость. Я шутила, смеялась, обсуждала с ним современную литературу. Кстати, Миша дал мне совет покупать электронные книги на сайтах самиздата, а не бумагу. Если я много читаю, так выйдет дешевле. Еще он обещал как-нибудь на международную книжную ярмарку в Москве, а я согласилась, прекрасно зная, что никуда с ним не пойду. Сафие была мной довольна, Джамиль же, за которым я исподтишка наблюдала, по-прежнему не проявлял никаких эмоций. Ему это удавалось особенно хорошо. Правая, искалеченная половина лица у него была не очень подвижна, я это уже заметила. И если он хотел, то мог быть невозмутим, словно деревянная африканская маска.

Проводив Михаила, я вернулась в свою комнату, разумеется, обнаружив там нетерпеливую Сафие, жаждущую крови и сплетен. Что ж, их есть у меня.

— Я решила, что ты права. Я все же хочу замуж, — сообщила я тете без всякой подготовки. К моему сожалению, она перенесла эту новость стойко, без рыданий и обмороков.

— Я так и знала, — сказала бездушная Сафие. — Ты всегда была больше похожа на Анну, а не на меня.

— Это в каком смысле? — с подозрением спросила я.

— Ты — ласковая домашняя девочка, не склонная к безрассудным поступкам. Сначала думаешь, потом делаешь, — пояснила тётушка.

— Как-то это уныло звучит, — проворчала я. — Словно я скучная старая дева. Постойте, но я и есть скучная старая дева, точно же!

Тётя рассмеялась.

— Ну ты придумала, старая дева! Это в двадцать два года! Старая дева из нас я, не переходи мне дорогу. Так, возвращаемся к истокам. Ты хочешь замуж. Михаила рассматриваем, верно? Но этого мало, мы же не будем хвататься за первого же кандидата! Уверена, у Джамильчика есть еще знакомые нужного возраста и статуса.

— Немного не так, — вздохнула я. — Я хочу замуж за Джамиля.

Тетка замерла с вытаращенными глазами и открытым ртом. Я захихикала.

— Ты рехнулась, — наконец выдала она. — Он же старый.

— В каком месте? Он даже младше тебя. А ты у нас разве старая? — я вскинула брови и торжествующе на неё посмотрела.

Сафие может сколько угодно притворяться и ныть, но старушкой ее назвать сложно. Она женщина в расцвете своей красоты. Ей даже сорока ещё нет.

— Логично. И все же у вас тринадцать лет разницы. Тебе не кажется, что это многовато?

— Папа был старше мамы на пятнадцать. И ничего, они же любили друг друга, да? И были счастливы? А ведь маму отдали за него почти насильно!

Про отношения между родителями мне Сафие постоянно рассказывала, да я и сама помнила. Не такая уж я и маленькая была, когда осиротела. Родители были красивой парой. Всегда вместе, рядом. Ни разу я не видела не то, что ссор, а даже недобрых взглядов.

— Да, ты права, — погрустнела Сафие. — Они были счастливы. Но солнце мое, ты не сравнивай, времена были другие! К тому же Джамиль вовсе не такой красивый, как был твой отец.

— Ну и ладно, — пожала плечами я. — Разве мужчина должен быть красивым?

— А каким он должен быть?

— Умным, — сказала я мечтательно. — Заботливым. Добрым. Терпеливым.

— Так тебе отец нужен, деточка. Муж — это, знаешь ли, не только забота, но ещё и определённые супружеские обязанности!

Настала моя очередь смущаться.

— Так я и не против, — прошептала, потупившись. Вспомнила, как разглядывала его в темноте на балконе. — Уверена, Джамиль опытный. Он меня в постели не обидит.

— Так, — сказала тетка. — Так. Как интересно получается. Я ждала от тебя других достоинств Джамиля.

— Это каких? — В конце концов, Сафие знала Сумбулова гораздо лучше, чем я. Они, можно сказать, даже дружили. Что она хорошего может про него сказать?

Тетке удалось меня удивить.

— Ты могла бы вспомнить, что он богатый. У него дом, две машины, свой бизнес. Домработница, водитель. Тебе не придётся стоять у плиты или мыть полы. И няньку наймёт, когда нужно будет.

Я немножко покраснела. Этот момент я тоже учла, но характер Джамиля был важнее. Если б он был грубым и злым, если б хоть раз меня обидел, никакие деньги и машины мне были бы неинтересны.

— Понимаешь, — попыталась я объяснить. — Все, что ты сказала, конечно, хорошо. Но если бы Джамиль торговал на рынке, жил в обычной квартире и ездил бы на Гранте, я бы тоже его рассматривала. Он человек хороший, ну правда.

Сафие расхохоталась.

— А Гранта должна быть новая? — уточнила она. — И квартира в центре, чтобы рядом метро, не меньше двух комнат и с ремонтом?

Я оскорбленно промолчала в ответ на этот упрёк в меркантильности. Ну да. Я это и имела в виду. Давайте честно, я привыкла к определённому образу жизни и спускаться на несколько ступеней вниз как-то не жажду. Даже ради какой-то там гипотетической любви. Уж лучше я сама работать пойду и вовсе замуж не выйду, чем связывать свою жизнь с лентяем или неудачником.

— Дорогая моя Ариадна! — наконец провозгласила Сафие. — Не волнуйся, я на твоей стороне. И немножко на стороне Джамиля, он мне почти как брат. Не хотелось бы видеть его несчастным. Никогда даже представить не могла, что ты и Джамиль… да. Но может, и получится. Если уж тебя не смущает его внешность, то других препятствий я не вижу.

— Зато я вижу, — вздохнула я. — Он относится ко мне, как к ребёнку. А я ведь не ребёнок!

— Ну да, ты далеко не ребёнок, — покладисто согласилась тётушка, улыбаясь так ласково, что я поняла — издевается. — А ведёшь себя иногда, как малышка.

— Это ещё когда?

— Утром на днях, к примеру. С этой кашей. Мне Татьяна рассказала.

Я надулась и фыркнула. Ну да. Виновата. Впредь буду покладистой и смирной. Мужчины ведь любят послушных женщин?