Глава 60

Площадь гудела, как растревоженный улей. Народ толпился у деревянных трибун, кто-то махал флагами, кто-то свистел, а репортеры с громоздкими фотографическими аппаратами на треногах сновали меж зрителей, выискивая удачные кадры. От всего этого специфического шума городской толпы у меня начинала кружиться голова.

Я стояла рядом с Александром на деревянном помосте, чувствуя себя не в своей тарелке. Мужской костюм, который ещё утром казался мне спасением, сейчас лип к телу, а кепка, которую я натянула на глаза, не спасала от любопытных взглядов.

— Господин Устинов! Господин Устинов! — кричал неизвестный репортер с блокнотом, проталкиваясь сквозь толпу. — Один вопрос! Как вам удалось обойти таких маститых гонщиков?

Александр вежливо улыбнулся, но я видела, как он сжал зубы. Ему эта шумиха нравилась не больше, чем мне.

— Упорный труд и хорошая машина, — коротко ответил он. — И, разумеется, мой механик.

Репортер перевел взгляд на меня, и я постаралась сделать вид, что мне очень интересно разглядывать собственные ботинки.

— А что скажет механик? — оживился он. — Каково это — вести машину в таких условиях?

— Мокро, — буркнула я, не поднимая головы.

Репортер опешил, а Александр едва слышно хмыкнул. Толпа вокруг одобрительно загудела — видимо, мой ответ сочли проявлением мужской сдержанности, а не того факта, что я отчаянно пыталась скрыть лицо.

И тут я почувствовала, как чья-то рука легла мне на плечо.

— Ну что, Михаил, — раздался знакомый голос. — Не ожидал, что ты нас так сделаешь.

Я обернулась и увидела Суворова. Он улыбался, но в глазах его плясали чертики. Он протянул мне руку, и я, несколько опешив, пожала её.

— Честная победа, — сказал он. — Никаких грязных приемов, просто хорошая работа. Слушай, а не хочешь ко мне перейти? У меня как раз готовится команда на международные гонки. Такие механики, как ты, на вес золота.

— Эй! — возмутился Александр. — Это мой механик!

— Ну, так я и не краду, — усмехнулся Суворов. — Просто предлагаю. Подумай, Михаил. У меня платят лучше.

Я открыла рот, чтобы ответить, но тут толпа расступилась, и к нам неторопливо, поигрывая тростью, приблизился Игнат Берестов.

Я внутренне сжалась, ожидая подвоха. Этот человек никогда не делал ничего просто так.

— Ну что ж, — проговорил он, останавливаясь перед нами. — Признаю, вы меня удивили.

Александр напрягся, но вежливо кивнул.

— Игнат Ильич.

— Не напрягайся, барон, — Берестов криво ухмыльнулся. — Я не за тем пришёл, чтобы портить тебе праздник.

Он протянул руку Александру, и тот, помедлив, пожал её.

— Достойная победа, — сказал Берестов. — Хотя, признаться, я не думал, что такое преимущество, как ваш механик, даст вам фору.

Он перевел взгляд на меня, и от этого взгляда мне стало не по себе. Он смотрел на меня так, будто видел насквозь, и от этого внутри всё холодело.

— А ты, — продолжил он, обращаясь уже ко мне, — действительно знаешь толк во всём этом. Несмотря на то, что девчонка.

У меня перехватило дыхание. Мне показалось, что вокруг всё разом затихло, и я услышала, как громко бьётся моё сердце.

— Так вы всё знали? — вырвалось у меня.

Берестов усмехнулся, и в этой усмешке было что-то странное… добродушное. Он наклонился ко мне и тихо проговорил:

— А я что, по-твоему, совсем слепой? Смотрел на твои ручки, слушал твой голосок и удивлялся, как это никто вокруг ничего не замечает.

Он выпрямился, и глаза его блеснули озорством.

— Хотя, признаюсь, — добавил он, — я не сразу признал в тебе дочь князя Воронцова. Так что твоя маскировка была удачной. Но вот талант механика — тут ты меня по-настоящему удивила.

Я стояла, не в силах произнести ни слова. Этот человек, который весь пробег казался мне угрозой, соперником, почти врагом, — он знал?! Знал всё и при этом молчал?

— И что же вы теперь будете делать с этим знанием? — спросил Александр, и голос его звучал напряженно.

Берестов пожал плечами.

— А что я должен делать? — он повернулся ко мне, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. — Девчонка, которая в мужском обличье обошла всех нас на разбитой дороге, — да за такую историю любая газета заплатит кучу денег. Но я, пожалуй, промолчу.

Он протянул мне руку, и я, всё ещё находясь в лёгком шоке, пожала её.

— Так что, барон, — сказал Берестов, обращаясь к Александру, — берегите такую ценную персону. Не давайте в обиду.

Он отпустил мою руку, развернулся и, не оглядываясь, пошёл сквозь толпу. Люди перед ним расступались, провожая его удивлёнными взглядами.

— Это что сейчас было? — прошептала я.

— Похоже, — так же шёпотом ответил Александр, — мы нашли себе союзника, которого никто не ожидал.

Я смотрела вслед удаляющемуся Берестову и чувствовала, как внутри меня отпускает то напряжение, что копилось весь этот долгий пробег. Оказывается, мир не такой уж и опасный. Иногда даже самые странные люди оказываются не теми, кем кажутся.

Впрочем, как и я сама.