ГЛАВА 15. Головокружение

Королёв вышел на связь к середине октября. Вернее – приехал без предупреждения и направился прямиком к Диме. Преодолев сопротивление секретарей, штурмом взял приёмную и ввалился в кабинет, когда Баратов был уверен, что рабочий день уже подходит к концу. – Тебя трудно застать, – сообщил он, падая на диван. Не обращая на гостя внимания, Дима просмотрел последние три документа и на двух из них поставил свои подписи. – Не очень, – сообщил он. – С «Эрханом» ничего нового, а на внутренних направлениях всё пока стабильно. – Да, – Королёв с наслаждением кивнул, – «Эрхан»… слушай, Дима, почему мы, два боевых офицера, должны плясать под дудку этих зазнавшихся штатских? Дима поднял глаза от документов и прищурился. – Второй раз я на это не куплюсь, Миш. – Нет, правда, разве тебе не обидно? Столько сил положить, чтобы отстоять свою страну – и в итоге что? Ходить на цыпочках перед теми, кто все эти годы отсиживался в эмиграции и помнить не помнил о наших проблемах? Дима аккуратно сложил документы в папку, встал и прошёл в другую часть кабинета. Убрал руки в карманы и опустился на краешек стола. – Михаил, ты ведь не за этим приехал? Королёв тоже встал, подошёл к книжному шкафу, где, как он знал, всегда стояла бутылка бренди и, наполнив два стакана, поставил один на кофейный столик. Свой он поднёс к губам и слегка принюхался. Дима своего стакана не коснулся, продолжая наблюдать за Михаилом сверху вниз. – Есть одно дело, – сказал Королёв, пригубив напиток и едва заметно поморщившись. – Говори, – Баратов продолжал стоять неподвижно. Королёв медлил. Это раздражало, потому что вёл он себя неприятно и абсолютно никакой симпатии сейчас не вызывал. Может, дело было в том, что он явился не вовремя – оставалось десять минут до встречи с Еленой. В кои-то веки у них было достаточно времени, чтобы не просто потрахаться, но ещё и пройтись, а может, и съездить куда-то. И вот чёртов старый друг, который вполне мог бы явиться со своими реваншистскими идеями днём раньше или днём позже, сидел между Димой и существом, к которому он тянулся сейчас всеми фибрами души. – Есть заказ… Не от «Эрхана», – сообщил Михаил. Баратов поднял брови. – Сам заказ может тебе не понравиться, но, если согласишься – партнёры обеспечат тебе стабильные контракты на западе на десять лет вперёд. Баратов поудобнее устроился на краешке стола. – И что же может мне не понравиться? Королёв сделал глоток и покатал бренди на языке. – Это «Красный архонт». Он видел, как прищурились глаза Баратова и крепко сжались зубы. – Опять. Королёв не ответил. Лишь пожал плечами. Баратов отвернулся к окну. – Это опять политическая интрига, да, Михаил… И вряд ли правительство её одобряет. Он не оглянулся, но шеей чувствовал, как ещё раз пожимает плечами Королёв. – И что они хотят? – спросил Баратов спустя полминуты. – Бомбардировщики класса М-7. Баратов присвистнул. Достал из кармана пачку сигарет – он курил очень редко и носил их с собой скорее по привычке. Заложил одну в рот. Покопался в карманах в поисках зажигалки и снова спрятал руки, а сигарету лишь легко прикусил, выдавливая горький табачный сок. – Миш, ты понимаешь, о чём говоришь? – спросил он оборачиваясь. Михаил медленно кивнул. – И ты ещё заявляешься ко мне с разговорами о старых добрых временах. – Послушай… знаю, как это звучит, – Королёв наклонился и поставил стакан на стол. – но всё не так плохо. Им не нужны технологии. То есть нужны, конечно, но они понимают, что это отдельные деньги. На моторном отсеке ты можешь установить печать, при активации которой произойдёт самоуничтожение. Мы так уже… – … вы так уже делали… – Баратов снова в упор посмотрел на Королёва. – Это не предательство, – добавил Королёв. Слова звучали не слишком убедительно, но куда лучше убеждал тот факт, что поставщика эрханцы найдут и без него. Кроме того, технология в самом деле была отработана. Тогда, пятнадцать лет назад, они сами точно так же покупали оружие на западе. – Мне надо подумать, – сказал Дима резко и бросил быстрый взгляд на часы. – Как скажешь, – Королёв тут же встал и собрался было уходить, но развернулся на полпути. – Слушай Дима… Ведь наш разговор не… Баратов покачал головой. – Я тебе позвоню. Королёв удовлетворённо кивнул и скрылся в дверях. Баратов потёр лоб. Предложение было слишком вкусным, чтобы от него отказаться. Оно решило бы наконец ту проблему, которая определяла ритм его жизни все последние годы. Но он весьма слабо представлял, чем занимается «Красный архонт», и не был уверен, что удастся докопаться до истины через открытые источники. – Шувалов, – Баратов надавил на клавишу вызова и, услышав голос секретаря, продолжил, – найди мне хорошего специалиста по информации. Нужно кое-что узнать. Сбросив вызов, он помотал головой и пошёл к выходу. Елена всё ещё сидела на своём рабочем месте. По молчаливому обоюдному соглашению в офисе они не называли друг друга по имени и не афишировали отношений, хотя Баратов и понимал прекрасно, что каждая собака знает, кто такая госпожа Краевская. Он и сам не раз ловил обрывки завистливых сплетен на тему о том, как оплачивается ночное посещение пентхауса. После того, как двое таких любопытных вылетели с работы без объяснений, разговоры вроде бы прекратились – или по крайней мере стали осторожней. Когда Баратов приблизился к столу Елены та, тем не менее, подняла взгляд. Баратов кивнул в сторону лифта, давая понять, что с работой пора заканчивать и, снова отвернувшись, прошёл мимо. *** Елена стиснула зубы. Дима отчётливо давал понять, что она должна прибегать по каждому его свистку. С учётом того, что охрана после несчастного случая на вокзале растеряла любое подобие такта, всё это выглядело как тотальный контроль. Даже в особняке отца, где жизнь всегда была размеренной и двигалась чётко по расписанию, она не ощущала себя настолько связанной по рукам и ногам. Временами Елене казалось, что даже телефонные звонки её прослушиваются – впрочем, она тут же спешила осадить свою паранойю. Она каждый раз хотела высказать Баратову всё, что думает об этом – и каждый раз, оставшись с ним наедине, вешалась Диме на шею как полная дура. Всё остальное становилось неважным, и Елене до безумия не хотелось портить те недолгие кусочки счастья, которые у них были. Спустившись вниз, Елена подошла к лимузину Баратова – шофёр тут же открыл перед ней дверь – и зашла внутрь. Дима сидел на своём привычном месте и смотрел в окно. На появление Елены он никак не отреагировал, и та собралась уже было сесть напротив, как делала это всегда, когда Баратов потянул её за руку. – Иди ко мне, – сказал он тихо, оборачиваясь к Краевской. – Я очень опоздал? Елена бросила короткий взгляд на часы. Времени было двадцать минут седьмого, но они никогда и не договаривались о времени. По крайней мере, сама она об этом не знала. – Всё в порядке, – сказала она осторожно и послушно уселась рядом. – Не так, – Дима покачал головой и опять потянул её к себе. Только теперь Елена поняла, что должна уместиться ему на колени, чуть покраснела и покосилась в сторону шофёра. Баратов тут же взял пульт и опустил перегородку. Елена вздохнула с облегчением и сделала так, как хотел Дима. Баратов отщёлкнул застёжки её пальто, а затем и блейзера, прошёлся руками по бокам и остановил их на спине. Елена ждала, что руки двинутся дальше. Она почти хотела этого, несмотря на то, что по представлениям молодой аристократки секс на заднем сидении автомобиля был чем-то неимоверно пошлым и дешевым. Именно сейчас ей было всё равно. Низ живота уже наливался огнём, который медленно расползался и по животу, и по груди, но руки Баратова замерли, и голова опустилась Елене на грудь. Елена, собиравшаяся было потереться о него бёдрами, остановила движение, ощутив внезапно его полную неуместность. – Дима?.. – она осторожно зарылась пальцами в волосы Баратова. Сначала одной рукой, потом второй. Чуть помассировала затылок, а потом уткнулась в него носом. Волосы Баратова пахли хвоей и миндалём и были мягкими на ощупь – этого тоже не было на фотографиях. Елена потёрлась о него щекой и чуть отодвинулась. – Прости… – Баратов поднял голову и улыбнулся абсолютно фальшиво. Елена некоторое время просто смотрела на него, размышляя, имеет ли право задавать такой вопрос, а потом всё-таки спросила: – Всё хорошо? Дима кивнул. – Вполне, – он улыбнулся чуть живее. – У меня не было времени придумать, куда поехать. Так что решай ты. Елена улыбнулась одним краешком губ. Дима не слишком часто давал ей выбор. Обычно его вопросы ограничивались профессиональными либо касающимися самочувствия и прошлого Елены, но никак не того, чего Елена хотела в данный момент. – Не знаю, – она усмехнулась, – кто платит, тот и заказывает музыку, разве не так? Руки Баратова внезапно с силой сжали её бока, а взгляд полыхнул огнём. – Не смей так говорить, – процедил он. Елена ощутила болезненный укол и хотела огрызнуться, но вместо этого умолкла и обмякла. – Мне всё равно, Дима, – сказала она, устало закрывая глаза, – мне правда абсолютно всё равно. – Тебе всё равно быть со мной или нет? – Идиот! – Елена резко открыла глаза и попыталась встать, и только затем осознала, что именно только что ляпнула. Такого она не позволяла себе ни разу. Дима мог орать на неё, но не наоборот. – Прости… те… – добавила она кое-как куда тише. – Прости или прости-те? – Баратов снова смотрел на неё со злостью. Елена попыталась прикрыть глаза, но пальцы Баратова встряхнули её. – Смотри на меня, Краевская! Елена заставила себя встретить полный ярости взгляд. В ней самой уже начинала закипать злость. – А как ты хочешь, а, Дима? Ты сам сказал, что «купил» меня. Так что же тебе нужно теперь? Чтобы я принадлежала тебе, или чтобы я хотела быть с тобой? – Всё, – выдохнул Дима, сжимая её ещё сильней и пытаясь поймать такие далёкие сейчас губы. Елена не сопротивлялась. Она не могла противиться этой сладостной муке, когда Баратов будто бы пожирал её, впитывая всю в себя. Этого всё равно было мало. Они соприкасались лишь двумя сантиметрами тела, и холод вокруг становился ещё сильнее от ощущения горячего рта, терзающего её язык. Но это всё равно было намного больше, чем в темноте осенних ночей, когда Димы не было рядом, и Елена отчётливо ощущала каждой клеточкой тела приближение зимы. – Елена… – горячее дыхание Баратова вошло внутрь неё, и Елена выдохнула навстречу Баратову ответную струйку воздуха. От этого чувства, что даже лёгкие их наполнены одним газом, внутри зарождалось что-то новое, будто расцветал, выбравшись из озёрных глубин, волшебный цветок. – У тебя и есть… всё…. Елена обмякла, уткнувшись носом ему в шею. Она только теперь поняла, что всё время их поцелуя судорожно сжимала плечи Баратова. – Как много ты могла бы мне простить? Елена вскинулась, пытаясь поймать взгляд Баратова и не понимая суть вопроса. – Скажи, как много ты смогла бы мне простить, Елена? «Не знаю» – хотела она сказать, но губы произнесли за неё: – Всё… Это было безумием. Они так и кружили по городу остаток ночи. Несколько раз останавливались, и Баратов показывал Елене места, где любил бывать. И именно в эту ночь Дима с небывалой ясностью понял – ему мало. Мало лимузина, редких прогулок и полуофициальных встреч в пентхаусе, где сам он ночевал, чтобы не ехать домой, а Елена оставалась по его просьбе. У Димы не было дома, и он давно уже не был ему нужен. Создавать его с Дезире оказалось трудным и неблагодарным занятием, и Дима не стремился пытаться по новой, а держать квартиру в городе только для себя не имело смысла. Теперь же он абсолютно точно знал, что хочет иметь дом. Хочет приходить туда, где его ждут, и хочет, чтобы его ждала Елена. И это не может быть ни съемная квартира, ни гостиница, ни пентхаус, ставший второй частью его рабочего кабинета. – Где ты хотела бы жить? – спросил Баратов, в очередной раз отрываясь от губ Елены. Та пожала плечами. Это был уже второй странный вопрос за вечер, но его всё же можно было списать на обычные попытки Баратова просто узнать её получше. Баратов ждал, и отмолчаться не получалось. – Я всегда хотела жить у реки, – сказала Елена наконец. – У одного моего друга была квартира на берегу Темзы. По утрам он смотрел, как проплывают под окнами маленькие рыбацкие кораблики, уходящие за город. Баратов усмехнулся. – Не уверен, что здесь есть маленькие рыбацкие кораблики. Но от реки до офиса не так уж далеко. Елена непонимающе посмотрела на него. – Меня устраивает квартира, которую подобрал мне Шувалов. Я сама не смогла бы оплачивать даже её. Елена закусила губу, чувствуя, что снова выходит на скользкую тему оплаты труда. Баратов платил несоразмерно много, причём в первую же их встречу он сказал, что другие секретари получают меньше. И всё равно почти все деньги уходили в клинику к сестре, так что, если бы не субсидии в виде тех самых расходов на производственные нужды и оплаты жилья, Елена вряд ли смогла бы поддерживать хоть сколько-то соответствующий уровень жизни. Один только обед в ресторане напротив офиса стоил трети остававшейся у неё от зарплаты суммы. Были ещё какие-то столовые для сотрудников, но появляться там Елена не могла – все взгляды тут же обращались на неё – и неудивительно, девушек с бриллиантовыми серёжками там видели не часто. Баратов каким-то образом узнал о проблеме уже на третий день её мытарств, когда Елена попыталась протащить в офис бутерброды, и наутро так же молча, как и всегда, опустил ей на стол полугодовую гостевую карту в десять не самых элитных, но весьма респектабельных ресторанов города. – Зачем этот разговор? – спросила Елена, у которой мысли о деньгах отбили изрядную долю романтического настроя. Баратов тоже немного нахмурился, заметив, как начинает леденеть тело Елены в его руках. Однако отступать и откладывать он не собирался. – Подбери себе квартиру у реки. Только не очень далеко. И если можно – с отдельным кабинетом. – Фирма оплатит ещё и расходы на твою интрижку? – Елена! – Дима не выдержал и сжал руку в кулак. Елена, кажется, движения не заметила и смотрела так же зло. – Подбери квартиру, – повторил он насколько мог спокойно, но всё же немного грубее, чем хотел. – Если не сделаешь этого сама – Шувалову придётся сделать это за тебя. А ты вряд ли захочешь, чтобы он совал нос в нашу интрижку.