ГЛАВА 19. Завтрак

Уже утром Дима взял в руки телефон, равнодушно пробежал глазами по четырнадцати пропущенным вызовам от Дезире. Сбросил все четырнадцать и сделал короткий звонок. Танака не спал. – Понял, – ответил он коротко и повесил трубку. Дима вернулся в кровать и лёг рядом с Еленой поверх одеяла. Сейчас, во сне, девушка казалась совсем юной. Баратов наклонился и легонько подул на её ресницы. На губах Елены заиграла улыбка. – Ты не спишь, – Дима усмехнулся, перехватил её за пояс и притянул к себе вместе с одеялом. – Сплю… – пробормотала Елена, – и ты мне снишься. – Нет, Елена, я здесь. И я всё так же тебя люблю. Дима наклонился и поцеловал её в висок. Елена потянулась, удобнее устраиваясь в его объятьях, и запрокинула голову, чтобы заглянуть Баратову в глаза. Дима не знал, в самом деле это так – или он просто слишком хочет обмануться, но в глазах Краевской ему почудилось тепло. – Где мы? – пробормотала Елена, крепче вжимаясь в него спиной. – У тебя дома. Елена окинула комнату недоверчивым взглядом. – Дима, тебе же не понравился этот дом… И аренду я оплачивать не смогу. – Она не съёмная, – Баратов ещё раз поцеловал её в висок. – И я подумал, что с тобой мне будет хорошо даже здесь. Елена снова непонимающе покачала головой и, извернувшись, попыталась поймать его взгляд. – Я не понимаю, – озвучила она. – Ты всё понимаешь. Просто не хочешь верить, что я тебя люблю. Елена опустила взгляд. – Ты поверишь, – добавил Баратов и, приподняв её лицо, легко коснулся губ. Они полежали так ещё с полчаса, а потом Баратов посмотрел на часы и обнаружил, что время уже идёт к двенадцати. – Я пропустил две встречи, – сказал он равнодушно и стал вставать. Елена последовала за ним, и Баратов с упоением проследил взглядом за её гибкой фигурой, покидающей укрытие постели. – Я в душ, – сказал Баратов первым, – ты со мной? Елена чуть покраснела, закусила губу и кивнула. Она была живой. Такой живой, какой Дима видел её только через камеру, в одиночестве. Баратов поймал её за руку и потянул в ванную. Они забрались в душевую и больше гладили друг друга, чем на самом деле смывали пот. Елена легко поддавалась на ласки и так же легко отвечала. В конце концов Баратов понял, что такими темпами он никогда не выберется наружу и выгнал её готовить завтрак. Как оказалось, готовить Елена не умела, и Баратов несколько неприятных минут давился пережаренной яичницей. Кофе в квартире не оказалось, как и многих других необходимых вещей. – Не ходи сегодня на работу, – сказал Баратов, уже отставляя тарелку в сторону. Елена посмотрела на него удивлённо и не слишком радостно. – Это приказ. Хочу, чтобы ты устроилась здесь и купила себе всё необходимое. Я приду вечером. Лицо Елены начало менять выражение, и Дима поспешил заткнуть её поцелуем, пока та не ляпнула очередную гадость. – Ты мне нужна, Елена. Я всё ещё хочу дать тебе новую должность и надеюсь, что вчерашнее не повторится. Но сейчас я просто хочу, чтобы ты отдохнула. Хорошо? Елена неуверенно кивнула. Последний раз поцеловав её в висок, Баратов быстро оделся и минут через пятнадцать вышел на улицу. Елена же снова закуталась в одеяло, забралась на диван в гостиной и включила телевизор. Она чувствовала себя выжатой как лимон и в самом деле вряд ли смогла бы сейчас работать. По ТВ шли новости. Елена нахмурилась, уловив знакомое имя. – Николас Кёниг, сопредседатель корпорации «Ростов Инвест», скончался сегодня утром. Кабина лифта рухнула с высоты около ста пятидесяти метров. Администрация отеля «Элемент», на территории которого это случилось, пока никак не прокомментировала происшествие. Николасу Кёнигу было тридцать два года. Елена поспешно выключила телевизор. Лёгкие будто окоченели, и некоторое время она не могла заставить себя вдохнуть, только хватала ртом воздух, как рыба. Она ощутила близость смерти неожиданно отчётливо, и это было вовсе не так прекрасно, как она думала всегда.