Глава 9 Выяснение отношений

— Весьма рекомендую вам этого адвоката.

— Вы полагаете, он сможет добиться моего оправдания?

— Еще как! Недавно меня укусила собака и я подал иск на ее хозяина, которого защищал этот адвокат. И, представьте, он сумел доказать, что я сам укусил эту дворнягу.

(анекдот)

Я уже привычно, затравленно следила за происходящим в бывших покоях Лесиры. Иор назначил Малезию экономкой, главной по хозяйству, а та с минуту простояла в дверях, открыв рот и хлопая глазами от изумления. В себя ее привел рык Фрея, который стремительно покинул покои, а бывшая кухарка на метр отскочила, чтобы не оказаться у него на пути. Затем она с мальчишками споро разобрала вещи из сумок и развесила их обратно в гардеробной. Бросая на меня испуганно-робкие взгляды, с превеликой осторожностью собрала в ларец все драгоценности и рассыпавшиеся золотые монеты и поставила на комод.

Один из мальчиков по кивку матери опасливо предложил мне плед. Видимо, я слишком жалко выглядела, сидя в кресле с подобранными ногами и обнимая себя за колени. То, что леди не сидят прилюдно, прижав колени к груди и положив на них подбородок, по взглядам окружающих было очевидно, а мне было плевать на чужое мнение. Я пережила столько всего, что волновалась исключительно о себе.

Воины пригнали в покои Лесиры еще двоих до предела запуганных обитателей замка, их нашли в погребе, где они прятались от прислужников бывшей хозяйки. Взрослые мужики таращились на меня, как на ожившую мумию, готовую их сожрать, и даже понукаемые воинами, не решались зайти в помещение, где находился их главный кошмар. Как ни странно, помогла Малезия, которая окончательно убедилась, что я не Лесира, а значит и бояться меня нечего. И парой затрещин вернула мужикам послушание и храбрость.

Я так и сидела, исподлобья наблюдая за всеобщей суетой. Слуги принесли новую кровать, видимо из соседних покоев, если верить грохоту и хлопанью дверей в коридоре. Малезия сноровисто и быстро застелила ее свежим бельем, одеялами и покрывалом. Пошуршала еще и в кабинете — подобрала разбросанные по полу бумаги.

Пока в опочивальне никого не было, я стремительно встала и выглянула в окно, заодно проверила, как оно открывается и оставила щель. Я же не знаю, может ли тучка проникать сквозь стекла, стены и прочие преграды. Когда створка заскрипела от моих усилий ее приоткрыть, я похолодела — испугалась, что увидят и накажут, но обошлось. Зато теперь полегчало: если возникнет очередная угроза моей жизни, путь для побега подготовлен, хотя раньше никогда бы не подумала, что стану форточницей…

Я успела вернуться в кресло и накинула плед к возвращению Фрея. Бросив на меня внимательный взгляд, он недовольно скрипнул… клыками и направился в купальню. Перед этим его коротенько задержала Малезия — едва слышно спросила, где накрывать на стол. Было заметно, что красноволосого господина она боится не меньше бывшей хозяйки, голову не поднимала, держалась подальше, поясно кланялась. Спустя полчаса в покоях Лесиры мы остались с Фреем вдвоем.

Прибитого к креслу нахохлившегося воробья я изображала ровно до того момента как Фрей, вымывшись, замер в дверях опочивальни с хмурым и крайне недовольным выражением лица. Я тоже исподлобья рассматривала его — мужчину, который своим видом одновременно повергал в ужас и вызывал странную истому. Я невольно застряла взглядом на его босых ступнях, больших, с весьма необычными пальцами с темными, закругленными словно у хищных птиц когтями. Брюки из хорошей черной ткани, не скрытые сапогами, оказались почти привычного, классического кроя, со шлевками под ремень и ширинкой на маленьких пуговичках. Правда сейчас до конца не застегнутой, поскольку брюки низко сидят на бедрах, привлекая внимание к валикам на талии, не сала, а тех самых мышц, которые нарабатывают долгими часами работы в спортзале или в битвах, махая тяжеловесным мечом.

Подняв взгляд еще выше, я залипла на его мускулистом торсе, отметила обнаженную грудь без единого волоска и не менее впечатляющие широкие плечи. Никаких волосатых дорожек от пупка под штаны не пряталось. Пока Фрей шел ко мне, набросил на себя серую тонкую рубашку, застегивать не стал, наплевав на приличия, — захотел ходить полуголым и ходит себе на здоровье. Необычайно яркий у него типаж, непривычный: светлая ровная кожа лица контрастирует с багровыми глазами, красными ресницами и бровями. Потемневшие влажные волосы свисают по спине, плечам и груди, оставляя мокрые пятна на одежде. Он выглядит невероятно брутальным, каким-то диким, неукротимым зверем, не признающим никаких ограничений и правил.

Я не девственница… была в прошлом теле, но под взглядом полуодетого Фрея почему-то смутилась и покраснела, щеки аж полыхнули теплом. Чем по неизвестной мне причине разгладила хмурую морщинку меж его бровей и зажгла что-то нехорошее, плотоядное в и так жутких глазах.

Мужчина остановился напротив меня, а мой снова опущенный в пол взгляд опять зацепился за его ступни с когтями. Фрей пару раз упоминал вайров. Но Лесира говорила, что на Ариме живут только люди. А этот необычный тип с клыками и когтями, красными глазами и магией багрового цвета. Н-да, может вайры — разновидность магов? Типа как я проклятийник, поэтому могу принимать форму тучи, а у него, может быть, вот такая клыкасто-когтистая форма? Эх, еще бы кто ответил на сотню-другую вопросов.

В комнату вернулся Иор и занялся камином, но я отметила это лишь краем глаза — Фрей не позволил отвести взгляд. Не пожелал лишаться моего внимания. Перехватил мой подбородок и вынудил поднять лицо, чтобы смотреть ему в глаза. Вцепившись в подлокотники, я вытянулась, чуть привстала, вынужденная позволить ему изучать «добычу». Правда, и сама совершенно нечаянно залюбовалась, сложно не засмотреться на столь экзотическую и непривычную красоту. Он же как живое пламя, а как гласит пословица, можно вечно любоваться как горит огонь, течет вода и работают другие.

— В своем мире у тебя был мужчина? — прозвучало громом среди ясного неба.

Широко открыв глаза, я таращилась на Фрея, который молча ждал ответа, и срочно соображала, что ответить. Отвлекло движение у камина, это Иор, кинув на меня быстрый взгляд, помогал разгореться огню.

— Я жду, — сухо напомнил Фрей.

Я попыталась сменить тему, ткнув пальцем в сторону камина:

— Ой, что-то трещит!

— Мое терпение! — с холодным раздражением не дал увильнуть Фрей.

Иор встал, отряхнул руки и, чему-то улыбаясь, прошел в столовую. Сел за накрытый стол. Мне бы тоже поесть, поэтому закругляться со скользкой темой надо. Собралась с духом и выпалила:

— Да, в том мире у меня был мужчина, мы собирались пожениться, но вовремя осознали, что не подходим друг другу. И разошлись за полгода до… моей смерти.

— Значит, о сексе ты представление имеешь, — не унимался Фрей, а потом добил. — Слегка неприятно, но тоже неплохо. Не придется тратить время на обучение.

— Обучение? Чему? — вытаращилась я, забыв о слезах и страхах.

— Как доставить мне хотя бы телесное удовольствие, — равнодушно ответил этот…

— Я тоже могу научить, — прошипела я.

Отпихнув этого хама, слезла с кресла и вытянулась перед ним в струнку.

Фрей опасно сощурил багровые глаза:

— Даже так! Чему?

Мне же было плевать, в крови еще гулял адреналин после поползновений Дашейна, а мне тут снова на секс намекнули.

— Как пользоваться собственными руками! — процедила я.

В столовой придушенно хмыкнул Иор, не сдержался, видимо. А вот Фрей потемнел лицом, глазами, даже воздух вокруг него будто сгустился, похолодел, пощипывал кожу, как на морозе. Он резко поднял руку и мне на миг показалось, что ударит, но остановил ладонь в миллиметре от моего лица, а затем удивил, погладив по скуле пальцами. И удивленно выдохнул, с непонятной жадностью рассматривая меня:

— Ты как пчела, готова ужалить в ответ, даже если после умрешь!

Что происходит? С ним! Между нами!

— Зачем я вам? Ведь вижу, что вызываю у вас, мягко говоря, не самые хорошие чувства, — вырвался у меня отчаянный вопрос.

Моего магического источника коснулся всплеск чужой магии, а спустя мгновение в дверях возник Иор и доложил:

— Дашейн сообщил, отряд Лесиры обнаружили и сели на хвост.

— Ответь ему, что теперь он должен лично мне, пусть постарается добыть для меня голову той твари, — сухо приказал Фрей. Дождался отправки очередного вестника и потребовал от Иора: — Что касается тебя, я жду клятву о неразглашении. Ты должен пообещать кровью, что все, о чем услышишь от меня при любом разговоре с… Олесей, оставишь при себе.

Смешно, оба привыкли ненавидеть Лесиру, привыкли к ее имени и внешности так, что мое лицо и имя для них, как ступенька, о которую они вечно спотыкаются.

Иор несколько секунд мрачно смотрел на своего командира, я видела, что он просчитывает все последствия требуемой клятвы. В итоге, пустив себе кровь, произнес ее, правда в очень-очень урезанном и четко дозируемом формате.

Фрей усмехнулся:

— Я говорил Рамдеру, что ты лучше любого его советника и стоишь дороже любого архимага. Жаль, твой король еще не осознал этого.

— Твой король? — зацепилась я за слово. — Не ваш общий?

— У вайров нет королей, а конкретно у меня есть единственное обязательство, — произнес Фрей и от его голоса и тона повеяло стужей.

Он явно был зол наличием этого обязательства.

— Э-э-э… кто такие вайры? — кашлянув, решилась продолжить я.

— Та женщина сказала, ты хлебала жалкую похлебку, будто неделю голодала, это правда? — Фрей проигнорировал мой вопрос.

— Да, меня неделю держали на воде и куске хлеба. Чтобы ослабить, подавить волю, чтобы досталась вам смирной и согласной умереть. Заодно Лесира пыталась впихнуть в меня свой мрак, чтобы вы уж точно не сомневались, кого поймали, — скрывать-то мне было нечего.

— Его в тебе были лишь крохи, — поморщился Иор. — Почему?

— Я все отторгала. Ритуал изменил оставшуюся в ее теле магию под меня. Как сказала Лесира, трансформацию вызвал резонанс различий между энергетикой моей души и ее магией, — рассказывая, я пожала плечами, мол, что слышала, то и вам повторила. — Поэтому ее попытки напихать в меня мрак, вызывали самую настоящую рвоту, только еще сильнее ослабляя. А крохи моей магии тратились на очистку от чужеродной энергии. Еды мне не давали, так что вскоре я буквально ползала. А накануне захвата замка она меня провела, пообещав научить письменности. В итоге накачала мраком, который вы и ощутили во мне.

— Ясно, — тряхнул головой Иор, будто отбрасывая сомнения.

Наконец-то мы сели за стол. Несмотря на две пары изучающих глаз, я наслаждалась завтраком и комфортом. Тем, что сижу за столом как белый человек, ем обычными столовыми приборами любимый омлет с ломтем умопомрачительно пахнущего ноздреватого хлеба и даже пью горячий травяной напиток, похожий на чай. Жизнь налаживается!

Уже третий раз за последние сутки мой живот радовался сытости, а сейчас еще и приятно согревался горячей едой. Я прямо чувствовала, как мой резерв щедро заполняется магией, она разливалась по рукам-ногам, достигая каждой клеточки моего тела. Ощущение, словно пузырьки шампанского бегут по сосудам, щекоча и вызывая радость. Фрей поел быстро, откинулся на спинку кресла и сверлил меня взглядом. Но еда, горячий чай, белая скатерть и вилка с ложкой способны на чудеса, к примеру, помочь игнорировать пристальное чужое внимание и наслаждаться тем, что имеется прямо сейчас.

В конце концов, мне тоже есть на кого посмотреть — на чем-то забавлявшегося темного мага Иора с льдистыми, светло-голубыми глазами, лениво скользившими то по мне, то по другу. А вилку он держал между пальцами, покачивая, словно в любой момент готов воткнуть кому-то в глаз. Опасный мужик, рядом с ним мое нутро всегда напряженно сжималось.

Еще полуголым торсом Фрея можно любоваться, ведь он остался в распахнутой рубашке. Его густые волосы неожиданно быстро высохли и в некотором беспорядке лежали на плечах, груди, свисали по спинке кресла. И периодически мой взгляд самовольно скользил по кроваво-красным блестящим гладким прядям. Откровенно говоря, мне никогда не нравились мужчины с длинными волосами, но почему-то Фрея с короткой стрижкой, как не старалась, представить не получалось. Он гармоничен таким как есть. И длина волос не умаляет его мужественности, скорее наоборот, усиливает.

Сделав глоток травяного чая и откинувшись на спинку кресла, я напомнила, глядя в алые глаза напротив:

— Зачем я вам все-таки нужна, господин Фрей?

— Ты моя пара, — как ни в чем не бывало обронил он, отправив последний кусок хлеба в рот и смачно им захрустев.

— Пара? В каком смысле? — нахмурилась я. А потом, вскинув на него оторопелый взгляд, хрипло уточнила: — Истинная?

— Да, — усмехнулся он с очень, вот очень-очень нехорошей ухмылкой.

Я вспомнила рассказ Элиана о понятии истинных пар в этом мире. Перед глазами встал бездушный, фактически высушенный изнутри Лесирой ходячий труп, которому ничего больше не надо, который убил всех ради любимой, а ей самой нужна лишь власть и магия. Затем совершенно неожиданно вспомнился еще один немаловажный момент, только уже из собственной жизни… или посмертия. Там, на Земле! Тот самый, когда высшие незримые силы поволокли меня в неизвестность от погибшего, распростертого в позе звезды на подкопченной траве тела и мой ужас и стенания о несбывшихся мечтах, надеждах и любви. И мое нытье, что я так и не встретила свою идеальную половину…

Боже, так выходит, меня не за грехи сюда закинули, а банально выполнили последнее желание умирающего? Это что — я сама во всем виновата?

Я вытаращилась на Фрея, пытаясь осознать весь кошмар свалившихся на меня очередных проблем. Жадно хлебнула чаю под внимательными и насмешливыми взглядами мужчин, просто горло резко пересохло. Почесала возле уха, потом висок, нервная «почесуха» началась по всему телу — верный признак глобальных неприятностей. И все равно невольно присмотрелась к своей новообретенной истинной паре. Придирчиво и внимательно! Нет, он, конечно, красив… по-своему, если считать багровую шевелюру и глаза, клыки с когтями экзотично-привлекательными. Тело и вовсе бомбическое и сексуальное, но вот характер… Я неосознанно покачала головой, отказываясь от «счастья».

Зачем мне такой муж? Он же тиран, вот абсолютный доминант, маг непонятной специализации… Нет, с таким жить крайне сложно. Если не любишь безумно!

— Что — не нравлюсь? — кривая улыбка Фрея превратилась в оскал.

— Ну как вам сказать, — кашлянула я, беря секундочку на то, чтобы подобрать слова, — я же вам тоже не сильно понравилась?

— Внешне ты, конечно, очень красивая, но любому вайру плевать на внешние атрибуты. Главное в женщине — красота души, а не тела.

— Про мою душу вы ничего не знаете, однако я вызываю у вас, по меньшей мере, злость… — осторожно заметила я, а потом добавила. — Поэтому сомневаюсь, что у нас с вами получится долгий и счастливый брачный союз.

— Не сомневайся, — на миг приятно удивил меня непоколебимой уверенностью Фрей и добил, — счастливым наш брак точно не будет! Тем более долгим!

— Почему? — оторопела я.

Лицо Иора тоже удивленно вытянулось.

— Я сойду с ума, уничтожу этот мир, потом тебя, ну и сам сдохну напоследок, — равнодушно пожал широкими, мускулистыми плечами Фрей как само собой разумеющееся и запил чаем, надеюсь, шутку, дурацкую.

Покосилась на Иора, мрачного и напряженного, слова сотрапезника он за шутку не принял.

— Перспективы не радужные, — глухо подытожила я, но узнать-то причину надо, — ну и почему с ума сойдете? У вас плохая наследственность? Были схожие прецеденты? Ну там уничтожу мир… жену и себя…

Фрей весьма зловеще усмехнулся:

— Можно и так сказать.

— А если чуточку подробнее? — предложила я заискивающе, — ведь вроде бы неплохо сидим, чай пьем, ведем задушевные беседы…

В мыслях же я уже пошире распахнула окно и забиралась на подоконник. От безумцев лучше держаться подальше.

— Я — вайр, моя половинка должна быть светлой, чтобы уравновесить жажду в моей душе.

— Жажду? — нахмурилась я.

— Жажду убивать, — ухмыльнулся очередной маньяк на мою бедную несчастную голову.

— А кто такие вайры? Вы все время увиливаете от ответа!

— Вайры? — Багровые глаза потемнели до вишневого оттенка. — Мы просто другие. Не такие как аримцы и, судя по тебе, не похожи и на землян.

— Магией? Или еще как-то физически отличаетесь? — я вытягивала информацию клещами.

— И магией, и физически, — вредный вайр ею делиться не хотел.

— Наличием клыков и когтей? — настаивала я, едва не рыча от раздражения.

— И ими тоже, — этот гад явно наслаждался, играя на моих нервах и выводя из себя.

— И где же вы живете? Такие неполноценные? — «На всю голову» я добавлять не стала, этот смертник и так слишком жутко на меня смотрит.

— Далеко.

— А сюда зачем припер… прибыл? — в последний момент я исправилась, нечего хамить более сильным, это, по меньшей мере, недальновидно.

— В поисках семейного счастья, но не повезло: нашел тебя, темную.

Нет, ну каков жук, а?! Я досадливо процедила:

— Что ж ты среди своих, таких чудесных светлых вайрих не нашел?

Предать и обидеть меня способны только близкие, а до всяких клыкастых чужаков мне дела нет.

— Таких как я почти не осталось, пришлось в других местах искать, — Фрея, по-видимому, не оскорбили мои слова, его тон был насмешливо ироничным, а еще снисходительно высокомерным.

Так разговаривают с ребенком, которому в силу возраста любую глупость прощают.

— Ты за главного, а то я устал, сил нет, — закончил завтрак Фрей.

— Может, тебе стоит восполнить энергию?! — настойчиво предложил Иор. — Силы восстановишь и позитивнее думать начнешь?

Дальнейшее потрясло до основания, он взял нож, полоснул по ладони и начал сцеживать кровь в бокал с вином. В бокал Фрея!

— Ваша кровь больше не поможет, теперь я не смогу ее принять, — поморщился Фрей, накрыв своей ладонью сжатый кулак Иора.

— Из-за нее? — спустя несколько мгновений, пока разглядывал зажившую, но заляпанную кровью ладонь, хрипло спросил Иор.

— Да, — кивнул Фрей.

— Так ты что — вампир? — ошарашенно выдохнула я.

— Я вайр, — сухо отрезал Фрей. — Короткая у тебя память, однако.

— Ты пьешь кровь, значит вампир! — Я отодвинулась со стулом от стола.

— Маг крови, если быть точным, — устало поправил Фрей. И несколько уязвленно добавил: — Чтобы сдержать напор моей магии, Лесире пришлось сожрать жизненную силу всех обитателей замка. Мне же хватает немного крови магов для восполнения энергии. В конце концов, за все приходится платить, так чем кровь хуже?

— Ну если вы так считаете, то, наверное, ничем.

Я передернулась, глядя на бокал, где вино смешалось с кровью, который этот недовампир так и не тронул.

Но тут я вспомнила, что «из-за нее, теперь эта кровь не принимается». То есть, теперь нужна моя?

Фрей встал и, подхватив меня под локоть, помог подняться, потом сказал Иору:

— Нам необходимо закрепить союз, поэтому не беспокой меня, пока сам не вызову.

Иор, нахмурившись, кивнул и как-то неуверенно, в сомнениях направился к дверям из столовой. А я остолбенела, заметавшись взглядом с одного мужчины на другого. Но все же решилась возмущенно обратиться к Фрею:

— В каком смысле закрепить союз? Со мной?

— У вайра бывает лишь одна пара за всю жизнь. Так что да, с тобой, — ехидно согласился Фрей.

Вырвав из его захвата локоть, я поспешно отошла от мужчины, а он, теперь не восхищая, а наоборот, пугая меня распахнутой рубашкой, двинулся за мной.

Я категорично заявила:

— Я против!

— Не паникуй, интимные игрища оставим на потом, сейчас я только закреплю союз и все. Эта осада меня вымотала до предела, — «успокоил» моногамный мужчина.

— Плевать мне на твое «устал», «игрища» и закрепление. Я против всего! Сходи с ума без меня, пожалуйста. Я уже раз умерла, больше совсем не хочется, — нервно отнекивалась я, отступая.

Отступила в опочивальню, потом до вожделенного окна пятилась, пока Фрей не встал вплотную ко мне, злобно рыкнул и… и…

— А-а, вампир! — заорала я, вытаращившись на неожиданно еще больше увеличившиеся клыки якобы невампира, да саблезубый тигр от зависти умер бы.

Он не маг крови, а врун вампиристый!

— Я вайр, — раздраженно напомнил Фрей, вцепившись в волосы у меня на затылке и вынуждая запрокинуть голову назад, открыв шею.

Дальше я действовала рефлекторно. Резко вскинув колено, я двинула ему прямо между ног, вынудив вайра-невампира со свистом втянуть воздух и согнуться пополам. Хорошо врезала, у самой заныло колено. Ага, не ожидал, повелитель мрака, подлянки от темной невесты. Ха-ха. Стремительно сменив форму, рванула к окну, серой туманной струйкой просочилась сквозь щель в оконной раме и была такова.

Боженька, спасибо тебе за очень полезную форму…

Позади раздался грохот выбитого стекла. Оглянувшись, я увидела в пустом оконном проеме с полностью вынесенными створками Фрея в обрывках рубахи, рваных штанах, босого и в бешенстве. Но потряс не расхристанный вид, а огромные кожистые крылья у него за спиной и его значительно увеличившиеся размеры, а зверское лицо с искаженными чертами, ставшими более грубыми и резкими, повергло в панику.

С писком «мамочки» я устремилась к лесу за второй, внешней стеной, а монстр с ревом преследовал меня под ошеломленными взглядами воинов его величества. Задрав головы, они таращились на нас, раскрыв рты. Возможно, снизу мы смотрелось странно, а может, и потешно. Темная тучка с выпученными от напряжения синими глазами мечется из стороны в сторону, пытаясь оторваться от несущегося следом крылатого монстра. И все бы нечего, но туча орет извинения за насилие, просит оставить ее в покое, и сдохнуть в уголочке одному, что она «не такая», они не женаты для постели и многое другое в полной истерике. А монстр летел молча, но с такой перекошенной мор… лицом, что любому понятно: туче конец! Еще и запускал в нее красные нити-лассо, отчего бедной несчастной тучке приходилось вилять из стороны в сторону, снижая скорость и лишая себя шанса на спасение.

В воротах мелькнул Иор верхом на громадном скакуне и с грохотом пронесся по мосту следом за нами. Его еще кто-то догонял. Но сомневаюсь, что это подмога мне, а не охрана господина.

Над поляной в лесу, за внешней стеной замка, красное лассо все-таки обвило меня, невзирая на воздушное состояние тела, сжало, буквально выдавив из меня весь воздух, и жестко приземлило уже в человеческой форме. С трудом поднимаясь на ноги, путаясь в длинном подоле и магической нити, я сквозь слезы орала:

— Ты чудовище! Монстр!

Фрей приземлился рядом, подняв крыльями листву, пыль и пожухлые травинки. Втянул в огромную когтистую ладонь свою магию, лишь на миг освободив меня, и вцепился в мои плечи. Приподнял и зарычал в лицо:

— А ты темная! Но я же не стенаю на всю вселенную, не взываю к богам, за что же они прокляли меня и забрали надежду на будущее, на счастье, на мечты обрести семью и стать отцом? — перечислял Фрей, страшный, с перекошенным мертвенно-бледным от ярости лицом, смотреть в его пылающие алым глаза, было сродни самоубийсву. — Не обвиняю тебя, что твоя тьма лишит меня рассудка и жизни? Лишит мой вымирающий народ одного из последних вайров! Я принял тебя такой, как есть! Так почему ты отказываешь мне в этом?

— Принял? Ты? — опешила я. — Ты корчишь морду, стоит тебе только на меня посмотреть!

— Принял! Не только тебя, но и свой долг перед тобой! Ведь не прибил же сразу, как почуял в тебе истинную и понял, что ты темная! — взбешенно взревел вайр, как выяснилось, сделавший мне одолжение.

Ответить я не успела, Фрей притиснул меня к себе и впился мне в шею клыками. Я заорала от боли, а в следующий миг все неожиданно изменилось. Стоило Фрею глотнуть моей крови, окружающее нас пространство будто треснуло, земля под ногами дрогнула. Мы с клыками Фрея в моей шее замерли за миг до того, как следом кто-то проревел таким замогильным голосом, словно в ужастик попали и снимают «Восставший из Ада»:

— Кто посмел тронуть мое?

— Ой-ой-ой, — зашипела я, потому что Фрей зализывал ранки от клыков на моей шее, в месте укуса защипало и тут же прошла боль.

Наконец вампирюга поставил меня на ноги, позволив оглянуться на замогильный голос. Причем настолько пугающий, что, забыв о том, что меня тут чуть не сожрали, я вцепилась в руку своего кошма… э-э-э… истинной пары, хоть и навязанной. Я думала, что позади стоит очередное чудовище, если судить по голосу, но, обернувшись, впала в некий ступор. И, разинув рот, рассматривала неземной, невообразимой харизмы и брутальности красавчика.

— Дальме-ейн? — удивленно и очень, очень нехорошо протянул Фрей, вернувший себе прежний, более человеческий вид, но остался, как последний оборванец, в лохмотьях.

Я дрогнула, решая, остаться с ним или кинуться под защиту потрясающего незнакомца. Фрей сжал мою ладонь чуть не до хруста, приняв решение за меня. Из такого захвата не выбраться.

— Вайр? — ошеломленно выдохнул неземной супер секси, от вида которого у меня дух перехватило, и вкрадчиво прошипел: — За каким светом ты оказался здесь? В этом забытом богами мирке?

Но даже шипение пришельца походило на ласкающий бархат, от которого волоски на моей коже встали по стойке смирно. А внутри запорхали бабочки. Брюки, ботинки, куртка с воротником-стоечкой, с бордовыми нашивками больше похожи на военную форму, чем на гражданскую одежду, сшиты из тончайшей черной кожи, подчеркивающей все-все неровности и интимные выпуклости. Незнакомец еще и брюнет с греховными как сама ночь глазами, загорелый, с пухлыми губами, искривленными в злой ухмылке. Черные брови чуть вздернуты на идеальный лоб, ресницы густыми опахалами обрамляют глубокие омуты черных глаз. В таких и утонуть не страшно…

Утонуть? Греховные? Подождите-ка, что это за мысли идиотские? Я тряхнула головой, отгоняя непонятное наваждение. Ущипнула себя… ой, Фрея за бедро и, поймав его строгий взгляд, ощутила, что будто пелена с глаз и мозгов спала. Фу-ух, аж полегчало, я не сошла с ума от еще одного «экзотического» мужика. Раз Фрея назвали вайром, по «национальности», то, надо думать, второй брутал тоже не местный и «дальмейн» — это не имя, а какой-нибудь очередной магический вид. И упоминание про «богом забытый мирок» подкинуло информацию для размышлений.

— Пришел за своим! — сухо заявил Фрей, многозначительно положив руку мне на плечи.

— Нет, ты решил наложить свои клыки на мое! — вдруг взвился от ярости дальмейн, махом подрастеряв привлекательность.

— Твоего здесь нет и не было, — злобно выдавил Фрей, задвигая меня себе за спину, потому что соперник начал обходить нас по кругу.

Теперь оба следили друг за другом, словно два зверя, столкнувшиеся у туши убитого оленя. Один кружил вокруг нас, второй охранял добычу, не затоптали бы в пылу спора. Я смотрела то на одного, то на другого. От красоты, тьфу ты, ослепительной порочности дальмейна уже не екало в груди. Вайр, волосы которого походили на кровавый водопад, стекающий по спине и плечам до ягодиц, а в глазах горело настоящее яростное пламя, тоже пугал до самой печенки.

Наконец дальмейн остановился напротив нас, его черные глаза сверкнули при виде меня. Протянув ладонь, он вкрадчивым баритоном почти пропел:

— Иди ко мне, Лесира. Пора платить по счетам!

— Я не Лесира! — выкрикнула из-за надежной спины своей истинной пары. Должна же быть от него какая-то польза?

— Рад тебя расстроить: надули тебя, рогатый! Провели! Как жалкого, недалекого недомерка обдурили, — Фрей прямо-таки с наслаждением оскорблял противника.

— Нарываешься? — оскалился дальмейн. Его черные глаза метались от вайра ко мне, наверняка решал, что делать дальше, и ярился еще сильнее. — Эта женщина моя, я ее первым нашел и пометил!

— Да ну! — мерзко хмыкнул Фрей. — Уверен, все дальмейны еще нескоро забудут про вайров. Поэтому мне плевать на любые твои метки, она моя!

Красавчик дальмейн смерил взглядом вайра, жадно втянул воздух, словно обнюхал нас обоих, и ощерился в ухмылке:

— Связь не закреплена, значит еще не твоя!

— Я готов доказать обратное, а ты? — в голосе Фрея зазвенели кубики льда.

— Эта человечка призвала меня десять лет назад! И предложила сделку. Сама! Добровольную! Я даю ей безграничную… для этого мира силу, могущество и власть, а она становится моей. Душой и телом! До последней капли крови! Если нарушит уговор и лишится даже невинности, то я заберу силу и ее саму в вечное услужение.

— Я все сказал! — усмехнулся Фрей.

Я задохнулась от ужаса. Вот еще одна подстава, которую устроила мне Лесира. Тварь, какая же она тварь! Выходит, подставила меня дважды! Кинула словно кость Клыкам Рамдера и переписала на меня долги этому демону, если я верно поняла его суть. Боги, а ведь ретивость Дашейна в спальне завершилась бы даже не насилием, не казнью, а отправкой в Ад за лишение невинности.

— Я пытаюсь решить миром наш маленький спор. — Все еще сохранял улыбчивость дальмейн. — Ты же в курсе добровольных сделок с дальмейнами? Сам Мрак свидетельствует и выступает гарантом исполнения условий сделки! Ты бессилен — женщина моя! С потрохами! Раз Мрак призвал меня сюда, эта сладкая девочка нарушила условия сделки и отправится со мной в Дальмейн. Теперь ее душа вечность будет служить мне…

— Ты, верно, бредишь? — беспечно улыбнулся Фрей, и это тогда, когда я готова была биться в истерике от ужаса.

Краем глаза заметила, что среди деревьев замерли воины во главе с Иором, но они пока не вмешивались, наблюдали за нами.

— Нет, я серьезен как никогда. Я поделился с ней своей магией, взамен она отдала мне себя! — опять начал гневаться дальмейн.

— Да-а-а?.. Почему же я не чую в ней твоей магии? — неожиданно Фрей шагнул в сторону, открывая доступ пришедшему по мою душу демону.

Я в панике вскинула взгляд на спасателя, полный мольбы и отчаяния, но натолкнулась на абсолютное спокойствие. Возможно, я бы решилась на коленях молить его о защите и пощаде, пообещать ему горы золотые, но не успела. Дальмейн воспользовался тем, что я открыта — вскинул руку и выпустил свою магию.

Меня прошило разрядом тока, по крайней мере, так ощущалось. Все мое тело загорелось, будто кипятком ошпарили, я зашипела, задирая длинные широкие рукава платья до плеч и следом заскулила от страха: на коже все ярче разгорались черным пламенем руны, которые видела во время ритуала в храме Церры. Именно они напугали бывшую владелицу нового тела Лесиры до такого состояния, что та в священном ужасе отпрянула прочь и сбежала из этого мира к свету. Теперь я поняла, что именно напугало ту светлую невинную душу. Проклятое, нет, проданное демону тело!

Убедившись, что его печать на мне, дальмейн торжествующе и весьма зловеще ухмыльнулся и быстро шепнул что-то лаконичное и короткое. Хотя уже через пару секунд его улыбка завяла, потому что руны на мне вспыхнули и потухли, затем сизым дымком вместе с капелькой внедренного Лесирой мрака устремилась в раскрытую ладонь дальмейна и впитались в нее без остатка. Мы с демоном таращились друг на друга: я — в полном непонимании, с колотящимся сердцем, а он — в бешенстве.

— И это все? — насмешливо вопросил Фрей и продолжил издеваться. — Все могущество и магия, которыми ты смог поделиться ради сделки? Жалкая капля, которой только на печать сделки и хватило?

— Я дал ей больше, гораздо, гораздо больше, — проревел уязвленный дальмейн.

— Думал повлиять на нее, забрав часть силы? — хохотнул Фрей. — Дурень, рад тебя снова расстроить: ты полностью избавил ее от своей магии. Высосал начисто и убрал собственную печать. Спасибо, мне же меньше мороки с очищением ее от чужой грязи…

Всегда знала, что издевательства до добра не доводят. Дальмейн потерял терпение и на поляне вместо красивого мужчины возник монстр. И если я недавно считала, что это чуток изменившийся Фрей жуткий, то глубоко ошиблась. Вместо обманутого инвестора Лесиры разрасталось нечто настолько дикое и невообразимое, омерзительное и кошмарное, что я замерла, забыв о дыхании, возможности двигаться, думать. Создание с кучей лап-щупалец, множеством рогов, огромной пастью с игольчатыми клыками, десятком глаз, со шкурой, покрытой слизью и шипами, сочащимися чем-то зеленым и до невозможности вонючим. Не помню, как оказалась на краю поляны под багровым куполом, какой я наблюдала все семь дней осады. Тогда он уничтожал купол мрака Лесиры, а сейчас должен защитить меня.

— Ты украл мою куклу! — исторгло чудовище, двинувшее на нас.

— Нет, тебя обокрала твоя кукла! — взревел Фрей.

Нет, не Фрей, а появившийся вместо него монстр. Самый всамделишный, похожий на земного нетопыря: с кошмарной лопоухой мордой, с торчащими из пасти белоснежными клыками, с огромными перепончатыми крыльями на спине и мощными когтистыми лапами. Единственное отличие от нетопыря — кровавый цвет меха, которым он покрыт с макушки до пят. Красивый цвет, роскошный, но ни гламура, ни очарования «мышке» не придал. Скорее врагов и подобных мне горе-наблюдателей до икоты доведет.

Как только началась бойня, выяснилось, что всякие демоны вайрам не товарищи и не соперники. Неповоротливый дальмейн терял щупальца одно за другим, черная кровь летела фонтаном, но без проблем стекала с красного меха нетопыря, не оставляя следов. Происходящее было настолько жутким, что я сжалась в комочек под куполом. Страшно, что эти титаны, забывшись, затопчут хрупких и смертных нас. Вон Иор с воинами создали единый щит, отгораживаясь от места боя, особенно после того как в одного из них попала слизь, тут же начала разъедать кожу, как кислота.

А я, можно сказать, в первом ряду наблюдала бой двух кошмарных сущностей. И, что удивительно, всем богам молилась за победу Фрея, абсолютно искренне переживая за него. Ну да, он же, не раздумывая, встал на мою защиту. Провоцировал специально, чтобы демон поторопился и забрал остатки своей магии, деактивировал печать на моем теле. Фрей освободил меня от демона и долга перед ним!

— Красота — страшная сила, — просипела я, любуясь воинственным нетопырем, а потом поправилась. — И чем страшнее, тем могущественнее.

Бой прекратился внезапно. Вайр завис над измочаленным и поверженным дальмейном и прорычал:

— Я сохраню тебе жизнь и даже помогу взыскать долг.

В следующее мгновение у ног нетопыря лежал окровавленный и сильно потрепанный мужчина-дальмейн. Еще мгновение — и над демоном стоял полуголый Фрей в рваной одежде. Ну и что, глупо из-за рванья совершенно не выглядел, скорее как варвар-победитель.

— Какую сделку ты предлагаешь? — прохрипел демон.

— Не зли меня, низший, — прорычал Фрей, грозно склоняясь над поверженным соперником, того и гляди добьет. — Вайры с дальмейнами никогда не заключают сделок! И не ведут дел с низшими расами!

— Да, нам повезло, что ваш мир сошел с ума и практически вымер! — не смог сдержаться демон от злобного замечания. — И ведь ты здесь, в этом мире еще более низших!

А я навострила ушки. Выходит, я не ошиблась: сразу догадалась, что невампир — пришелец из другого мира. Впрочем, как и этот призванный демонюка. Здесь что — какой-то проходной двор, лазят все кому не лень?

— Знаешь, я передумал оставлять тебе жизнь, — выпрямился Фрей, чуть отводя руку.

— Пощади! — вскинулся демон, а потом вкрадчиво зачастил. — Взамен я готов выполнить одно твое желание, любое…

Фрей смотрел сверху вниз на распростертого в луже крови противника у своих ног. Потом бросил короткий взгляд на меня, сжавшуюся под красным куполом и со страхом таращившуюся на него. Поморщился, тяжко вздохнул и решил:

— Ты заставишь ее страдать! Долго, мучительно долго! — зловеще потребовал он, вернув внимание демону.

— Ее? — жадно уставился на меня демон.

А я содрогнулась от ужаса, но буквально всхлипнула от облегчения, когда шею демона уже знакомым образом прошили когти Фрея, взбешенно проскрежетавшего:

— Эта — моя! Твоя же должница сменила тело, присвоив твою магию. Тебе наука на будущее — гарантом исполнения обязательств по сделке выбирать не тело, а душу. Так вот, я даже помогу тебе найти должницу. А ты потом заставишь ее в полной мере заплатить за все, что она сделала. Каждой клеточкой ее нового тела, а потом и душой прочувствовать причиненные ею другим страдания. Думаю, у тебя богатая фантазия, ты справишься.

Демон несколько мучительных мгновений молчал, вытаращившись на вайра, его даже когти в шее не смущали, как и обильно текущая из ран кровь. Фрею, видимо, надоело скрючившись стоять над врагом, поэтому с жутким смачным звуком вынул когти из его плоти. А дальмейн, прокашлявшись, просипел с нескрываемым и слишком нездоровым любопытством:

— Чем та человечка настолько разозлила тебя?

— Покусилась на мое! — с нездоровой мягкостью многозначительно ответил Фрей, опять наклонился, вытер окровавленные когти о куртку демона и выпрямился со словами: — Надеюсь, ты и сам не забудешь и другим своим напомнишь, что вайры живее всех живых. Не стоит нас злить и переходить дорогу.

— Я передам… и не забуду, — прохрипел демон в спину направившемуся ко мне вайру и торопливо напомнил о важном. — Как мне найти свою должницу?

И тут же получил в лоб, причем буквально, Фрей махнул рукой и на лбу демона появилась руна, горящая красным.

— Ты же сильный и могущественный дальмейн, ориентируйся на отголоски своей силы. Теперь они только в ее теле, не спутаешь направление. — Пока демонюка вставал, злобно потирая лоб, Фрей с еще большим сарказмом посоветовал. — Как поймаешь, коснись метки у себя на лбу и дай мне знать, хочу с ней попрощаться напоследок!

— Я тебя услышал, вайр, — угрюмо кивнул дальмейн. Бросив на меня прощальный взгляд, передернул плечами и исчез.

— Кто это был? — раздался из кустов голос Иора.

— Выкормыш Бездны, обитатель мира Мрака. Того самого, откуда к вам пришел Великий Рамох, — спокойно пояснил Фрей.

Подошел ко мне и задумчиво оглядел.

— Зачем он приходил? — мрачно поинтересовался Иор и кивнул на меня. — За ней?

Я поднялась на дрожащих ногах, качнулась к Фрею и обняла его торс обеими руками. Прижалась всем телом и с трудом вытолкнула из пересохшего горла благодарное:

— Спасибо.

— Откровенно сказать, не ожидал, что меня еще можно чем-то удивить, но Лесире удалось, — признал Фрей, стоя истуканом, пока я прижималась к нему. И вдруг положил на мою макушку тяжелую ладонь, слегка сжал волосы, то ли пожалеть, то ли выдрать хотел, и продолжил откровения: — Она призвала эту сущность мрака, чтобы обрести еще больше силы и могущества. А дальше ей просто чудовищно повезло… если судить по тому, как легко я завалил дальмейна. На ее призыв ответил молодой и не самый умный.

— Повезло? — я изумленно запрокинула голову посмотреть на него.

— Поверь, — устало ответил Фрей. — Появись здесь матерый и тертый в сделках дальмейн, у Лесиры ничего не вышло бы с подменой. Да и мне после недельной осады Кверега пришлось бы туго в схватке.

— Причем тут подмена? — нахмурился Иор, окинув меня совсем темным, нехорошим взглядом, вероятно, подозревая в очередных гадостях.

— Ушлая черная продала свою душу в вечное рабство Мрака. Как правило, в такой сделке печатью сковывается энергия души, а эта проныра, похоже, воспользовалась молодостью и неопытностью «покупателя». В итоге он заклеймил только ее тело. А может заранее все просчитала и продумала, умная тварь, должен признать.

— Тогда зачем столько сложностей с осадой? — недоуменно спросил Иор.

Фрей, пожав плечами, пояснил:

— Сам подумай. Осадой она убедила нас, что поймали именно ее. И если бы не защита Олеси, Дашейн бы стал причиной нарушения договора. Так же как сейчас появился бы дальмейн и забрал девчонку в свой мир. В результате законники короля увидели бы, что Лесиру поймали, но ее утащило в неизвестность порождение мрака. Проверить та ли это Лесира, черный маг или подставная кукла, никто бы просто не успел. Но однозначно все поверили бы долгожданному событию: избавлению Арима от черного чудовища в женском обличье. А она бы тем временем покинула Кверег абсолютно свободной от нашего внимания и долга перед дальмейном.

— У нее почти все получилось, — всхлипнула я, уткнувшись лбом в Фрея, — если бы не ты.

— Должна будешь лично мне! — прозвучало мне в макушку с мрачноватой насмешкой.

— Угу, — согласилась я ему в грудь, мысленно успокаивая себя, что с ним разберусь при случае, а пока и так горло свело и колени дрожат.

— Выходит, сейчас ты натравил порождение Мрака на Лесиру? Чтобы он выполнил за нас нашу работу? — хохотнул Иор за моей спиной.

— Скорее я исправил его ошибку. Но от этого он будет еще злее на нее. Эта тварь лишила меня счастливого будущего, за что должна заплатить не меньшую цену, — подозрительно безэмоционально ответил Фрей, затем, подхватив меня на руки, расправил крылья и взлетел, сообщив воинам: — Жду в замке.