Глава 27

Это праздник какой-то!

— Ласка, охранять, — приказал Харитон указав на дом.

Одна из собак посмотрела на него тоскливым взглядом, мол за что ты так со мной, и потрусила в сторону будки с щенками. Я тут же сообразил, что сосцы у неё набухшие, а значит и щенки её будут. С одной стороны ей их кормить надо, а на охоте молоко может и перегореть. С другой, как ни крути, а заимку нужно охранять. Как минимум подать сигнал, если случится какая беда.

Зато остальные пять собак дружной молчаливой сворой двинулись вслед за нами. Вернее обступив нас со всех сторон. Ну чисто конвой охраняющий арестантов. Похоже крепко обучены у мужичка пёсики. И что-то мне подсказывает, что они постоянно проходят выбраковку.

Как бы это жёстко не звучало для собачников, но охотники к своим четвероногим помощникам имеют сугубо утилитарный подход. Если не приносит пользу на охоте или начинает пакостить из обиды, то либо стреляют их, либо кому в хозяйство отдают, сидеть на цепи и дом охранять. Всё чётко и по делу. Это мне всё тот же паренёк промысловик из взвода рассказывал.

А ничего так Харитон. Не смотри, что нет усиливающих плетений, бежит легко и главное ловок шельма. Не то, что не споткнётся, но и ветка под ногой не хрустнет. Чего не сказать о нас с Димой. Мы ломимся, словно кабаны на случку, не взирая ни на какие преграды, проламываясь сквозь кусты и ступая не глядя, куда придётся. Толстые-то ветви обходим, тут ведь и ногу подвернуть недолго, но всё что помельче игнорируется напрочь. Так-то мы конечно постарались бы, но если выдерживать заданный темп, то здесь уж не до аккуратности.

— Отдышитесь малость, коли запыхались, — через полчаса остановился лесник.

— Да нормально мы себя чувствуем, — переглянувшись с Димой, произнёс я.

— То, вам так кажется судари. А зверь, он суеты не любит. Теперь хорошенько смотрите куда ступаете. Хрустните веткой, и иди ищи того зверюгу. Секач, волколак или шатун, те могут и не побежать, в драку полезут. А косой завсегда в бега подаётся, как опасность зрит. Потому к нему подобраться не так просто, а уж угнаться, так и вовсе не выйдет, он ить, что твоя стрела с тетивы сошедшая. Гнаться бесполезно, только по следу скрадывать тихой сапой. А тогда уж одним днём можно и не обойтись.

Дальше двигались гораздо медленнее, и куда как тише. Хотя до бесшумности Харитона нам далеко. Похоже он предвидел это, потому заблаговременно и перешёл на шаг. Постепенно у нас получалось всё лучше, и поступь становилась всё легче. Хвала «Ловкости», значительно упрощавшей жизнь.

Наконец лесник остановился и велев ожидать на месте, скрылся среди голого подлеска, словно его и не было. Вот же леший. Нужно к нему на недельку другую наведаться, науки лесной поднабраться. Спасибо абсолютной памяти, процесс должен ускориться многократно.

Собачки, до этого бежавшие в некотором отдалении обступили нас кругом и лениво вертят бошками, словно и не на охоте вовсе. Дима совсем уж расслабился и хотел было погладить ближайшего к нему пёселя, но тут же отдёрнул руку. Другу человека это явно пришлось не по душе и он утробно зарычал, мол, раз хозяин велел, так и быть, мы вместе, но не друзья.

— Кто из вас станет скрадывать зверя? — наконец вернувшись, тихо спросил Харитон.

— Он, — Дмитрий без тени сомнений кивнул в мою сторону.

— Тогда ты, сударь, стой тут, и жди. Вот за этим валежником устройся. Ветер удачно на тебя дует, а там и косой будет заполошным, глядишь и вовсе вплотную подпустит. Бежать станет быстро, но не быстрее своих русаков, не любят они их бросать. Так что, если охотился прежде, должен будешь управиться. Пойдёт он вот в этой полосе в сотню шагов. Справа ему река не даст ходу, слева собачки прижимать станут.

— Это обратившегося-то зверя? — усомнился я.

— А что такого. Мои собачки и медведя на задницу сажают, а заяц, даже обратившийся, им не противник. Если в одного, то оно конечно, а со сворой ему нипочём не совладать.

— Так ты и сам мог косого прибрать? — не удержался я от вопроса.

— А на кой он мне. Шкура конечно рубликов на двадцать потянет, шапка из неё знатная выйдет, мясо самое обыкновенное, разве только его как с барашка получится. А так, мне Павел Игнатьевич уже сотню оставил, а скрадём зверя, так ещё сотенную подкинет. Ну и какой резон мне его самому брать?

— И что, секача тоже можешь скрасть?

— Эк-ка ты сказал, сударь. Нет уж, с секачом сами разбирайтесь. Его и отследить дело опасное, а уж скрасть, я и вовсе пытаться не стану. Верная смерть, — покачав головой, возразил Харитон.

— Понятно. Значит я на номере, а вы загонщики? — расставил я точки.

— У нас это засидком называется. А мы, стало быть, гаить будем. Ладно, пойдём сударь, нам ещё вокруг обойти надо, а то путь не близкий, — кивнул он Дмитрию.

Мы переглянулись с другом и тот пошёл за лесничим, а я к поваленному бурей дереву. Ствол достаточно крупный, да ещё и упал удачно, частично подмяв под себя куст, за ветвями которого я и решил устроиться. Чем позже косой меня заметит, тем лучше. Хотя в плане порохового дыма, всё уже не столь однозначно.

Участок передо мной относительно открытый. Валежника считай нет, так, несколько тонких стволов не в счёт. Подлесок отсутствует, деревья стоят просторно, видимость на сотню шагов, разве только деревья всё же мешаются и лучше бы подпустить дичь поближе. Но место однозначно хорошее.

Просидел я не менее получаса, когда наконец послышался отдалённый лай собак. А вот человеческих голосов я не слышал. Зато вскоре раздался пистолетный выстрел. Он, если что, от ружейного отличается. И это однозначно Дмитрий.

Прибью паразита! Ведь однозначно в воздух палит. И чем палит? Стреловидной пулей! Их у меня не такой уж и большой запас, а с собой так и вовсе взял только на три перезарядки. Я Диме даже пострелушки организовывать не стал. Посчитал, что если он с семидесяти шагов в ростовую мишень круглой пулей попадает, то уж стреловидной и на сотню не промажет. Опять же, шоколадного пороха у меня не так много и его я изготавливаю сам. Вернее, изготавливал в родительской усадьбе, в Туле такой возможности пока не имеется.

Лай всё ближе. Опять пистолет грохнул. А вот и ружьё отметилось. Скорее всего Харитон. Если опять Димка… точно прибью. Я прижал приклад к плечу, припоминая как меня учил один пулемётчик из спецуры. Он умудрялся выпустить ленту сотку непрерывным огнём, причём большинство пуль укладывал в мишень. Тут вся хитрость в правильной стойке и вкладке. Я тогда пару раз попробовал, правда всё чего добился, это не сел на задницу и всю ленту отправил в нужную сторону. Но после встречи с поганым успел попрактиковаться со своим карабином.

Вот оно!

Впереди послышался трек и шорох. Я вскинул девятистволку и именно в этот момент шагах в ста от меня появилась стремительная серая тень, в сопровождении столь же быстрых теней поменьше. Просто сюр какой-то. Не заяц, а какое-то кенгуру. Хотя нет, на этого попрыгунчика всё же не походит, общего у них только мощные задние лапы, но передвигается он на четырёх конечностях. Причём я подмечаю, что при этом он сдерживается. Наверное, чтобы не растерять свою свиту.

Расстояние стремительно сокращается. Мгновение, и я активирую ствол двенадцатого калибра, чтобы по максимуму снять защиту и не оставлять столь серьёзный выстрел напоследок. Ещё ненароком завалю наповал, и какой мне тогда прок. С помощью «Дальнозоркости» вижу, что пуля попала в цель, появилась лёгкая рябь воздуха, а косой продолжил свой бег, словно ничего и не случилось.

Если бы не боевой режим, в который я себя вогнал, то ничего подобного я рассмотреть не сумел бы. Слишком уж стремительно всё происходило. Ну и встречному ветру с малодымным порохом спасибо. Обзор заволакивает быстро, но всё же не перекрывает сплошной завесой, как с обычным дымарём. Пуля едва завязла в «Панцире» зайца переростка, а в цель летит уже следующая, я же ведя стволом и выбирая упреждение уже посылаю вдогонку следующую.

Косой отворачивает в сторону, выбирая между стрелком и собаками их, как меньшее из зол. Его свита разом меняет направление и мчится уже на меня. Смешно. Но и про льва из той побасёнки, избитого зайцами забывать не стоит. Им меня не свалить, факт, но прицел они мне собьют однозначно. Да и завеса дыма всё плотнее. Поэтому я разом разрядил оставшиеся шесть стволов. При всех моих плетениях, меня повело, хотя на землю и не уронило.

Выронил карабин выхватывая рунный нож. Первый русак приблизившись ко мне стремительно выпрыгнул вверх на уровень моего лица и перевернувшись в воздухе резко выбросил в мою сторону задние лапы. Так себе попытка. Я успел перехватить его в воздухе и швырнуть в сторону, отмечая тупой стук и влажный хруст. Однозначно зайчишка встретился со стволом дерева, а благодаря плетениям скорость я ему обеспечил внушительную.

Дым быстро рассеивается, а я смещаюсь в сторону, поэтому краем сознания отмечаю, что попаданий оказалось всё же достаточно, чтобы снести зверю защиту и добраться до тушки. Во всяком случае, зверь копошится в павшей листве, пытаясь прийти в себя.

Очередной попрыгунчик повторил судьбу первого. На третьего я всё же не успел среагировать и его лапы влетели мне в лицо. Нос уловил резкий и неприятный запах животного, кожа ощутила лёгкий толчок и влагу слетевшую с шерсти зверька. На этом всё, если не считать, что я всё же зажмурился. Чтобы меня сколь-нибудь серьёзно повело ни массы, ни силы длинноухому не хватило.

Четвёртого разрубил клинком в полёте. Пятый промахнулся, взбрыкнув в пустоту, ибо я и не думая стоять на месте, уже бежал к подранку. Последний предпринял наиболее реалистичную попытку бросившись мне в ноги, но я успел подпрыгнуть. А ведь вполне мог споткнуться или поскользнуться на мягком и податливом тельце. Подумать только! Я дерусь с зайцами! Охренеть!

Когда подбежал вплотную к косому, тот нашёл-таки в себе силы и выпрыгнув попытался в перевороте лягнуть меня своими массивными задними лапами. Если что, то вовсе не безобидный взбрык. Его удар вполне пробьёт мой «Панцирь» и оба «Щита», и лапы, всё ещё обладая достаточным зарядом Силы, вполне могут размозжить мне череп или проломить грудь, вогнав рёбра в лёгкие.

Но я успел увернуться и ещё в полёте вогнал в его бок клинок с «Упырём». Припечатал косого к земле и провернул кинжал, взрезая жизненно важные органы. И вдруг меня охватила знакомая всепожирающая боль, ощущение распирания изнутри и переполняющий поток энергии. Инстинктивно попытался разжать пальцы, но не преуспел в этом. Всё как и в предыдущие разы. Это была последняя моя мысль, после которой меня накрыла темнота…

— Очнулся? — спросил Дмитрий, стоило мне открыть глаза.

— Да, — не поднимаясь и рассматривая голые ветви высоких деревьев, ответил я.

— С возвращением. Я уж думал ты помер.

— Не дождёшься.

— И не надо.

— Ты зачем стреловидные пули впустую израсходовал? — не удержался я от меркантильного вопроса.

— Я как узнал, что загонять зайца будем, перезарядил один пистолет круглыми пулями.

— Тогда ладно, — не спеша подниматься, меланхолично произнёс я.

— Харитон жалуется, что ты шкуру косому попортил. Пуля на выходе разворотила ему лопатку, ну и шкуру в клочья. А после ты ещё и ножом добавил. Говорит, что уж косого-то можно было взять аккуратнее. Мол, он бы управился лучше.

— Не сомневаюсь. Он ведь охотник, — всё ещё лёжа на спине, согласился я. — Сколько я провалялся?

— Примерно с четверть часа.

— Понятно.

— И как? Получилось?

— Пока могу сказать лишь то, что вместилище увеличилось вдвое, то есть где-то шестьдесят шесть единиц, каналы подросли и стали более ветвистыми. В остальном нужно наблюдать и пробовать, пока ничего не понятно.

Ясное дело я Дмитрию не собираюсь говорить всё. Не вопрос, я хочу иметь его рядом как друга, и готов доверяться ему. Но не безгранично. Даже между супругами прожившими жизнь душа в душу хватает тайн, что уж говорить о человеке которого знаешь каких-то два с небольшим месяца.

А так, я наблюдал значительные изменения. К примеру некоторые каналы, которые прежде я называл основными, я теперь с полной ответственностью могу обозвать артериями. Из приятного, убийство высокорангового зверька не просто подняло меня на следующую ступень, а увеличило моё вместилище вдвое. Так что, я сейчас уже приближаюсь к пятому рангу. Ещё четырнадцать единиц и я его возьму.

Ч-чёрт! Обидно, йолки. Весь мой запас Силы в двести единиц распределённый по плетениям развеялся, как и не было. Иди теперь опять накапливай, йолки. Ладно, дорогу осилит идущий.

Для начала активировал плетения усиления «Могущество» и «Терпение» пятого ранга. Аве моей памяти и любознательности, я знаю как и что нужно для этого делать. Но на этом с высокоранговыми рунами решил обождать, ибо эти сожрали половину резерва во вместилище. Далее предпочёл накачать «Панцирь», один из «Шитов», «Плеть» и «Сеть». Всё. Лимит выбран подчистую. Зато теперь есть возможность узнать увеличилась ли пропускная способность каналов как в прошлые разы, или нет.

Только раскидав запас во вместилище спохватился и глянул на аккуратно разложенные вещи выпавшие из моих деактивированных «Котомок». Придётся всё это богатство тащить на себе. Конечно мне не составит труда перебросить Силу из одних амулетов в другие, при этом ничего не потеряв. Но ведь Дмитрий уже видел, тусклое свечение на кольцах. А значит может догадаться о моей способности перераспределять запасы Силы между плетениями.

Стоп! Чего я так туплю-то. Ведь телесные плетения не имеют внешнего проявления. Значит спокойно деактивирую «Могущество» и «Терпение» пятого ранга, и заряжаю третьего, чего более чем достаточно, чтобы добраться до заимки. И теперь можно активировать обе «Котомки».

— Рома, давай проверим, — протянул мне Дмитрий «Плеть» пятого ранга.

— Ого! Ты додумался захватить амулеты, — восхитился я.

— Не весь комплект, а один перстень. Нам же только проверить, получится или нет, — сконфужено ответил он.

— А. Ну да. Так и есть, — кивнув, подтвердил я.

После чего надел перстень на свободный палец и запитал его Силой. Руны тускло сверкнули голубоватым свечением, а я победно посмотрел на Дмитрия, восхищённо взирающего на происходящее.

— Получилось! Испытаем⁉ — с таким видом, словно это его достижение, воскликнул подросток.

— Не, Дима, впустую разбрасываться невеликим запасом Силы посреди леса неподалёку от засечной черты, идея однозначно не очень.

— Хм. Твоя правда.

— Давай лучше займёмся наблюдениями, а там, глядишь, и возможность испытать появится. А пока я активирую мои «Котомки» и приберу в них вещички.

Подумалось о том, что я поспешил с покупкой амулета четвёртого ранга. Надо было сразу на вырост брать, и тогда моя грузоподъёмность увеличилась бы сразу до сорока шести килограмм. Впрочем, едва только подумал о цене в тысячу шестьсот рублей, как мои хотелки тут же поубавились. Вот заработаю, тогда можно будет замахнуться. Причём сразу закажу диск.

— Ну что, судари мои, готовы в обратный путь? — спросил Харитон, поправляя на плечах лямки сидора.

Он время зря не терял, успел разделать косого, прибрав себе и его шкуру. Его трофей, мы это заранее оговорили. Вообще, ушлый мужичок. Но мне не жалко. У меня на него есть кое-какие виды, а потому не буду мелочиться. Тем более на фоне полученных мною бонусов.

— Дима, готов к переходу? — глянул я на друга.

— Я-то, чего. Ты сам как?

— Да нормально. Не в первый раз.

— Тогда пошли.

Вскоре я узнал одну весьма занятную штуку. Вместилище пополнялось с невероятной скоростью. Исходя из моих наблюдений выходило, что за неполные две минуты во вместилище капнула единица Силы, а через десять уже три. Спустя полчаса наблюдений я понял, что поток в каналах увеличился ровно в два раза. Да это праздник какой-то! Если ещё и в медитации прибавлю, то получится, что я возьму следующий ранг уже через два месяца.

Учитывая, что среднестатистический одарённый достигает таких высот к двадцати девяти годам, я имба какая-то получаюсь! Причём даже с учётом того, что за счёт убийств можно значительно ускорить этот процесс. Ведь мне в середине января исполнится только пятнадцать. Вот это я дал стране угля, мелкого, но до… много, одним словом