45: Лада

Что я здесь делаю?

Я зажмурилась, но это не помогло собраться с мыслями. Я снова открыла глаза и осмотрелась. Джаэл оставила меня на втором этаже-галерее, обрамлявшей танцпол первого этажа. Здесь находилось всего десять столиков, разделённых перегородками из растений и фигурных кристаллов горного хрусталя. Разноцветный свет преломлялся в хрустале, отражался на глянцевой поверхности листьев и бежевой коже диванчиков, подпиравших столы с двух сторон.

Из-за направленного света газовых ламп по периметру галереи с нижнего этажа не было видно происходящее наверху, а вот сверху низ прекрасно просматривался. Это сказочное место создавало иллюзию уединения, и потому Джаэл оставила меня одну занимать целый столик, цедить свой бокал с пуншем и угощаться сладкими канапе с трёхэтажного блюда.

Как Джаэл сказала — здесь я могу безопасно соблазняться наблюдением за нормальной жизнью. И я… я, кажется, соблазнялась. Иначе не объяснить, зачем я сидела на самом краешке дивана и не могла оторвать взгляд от происходящего внизу.

Девушки в блестящих прямых платьях, сверкающие имперскими шпильками в волосах. Дерзко улыбающиеся им парни в костюмах по моде королевств, чьи талии подчёркивали широкие пояса на имперский манер. Около двадцати драконов — удушающая толпа по моим оценкам пары месяцев назад и терпимое количество теперь — беззаботно щебетали в своём флирте или кружились в танце. А глубже в тенях возле столиков с угощением и чашами пунша скрывались более интимно сблизившиеся фигуры.

Я безошибочно нашла среди них рыжую голову. Джаэл болтала и временами смеялась, то и дело мягко касаясь предплечья своего статного кавалера. Я ожидала, что она будет взволнована, снова начнёт выяснять отношения с Ромальдом, но язык их тел показывал совсем другую картину.

Джаэл не страдала. Ромальд не злился. Он был горд почти до самодовольства и то и дело властно касался талии Джаэл, демонстрируя всем и вся, что она принадлежит ему. В этом месте более лёгких нравов такое поведение не вызывало осуждения. Но я всё равно не могла понять беззаботности этих двоих: наследник маркиза не мог связать свою жизнь с дочерью торговца, а Джаэл не казалась той, кто примет роль бесправной любовницы…

Их поведение было настолько странным и противоречащим моим впечатлениям об этой паре, что всё внимание сосредоточилось на них. Или, возможно, виной моему чрезмерному любопытству был пунш, покрывший разум дымкой опьянения.

Это не очень нормально.

Я отставила бокал, облокотилась на стол и закрыла лицо руками. Голова слегка кружилась, задорная музыка и шелест голосов заглушали мысли, но я пыталась их собрать. Кажется, я делала это уже не первый раз. Пунш пылал в крови, сбивая восприятие, рассеивая сознание на какие-то незначительные мелочи.

Мне ведь сейчас следовало искать Артефакт. Или найти Марса и спросить, является ли Фенг Ин замаскированным наследным принцем. Или подойти к самому Фенг Ину и задать вопрос напрямую.

Я отвела руки от лица и уставилась на ладони. Воспоминание о том, как они разрушались под воздействием Хаоса, притупилось. Я больше не могла так ясно представить момент своей смерти и, наверное, поэтому сейчас так спокойно сидела на вечеринке и думать о глупостях. А, возможно, мне хотелось верить, что моего приезда сюда и вмешательства в происходящее уже достаточно, чтобы изменить трагический финал Академии и мира.

Преломляемый декоративными кристаллами свет разноцветными пятнами рассыпался по белой скатерти и моим подрагивающим слишком бледным рукам.

Достаточно ли уже сделанного, чтобы меня и мир не поглотил Хаос? Или я должна придумать что-то ещё? Сделать что-то более решительное…

Внизу взорвались аплодисменты, возгласы, свист. Я дёрнулась и, рефлекторно отодвигаясь подальше от шума, всё же взглядом искала его источник. Сердце дико колотилось, в глазах потемнело, и я не сразу рассмотрела происходящее.

На первом этаже толпа окружила стол с чаном пунша. Студенты снова зааплодировали и даже стали подвывать. В центре этого собрания знакомый светловолосый парень закончил осушать бокал, тут же черпаком плеснул себе ещё пунша и снова стал жадно пить, постепенно запрокидывая лохматую голову и подставляя взглядам расстёгнутый ворот рубашки, напряжённые мышцы шеи и движения кадыка.

Марс…

Когда он пришёл? Совсем недавно среди гостей его точно не было!

Я подалась вперёд, вдавилась грудью в перила, перегнулась через них: Марс перевернул только что выпитый бокал, подчёркивая его опустошение. Студенты снова аплодировали. Растянутые в улыбке губы Марса влажно блестели от пунша, волосы растрепались ешё сильнее. Он размашисто налил черпаком новую порцию напитка и отсалютовал всем гостям. На первый взгляд Марс выглядел дерзко и весело. Но я остро чувствовала, что в его безумном веселье было что-то не так…

Что-то случилось.

Закусив губу, я присматривалась к Марсу, выискивая в его облике малейшие подсказки: этот расстёгнутый воротник, беспорядок в волосах, раскрасневшееся лицо, диковатый взгляд разноцветных глаз и улыбка… какая-то горькая и немного жутковатая.

Мой подбородок упёрся в перила, давление на закушенную губу усилилось, яркой болью вырывая меня из оцепенения. Теперь на первом этаже все гости собрались вокруг Марса и рукоплескали его стойкости.

Чего он хотел добиться доказательством умения пить? Кто и чем его спровоцировал? Терзая зубами губу, я… очень сожалела о том, что не следила за происходящим внизу, не могла влиться в толпу веселящихся студентов и узнать всё из первых рук. Потяжелевшим сердцем я чувствовала, что Марсу нужна помощь, но спуститься туда и что-то делать на виду у всех… Мурашки побежали по коже и плечи нервно передёрнулись. Я… я не смогу.

И почему я должна что-то делать? Среди стольких привилегированных студентов разве не найдётся кто-нибудь, кто ему поможет?

Марс со своей дикой улыбкой снова наполнял бокал. Остальные окружали его и вроде бы подбадривали, но в том, как они блокировали его со всех сторон, как смотрели на него… мне виделась агрессия. Улыбки гостей казались немного злыми. Марс стоял среди них, словно загнанный зверь.

Грудь сдавило, накатило привычное противное удушье. Зрение исказилось, среди нарядных и беззаботных студентов появились мятежники и перепуганные горожане — настоящее и прошлое смешивалось, в какофонии музыки, смеха и криков разум пытался сбежать, покинуть меня.

Это только мои воспоминания!

Сжав виски, я заставила себя дышать. Я заставила себя сосредоточиться на Марсе. Я старалась думать позитивно. Но всё равно не могла избавиться от ощущения, что все эти красивые, нарядные студенты и студентки нацелились на него. Что, восхваляя его стойкость, они одновременно насмехались над ним и строили коварные планы. Может, не все, но некоторые точно. И Марс… его широкая улыбка то и дело искажалась в горькую усмешку, на хвалящих его гостей он смотрел странно, без привычного подчёркнутого добродушия.

Что-то с ним произошло. Наверное, ему требуется если не помощь, то поддержка — слишком уж странным способом он проводил время. Каким бы слабым ни был пунш, это алкоголь, Марс выпил его слишком много и, похоже, останавливаться не собирался. Это развязное, совершенно непохожее на него поведение казалось криком о помощи. А я могла только кусать губу, сжимать кулаки, всё это видеть — и трусливо сидеть за завесой света, потому что одна мысль о том, чтобы спуститься вниз и войти в эту шумную толпу меня парализовала.

— Марс… — выдавила я тихий шёпот.

Но он не мог услышать меня. А я не могла пересилить оцепенение и привлечь к себе внимание стольких драконов.

Кто-нибудь, помогите…

Нам отчаянно нужна помощь.

И в момент, когда я совсем не знала, как поступить, окружение Марса нарушилось из-за появления рыжеволосой красавицы и её кавалера. Джаэл ловко встала между Марсом и пуншем. Марс только допивал очередной бокал, поэтому не сразу заметил преграду. А когда заметил и застыл в растерянности, Ромальд дружески похлопал Марса по плечу, что-то сказал, обхватил его за плечи и повёл прочь. Джаэл скользнула следом за ними.

— Ромальд, постой! — позвал напыщенный молодой дракон, и несколько приятелей его поддержали.

— Мы ещё не закончили спор!

— Ромальд, так нечестно!..

Но Ромальд буркнул им напоминание о том, что он именинник, отмахнулся и исчез из моего поля зрения.

Поднявшись, я опёрлась на перила и постаралась заглянуть под галерею, но Марса и его сопровождение не увидела. Гости внизу обсуждали происшествие, некоторые выглядели разочарованно. Склонившись, я уловила обрывки фраз.

— …без сил рода он ничто…

— …на что надеется…

— …давно не управляет своим герцогством…

— …конец Бергов…

— …без покровительства императора ему только и остаётся развлекать нас в надежде на милость…

О чём они? Я наклонилась ниже, балансируя на грани падения. Музыка и переплетение разных голосов мешали разобраться сразу в нескольких разговорах. А то, что удалось разобрать… я бы хотела верить, что просто ослышалась: все эти избранные представители самых влиятельных семей на самом деле не принимали Марса в свой круг. Особенно теперь, когда состояние императора после столь продолжительной болезни совершенно не улучшилось.

— Но он всё ещё красавчик с хорошим приданым, — заметил один из парней и засмеялся.

Плюнуть бы на его приглаженные волосы… Я яростно смотрела на него, но взгляд не причинял ему вреда.

В гневе я выпрямилась и оглянулась. Трёхъярусное блюдо с канапе было слишком неудобным, стол и диваны — громоздкими. Я схватила со стола ополовиненный бокал пунша и, подняв его для броска, развернулась обратно, выискивая взглядом свою мерзкую цель.

Волосы у многих парней были прилизаны, все они весело болтали друг с другом и девушками, я искала взглядом обидчика.

Ну же, покажись, урод!

Неожиданно запястье сдавили, и бокал выпал из моей руки. Сердце упало в пятки, я оцепенела. Сильная рука исчезла с запястья, но спазм мышц ещё не прошёл, и голова к напавшему поворачивалась медленно. Вдруг тёплая целительная магия хлынула в моё тело, снимая напряжение и успокаивая.

Рядом со мной стояла Джаэл и держала початый бокал. Я вдруг почувствовала себя маленькой девочкой под взглядом мамы. Немного строгой и немного понимающей. Она разглядывала меня странно, свободной рукой прикрывая живот. Я заморгала, постепенно приходя в себя и поражаясь тому, что собиралась сделать.

Опустив бокал на столик, Джаэл потянулась пальцем к моим губам. Я не стала уворачиваться, вдруг почувствовав боль от недавних укусов, жаждя снова ощутить тепло целительской магии. И оно пришло, омывая не только губу, но и всю меня. В этом тёплом потоке отступил шум толпы, музыка казалась тише. А главное — нервы перестали напоминать перетянутые струны.

— Вдох-выдох, — строго посоветовала Джаэл.

Рядом с ней я смогла прикрыть глаза для пущего сосредоточения на дыхании. Голоса и танцевальная музыка не так сильно тревожили меня, превращаясь в фон — то, чем они и должны быть для любого нормального дракона.

Наконец, я снова открыла глаза.

— Ну как, тебе лучше? — по-доброму спросила Джаэл.

— Где Марс?

Со вздохом она выдавила кривую улыбку и оглянулась, словно могла видеть сквозь пол и стены:

— Ромальд должен привести его в чувства. Не волнуйся, здесь никто не позволит случиться чему-то нехорошему, слишком пьяным студентам в том числе.

Она пытливо смотрела на меня. Мне стало неловко, словно меня раздели на глазах у всех. В попытке изобразить занятость я оглядела стол и замерла при виде бокала — свидетельства того, что я чуть не напала на незнакомого студента.

Какой кошмар! Я закрыла лицо руками, не веря в случившееся.

— Похоже, перед отъездом мне нужно ещё раз хорошо с тобой поговорить, — Джаэл подошла вплотную.

Она была такой горячей, что я ощутила жар её тела. Запах пудры, османтуса и чего-то сладкого с нотками пряностей.

— Расскажи-ка мне, моя милая Лада, почему ты решила кидаться в гостей бокалами?

К щекам прилил жар, и желание спрятаться где-нибудь подальше от этого позора стало почти невыносимым. Будто предвидя мой побег, Джаэл обняла меня за плечи — как недавно с Марсом поступил Ромальд. Кажется, от разговора не отвертеться…

А, может, оно к лучшему? Сама я разобраться во всём этом не могу, хороший совет не помешает.