51: Лада

Почему он не уехал? Почему не сбежал? Зачем пошёл к цензорам?

Кусая губу, я ходила из стороны в сторону. Платье шуршало о стену живой изгороди, каблучки утопали в земле. Топтаться по клумбе было неудобно, но выйти на площадь перед административным зданием я не осмелилась — боялась встретиться с Марсом, а со скамеек вдоль ближайших дорожек выход не видно, он мог бы уйти от цензоров незаметно для меня.

Губа уже болела. Я снова посмотрела сквозь сетку листьев на широкое крыльцо и закусила палец.

Почему он там так долго?

После разговора с Марсом на сердце было тяжко, а сейчас эта тяжесть не просто удушала, она почти прижимала к земле. Судорожно вдохнув, я посмотрела на облака. Они так безмятежно плыли по своим делам…

Марс… почему он сам не обратился к цензорам или полиции? Для него это лучший вариант, пока его не втянули в заговор против императора. Бунтовщики ведь всегда будут шантажировать причастностью его отца к прошлому заговору, но если первым о них сообщил — ты уже не соучастник, а свидетель.

При всех проблемах Марса и шатком положении ему лучше сообщить, что его пытались завербовать бунтовщики, чем оказаться неблагонадёжным подданным, покрывавшим заговорщиков. Это же очевидно!

А по подслушанному разговору казалось, что Марс общался с бунтовщиками не первый раз.

Может, он специально с ними общался? Может, он тайный агент полиции?

Сердце затрепетало в надежде на такой исход. Но я вновь отбросила столь прекрасный вариант: будь Марс агентом, он бы признался мне, попросил его не раскрывать, а он… он…

Он признал свою связь с бунтовщиками.

Я прижалась к живой изгороди, куст затрещал под моим давлением, фигурно укороченные веточки втыкались в грудь, шею, щёку. Я уберегла глаза и снова сквозь частокол листьев уставилась на крыльцо.

Надеюсь, Марс сейчас сообщает о бунтовщиках в Академии. Если расскажет что-то полезное, покажет себя верным подданным…

«Всю жизнь думал, что я один из освободительного движения…»

Меня затрясло. Я так чётко помнила эту фразу. Интонации Марса. Благородное название, которым себя обозначали заговорщики — освободительное движение.

Кажется, я сходила с ума. Образы прошлого, обрывки мыслей — всё смешивалось, мешая думать.

А мне не думать сейчас следовало, мне бы отчаянно искать Артефакт. Удерживать Фенг Ина — наследного принца — от глупостей. Расспросить Марса о бунтовщиках в Академии, вдруг именно их вмешательство в прошлом привело к катастрофе?

Нужно было сразу рассказать о бунтовщиках инспекторам порядка.

Заломив руки, я снова метнулась из стороны в сторону: того, что заговорщики устроят в Академии кровавые беспорядки наподобие тех, что были десять лет назад, я не боялась. В моих воспоминаниях о будущем ничего такого не случалось, и моё вмешательство вряд ли могло это изменить. Бунтовщиков не упоминали даже в связи с прорывом Хаоса, но теперь я опасалась их влияния на это событие.

Возможно, их вмешательство в дела наследного принца по поиску Артефакта привело к катастрофе. Возможно, оставшиеся вне Академии бунтовщики потом сделали всё возможное, чтобы скрыть свою вину в случившемся.

Они могли намеренно очернить наследного принца, чтобы упростить разрушение империи, просто им вскоре стало не до таких мелочей, поэтому правда оказалась скрыта от погибающих в Хаосе подданных.

Поэтому оставлять бунтовщиков на свободе — глупо. Но подставлять Марса…

Металлический вкус обжёг язык. Кровь сочилась из прокушенной губы, грудь опять сдавливало от подступавшего страха.

Я хотела дать Марсу шанс…

Надеялась, он сам сдаст бунтовщиков…

Но я больше не могла ждать. Три дня — слишком большой срок. И в дела Фенг Ина — то есть, наследного принца — я уже вмешалась, поэтому не могу гарантировать, что катастрофа случится в тот же день, который я «помню» благодаря видению.

Нет, я просто не имела права бездействовать. Даже если это заденет Марса.

Вытерев кровоточащую губу, я отвернулась от живой изгороди, скрывавшей от меня крыльцо административного здания. Оглянулась, ища удобный выход с засаженной цветами клумбы на аллею.

Я не имею права медлить.

Я должна найти наследного принца и попросить его уехать отсюда!

В эти дни я, сославшись на плохое самочувствие, не искала с ним Артефакт, чтобы следить за Марсом. Боялась, что повышенная тревожность приведёт к расспросам принца о причинах моего странного поведения. Да мне просто стыдно смотреть в глаза Фенг Ина, зная такую правду о Марсе.

Но до этого мы с Фенг Ином обговаривали план обыска Академии, так что я примерно представляла, где он сейчас может быть.

Марс, надеюсь, ты сделаешь правильный выбор и поможешь остановить бунтовщиков.

Полная болезненной решимости, я отправилась искать Фенг Ина. Губа ныла, но я продолжала терзать её зубами. Ещё сильнее болело сердце.

В каком-то смысле знание о присутствии бунтовщиков в Академии можно считать благом: они отличный повод объяснить наследному принцу, почему он срочно должен бросить всё и убраться отсюда. Это намного лучше рассказа о видении будущего, в котором он станет причиной мировой катастрофы.

Я даже могла бы сказать, что подслушала разговор двух неизвестных мне заговорщиков о готовящемся на наследного принца покушении.

Проблема в том, что… я плохо лгала. Слишком многого боялась. А покушение на наследного принца будут расследовать с особым пристрастием, не уверена, что смогу долго выгораживать Марса. Под давлением я быстро сломаюсь.

Ах, сколько мыслей в голове. Я схватилась за виски, но это не помогло, только больше косых взглядов поймала на себе. Наверное, я выглядела безумно — невыспавшаяся, с прокушенной губой, испуганная.

Поверит ли мне Фенг Ин?

Не сделаю ли я хуже своим вмешательством?

Нет. Я должна это сделать!

Сжимая кулаки, я ускорила шаг, полная решимости не просто попытаться, а действительно выдворить наследного принца из Академии. Это ведь он сейчас активнее всех ищет Артефакт, и только Артефакт кажется мне достаточно сильным, чтобы устроить прорыв Хаоса в нашем мире.

Так что ради всех живущих ныне я не могу ждать, надеясь на благородство Марса или удачу. Лучше, если Фенг Ин покинет Академию раньше, чем начнутся разборки с бунтовщиками.

Просто на всякий случай.

Просто потому, что в моём видении наследный принц погиб в Академии во время первичного прорыва Хаоса, поэтому его отъезд может как-то изменить ситуацию. И у меня не так много времени для других решений.

Главное — не опоздать, не упустить момент из-за слабости и сомнений. Я слишком часто позволяла им брать верх, но сейчас всё слишком серьёзно.

На меня покосились проходящие мимо студенты. А три идущие навстречу девушки переглянулись между собой, глазами выражая что-то не слишком лестное. В груди встрепенулся страх: перед бунтом и во время него тоже было много странных взглядов. Привычка требовала спрятаться, но я только сильнее стиснула кулаки. Если бы по территории не ходили инспекторы порядка, я бы побежала — лишь бы скорее выполнить задуманное.

Пока запал не пропал.

«Я должна это сделать», — твердила про себя, сосредотачиваясь на маршруте в ранее запланированную зону.

Только бы Фенг Ин действительно был там.

Сегодня мы собирались осмотреть полигон факультета строителей на востоке от Академии управления и прилегающий к нему парк-полигон для ландшафтных дизайнеров. Мне идея осматривать столь часто перекапываемое место казалось странной, но Фенг Ин настаивал на том, что мы должны осмотреть каждую пядь территории, не ленясь изучать маловероятные места, чтобы Артефакт не счёл нас ленивыми.

От быстрого шага сбилось дыхание. От нагрузки и одолевавших меня страхов. Намерение действовать и парализующие фобии смешивалась в гремучую смесь. Иногда казалось, сам мир померк, только путь к цели выделялся в этой тьме слабым свечением. Это было исключительно психическим явлением — так объясняла Джаэл. Она говорила, это игры разума в попытке отключиться от пугающей реальности.

Это говорили и лекари до неё, но только сейчас горящая в сердце решимость позволила прорваться сквозь это состояние. Действовать в этом мраке, словно его не было.

Сердце болело от сжигающего меня огня эмоций. Сильнейшее устремление наполняло силами, и я не отступила, даже завидев впереди группу студентов.

Настоящая толпа. Она двигалась на меня. Юноши и девушки переговаривались. Смеялись. Поглядывали на меня странно. Наверное, после занятий шли к улочке ресторанчиков в ближайшем парке.

Шумные. Заполонившие собой всю аллею. Наступавшие на меня.

Солёный вкус крови затопил рот. Страх мешал дышать, поднимал дыбом волосы. Я могла бы метнуться на газон, пробежать кустами. Но я не хотела терять время. Не хотела в столь ответственный момент казаться совсем безумной. Мысленно я перекрыла пространство вокруг себя щитами и продолжила шагать вперёд.

Никакого щита в реальности не было. Может, глупо было тратить на это преодоление свою решимость. Только я загадала: если смогу пройти через эту толпу — смогу всё остальное.

Ногти вонзились в ладони. Зубы заскрипели — так крепко я их стиснула. Зрение сузилось до просвета деревьев над головами студентов — туда вела эта аллея. Виски пульсировали от напряжения.

Я задержала дыхание. И ввинтилась в толпу студентов. Шум голосов ударил по ушам. Юноши и девушки обтекали меня, словно невидимые щиты впрямь существовали. Студенты щебетали о чём-то. Косились на меня, болтали друг с другом, спешили по своим делам.

Почти задыхаясь, я вынырнула из нахлынувшей на меня волны тел и судорожно втянула воздух. Навеянная паническим страхом тьма медленно отступала, рёбра с трудом раздвинулись для глубокого вдоха.

Студенты меня не тронули. Страх оказался напрасным. Они шли по своим делам, а я продолжала свой путь. Поджилки тряслись. Но то, что смогла пройти сквозь толпу, воодушевляло.

Я всё смогу.

Вдохновлённая этим достижением, я не заметила, как добралась до полигона. Насыпи камней и песка, горы и осколки каменных блоков, недоделанные колонны, какие-то каркасы, недостроенные и полуразобранные архитектурные комплексы карликовых размеров — полигон строителей и архитекторов простирался так далеко, что другая его сторона едва просматривалась.

Меся туфельками скрипучую гальку, я поднялась на возвышенность и оглядела возвышенности и впадины этого странного пейзажа. Тут и там солнечными вспышками проступали искусственные пруды. Тихо посвистывал ветер, трепал подол платья, норовя его приподнять.

Казалось, здесь никого не было. Только ветер. Только «руины» маленьких зданий. Только я.

Приложив ладони рупором ко рту, я набрала в лёгкие воздух и крикнула:

— Фенг Ин!

Крик эхом отдался вдали. Колени чуть подогнулись, я прислушивалась к отголоску своего непривычно сильного голоса, сама не веря, что смогла так шуметь. Сердце вновь тревожно дрожало, словно на крик могли прибежать злые бунтовщики или мародёры.

Как дрожало всё внутри от страха, беспокойства и удивления: неужели это правда кричала я?

— Лада!!!

Испуганно охнув, я отскочила в сторону, разворачиваясь. Галька поползла под ногами, стаскивая меня с холма. Тёмная пропылённая фигура метнулась ко мне на вершину. Фенг Ин успел ухватить меня за запястья, дёрнул вверх, удерживая от позорного скольжения вниз. Его раскосые глаза распахнулись, по щекам расползлись яркие пятна, а голос срывался:

— Лада… Ла-да… я знаю, где Артефакт! Лада, — он рывком притянул меня к себе.

Я не успела среагировать и оказалась в его объятиях. Его руки крепко обхватили мою талию, наши губы почти соприкоснулись. От Фенг Ина пахло песком, солнцем и чем-то терпким. Я ощутила бешеный стук его сердца — так близко мы находились.

— Лада, — глаза Фенг Ина возбуждённо блестели, он перешёл на лихорадочный шёпот. — Я знаю, где Артефакт, он открыл мне путь!

Не может быть. Не надо!

— Я как раз собирался найти тебя. — Его руки дрожали, когда Фенг Ин отпустил мою талию, чтобы сжать мою ладонь. Он двинулся вниз с холма, потянул меня следом. — Пойдём вместе. Загадаешь ему, чтобы тебе вернулась магия. Или что ещё ты хочешь загадать. Пойдём быстрее!

Я не двинулась, но галька скользила под ногами, и я сползала с холма следом за Фенг Ином. Точнее, следом за наследным принцем.

— Быстрее, идём быстрее за Артефактом! — Он тащил меня за собой, не замечая моего оцепенения.

Что делать? Что мне делать?

Галька перекатывалась под туфлями. Тело не слушалось.

Будет лучше, если принц найдёт Артефакт или сейчас повторится катастрофа?

Мир снова потемнел, сузился до спины Фенг Ина, до его качающегося из стороны в сторону хвоста волос с налипшими песчинками.

Что на самом деле привело к катастрофе?

Барабанный бой сердца заглушал скрип гальки и голос Фенг Ина.

Я смогла что-то изменить?

Фенг Ин — наследный принц — не отпускал мою руку.

Или я ускорила катастрофу?

Он был таким сильным, что моё оцепенение его почти не замедляло. Наследный принц рвался навстречу Артефакту.

Что мне делать прямо сейчас?

Ноги подкосились. Галька вонзилась в колени, прошивая болью. Так хотелось сжаться, съёжиться, спрятаться, но я крепко держалась за руку Фенг Ина. Он развернулся и шокировано смотрел на меня с высоты своего роста:

— Лада?

Выражение его лица было таким странным. Я не знала, что говорить. В голове была полная каша: в теории всё казалось намного проще. В теории я могла всё предотвратить, но сейчас…

Ноздри Фенг Ина раздулись, он высвободил руку из моего захвата и схватил меня за плечи, рывком поднимая с колен. Но мои ноги подкашивались, и едва его хватка ослабла, я снова опустилась вниз.

Я хотела умолять его о помощи. Умолять, чтобы он предотвратил катастрофу.

Фенг Ин вновь схватил меня за плечи и стал поднимать, но я обхватила его ноги:

— Ваше высоче…

— Молчи! Не говори этого! Не стой передо мной на коленях! — зарычал Фенг Ин. — Терпеть это не могу! Не хочу видеть тебя прекло…

— Ваше высочество! — я крепче вцепилась в его ноги.

Фенг Ин застыл.

Слёзы хлынули из глаз, паника накрывала меня. Но не страх толпы, не страх нового бунта. Я просто не знала, как правильнее поступить. Я не знала, что на самом деле привело к катастрофе. Не знала, какой вариант действий будет правильным.

Что мне делать?

— Лада, прекрати, прекрати, пожалуйста…

Сказать, что заговорщики хотят его убить, поэтому ему нужно скорее покинуть Академию? Или помочь ему быстрее раздобыть Артефакт?

Но чем я без магии могу ему помочь?

— Лада!

Я вздрогнула от резких, властных интонаций в голосе Фенг Ина. Ощутила силу в его напряжённом теле. Он, казалось, злился. Но я только крепче обняла его ноги, уткнулась лбом в бедро. Дыхания не хватало. Я словно утопала.

Я должна что-то сделать.

— Ваше высочество, я… я видела будущее. Я… мне… мне было видение, что мир погиб из-за прорыва Хаоса в Академии, и все говорили, что в этом виноваты вы.

Зачем? Зачем я сказала именно так?

Это был самый ужасный вариант, я не хотела использовать его, потому что с такими речами выгляжу сумасшедшей, особенно после диагноза от целителей. Правильнее было рассказать о бунтовщиках. Даже если это значило подставить Марса. Но почему-то я заговорила о своём видении. А теперь… теперь поздно говорить о бунтовщиках, потому что это будет выглядеть новой выдумкой после неудачной попытки отговорить принца от поиска Артефакта.

Фенг Ин не двигался. То ли не знал, что делать, то ли мои метания лишь мне казались бесконечно долгими, а на самом деле прошли мгновения.

Самое ужасное — я никак не могла доказать своё видение. И всё же я, обняв ногу Фенг Ина только одной рукой, освободившейся ткнулась в свой карман у пояса.

— Подожди, подожди, — умоляла я. — Сейчас я… покажу…

Пальцы тряслись, я не могла найти мамин амулет, потемневший в ночь, когда ко мне пришло видение. Я даже не знала, какой смысл доставать его, ведь на вид это просто странное украшение, не способное ничего доказать. Я себе-то не могла доказать, что дело только в амулете. Это был просто жест отчаяния. Пальцы наткнулись на холодный кубик в оправе для подвешивания на цепочку, и я выдернула его из кармана.

Всхлипнув, подняла голову и на ладони протянула кубик Фенг Ину. Мой голос дрожал:

— Однажды ночью я увидела будущее на несколько месяцев вперёд. И этот амулет, доставшийся мне от мамы, он… он… он что-то сделал, он изменился и разрушился в ту ночь. Но я увидела… увидела будущее, правда. В этом будущем вышли новости о странной болезни императора именно в тот день, в который вышли позже. И тогда я поверила. Тогда я поняла, что наступит конец света, и поехала в Академию, чтобы это предотвратить, я… я…

Слёзы заливали глаза, не позволяя увидеть выражение лица Фенг Ина, я различала только его силуэт на фоне облаков, подрагивающий на ветру хвост волос.

Медленно Фенг Ин поднял руку и взял с моей ладони похожий на кусок угля кубик амулета. Освободившейся рукой я вытерла слёзы и крепко ухватилась за ногу Фенг Ина. Он хмуро рассматривал кубик, цепочка покачивалась.

Неужели… неужели он мне поверит?

— Тогда… тогда в том видении… — забормотала я. Не уверена, что новые подробности не сделают хуже, но остановиться не могла. Мне нужно было выговориться. — Небо… небо разорвалось. Над Академией. Хаос начал проникать в мир, разрушая всё… говорили, это наследный принц, это ты сделал что-то запретное, что-то не то в Академии… и потом стало только хуже…

Более не сдерживаясь, цепляясь за брюки Фенг Ина, я стала рассказывать, как небо рвалось дальше, как территория за территорией исчезали, как жители бежали прочь, как боролись — и ничего не могли поделать с силой разрушения Хаоса, как пал под силой протестующих Золотой город, постепенно перестали выходить газеты, началось мародёрство, как страшно мне было в моём доме ожидать неминуемого конца, как я увидела разрыв неба над своим городом, как смотрела на своё разрушающееся тело, чтобы в итоге очнуться в своей постели с будто выгоревшим амулетом. Как я сама сначала не поверила и как стала проверять события увиденного будущего по новостям в газетах, как все эти новости совпали с видением, поэтому я собралась с силами и отправилась сюда в надежде его остановить…

— Так… так… я ждала наследного принца, думала поговорить, а потом… оказалось, что это ты.

С последними словами неожиданно стало легче. Будто камень с души упал.

Всё это время Фенг Ин смотрел на зажатый между его пальцами кубик. С очень странным выражением лица.

Это казалось мне ненормальным. Я тут столько нарассказывала, за что можно в сумасшедший дом попасть, а он сосредоточился на амулете.

— Откуда это у тебя? — Фенг Ин не смотрел мне в лицо.

Я тыльной стороной ладони смахнула слёзы и прошептала:

— Достался от мамы. Она… она говорила, что это оберег. Велела всегда держать при себе. Ты… — сердце сбилось с ритма. — Вы знаете, что это?

У Фенг Ина дёрнулась щека, голос прозвучал мрачно:

— Не знаю. Но Артефакт, судя по изображениям на рельефах, имеет форму куба. И на одном из исторических рельефов он давал маленький кубик женщине в старомодном платье.

Наконец, Фенг Ин посмотрел на меня. В груди словно разверзлась пустота, мурашки побежали по спине. Я приоткрыла губы, но не смогла ничего сказать. Фенг Ин был необычайно серьёзен. Величественен. Суров. Если раньше я сомневалась в том, что он может оказаться наследным принцем, то сейчас в нём проступило что-то такое… императорское. Подавляющее. Пальцы ослабели, и я отпустила его брюки, сглотнула.

Отодвинуться бы — но я не смела, словно меня парализовал изучающий взгляд наследного принца.