Глава 19

Мачеха и на этот раз меня не подвела — вновь купила самое отвратительное платье из всех возможных. Нечто черное, кружевное, да еще и с оборками. Самое то для невесты некроманта. Моими помощниками на сегодня стали магические примочки. А мачеха особо расстаралась с макияжем. И вот уже через полчаса из зеркала на меня взирала копия Этель и Мальвин. Нет, это по-прежнему была я, но «улучшенная» версия: с толстыми черными бровями и опухшими губами. На макушку мне вновь водрузили большой шиньон, напоминающий птичье гнездо. Мачеха была в восторге от моего нового образа, папаша пробормотал заклинание защиты от злых духов, близнецы странно притихли на лестнице, а Бублик, который первым ворвался в гостиную — не признал. Впрочем, как и лер Десмонд, который прошел мимо и принялся кого-то выискивать. А вот Леокадия нацепила на нос мою новую разработку — очки с маголинзами, довольно улыбнулась и подмигнула мне. Дедушку Десмонда кроме кресла ничто не волновало. Как только он приземлился и подложил под голову подушку, тут же захрапел. Мы тоже заняли места, словно зрители в театре.

Наконец некромант перестал озираться и догадался, что странная девица с синими губами и в платье, смахивающем на пеньюар, — не умертвие, а его избранница Мартишка Адамс. Такого растерянного выражения лица я у заслуженного мага королевства никогда не видела. Что ж, игра началась: один-ноль в мою пользу.

К сожалению, Десмонд быстро пришел в себя, усмехнулся и достал тетрадь с моим досье. Бублик тоже встрепенулся, кинулся ко мне на колени и занялся кружевной оборкой. Мачеха недовольно хмурилась — скорее всего покупала наряд в дорогущем магазине. Это и понятно, не каждый день моему семейству предлагали породниться с аристократами, приближенными к королевской семье. Пока Леокадия любезничала с мачехой и отцом, Десмонд не сводил с меня настороженного взгляда, а ведь еще вчера был таким милым и улыбчивым, когда тащил в дом тети и успокаивал.

Наконец мачеха предложила перейти к чаепитию, а я затаила дыхание.

— Угощайтесь, лер Десмонд, — ворковала она. — Наша Мартишечка сама испекла.

«Испекла» — сильно сказано. Пирожные я купила в привокзальном кафе, а те, что стояли на столике рядом с некромантом, еще и снабдила оригинальной начинкой. Вот ее я готовила сама, так сказать, от всего сердца. И теперь внимательно наблюдала за тем, как начальник откусил пирожное и, прожевав кусок, скривился. А как он хотел? Опасное влечение лучше пресечь на корню, да и замужество в мои планы не входит. Надо сразу отбить у жениха охоту. Пока же лимонная кислота, добавленная в начинку, отбивала привкус трав, которые должны стремительно избавить некроманта от проблем с желудком. Десмонд потянулся к чашке с чаем, чтобы смыть вкус лакомства, но и здесь я постаралась. Добавила капли от судорог, коими меня любезно снабдила аптекарша. С настойкой для потенции на всякий случай рисковать не стала, решила так подарить, когда уволюсь и перейду служить в полицию.

— А теперь приступим к делу, — довольно потерла руки Леокадия. — У вас товар — у нас клиент. Обсудим сделку, в смысле брак.

— Тут нечего обсуждать, свадьба через две недели, — категорично заявил Десмонд, а я удивилась разительной перемене. Ведь еще недавно заслуженный некромант королевства отбивался от невест.

— Помнится, в нашу первую встречу вы говорили, что никогда не женитесь на девушке, которую задержала полиция, — ехидно припомнила я.

Десмонд позеленел — то ли от злости, то ли уже подействовала настойка.

Мачеха вскрикнула:

— Мартишечка, тебя задержала полиция?! За что?! Ты переходила дорогу в неположенном месте?

— Мартишок устраивалась туда на работу, — пояснила со знанием дела Леокадия. А я пожалела, что так много ей о себе рассказала. Не догадалась бы она, кто перед ней. Вот и имена уже путает — в прошлый раз «Мартишком» ассистента назвала.

— Удачно? — выгнул бровь «клиент».

— Пока нет. Но лер Беде мне обещал, что возьмет в штат, как только откроется вакансия.

— Не возьмет! Я об этом позабочусь, — заявил Десмонд. — Моей жене в полиции нечего делать!

— Слава светлому Эвзену, я не ваша жена, — огрызнулась я.

— Благодаря темной Наде скоро ей станете, — не сдавался Десмонд. — И помнится, в нашу первую встречу вы сказали, чтобы я сперва женился, а потом вас трогал. Вот и женюсь!

— Трогал? Так у вас уже все было?! — всплеснула руками мачеха. — Получается, вы хорошо знакомы?

— Нет! Да! — одновременно ответили мы с некромантом и вновь принялись сверлить друг друга взглядами.

Вот ведь прицепился! Явно же задумал пакость со свадьбой.

— Зачем я вам? — не выдержала и вскочила с места.

— Мне пора жениться, — ответил некромант, тоже поднялся, но тут же скорчился, приложив руку к животу.

Фух, наконец-то настойка подействовала, недолго мне осталось мучиться в этом ужасном платье, а вот Десмонду помучиться еще придется.

— Вам пора — вот и женитесь, только не на мне. Я собираюсь сделать карьеру в полиции, — отрезала я.

Мачеха вскрикнула, что рожает, а нам нужно срочно бежать оформлять отношения. Папаша громко зашипел, что я срываю их план, а он уже кредит в банке на новый мобиль взял. Дедушка храпел, некромант зеленел, Бублик самозабвенно грыз нижнюю оборку, лишь бабушка с улыбкой наблюдала за нашей оживленной перепалкой.

— Да какую карьеру вы сделаете в полиции? — Десмонд возвышался надо мной, давя авторитетом. — Вы же, кроме мармеладных козявок и чихательных порошков, ничего не умеете. А этого добра там и без вас хватает!

Темный маг меня окончательно разозлил, и я вспылила:

— Во-первых, не козявок, а червячков! Между прочим, в прошлый раз вы умяли всю банку! Во-вторых, вы сами пользовались моим уникальным иллюзорным фотоспектрумом, и нареканий вроде бы не было!

— Это когда я пользовался? — нахмурился Десмонд, а бабулька закивала. Разумеется, она и снабдила любимого внучка моими новинками.

— В склепе и пользовались, когда призывали черного отступника! — выдала я и осеклась, осознав, что сболтнула лишнее не только про отступника, но и про банку с червячками. Ведь тогда с Десмондом был Мартин, а не я!

— А откуда вы знаете про склеп и съеденных червячков? — выгнул бровь некромант.

— А-а-а… а мне Мартин рассказал, — нашлась я. — Не то чтобы сказал, но намекнул, что даже такой уважаемый некромант, как лер Десмонд, использует в работе мои изобретения. Наверняка и полиция обратит внимание.

Некромант раздувал щеки, силясь придумать, в чем меня еще уличить. Я же чувствовала себя победительницей. Что ж, светлые лидируют со счетом два-ноль.

— Мартин? — подал голос отец, нахмурившись и что-то припоминая. — А он разве не пропал два года назад?

— Ты что-то путаешь, папа.

Надо же, я была уверена, что отец вообще не интересуется жизнью тети Клары и ее сына. Да он даже не заметил, что я ушла из дома, а тут вспомнил о кузене! И главное, так не вовремя.

— Пропал два года назад? — насторожился некромант. — Мартин, который работает у меня ассистентом?

— Это он путешествовал после окончания академии, а тетя переживала, что пропал. Всю семью на ноги подняла, — отмахнулась я. — Но все обошлось

— Нет-нет, я совершенно точно помню, что его искали. Ко мне даже инспектор приходил. Да и не видел я его все эти два года. — Отец, как всегда, брякнул, не подумав, и совершенно не к месту.

Спасло провидение. Вернее, мои пилюли. Десмонд икнул, схватился за живот и выбежал из комнаты. Я тут же последовала за ним. В коридоре указала на одну из дверей:

— Вам туда, лер Десмонд.

— Твоя работа, невестушка? — процедил некромант, забегая в комнату.

— Моя! — с гордостью призналась я. — Хочу, чтобы вы наконец уяснили — вам со мной не справиться!

— Посмотрим, — сдавленно произнес Десмонд и захлопнул дверь.

Я же поторопилась попрощаться с бабушкой и Бубликом, который с довольным видом доедал оборку.

— А где… — удивилась мачеха.

— Ему стало плохо, — вздохнула я. — Видимо, я что-то перемудрила с выпечкой. Плохая из меня хозяйка. Придется леру Десмонду поискать другую невесту.

— Это мне придется пойти на крайние меры, а то вы еще долго будете препираться, — недовольно пробурчала Леокадия и, растолкав мужа, направилась к выходу.

У дверей к ним присоединился злющий и зеленющий некромант, и взгляд, брошенный на меня вместо прощания, не сулил ничего хорошего.

После ухода дорогих гостей я закрылась в спальне и под звуки ругани родственников и ломающейся двери выбралась из дома уже привычным способом: через окно. Папашу с мачехой выслушивать не собиралась. Да и нужно в дом тети Клары поторопиться, где меня ждали Вилка с призраком. Нам предстояла поездка в Жижу.

— Мартишка, как прошли смотрины? — осведомилась Вилария, пока мы ехали.

— Прекрасно. Лер Десмонд отравился пирожным, поэтому встреча была недолгой.

— Ты подстроила? — хихикнула Вилка.

— Продукт оказался некачественным, кто же знал, — ответила я с хитрой улыбкой.

Вспомнили с подругой былые проказы, я поделилась идеями новинок, а Лешек терпеливо ждал, пока мы наговоримся. Как только мы с Вилкой нахихикались, призрак сообщил:

— Я отследил того хлыща с кладбища.

— И кто же он? — обрадовалась я слишком бурно, потому что «Букашка» чуть не съехала на обочину.

— Кто он, я не знаю, но адресок подскажу. Живет в трущобах.

— Займемся незнакомцем по приезду в Протумбрию, а сейчас у нас более важные дела!

Мы въехали в город и оставили «Букашку» на площади рядом с таксомобилями. Сами направились в таверну. Лешек полетел с нами, надев маскировочный амулет, и теперь я могла разглядеть его только при помощи линз с проявителем тонких тел.

Бражинку, пухлую блондинистую девицу, призрак заметил сразу, о чем замычал мне на ухо. Мы подозвали подавальщицу к столику, сделали заказ, а затем я достала купюру:

— Вы не присядете к нам? Есть вопрос.

— Отчего ж не присесть, коли две благородные лиры вежливо просят, — улыбнулась она, села рядом, а купюра переместилась из моей руки в ее карман.

Лешек поведал мне, что Бражинка — девица простая, и если будем задавать заковыристые вопросы — не поймет. Поэтому я не стала мудрить и призналась, что два года назад в этой гостинице пропал мой кузен Мартин, а в прошлом году примерно в то же время — в последнюю неделю уходящего лета — исчез и Лешек, который якобы является приятелем кузена. О том, что провожу расследование, упоминать не стала, но Бражинка дурочкой не была:

— Думаете, вашего брата и Лешека убил один и тот же тип? Вряд ли. В Жиже тихо, безопасно. Вот и инспектор столичный сказал, что Лешек сам поскользнулся и расшибся.

Выданная информация ничуть не помогла, поэтому спросила в лоб: помнит ли она нечто странное в тот день, когда с Лешеком случилось несчастье. Может, посетитель грубый попался. Или Лешек что-то в тот день подозрительное услышал, когда разносил еду в номера. А вдруг сам подавальщик чем-то обидел клиента. На этих словах почувствовала тычок в спину. Призрак хоть и был невидимым, но слышал все прекрасно.

— Да что вы! От Лешека дурного слова никто не слышал. Он отзывчивый был, всегда рад помочь. А кому еду разносил… — Бражинка нахмурилась. — Вспомнила! В тот день я его попросила моим клиентам в комнату поднос принести.

— Что за клиенты? — Я уже догадалась, о ком пойдет речь.

— Профессор какой-то бородатый и спутник его молодой, — ответила Бражинка.

— Не профессор, а магистр! И не было у него бороды, — зашептал мне на ухо невидимый призрак.

— Может, магистр, а не профессор? И про бороду вы точно помните? — уточнила я у рассказчицы.

— Может, и магистр. А борода у него была, когда я заказ принимала. Пышная такая, пол-лица скрывала.

— А про спутника его что скажете?

— Хм, со спутником все не так просто…

Подавальщица тянула время. Вилка первой сообразила, что нужно сделать и протянула вымогательнице еще одну купюру. Собеседница довольно улыбнулась и склонилась к нам ближе:

— Думается мне, не юноша там был в номере.

— А кто же? — одновременно спросили мы с Вилкой.

— Девица переодетая!

Лешек забормотал мне на ухо:

— Парень там был! В штанах и пиджаке!

— Почему вы решили, что девица? — спросила я у подавальщицы, отмахиваясь от призрака.

— Если такая по улице в плаще длинном пройдет, не догадаешься, что девица. А в комнате-то она плащ скинула, хоть и спиной ко мне стояла, но я сразу скумекала: не парень это! — хмыкнула Бражинка. — С такими внушительными формами — точно девица, говорю вам!

— А волосы какого цвета? — уточнила я.

— Темные, до плеч, — припомнила подавальщица.

Я расстроилась. Получается, что магистр академии просто проводил ночь с какой-то девушкой, а та для маскировки переоделась. И где теперь искать эту парочку?

— А еще она торопила мужчину, ей нужно было скорее вернуться в столицу Протумбрии… — Бражинка замолчала и уже внаглую протянула руку.

Вздохнув, передала предприимчивой девице всю мелочь, что была в кармане.

— Вы слышали их разговор?

— Не то чтобы слышала, — завиляла нахалка. — Я когда за посудой и за расчетом пришла, тихонько приоткрыла дверь. И невольно подслушала. Правда, эти двое почувствовали, что за дверью кто-то стоит. Ждать, пока меня уличат, не стала и юркнула в подсобку, а там по черной лестнице вниз сбежала.

— Когда они ушли?

— Так ночью и ушли, у подавальщиков смена как раз закончилась. Лешек домой побежал, а мне посуду надобно было сдать. Пришла в тот номер, стучу, а там никого. Но чаевые оставили.

Получается, то ли парень, то ли девица переодетая был из Протумбрии. И эти двое снимали номер не на всю ночь, а на несколько часов. Только я никак не могла взять в толк: чем им Лешек не угодил? Неужели решили, что это он под дверью подслушивает?

Пока я осуществляла глубокий мыслительный процесс, Вилка расспрашивала Бражинку о Мартине, но подавальщица фыркнула, что у них каждый день с десяток похожих студентов останавливается, всех не упомнишь.

— А больше вы того магистра с переодетым студентом не видели в гостинице? — на всякий случай поинтересовалась я.

— Видела, — неожиданно ответила Бражинка и вновь протянула руку к деньгам.

Вилка передала ей кружку с крепким напитком. Подавальщица дар милостиво приняла и, шумно отхлебнув, сообщила:

— Где-то пару недель назад магистр в гостиницу прошмыгнул, а сам все озирался. Небось от жены прятался с полюбовницей. Но такую бороду не спрячешь — уж очень она заметная, почти все лицо закрывает!

— Не было у магистра никакой бороды! — стоял на своем Лешек, шепча на ухо.

Опустошив кружку, подавальщица поднялась с места:

— Извиняйте, лиры. Больше не могу с вами болтать, работать мне надо.

Девица убежала, а я задумалась.

— Лешек, а ты больше так и не вспомнил, о чем еще те двое говорили?

— Да нет же! Поднос принес и поставил. Парень стоял ко мне спиной, назвал мужчину «магистром», когда я дверь открывал. Вот и весь разговор.

Я загрустила. И где искать этих двоих? Особенно таинственного то ли студента, то ли переодетую девицу. Да таких фигуристых и темноволосых в каждом городе хоть отбавляй. Вот и Лисяндра тоже была такой. И как раз погибла две недели назад, после того как «парочка» в последний раз встретилась. Неужели фрейлина здесь кого-то шантажировала и выслеживала? Видать, этот магистр ее и устранил! Прав Десмонд: белобрысый лер Тори не виноват.

Так толком и не поужинав, мы поднялись в номер «2-29» с повышенной оплатой и пониженной комфортностью. Лешек куда-то улетел, не иначе посмотреть на родню. А нам не спалось. Предложила Вилке прогуляться по саду, заодно калитку показала.

— Куда она ведет? — поинтересовалась подруга.

— Там дальше улица, на которой живет Лешек. А с той стороны выход к площади, где стоят таксомобили и наша «Букашка», — пояснила я.

Вилка потянула меня за руку.

— Проверим!

Мы прошли по ночной пустынной улице до конца, затем свернули и оказались на стоянке.

— Куда же ты мог пойти, Марти? — бормотала подруга, словно следуя по следам возлюбленного.

Заприметив водителей таксомобилей, Вилария направилась к ним, намереваясь расспросить. Я же обнаружила одинокий дилижанс, водитель которого при свете тусклого фонаря держал табличку «Ликарния».

— Вы отправляетесь в столь поздний час? — удивилась я.

— Ночью дешевле выходит, — пояснил мужчина. — Если сейчас ехать, под утро будете в Ликарнии. Можно там осмотреться, дела поделать и днем вернуться обратно в Жижу. Желаете?

— Мы с Мартином мечтали уехать в Ликарнию, — раздался позади голос подруги.

Судя по расстроенному выражению лица, от водителей таксомобилей никакой полезной информации она не добилась.

— Так едем, лиры! — закивал водитель, приглашая нас в салон дилижанса. — Не заметите, как я вас довезу, подремлете. А если с обратной доставкой в Жижу, меньше плату возьму.

— Мне утром необходимо попасть в академию, но ты можешь поехать, — предложила я.

— Правда? — обрадовалась подруга, особенно после того как водитель назвал смешную сумму, а из дилижанса выглянула пожилая матрона и принялась нахваливать городок. — Мартишка, ты же знаешь, во мне нет магии, но есть интуиция. Меня словно тянет туда!

— Значит, езжай! А завтра днем встретимся в гостинице.

— Спасибо!

Мы с Виларией обнялись, мужчина забрал деньги, выдал билет, и через пять минут дилижанс уже отъехал от площади.

Я же направилась в номер, размышляя о несправедливом законе, нарушающем права немагов. У моего отца магии хватало лишь на то, чтобы силой мысли забить в стену гвоздь. На этом и сила, и мысли с ним прощались. Тем не менее это позволило ему взять в жену мою мать, смеска из богатой семьи. А немагу, который действительно нравился маме, семья отказала. Вилка в отличие от моего папаши не искала в браке выгоду. Она искренне любила Мартина, но чтобы получить разрешение на брак, им предстояло собрать кучу подписей. Видите ли, прежние правители Альмерии и Протумбрии боялись, что магия вовсе исчезнет, поэтому пытались поддерживать в первую очередь магические браки, считая людей без способностей вторым сортом.

А ведь у Эвзена и Нады, согласно легенде, дети были не только темными, светлыми магами и смесками, но и без магического дара. Потому что для богов все равны и любимы. В наши дни в храмах остались лишь статуи Нады и Эвзена, скульптуры их детей исчезли, а из книг убрали любые упоминания. Мне повезло, что в пансионе преподаватель истории прекрасно знал свой предмет, а в силу возраста еще что-то помнил. Я искренне надеялась, что наместник Кристиан и его отец, король Леопольдус, все же решатся на серьезный шаг и предложат изменить закон, не выделяя магов в особую касту.

Ночью мне опять снился лер Десмонд. Почему-то он стоял на трибуне и вещал жителям Протумбрии о равноправии. Некромант говорил так воодушевленно, его суровое лицо было столь прекрасно, что я любовалась им и любовалась… до самого утра, пока меня не разбудил призрачный Лешек.