Глава 17. И она продолжала падать, и падать, и падать…

В последний момент перед тем как губы Рассела коснулись моих, я невольно зажмурилась. Мое Серое Пламя заворочалось где-то внутри меня, подобравшись опасно близко к последнему заслону. В какой-то момент меня окатило ледяной волной нехорошего предчувствия, может от страха, а может от такой невозможной близости шефа и его завораживающего голоса. Я застыла под некромантом, не в силах пошевелиться. Из последних сил умудрилась проскулить: – П-пожалуйста… не надо… – но кто бы меня услышал. Губы Рассела коснулись моих – обкусанных и шершавых, и нас обоих накрыло волной обжигающего пламени. Хотелось бы сказать – пламенем страсти, но, увы и ах, предчувствие меня не обмануло. Волна Серого Пламени рванула навстречу черной магии некроманта, и мы рухнули в пропасть. От ужаса я прильнула к Расселу, обвив его руками настолько крепко, насколько хватало сил. А этот… этот безумный, непонятный, несносный, невероятный некромант продолжал меня… целовать! Мы падали, а он меня целовал! Удерживая на руках, словно я пушинка. Мои попытки вырваться и обратить его внимание на странности, что творились вокруг нас, не увенчались успехом. Настойчиво, нежно и очень умело (так умело, что в голове мелькнула ревнивая мысль: скольких женщин до меня он так целовал?!), Рассел касался моих губ, обжигая своим горячим дыханием. Я еще трепыхалась в жалких попытках привести его в чувство, но остатки разума стремительно покидали мою рассудительную головушку, и в какой-то момент воздух в легких закончился, и мне пришлось сделать вдох. То, что случилось дальше, потрясло меня до глубины души. Губы Рассела перестали быть нежными, стали более требовательными и жадными. Его язык скользнул внутрь, и когда встретился с моим, очередная волна пламени окатила наши тела. Я невольно застонала. А моя отчаянная попытка отстраниться провалилась с треском. Мои руки вместо того, чтобы упереться в мужскую грудь и оттолкнуть шефа, почему-то оказались у него на плечах, а потом и вовсе обхватили могучую шею. А сама я прильнула еще ближе. Чтобы не упасть, конечно же. Краем сознания, которое по-прежнему пыталось контролировать ситуацию, я отмечала хаос, что творился вокруг нас. Мы по-прежнему падали куда-то вниз, но мое Серое Пламя безответственно, радостно и немного пугливо заигрывало с черным некромантским огнем. Тьму озаряли редкие вспышки красно-синего цвета, и от этих молний мое Пламя старалось держаться подальше. Но вот мрак, который клубился повсюду, то сплетаясь в кружева, то распадаясь на мириады обсидиановых блестящих огоньков, моей магии нравился, и она старалась держаться к нему поближе. А потом я совершенно перестала воспринимать реальность, потому что поцелуй стал таким горячим, что все мысли растворились, погаснув одна за другой, осталось лишь дикое желание, чтобы это падение никогда не прекращалось. Мы продолжали падать, и падать, и падать. И мне ничего не оставалось, как отвечать на поцелуй и не думать о том, что теперь главный некромант Империи знает мою самую страшную тайну. И я не готова терять ни секунды из последних мгновений моей свободной жизни перед тем, как мужчина, которого люблю всем сердцем, произнесет самый жуткие слова: «Даяна Аркано, именем Империи и по воле Его Темнейшего Императорского Величества, вы арестованы как носитель запрещенной магии. Протяните свои руки и не сопротивляйтесь». Здесь и сейчас я хотела, чтобы этот единственный в моей жизни поцелуй никогда-никогда не заканчивался. Но все хорошее рано или поздно подходит к финалу. Кому из нас первому не хватило дыхания, кто первым прервал поцелуй, я не знаю. Очнулась я на руках у Рассела, остро ощущая его взгляд. На секунду стало так страшно, до жути, до поджатых пальцев на ногах, я зажмурилась ещё крепче, не желая открывать глаза, и уткнулась в мужское плечо. «Пожалуйста, пожалуйста! Великая Мать! Пусть он молчит! Пусть это будет кто-то другой!» – взмолилась я про себя. Слезы бессилия покатились по моим щекам: открыть глаза и увидеть ненависть и презрение в ответном взгляде мужчины, которого люблю – это выше моих сил. – Даяна, посмотри на меня, – раздался хрипловатый голос над моей макушкой, но я решительно закачала головой, отказываясь подчиняться. Не хочу, не могу, не буду! – Пожалуйста, не заставляй меня! – прошептала опухшими губами, морщась от болезненных покалываний. Сглотнула и удивилась привкусу крови во рту. Это мы так… целовались? Краска стыда мгновенно залила мое лицо, и я еще сильнее уткнулась в плечо Рассела. Горячая тяжелая рука осторожно коснулась моих волос, и я вздрогнула от ужаса. Все, доигралась, сейчас он схватит меня за шкирку и отбросит прочь, как… как… как испачканный камзол. Пальцы против моей воли вцепились в мужские плечи. Но хуже всего оказалось то, что я совсем перестала ощущать свою магию. «Вот и все, Даяна… А чего ты хотела? Такому сильному магу для блокировки Пламени не нужны всякие там антимагические браслеты… Он и сам вполне может запечатать чужую опасную силу… Прекрати сопротивляться, будь мужественной… Главное, надо объяснить, что Рики тут совершено не причем, и в нем нет ни капли моего огня. В нашем роду он передается только по женской линии». Сжав зубы, но по-прежнему не реагируя на голос Рассела, я принялась дышать, чтобы успокоиться и принять свою судьбу, как и положено женщине из рода Аркано. – Даяна, девочка, посмотри на меня, – снова позвал некромант, и на этот раз я невольно подняла голову: в мужском голосе звучало едва заметное напряжение. – Ш-ш-то? – прошептала я, боясь посмотреть в глаза шефу. – Я сейчас осторожно опущу тебя на… землю… – с сомнением прозвучало над головой, словно шеф сомневался в том, что у нас под ногами эта самая земля. – Ты только не бойся, ладно? Все будет хорошо. – Ладно, – просипела я, кивнув для надежности головой. Кажется, арест и казнь откладываются. «Может, он в пылу страсти ничего не заметил?» – мелькнула шальная мысль, но я тут же ее откинула. Рассел и не заметил? Это у него видимость такая – рассеянный писатель-профессор. На самом деле шеф все и всегда замечает, и запоминает, чтобы в нужный момент обязательно напомнить кому надо если это необходимо. Просто так, от любви к искусству, босс никогда не припоминал никому мелкие промахи или ошибки. А тут целое Серое Пламя, не знаю, насколько оно у меня мощное, но не заметить его точно невозможно. – Даяна, открывай глаза, я тебя опускаю на землю, – Рассел комментировал каждое свое действие, и за это я была ему безумно благодарна. Его голос успокаивал несмотря на то, что страх разоблачения жесткой рукой держал меня за горло. Но шеф вел себя более чем благородно. – А теперь открой глаза. Не бойся, – прозвучала просьба, и я, глубоко вздохнув, распахнула ресницы, но взгляд не подняла. Мои ноги по щиколотку утонули в тьме, которая поземкой стелилась вокруг нас. Длинные сильные пальцы нежно обхватили мое лицо и приподняли его, я снова зажмурилась, не жаля видеть холодность в черных глазах. – Посмотри на меня, это важно, – попросил шеф. Хочешь, не хочешь, а смотреть придется. Судорожно выдохнув, я решительно глянула на шефа. И вздрогнула, не обнаружив ничего из того, что нафантазировала. Рассел смотрел на меня так, словно я была его… единственной… и даже… любимой… Я заморгала, пытаясь прогнать слезы, которые отчего-то вдруг решили снова побежать из моих глаз. – Не плачь. Все будет хорошо. Я обещаю, – большими пальцами мужчина стер мокрые дорожки с моих щек. – Обещаешь не плакать? – О-о-обещ-щаю-у, – всхлипнула я. Ледяная хватка страха на моем горле истаяла, но колючий ужас поселился в груди, тревожа сердце непонятными непонятностями и странным поведением шефа. – А теперь слушай меня внимательно, девочка. Слушаешь? – Д-да, – кивнула я головой, не доверяя собственному голосу. – Сейчас ты медленно зайдешь за мою спину и не выйдешь оттуда, пока я не скажу. Договорись? – Д-да, – ответила я, и почему-то отрицательно помотала головой. – Даяна, это – приказ, – голос шефа, по-прежнему непривычно мягкий и нежный, прозвучал тем не менее, серьезно и жёстко. – Что происходит? – уверенней произнесла я и попыталась обернуться. – За спину шагом-марш, – улыбнулся шеф, в очередной раз нарушая трудовой договор. Я послушно обогнула некромантскую гору из мышц и наглости, и от возмущения практически пришла в себя. – А теперь стой и не отсвечивай, пока я не скажу можно. И вот еще, возьми, – шеф задержал меня на секундочку, снял что-то с шеи и положил мне в ладонь. – Если я скажу: «Беги!», царапаешь руку до первой крови, зажимаешь в кулаке и представляешь наш дом. Поняла? – Нет! Я без вас не вернусь! – возмутилась я, пытаясь впихнуть шефу артефакт. – Не обсуждается, – отрезал демонов некромант и задвинул меня за спину. Я сначала опешила от такой наглости, но через секунду ошарашенно наблюдала, как из могучей мужской спины вдруг потекла тьма, формируя… крылья. Через несколько секунд мощные и красивые два крыла замерли за плечами Рассела, возвышаясь над его головой, полностью скрывая меня от кого-то и этого кого-то от меня. На какое-то мгновенье я просто-напросто позабыла все свои страхи и прочие невероятности самого длинного дня в моей жизни, разглядывая крылья, сотканные из живой тьмы. Ни в одной книге о некромантах я не встречала ничего подобного. Затаив дыхание, протянула руку и осторожно коснулась переливающихся крыльев. Магия на секундочку застыла, а потом прильнула к моей ладони, словно требуя ласки. – Даяна, не сейчас, – раздался слегка недовольный голос Рассела, я смутилась и отдернула руку. – Извините, – шепнула я, но шеф не успел ничего ответить. – Мне нужна твоя девчонка, некромант, – прокаркал кто-то, а я сжалась от ужаса, услышав знакомый голос. – Перебьешься, – от слов шефа повеяло жутью и магией смерти. – Отдай, и уйдешь отсюда живым, – настаивал на своем преследователь. Я же выпрямилась от ненависти, ярость вспыхнула в моей душе, выжигая страх, кулаки невольно сжались. Что-то кольнуло мою ладонь. Разжав пальцы, я обнаружила в руке артефакт, который вручил мне Рассел. Мир замер, разделившись на до и после. На моей ладони лежало Сердце Мглы.