59

Открываю глаза и стараюсь осмотреться. Меня окружает смутно знакомая больничная палата, букет белых роз на прикроватной тумбе, катетер в вене… В голове медленно начинают проявляться шокирующие воспоминания минувшего дня, а может быть даже дней. К счастью, в этот раз мой мозг достаточно быстро восстанавливает картину происшествий. Видимо адаптировался ко всему тому дерьму, что я наглоталась за эти недели и решил не мучить свою хозяйку игрой в угадайку.

— И снова здравствуйте! — заходит в палату улыбающаяся женщина в белом халате. Я ее помню еще с предыдущего раза, когда попала в эту больницу в день рождения. — Вы больше суток находились почти без сознания, но самое страшное уже позади. Сейчас быстренько прокапаемся еще разок и все будет хорошо. Ты сильная девочка, — говорит она, выставляя свежую капельницу. — Жениха позвать?

— Кого? — все еще отходя от глубокого сна, переспрашиваю я.

— Ну, парня, что привез тебя. Брюнет высокий такой, вон цветы тебе принес, — удивленно вскидывает брови медсестра. — Станиславом зовут…

— Ах, да, конечно!

Хитро улыбнувшись и бросив мечтательный взгляд на букет, женщина выходит из палаты. От нетерпения начинаю ерзать на набивном матрасе.

Получилось ли у Романа взять поставщика? Черт, как же угнетает это неведение, а сейчас придет Авдеев и… Бог ты мой! Что я ему скажу? Как я Стасу объясню свой глупый поступок? Не думаю, что фразочка типа «это все ради тебя» убережет мою задницу от его праведного гнева.

— Привет, — слышу тяжелые шаги и поворачиваюсь на звук.

Стас недоволен. Даже сказала бы больше — он злится. Сложив руки на груди, мужчина медленно подходит к креслу напротив больничной койки, где располагается моя дрожащая от волнения тушка, садится. Он не сводит с меня своих чернющих глаз и молчит, словно специально вынуждая чувствовать себя виноватой.

На нем черная рубашка и брюки, что выглядит очень странным, ведь Стас никогда не утруждался официальностью своего дресс-кода.

— Как себя чувствуешь? — наконец, спокойно спрашивает он.

— Нормально, — сглатываю подступивший ком в горле я. — Почему ты так одет?

— Сегодня были похороны Виктора, — сухо отвечает мужчина.

— Как Рик?

— Сама как думаешь? — хмурится Стас. — У мужика самое хреновое время в жизни: он еще долго не сможет ходить, потерял единственного сына… Пьет, злится и тихо плачет. Уволился, но, вроде бы, остыл и больше не ищет виноватых.

— Мне жаль, что я все пропустила. Я бы хотела выразить свои соболезнования, — опускаю взгляд, не в силах больше выдержать визуальный натиск. — Стас, все получилось или нет? — с надеждой спрашиваю я.

— Смотря что для тебя значит получилось, — я чувствую, как он продолжает сверлить меня тяжелым взглядом. — Сбежать от меня обманом? Да, получилось. Заставить меня сходить с ума и представлять в красках что с тобой сделали эти уроды? Безусловно! — по мере того, как мужчина говорит, его голос грубеет и интонация идет на повышение. К глазам подступают слезы и я не знаю чем занять руки, поэтому сминаю в кулаках мягкую простынь. — А может быть вытащить тебя с того света от очередного передоза получилось?! Да, Лия, получилось!

— Стас, прости, я хотела помочь, — всхлипываю я, едва сдерживая слезы.

— Я чувствовал себя обманутым, не достойным твоего доверия! Роман еще этот… Сговорились за моей спиной! — Авдеев раздосадованно взъерошивает свои волосы.

Я понимаю, что он чувствовал. Поступи он так же со мной — я бы тоже была зла и обижена, но если бы все сложилось удачно в результате, разве оно того не стоит? Мне ужасно страшно, что он просто уйдет, оставит меня одну в этой палате и больше никогда не вернётся. Я настолько люблю его, что остаться без него кажется равносильным смерти.

— Мы хотели как лучше, — дрожащим голосом говорю я, глядя на нервного мужчину.

— Черт, милая, я знаю, но эта ситуация, эта ложь, — вздыхает мужчина и подходит к постели, опустившись на корточки. — Все получилось, их взяли, но это не стоило риска твоей жизнью и сотни моих поседевших волос.

Стас поглаживает меня по руке и его суровый взгляд постепенно смягчается. А вот меня буквально прорывает, слезы градом льются из глаз. Сама не понимаю, почему я плачу, но похоже, что от радости что все получилось и я жива.

— Но прошу тебя, больше никогда так не делай, — Стас вытирает слезы с моих щек и серьезно смотрит прямо в глаза. — Не смей рисковать своей жизнью и без спроса лезть в неприятности.

— А со спросом можно? — сквозь тихие всхлипы пищу я.

— Со спросом можно, — улыбается мой Стас и у меня непроизвольно вырывается нервный смешок.