Глава 15

Наши покупки согласно списка, который был у Рауля, были скрупулезно сверены с копией списка, предусмотрительно сделанного для себя Маркизой. И только после того, как моя рачительная кошка убедилась, что в наличии все ею заказанное, нам позволили приступить к приготовлению ужина.

И ведьмы и маги, конечно же могут накрыть стол одним лишь щелчком пальцев, но в таком случае уже приготовленная еда к ним на стол попадает с чужого стола. Поэтому честные маги и ведьмы вынуждены готовить себе сами, что вовсе не означает то, что они должны держать в руках, например, нож для резки или ложку для помешивания. И ножам и ложкам и другим столовым приборам достаточно точно и понятно объяснить, что они должны делать — а дальше они и сами прекрасно справятся.

Я и Рауль были честными, поэтому наш ужин занял какое-то время, чтобы приготовиться, а мы тем временем снова достали мою пространственную доску и погрузились в анализ событий и посторенние новых теорий. Время за этим занятием летело незаметно, и если бы не моя домовитая кошка, то мы бы совсем забыли про ужин, но спасибо Маркизе мы ели все и горячим и ни разу не пригоревшим. Более того, Маркиза также проследила за тем, чтобы посуда помылась, просушилась и отправилась в шкафчик.

— Мне бы такого фамильяра, как у тебя! — решил подлизаться к моей домоправительнице, то есть Маркизе принц, подвигая мою кошку к себе поближе. И, судя по довольному мурчанию, моя коша ничего не имела против грубой лести, особенно, если та приправлена восхищенным взглядом и еще почесыванием ее возле ушей. Часы как раз пробили два ночи, когда моя заметно разомлевшая, но не утратившая бдительности кошка заявила:

— Ваше высочество, пора и честь знать, а то засиделись вы тут у нас!

— Считай, что меня здесь уже нет, — покорно согласился принц и поднялся из-за стола. И в этот же момент комната погрузилась в кромешную тьму. Я попробовала зажечь светлячок, но у меня ничего не получилось.

— Что за шутки? — зашипела Маркиза.

— Тсс…, я совершенно не причем…, — прошептал принц, и в мгновение ока оказался возле меня, взяв меня за руку. — Вы слышите это? Кто-то пытается открыть твой замок, дьявол сети нет…

— Ди, это как тогда в пространственном туннеле! — прошептала Маркиза.

— Рауль, моя магия, — прошептала я, — она блокирована!

— Твоя и моя — блокирована, а наша общая в порядке. Попробуй сейчас, что-нибудь, только силу тяни не из себя, а от нас.

Я нарисовала тоненькую полоску света на запястье, и мне даже дышать стало легче, как только я поняла, что не совсем беззащитна.

— Я накрыл нас пологом невидимости и невесомости, — прошептал он мне на ухо.

— А меня? — захныкала Маркиза, прижимаясь ко мне всем своим тельцем.

— И тебя, разумеется. Давайте, станем за дверью, там больше шансов остаться незамеченными, а если заметят, то просто телепартируемся. Ничего не бойтесь!

— А почему бы сразу того… не телепортироваться?

— Ди, нужно посмотреть и послушать, кто и зачем. Нам нужны не исполнители, а Карнелиус. Поэтому давай постараемся снять образец ауры с ночного гостя или гостей, чтобы потом с его или их помощью все-таки выйти на Корнелиуса. И, молодец, что приобрела такой хороший замок, а не надеешься только на магическую защиту, вон как долго возятся.

— Нас с Дианой опять хотят похитить?

— Думаю, только Диану, ты, Изи, хоть и, классная кошка, но вряд ли им нужна… живой… извини.

— Да, что уж там, сама понимаю… свидетели долго не живут, — тяжко вздохнула Маркиза, — а говорящие кошки тем более.

В этот момент замок поддался, и в комнату практически беззвучно зашли четыре дроу. То, что это дроу я поняла исключительно по запаху, потому что в кромешной тьме, в черных костюмах и черных масках — их движения можно было принять за колебание воздуха и не более. Но вот один из них зажег фонарь, и они смогли убедиться, что комната абсолютно пуста.

— Ничего не понимаю! В комнате точно кто-то был!

— Бор, а ты не мог ошибиться?

— Нет, Лед. Не мог. Возможно она телепортировалась?

— Олсен говорил, что у нее нет дара телепортации, — возразил Лед.

– У принца есть! — подсказал третий голос.

— Но Карнелиус говорил, что эта штука, генератор абсолютной тьмы, подавляет любую магию, — подал голос кто-то четвертый, так что ты, скорей всего, просто лоханулся Бор, признай это.

— Я предлагаю остаться в комнате и дождаться девчонку, — подал идею четвертый голос.

— А если она с принцем вернется? — задал вопрос третий голос.

— Это станет слишком серьезным осложнением, — прокомментировал Лед.

— Но с другой стороны, она все время с принцем, а нам работу нужно сделать! — возмутился четвертый.

— И что ты предлагаешь, Фаер? Похитить и принца тоже? — усмехнулся Лед.

— А почему бы и нет? Убьем двух зайцев! И заказ, наконец, выполним и дополнительный куш сорвем!

— Дурак, ты Фаер! Ты хоть представляешь, какой переполох поднимется, если станет известно, что за принца требуют выкуп? Знаешь, почему я лучший в своем ремесле, потому что работаю чисто и тихо, и никогда не влезаю в излишне сомнительные предприятия, даже если они сулят солидный куш, — остудил пыл Фаера Лед.

— А ты что предлагаешь? — обиделся Фаер.

— Во-первых, сейчас сваливать отсюда. В городе мать девчонки, так что возможно она у нее.

— А откуда ты знаешь это? — задал вопрос Бор.

— Знаю. Видел ее в коридоре университета. Пошлите нечего здесь делать!

— Лед! А что, во-вторых? — спросил третий голос, когда четверо Дроу уже покидали комнату.

— Во-вторых, прекратить полагаться только на информацию заказчика, и начать собирать свою, изучить…, — это было последнее, что донеслось из коридора, прежде чем захлопнулась дверь.

— Этот Бор явно способен на расстоянии засечь либо ауру, либо сердцебиение, а полог невесомости слишком энергозатратен, чтобы оставлять его на всю ночь. Пошли в библиотеку, а оттуда выйдем в мой кабинет, сегодня переночуешь в моей комнате, в замке, а завтра решим, что делать.

— И я с вами, можно! — попросилась Маркиза.

— Конечно, можно, — хором ответили мы с принцем.

— По крайней мере, Диана, мы теперь точно знаем, что попытки твоего похищения не имеют ничего общего ни с проклятием, ни с заговором.

Хотя пространственно королевский зáмок и студенческое общежитие находились в разных частях города, в библиотеке обе двери находились рядом, то есть на расстоянии полуметра друг от друга. И поэтому нам удалось проскользнуть из одной двери в другую, не потревожив Уша и Ыша.

— Не мы, а ты теперь точно знаешь, я и раньше не сомневалась, но ты упрекал меня в романтизме, — проворчала я.

— И мы еще знаем клички исполнителей, — продолжил рассуждать принц, не обращая внимания на мое ворчание.

— И то, что они теперь будут за мной следить…

— Чтобы спланировать твое похищение более тщательно, — согласился принц, — и думаю, что как только они поймут, что ты не бываешь одна, они спланируют диверсию и нам надо быть к этому готовыми. Дроу — профессионалы и мы не должны их недооценивать.

— Завтра надо будет не только папе все рассказать, но и маме…

— Кровать твоя, а я на матрасе…, — распределил спальные места принц. — Маркиза ты с кем будешь спать? — подмигнул он кошке.

— Ой! Я прям не знаю даже…, — закокетничала кошка, часто-часто захлопав огромными глазами, — с одной стороны, я кошка Дианы, а с другой стороны, такой шанс — уснуть и проснуться рядом с настоящим принцем, он же не так часто выпадает!

— Спи с принцем! — великодушно разрешила я, — Кто я такая, чтобы лишать тебя таких впечатлений.

— Ты точно не обидишься? — промурлыкала кошка.

— Точно! Он уступил мне свою кровать, я уступаю ему мою кошку. По-моему, только справедливо!

— Ты та-Акая справедливая Ди! Как же мне повезло быть твоей кошкой! — торжественно произнесла Маркиза и полезла к принцу на матрас.

* * *

Утром меня разбудила мелодия моего комустра, звонила мама. «Мама звонит поутру — не к добру» — пропела у меня в голове Луна и оказалась права.

— Диана, ты где? Тебя, нет в твоей комнате?

— А что ты делаешь у меня в комнате? — «Дракон подери! — возмутилась Луна, — надо еще и мамочку внести в исключения, а то не комната, а проходной двор, хоть с магией, хоть без! Никакого уважения к личному пространству!»

— Хотела захватить тебя, чтобы я, ты и твой отец позавтракали в семейном кругу. Так, где ты?

Учитывая, что я все рано собиралась ей все рассказать, то говорить что-то кроме правды было глупо.

— В королевском замке, — все же начала я издалека.

— А точнее?

— В комнате у принца…, но это не то, что ты думаешь! Более подробно не по комустру. Все мама, пока, а то Рауля разбужу…, — последнюю фразу, разумеется, я сказала просто из врожденной вредности: во-первых, Рауль уже не спал, и теперь смотрел на меня неодобрительно, да еще и пальцем у своего виска крутил; а во-вторых, мне девятнадцать лет, так что, по большому счету, где хочу, там и просыпаюсь.

— Ди-а-а-а-на! — зарычала она, но я уже отключила ее.

— Ты так и хочешь, чтобы твоя мать меня прокляла! — усмехнулся он.

— Не проклянет, — отмахнулась я, — пошли завтракать и сразу к отцу, уже, кстати, начало двенадцатого.

* * *

— Пап, привет! — впорхнула я в его кабинет и бухнулась в огромное кресло.

— Юная леди! Это правда? То, что твоя мама мне сегодня сообщила? — строго так наехал отец.

— Что именно папа? — захлопала я ресницами.

— Что ты не ночевала у себя в комнате…

— Правда, — кивнула я, — продолжая беспечно болтать ногами, недостающими до пола.

— И это все? — отец, кажется, начинал выходить из себя.

— А что еще? Тебе интимные подробности нужны? Все? — захлопала я еще более учащенно ресницами. Принц в соседнем кресле отчаянно и надрывно кашлял, бедненький.

— Ди-и-а-а-а-на-а-а, — прорычал отец, и теперь, он определенно вышел из себя.

— Сэр, она ночевала у меня в комнате, потому что ее вчера пытались похитить, но вы не подумайте там чего-нибудь такого, я не позволил ей спать на полу, она спала в моей постели…

— Что-о-о-о-о-о? — завопила вошедшая без предупреждения мамочка.

— Так у вас все серьезно! — расслабился отец.

— Нет, у нас не серьезно, — отмахнулась я, — здесь другое…

— Что-о-о-о-о-о? — заревел отец и уставился на принца, который отчаянно мотал головой и повторял: — Сэр, это не то, что вы подумали, Сэр, это не то…, — и раз за разом пытался продолжить свою мысль, но разве ж мою мамочку перекричишь.

— Я так и зна-а-а-а-ла! А я говорила тебе Роберт!

— Я ви-но-о-о-ват! — расстроился отец и схватился за голову.

— Да, со мной он спал, со мной! А не с Дианой! — не выдержала Маркиза накала страстей, уже начавших зашкаливать в своей трагичности и патетичности.

— На матрасе, — добавила я.

— Что-о-о? — и оба моих родителя недоуменно уставились на принца.

— Кстати, я сплю с Маркизой каждый день с тех пор как ты, мама, мне ее вверила, так что подумайте еще и над этим.

— Вот именно подумайте! Головой своей подумайте! — осуждающе взирая на них, поддакнула моя кошка. — И давайте вернемся к серьезным делам, — по деловому продолжила она, — вчера, если бы не Рауль, нашу Диану похитили бы.

— Что-о-о? — снова хором уточнили оба родителя.

— Четыре профессионала дроу, используя генератор абсолютной тьмы проникли в комнату Дианы с целью ее похитить, — объяснил принц, — и это было не первое покушение…, но думаю, вы об этом уже знаете.

— Нет, вообще-то впервые слышу, — и мама укоризненно посмотрела на папу. — И как же вы спаслись и оказались в твоей комнате, в замке? — уточнила мать у Рауля.

— Телепортировались!

По вполне понятным причинам он не мог пока сообщить ни моей маме, ни моему папе о библиотеке.

— Но генератор ведь совершенно подавляет магию, насколько я знаю! — удивилась она.

— У Дианы и Рауля общий дар родственной магии, а на нее генератор не рассчитан, так как у родственной — частота более высокая, — объяснил отец.

— Ты все же нарушил данное мне обещание?

— Мама, но только для того, чтобы спасти жизнь Рауля и мою.

— То есть и проклятие на смерть — это тоже не был единичный случай! — догадалась мать.

— Нет, — покачала я головой, — это была третья попытка убийства…, — объяснила я.

После чего, Рауль рассказал папе и маме по порядку почти все, что мы узнали за последние несколько дней о заговоре и о похищениях на меня, умолчав лишь об Альваиде Растабане. Но оно и понятно, ведь об Альваиде Растабане он узнал в библиотеке, а о библиотеке мы распространяться не могли. А так нет Альваида Растабана, нет и вопроса — откуда подобная информация.

— И папа ты должен привлечь маму к расследованию, она же у нас гениальный химик, и если кто-то и сможет помочь с целебным зельем, то это только она…, — предложила я.

— Да, конечно, я передам ей все материалы и историю болезни…, но мое подозрение, что нам нужно чудо, а не еще один пусть и гениальный магически одаренный ученый…

— Возможно, уже сегодня мы с Дианой доставим вам это чудо…, — Рауль не удержался и поделился хорошей новостью…

— Вы о чем? Ваше высочество?

— Мы с Дианой более чем уверены, что моего отца отравили панциреллой, это фрукты такие, запрещенные в нашем Королевстве уже почти восемьсот лет…

— Да, да… я что-то слышал об этой легенде от прабабки Георга…

— Мы убеждены, что это не легенда, папа! И Рауль прав, думаю, что уже сегодня мы это докажем. И мы уже пойдем, наверное, а то у нас на сегодня дел вагон и тележка.

— Диана, но это же опасно! — всполошилась мать.

— Мам, понимаю, что тебе это не нравится, но в наибольшей безопасности я сейчас именно с Раулем. А вот за Маркизой присмотри, я не хочу оставлять ее одну в комнате…

— Но, Диана! — не унималась мать.

— Маргош! Она права! Ничто не может защитить ее лучше, чем их родственная магия! — мягко сказал отец.

— Да, знаю я! Но именно это мне и не нравится! Я смотрела их синастрию! Они совершенно не совместимы! Со-вер-ше-н-но! Они сделают друг друга несчастными! И наша с тобой несчастливая история, Роберт, даже в подметки не годится той катастрофе, которая случиться, если эти двое решат быть вместе!

— Мам! Тебе пока не о чем переживать, — решила успокоить я ее.

— Да! — поддакнула кошка, — насколько я знаю, даже ни разу не целовались!

— Ка-а-ак? — хором воскликнули удивленные родители, — совсем ни разу, ни разу?!

— Пап, мам! Нам надо исправить это упущение? Мы можем!

— Нет, нет, извини, — пристыжено потупились родители, — мы просто не ожидали. Хотя, ты же у нас такая здравомыслящая и осторожная! Поэтому мы не должны были в тебе сомневаться.

Где-то на заднем плане тут же поперхнулся чаем принц. Ну, ничему его высочество опыт не учит: уже мог бы и додуматься, что мои родители всегда найдут, за что меня похвалить. Что же, раз такой тугодум, пусть кашляет.

* * *

— И насколько серьезна катастрофа, упомянутая моей матерью, — задала я вопрос принцу, как только мы покинули кабинет отца, чтобы оказаться в кабинете принца.

— Сама посмотри, — буркнул он, — ты же знаешь, что «Звезды предполагают, а человек располагает».

— Знаю…, — согласилась я, — но я также знаю, что иногда почти невозможно изменить то, что звезды предполагают…

— Ди, неужели, ты влюбилась в меня? Я польщен, и недели не прошло…, — саркастически протянул он.

— Нет, конечно…

— Тогда о чем речь?

— Ни о чем…, давай подключайся к полицейской базе данных и ищи адрес маркиза де Дюпри…

— А ты что будешь делать?

— Синастрию нашу смотреть…, что же еще?

— Ты таки влюбилась в меня? — сочувственно протянул он и театрально тяжко вздохнул. — Бедная Диана!

— Синастрия важна не только в любовных отношениях, но и в деловых! Так что не выдавай желаемое за действительное! Давай, пиши дату и время своего рождения!

Мама оказалась права: про такую синастрию как у нас с Раулем, говорят — «перечеркнутая звездами любовь». Здесь был полный комплект классических аспектов любовного притяжения, включая Марс, Венеру, Плутон и Нептун, но также полный комплект абсолютной несовместимости, включая самые неприятные квадратуры и оппозиции высших[23] и социальных[24] планет к нашим светилам[25], а также личным[26] и социальным планетам. Однако, основная проблема была в том, что наши отношения, если возникнут, то будут складываться разрушительно не только для нас, но и для людей нас окружающих. И что греха таить — уже складывались. Я уже сделала несчастным Андрэ, да и Луиза тоже страдает, а ведь тройной крест, лежащий на нашей с Раулем предполагаемой звездами любви — еще даже не активирован.

— Ну и какие выводы? — беспечно поинтересовался принц, когда я схлопнула пространственную натальную карту.

— Такие же, как и у тебя, я так полагаю, и у мамы. Мы прокляты — причем прокляты звездами!

— Три креста — еще бы! — хмыкнул он. — Уже только одно то, что нам пришлось сблизиться с тобой в подобных обстоятельствах — подтверждает легитимность их предсказаний.

— Они еще не активированы, так что не преувеличивай! — сама не знаю почему, но принц слишком уж раздражал меня своей беспечностью. — Но, странно, что наши отцы не учли такой серьезной потенциальной опасности!

— Они как раз учли! Но им пришлось изменить свое решение. Почему как ты думаешь, при столь близкой их дружбе, они никогда не пытались нас познакомить, а даже наоборот?

— Требование мамы? Папа же объяснил…

— Это ты сейчас прикидываешься наивной дурочкой, чтобы меня позлить?

— Нет, не прикидываюсь! — и натолкнулась на издевательскую улыбку. — Отставить лыбиться! — вспылила я, — четко, подробно и по порядку объясни мне, что происходит! Или… или… или… я тебе активацию крестов прямо сейчас устрою!

— Я же уже сказал «Звезды предполагают, а человек располагает». Именно так, они и решили. Отец умирал и они это понимали, меня бы в конце концов все равно бы убрали с дороги хоть так, хоть эдак, наша родственная магия — была единственным шансом для моего рода, чтобы выжить.

— Ты уже нашел адрес маркиза? — резко сменила я тему.

Он удивленно посмотрела на меня: — Давно…

— Тогда пошли что ли?

* * *

Мы оказались перед чугунными воротами, которые тут же поинтересовались нашими именами. Принц назвал им свое имя и ворота сообщили, что его высочество давно ждут. Подъездная аллея к дому была где-то метров пятьсот, которые нам пришлось идти, сохраняя неловкое молчание.

— Ди, ты обиделась? Что ли?

— Нет, я думаю…, хотя может и обиделась, но не на тебя. Ты мне сразу предложил заглянуть в нашу синастрию, а вот отец… не ожидала я от него…

— Но они оказались правы, при всех наших разногласиях, мы с тобой составили хорошую команду… и я даже уже не сомневаюсь, что мы и отца спасем и заговор раскроем. Ведь за каких-то пять дней мы с тобой узнали больше, чем вся тайная полиция Королевства за предыдущих два месяца! Это ведь тоже что-то значит?

— Конечно, значит…. Да, не переживай ты так, твое высочество, я не брошу тебя на произвол судьбы! Вернее брошу, но только после того, как буду убеждена, что и ты и Королевство в полной безопасности! — торжественно-шутливо пообещала я.

— Ох! Спасибо! И сразу на душе полегчало! — поблагодарил он меня, присаживаясь в реверансе на шутовской манер.

— А кстати, совсем забыла спросить… тело еще там, в доме?

— Конечно, нет. Я еще вчера отправил анонимное сообщение в тайную полицию о повесившемся маркизе, а сегодня утром уже даже ознакомился с полицейским отчетом о закрытии уголовного дела, так как коронер признал смерть маркиза де Дюпри самоубийством.

Когда мы приблизились к двери дома, она распахнулась не задавая вопросов. «Очевидно, — предположила моя Луна, — коммуникация ворота-дверь — в замке хорошо налажена». В особняке царила такая гробовая тишина, что у меня даже мурашки по коже побежали.

— Есть, кто живой? — задала я бесполезный вопрос, прекрасно осознавая, что никого живого здесь нет.

— Я не живой, но полагаю, что вы все же ко мне, — выплыл из-за угла самоубийца-маркиз.

— Мы к вам Жюльен, — подтвердил принц. — Приветствуем…, наверное, честно говоря, не очень знаком с этикетом приветствия призраков…, так что извините…

— Скажите, а у вас есть еще плоды панциреллы! — с места в карьер задала я самый важный на данный момент вопрос.

— Один плод точно оставался, но его забрала тайная полиция…, — доверительно сообщил призрак.

— Странно, — задумчиво произнес принц, — в отчете не было ничего об изъятых фруктах…. Вы сможете узнать офицера, который унес с собой плод панциреллы?

— Думаю, да…

Рауль, развернул пространственный экран, на котором один за другим сменялись портреты офицеров тайной полиции, но маркиз так никого и не узнал. После чего принцу не оставалось ничего другого как перейти к плану «Б» и начать демонстрировать маркизу — фотографии патрульных офицеров.

— Стойте, стойте, это он, — указал он на молоденького сержанта патрульной полиции.

Принц отправил портрет и сообщение кому-то из своих доверенных лиц и затем вернулся к жаждущему облегчить душу призраку.

— Я могу теперь все рассказать? — обрадовался маркиз.

— Да, конечно, и мы вас с удовольствием выслушаем, — подбодрил призрака его высочество.

История Жюльена с одной стороны была банальной, с другой стороны очень трагичной. Молодой, красивый и амбициозный наследник знатного и богатого рода полюбил очень хорошую, но простою девушку, и несмотря на то, что семья его была против, попросил ее руки. Девушка его тоже любила, и поэтому они начали готовиться к свадьбе, но за две недели до свадьбы девушка тяжело заболела неизвестной болезнью и согласно приглашенному высокотитулованому лекарю Лайинснейк спасти ее могли только плоды панциреллы, дерева запрещенного в Королевстве Звездного Дракона вот уже как почти 800 лет из-за глупой прихоти тогдашней овдовевшей королевы. Молодой маркиз отправился на другой конец реальности в империю Южной Гидры, где и купил несколько килограммов этих плодов.

Чтобы провезти через границу королевства эти плоды — он был вынужден заручиться поддержкой беспринципного дельца Максимилиана Кабал, и как следствие, нарушить с десяток законов королевства и даже совершить убийство. Но на этом несчастья его не закончились, потому что по прибытии он узнал, что невеста его уже умерла. Однако, Лайинснейк и кузен Стефан убедили его не выбрасывать плоды, а отдать им, ведь плоды эти лекарственные. На следующий же день после его возвращения из поездки, к молодому маркизу пришли два офицера тайной полиции и сообщили, что все знают о его преступлениях против Короны, и если он не хочет окончательно запятнать доброе имя его рода, то он будет делать то, что ему говорят.

Маркиз заседал в нижней палате лордов, и теперь он голосовал и подавал на голосование только те законы, которые ему диктовали. Жизнь давно уже была ему не мила, но его останавливало то, что после его смерти все его незаконные дела вылезут наружу и это черным пятном ляжет на старинный и славный род де Дюпри. В общем, маркиз жил только для того, чтобы найти способ как смыть тень позора, повисшую над его родом исключительно по его вине.

Жюльен не знал, когда именно он заподозрил, что его шантажируют вовсе не агенты короля, но только уверенность эта росла с каждым днем. И он начала искать ответы. И так получилось, что ответы нашли его сами.

В этот понедельник, утром, к нему в гости приехал его старый друг Ульрих, внебрачный сын Фредерика III. Так как Ульрих был совершенно доволен своей жизнью ученого-археолога, помешанного на вымерших цивилизациях, то его полностью устраивала роль никому неизвестного и никем непризнанного принца. Но очевидно лекарь Лайинснейк эту тайну знал, потому что именно он принес с собой и предложил угостить гостей плодами этой самой панциреллы. Странным было и то, что если Марбеллу, как старую подругу маркиз пригласил, то Лайинснейк и его кузен Стефан пришли без приглашения.

Во вторник утром, то есть на следующий день, Жюльен узнал, что Ульрих скончался от несварения, и Марбелла приехала, чтобы поддержать убитого горем друга. Маркиз был настолько расстроен, что не выдержал и вылил подруге детства душу, а она ему. После беседы с ней, из которой он также узнал о загадочной болезни желудка у Короля, Жюльен понял, что жизнь его кончена и его позор несмываем. Во-первых, он понял, что невеста его стала жертвой отравления, и отравили ее его же родственники, которые были против неравного брака. Во-вторых, Лайинснейк — шарлатан и заговорщик, использовавший его как мула для доставки запрещенных плодов панциреллы в Королевство. В-третьих, он не только все это время служил не Королю, а заговорщикам, но и невольно стал причиной смерти своего лучшего друга, и, судя по всему, смертельной болезни Короля, потому что пропущенная им мимо ушей легенда, в свете последних событий — уже звучала как заслуживающая доверия история отравления.

Подогретый выпитым спиртным и уничтоженный чувством вины, маркиз смалодушничал и повесился, но на последнем издыхании одумался и попросил Звездного Дракона о милости — получить возможность обо всем рассказать Королю.

Почти с самого начала истории, рассказанной молодым маркизом, и до самого ее конца, я рыдала навзрыд. Мне было жалко и загубленную жизнь молодой девушки и загубленную жизнь маркиза, и их загубленную любовь, и загубленную жизнь Ульриха, который никому как, оказалось, не сделал ничего плохого, а просто родился в королевском роду, который кто-то решил извести.

— Жюльен, — хлюпнула я носом, — я хочу вам помочь, — и хлюпнула опять, — ничего не обещаю пока, но я слышала, что можно сделать так, чтобы вы и ваша невеста снова были вместе…

— Я грешник, а она ангел! — покачал головой маркиз, — я не достоин ее… теперь.

— Ну, это ей решать! — снова хлюпнула я носом. — А за вас буду я решать, потому что вы явно не в том состоянии, чтобы принимать обдуманные и ответственные решения! — и я прочитала заклинание, привязывая призрака к медальону, висевшему у меня на шее.

— Ди, ты это что только, что сделала? — устало спросил меня принц, — тебя, что мама не учила, что с потусторонними силами шутки плохи?

— Привязала к своему медальону важного свидетеля — это, во-первых. А во-вторых, я действительно, хочу попробовать ему помочь! И думаю, дух Звездного Дракона мне в этом поможет.

— Вы слишком добры ко мне, Леди. Я не заслуживаю вашей доброты.

— Ну, насчет важного свидетеля, Жюльен, она права, вы, возможно, и сами не знаете, как много вы знаете. Все эти законы, за которые вас заставляли голосовать, они могут нам подсказать, кто от этих законов выигрывал. И вы хоть и натворили делов, но оставались верным Короне, поэтому я вам обещаю, что сделаю все от меня зависящее, чтобы в историю Королевства вы вошли как истинный его защитник.

— Я так понимаю, что мы здесь закончили? — поинтересовалась я. — Потому что время идет, а плоды мы так и не нашли.

— Даже если не найдем, то через пару часов нам их доставят прямиком из Королевства Южной Гидры, я уже распорядился. Но с этим сержантом поговорить все равно надо. Жюльен ныряй в медальон к Ди. Мы будем телепортироваться.

* * *

В управлении, в комнате для допросов, мы остались на несколько минут вдвоем, и я решила попробовать уговорить принца не участвовать в боях без правил.

— Рауль, как ты считаешь, мы же теперь достаточно много знаем?

— Ну, как бы да…, — принц отвечал с весьма озадаченным выражением лица, как будто бы предчувствовал мой следующий вопрос.

— Так может тебе теперь и на ринг не нужно, а?

— Ди! Я не могу не пойти, но тебе идти совершенно не нужно. Я даже не должен был, и предлагать тебе, я просто подразнить тебя хотел. Так что сегодня ты проведешь вечер со своими родителями!

— Я вообще-то не о себе беспокоюсь! Рауль, ты вряд ли представляешь, что тебя ждет. Ты — принц, а там совсем не высшее общество!

— Диана, что такое «до последней капли крови» и принцы и самые низшие формы жизни — понимают одинаково, поверь мне. И потом, я буду не один, со мной будет еще два агента. У меня все под контролем.

— Если пойдешь ты, то пойду и я.

— Ты не идешь. Вопрос закрыт.

— Если ты считаешь, что вопрос закрыт, то ты меня плохо знаешь.

— Моя проблема в том, что я тебя слишком хорошо знаю, — усмехнулся он. — Хочешь пойти, можешь идти.

«— Перевожу, — хмыкнул мой Меркурий, — я еще не придумал, как именно сделать так, чтобы ноги твоей Диана в клубе не было, но я придумаю».

— Спасибо. Я знала, что мы поймем друг друга, — я даже сделала вид, что слегка торжествую.