Беспощадность

— Отойди от неё, старая карга! — грозно рыкнул на ведьму Айал, и в руке у него буквально из воздуха материализовался меч. — Или я сделаю тебя короче ровно на голову.

Несмотря на то, что угроза была направлена не в мой адрес, я судорожно сглотнула, поднялась из-за стола и отошла в сторону, буквально вжавшись в стену, настолько страшен был драконий владыка в гневе.

Сейчас, глядя на его перекошенное яростью лицо со звериным оскалом и полыхающими ненавистью глазами, я вдруг осознала, что до этого не видела Айала по-настоящему злым. Да, он порой сердился на меня и выказывал своё недовольство. Но вот до такого полубезумного состояния ни разу не доходил.

— Тебе хватает совести угрожать мне в моём собственном доме? — возмутилась Синай. — И это после всего того, что ты натворил?

— Я натворил? — Айал расхохотался жутким, леденящим душу смехом. — Не перекладывай с больной головы на здоровую. Единственный, кто во всём виноват, это ты!

Я совершенно не понимала, о чём они говорят, и, честно говоря, не особо хотела разбираться. Сейчас я была готова отдать любые деньги, только бы оказаться как можно дальше от этой странной парочки.

— Не смей винить меня! — взвизгнула старуха. — Ты отнял у меня дочь, совратил её, а потом беспощадно убил!

У меня по спине пробежал мороз от этих её слов, и я с ужасом взглянула на Айала.

— Это правда? — дрогнувшим голосом спросила я.

Глаза дракона, ещё секунду назад полыхавшие огнём ненависти, вдруг потухли, а лицо приобрело замкнутое выражение.

— Да, — ледяным тоном бросил он. — Я её убил.

В голове у меня промелькнуло несколько непечатных слов, которые я благоразумно не стала озвучивать.

— Заметьте, убил, и не испытывает ни капли раскаяния по этому поводу, — ядовито добавила Синай. — Бессердечный монстр.

— Не зарывайся, старуха! — пригрозил ей Айал. — Я всё ещё твой Владыка. И за моё оскорбление ты можешь дорого заплатить.

— Да неужели? — фыркнула та. — И что ты со мной сделаешь, Владыка? — она умудрилась произнести титул так, словно это было страшнейшее оскорбление. — Заточишь в темнице? Обезглавишь? Сожжёшь заживо? Давай! Ни в чём себе не отказывай. Потому что ты не можешь придумать более страшной кары для меня, чем то, что ты уже сделал. — Глаза старухи наполнились слезами. — Ты отнял у меня единственное дитя — смысл моей жизни. Теперь мне уже ничего не страшно.

— Что же ты не отправилась к праотцам следом за своей ненаглядной дочуркой? — мрачно поинтересовался Айал. — Почему продолжаешь сидеть в этой хибаре и действовать мне на нервы?

— Потому что прежде, чем мы с моей девочкой воссоединимся в мире мёртвых, я отомщу тебе за её смерть, — пафосно заявила старуха. — Ты будешь страдать так же, как я!

Она вдруг резко бросилась к стеллажу возле печи, схватила с полки какой-то непонятный глиняный горшок и со всего маху швырнула его в мою сторону.

Я испуганно взвизгнула и прикрыла лицо руками. Однако нужды в этом не было — передо мной возникла широкая спина, закрывшая меня от опасности.

Горшок с глухим стуком ударился о грудь Айала, осыпав мужчину какой-то непонятной красноватой пылью, а затем упал на пол и разбился на несколько неравных частей.

— Надо же, не врут, значит, легенды об истинных парах, — презрительно скривившись, заявила Синай, сверля Айала злобным взгляда. — Что ж, так даже лучше. Вместо того чтобы страдать от ненависти своей наречённой, ты её попросту разорвёшь на части.

— Айал? — взволновано окликнула я мужчину и осторожно коснулась его напряжённого плеча.

— Кира… — сдавленно проговорил Айал, и я заметила, что его тело прошила мелкая дрожь.

— Да?

— Беги!