Глава 15

Во сне царило лето, и яркие бабочки носилась над залитой солнцем поляной. День был жаркий, но лёгкий ветерок приносил облегчение.

— Личный парк дома Джавус, богатейшего правящего дома империи, — Ксар скорчил гримасу. — Как тебе? По-моему, самое скучное в мире зрелище.

Я оглядела идеально ровные дорожки, ведущие к особняку, и вздохнула:

— Тут ты прав.

Мы сидели вдвоём на скамейке, покачивающейся на канатах под огромным раскидистым беором. Я машинально оправила широкую юбку летнего платья с оборками, совсем детского: мачеха отнюдь не желала превращать меня в очаровательную юную барышню.

— Не хочу жить на расчерченной доске, прыгая из одной клетки в другую, — вдруг сказал Ксар. — Мне четырнадцать, но всё расписано так, словно мне уже семьдесят семь. Тактика, дуэльное мастерство, Академия, первая татуировка, нужные знакомства, потом армия или должность при дворе… и это всё, Фаэль? Всё, что у меня будет?

— Есть ещё имперская разведка, — возразила я. — Мой отец жить не может без своей работы.

— Но это значит жить ложью. Всё время врать. Не хочу. — Ксар покачал головой. — Мне кажется, и ты не смогла бы.

Я возмущённо распахнула глаза. Не хотеть стать такой, как отец? Невозможно.

— Я смогла бы врать ради империи, — убеждённо сказала я. — Не тебе, конечно. Только не тебе.

— Когда-нибудь придётся соврать и мне. Агенты имперской разведки врут всем, ты же знаешь.

— Но… — начала я. — Но ведь есть исключения?

Ксар приподнял бровь знакомым жестом, и я вздохнула и сдалась.

— Ты так говоришь, как будто это что-то плохое — хранить тайны империи, — проворчала я.

— А выбирать между империей и семьёй? Между империей и самим собой? — Ксар покачал головой. — Знаешь, мне кажется, если я попаду в армию, от меня скоро ничего не останется. Не останется души, как её не осталось в этом парке.

Я вскинула голову, глядя на причёсанные лужайки и изогнутые островки клумб. Здесь лорды прогуливались с дамами, здесь обсуждали последние новости, сплетни и указы… но парк всё равно казался безжизненным, кроме того уголка, что облюбовали мы с Ксаром.

— Не хочу быть делать то, чего от меня ждут, — вдруг с силой сказал Ксар. — Не хочу быть наследником правящего лорда и больше никем ещё. Знаю, что придётся, но не хочу.

— И я, — тихо сказала я. — Правда, от меня вообще ничего не ждут. Разве что выйти замуж за… за кого-нибудь.

— Да уж, — вздохнул Ксар.

— Да уж.

Некоторое время мы молчали, понимающе переглядываясь. Солнце спряталось за облако, и длинная тень от деревьев накрыла нас обоих.

— А чего ты хочешь по-настоящему, от сердца? — спросила я. — На самом деле?

На лице Ксара вдруг появилась мечтательная улыбка:

— Хочу убежать и стать пиратом. С тобой.

У меня перехватило дыхание. Перед взглядом мгновенно вспыхнул образ: Ксар в алой повязке на длинных распущенных волосах, с саблей наголо, и я, на мачте, в кожаных штанах и с подзорной трубой. И… и в рубашке, да, обязательно в рубашке! Хотя… я покосилась на Ксара… если бы мы были на пиратском корабле вдвоём…

Тёмные сидды, да что за мысли в голову лезут!

— Убежать в пираты, — проговорила я, смакуя каждое слово. — В колонии, далеко за море. Или в неоткрытые земли. Стать первооткрывателями. Не солдатами, но открывателями нового мира. Искателями приключений.

Ксар заговорщицки улыбнулся:

— Хотела бы?

Он ещё спрашивает! Улететь за море и стать свободными — да я мечтала об этом! С даром или нет, но я была сиддом, а каждому сидду нужен кусочек свободы. Нужно ощущение драконьего полёта, даже когда вся твоя жизнь подчинена служению империи, а ступни крепко стоят на земле.

Свобода. Небо далеко за морем — и мир, ждущий своих первооткрывателей.

Отец сказал бы, что свободу полёта можно найти в любой точке империи, даже здесь, в столице. Но как отказаться от головокружительной мечты, когда юноша, которого ты любишь с детства, зовёт тебя в приключение?

Я невольно залюбовалась Ксаром. Он был так хорош сейчас — с горящими карими глазами, с серьёзным лицом, губами, которые я так хотела поцеловать, но ужасно стеснялась…

Я молча кивнула, глядя на него с немым восторгом. У меня не было слов.

— Очень, — прошептала я.

— Осталось уговорить отца, — мрачно сказал Ксар. — Или сбежать.

Он пнул носком ноги случайный камешек.

— Но ты сын правящего, — произнесла я. — Люди будут обращаться к тебе за защитой, за справедливостью. Ты всё равно будешь лордом. Иначе никак.

— И отец будет мной гордиться, — устало сказал Ксар. — Я знаю, что иначе нельзя, Фаэль. Но ты можешь представить меня, раздающим приказы налево и направо? Я же стану копией своего отца.

— Я бы тебя слушалась, — серьёзно сказала я.

Ксар вздохнул:

— Да нет, Фаэль. Ты бы слушалась, но недолго. Только до первого приказа, который тебе бы не понравился. А потом, если бы это продолжалось, ты бы стала шарахаться от моих приказов, от моей власти и от меня. И всё было бы, как у моего отца с моей матерью.

Он осторожно протянул руку и накрыл ею мою.

— Нельзя друг друга бояться, — тихо сказал он. — Нельзя заносить меч над головой того, кто тебе дорог. Когда между вами стоит стена власти и страха и ты об этом знаешь… это уже не любовь.

Он никогда ещё не выглядел таким искренним, как сейчас.

Я открыла рот, чтобы ответить, поспорить, по своему обыкновению, завести очередную дружескую перепалку, — и поняла, что не хочу этого делать. Что Ксар прав.

— Я согласна, — тихо сказала я, в свою очередь накрывая его ладонь своей. — Но… я бы никогда не смогла тебя бояться. Никогда.

Ксар открыл рот, чтобы ответить — и тут за спиной послышался топот.

— Вот вы где! Фаэль, нам пора домой!

Мы одновременно обернулись.

Сильвейна, очаровательная в голубом платье с лентами, со взрослой кокетливой причёской, стояла, уперев руки в бока. Сзади за кустами ждали двое её подружек-прихлебательниц.

— Как уютно устроилась твоя сестра, — пропел медовый голос из-за кустов. — Уединились, прямо как жених и невес…

— Тихо! — зашипела другая девчонка. — Он сын правящего! Потом её достанем!

И ведь достанут. Я неохотно встала, выпуская руку Ксара.

— Увидимся, — произнесла я, не зная, что ещё сказать. — Жаль, что мы не можем убежать и стать пиратами прямо сейчас.

И жаль, что я не могу остаться. Что я должна возвратиться к Сильвейне и к мачехе, а отец отправился куда-то дальним телепортом. С каждым днём он выглядит всё более озабоченным, возвращаясь из дворца. Наверху солнце вышло из-за облака, но меня пронзило ощущение, словно на горизонте собираются грозовые тучи. Над головой отца…

…и над головой того, кого я люблю. Того, кто бросил меня одну на берегу. Того, чьё тело, по задумке отца, я должна была безжалостно забрать.

Рэй…

…Отныне между нами всегда будет стоять стена из власти и страха. Всегда.

И мы оба будем об этом знать.

— Не хочу просыпаться, — прошептала я.

И проснулась.