Глава 10
– Алекс?
Вета смотрела серьезно. Принц покачал головой.
– Рамон, прикажи доставить сопляка обратно. Я сейчас зайду к нему, а потом пойду к Шани.
– Может, лучше я? – прищурилась Вета.
– Нет. Ей сейчас нужно не сочувствие, а понимание, Вета. И я могу его дать.
Ветана фыркнула.
Она прекрасно поняла и сказанное, и оставшееся непроизнесенным. Но не стала спорить.
Пусть так.
Если Шани нравится Алексу, это и неплохо. Разница в возрасте? Она не так существенна, если один из двоих маг и полудемон, да и вторая – маг. Пусть приручает девочку.
Ветана прекрасно помнила, сколько сомневалась и переживала сама. Как не хотела замуж. Как Шани развеяла последние ее сомнения.
Нет, девочке она такого не желала. Ни минуты.
У Веты было одно потрясающее качество. Она совершенно не завидовала молодости и красоте других женщин. И хотела, чтобы Шани была счастлива.
Девочка это заслужила.
* * *
Мих опустился на пол, скорчившись, словно под плетью.
Не вернусь…
Прости.
Прощай…
Слова Шани жгли и разум и душу. Больно, как же больно! Светлый, да за что же это? Как же так?
Про задание Лорана Ариоста Мих и отродясь бы не вспомнил, какие уж тут задания? Чего тут выведывать?
Шани – ушла.
Он ради нее Риолон проехал, в Раденор попал, а она… она ушла. Как будто и не любила.
Или – не любила?
Неправда! Что он, отличить не может, что ли? Шани его любила и не лгала ни минуты. А здесь что? Могла она так быстро разлюбить?
Этот вопрос оказался слишком сложным для Миха. Но он не разлюбил, значит, и она тоже! Вот! А почему она тогда?..
Конечно!
Оморочили!
Зельем опоили или магией глаза отвели, но точно – околдовали! Не Шани это была! А Шани-то его по-прежнему любит! Он знает…
Вот если б ее приближенный посмотрел, он бы точно понял, у него и амулеты всякие, и знания…
Мих вскочил с ковра и рванулся к двери.
Зачем? Он и сам не знал. Найти, объяснить, разобраться хоть в чем-то… и наткнулся на входящего в комнату мужчину.
– Задержитесь, любезнейший.
– Что?..
Мих даже не сразу понял, в чем дело. Но интонация пригвоздила его к месту.
Привычный трепет крестьянина перед высокородным. Нет, не потому, что один ниже, а второй выше. Перед Светлым все люди вроде как равны, и глупо задаваться. А просто – второй может стереть первого в порошок. Страх не перед человеком – перед непреодолимой силой, которая тебя сметет и не заметит, вот что это было.
Алекс смотрел на парня.
Что ж, Шани можно понять.
Красив, силен, не слишком умен – идеальный муж получится. Получился бы. Для кого-то…
Не для нее, нет. Ей нужно не это, и она сама все поняла правильно. Алекс хоть и не читал мыслей, но личико у девушки было более чем выразительным.
– Сейчас вас проводят в посольство Риолона.
– Но я… господин, мне надо поговорить с Шани!!!
Мих почти взмолился. Он и на колени бы упал, и растрогал бы даже камень, но сердце полудемона было намного тверже гранита.
– Она вам все сказала.
– А я – нет.
– Значение имеют ее желания, Мих. Не твои.
– Но я же…
– Ты не будешь ее искать. Не будешь тревожить. Ты уедешь из Риолона через несколько дней, а до той поры посидишь под замком. Это понятно?
Мих выдохнул.
– Это ты?..
Алекс пожал плечами.
– Я не любовник Шани и не покровитель. Если ты это имеешь в виду.
Но Мих уже не слушал.
Правда, и ударить Алекса у него не вышло. Слишком уж разные школы – деревенского кулачного боя и подготовки королевских гвардейцев. Лемерта мигом уложили носом в ковер, да еще с заломленной рукой.
– Пусти!
– Не пищи. А слушай. Приблизишься к Шани – умрешь. Понял?
И так это прозвучало, что Мих поверил.
Не угроза, не предупреждение… для этого человека убить было как умыться. Он сделает, что обещал, и тут же забудет. И пойдет дальше.
Миха даже замутило от боли и ненависти.
– Встать дай.
Алекс спокойно поднялся, отряхнул руки, поправил завернувшийся манжет.
Мих пепелил его ненавидящим взглядом, но молчал.
Алекс покачал головой.
– Жди. Скоро поедешь домой.
Повернулся и вышел. А в комнату вошли гвардейцы, которым приказали отвезти Миха в посольство.
* * *
Алекс шел по коридору и улыбался. Холодно, спокойно…
Долго Мих не проживет. Лучше всего порча удается некроманту при прикосновении, а он касался кожи Миха достаточно долго. Минуты три…
Этого хватило.
Мих проживет еще года три, не больше. И умрет от естественных причин. Почки откажут. Очень удобно наводить порчу именно так… а будет пить или гулять, все кончится еще быстрее.
Жалко его? Вот уж нет. Где вы видели жалостливого полудемона?
Алекс расчетливо и хладнокровно устранял соперника, не жалея ни о чем. Шани не простит? Да помилуйте! И простит, и забудет. А рисковать тем, что Мих вернется, или будет писать письма, или еще какую глупость утворит… нет уж.
Перебьемся.
Угрызений совести полудемон и вовсе не боялся. Его опыт четко говорил, что Мих – это до поры.
Сначала горевать будет, потом злиться, а потом и возненавидит. А от ненависти до мести один шаг. Вот пусть погорюет, позлится и отойдет к Престолу Светлого. Так всем будет лучше. И врагов за спиной меньше останется, что приятно.
Конечно, мертвых не воскресишь. Но и проблем от мертвых намного меньше.
Алекс прошел к покоям Шайны и приоткрыл дверь. Рыдания были слышны даже в гостиной. Что ж…
Будем утешать.
Об отцовских планах полудемон догадывался, и они не вызывали у Алекса никакого отвращения. Конечно, придется подождать… и что?
Он столько лет ждал свою женщину, подождет и еще немного. Было бы кого и что ждать, а уж остальное… Справимся.
Он обязательно справится.
Он пересек гостиную, вошел в спальню и коснулся ладонью плеча, обтянутого зеленым бархатом.
– Шани…
* * *
Прохладная ладонь легла мне на плечо, погладила по спине. Сначала неуверенно, потом чуть смелее.
Я приоткрыла сознание.
Не надо отрывать нос от подушки, чтобы понять, кто пожаловал в гости. Его высочество.
– Уйди. Пожалуйста.
– Не говори глупостей, Шани. Иди сюда.
Меня оторвали от подушки и уткнули сопливым мокрым носом в королевское плечо. Ладно, почти королевское.
Естественно, сопли потекли вдвое сильнее. Вот позорище… А носовой платок я вечно теряю…
Алекс вздохнул и обнял меня покрепче.
– Ты ведь не о нем плачешь.
Я аж чихнула от неожиданности.
– Платок есть?
– Ня-а…
Еще более тяжкий вздох.
А потом меня крепко ухватили за нос. Через белый платок из тончайшего полотна.
– Сморкайся давай.
Я послушалась. Что уж теперь.
Алекс бросил платок на пол и серьезно поглядел мне в глаза.
– Ты не о нем плачешь.
– Да?
Получилось все еще гнусаво, но вполне доходчиво.
– Да. Ты плачешь о своем разочаровании.
Я помотала головой. Как-то я плохо это поняла.
– Когда Ралиссия попробовала меня убить, я ее не оплакивал. Я злился, что оказался доверчивым дураком. А ты сейчас плачешь не о вашей любви. Ты плачешь о той Шани, которую никогда не удастся вернуть. О добром, наивном ребенке.
Я хлюпнула носом посильнее.
– Ему больно.
– И тебя это тоже расстраивает. Меня хотя бы предавать пытались. А тебя якобы любят.
– Он меня правда любит.
Алекс покачал головой.
– Нет. Это другое. Он тебя наверняка хотел. Это первое. Ты льстила его самолюбию. Молодая, красивая, необычная – это второе. Ему нравилась роль сильного парня, этакого рыцаря при очаровательной девушке, как бы это ни называлось. Это третье. И четвертое – ты его любила. Но обманывать себя не стоит, это не любовь.
– Но я же его любила?
– Но разлюбила?
– Ну да. Но…
– То-то и оно. С одной стороны – все перечисленное, с другой – отражение. Сильный парень, возраст, самолюбие… это все тоже было и у тебя. Разве нет?
– Разве да… Но… оно могло бы вырасти в любовь.
– Могло. Или в ненависть. Когда первое очарование уйдет, вы пресытитесь друг другом и обнаружится, что вы разные. Слишком разные…
– Это все мой дар.
– Да, и он тоже. Ты бы хотела его лишиться?
– Нет. А…
– Это реально. Ветана перегорала, с ней такое было.
– Кошмар! А…
– Потом она забеременела магом жизни. Дар восстановился, как огонь от огня ее сына. Но лечить она и без дара не бросала.
Я вздохнула.
Вета другая. Она цельная, сильная… а я?
А я собираю себя из кусочков, и Светлый знает, что еще получится. И понравится ли мне результат?
– Ты плачешь сейчас о себе. Не надо, Шани. У тебя впереди еще столько всего интересного…
– Правда?
– Клянусь.
И я поверила.
Алекс хитро улыбнулся.
– А еще прилетел голубь. Через пару дней здесь будут ваши родители.
– УРА-А-А-А-А!!!
* * *
Мих кипел от боли и злости: «Стерва, дрянь, мерзавка! А он-то жениться хотел!!! Права ведь была мама…»
Долго ему, правда, кипеть не дали, взяв с порога в оборот. И пригласив – вежливо – к приближенному. Лоран Ариост желал знать, что произошло, и Мих не стал ничего скрывать. Честно рассказал, что его привезли к Моринарам. И там была Айшет.
Роскошно одетая, с украшениями, как у благородной.
И конечно, он пересказал все, что ему сказала Шани.
Лоран Ариост долго мучил парня вопросами, но наконец успокоился. И отпустил Миха.
Задумался.
В чем-то его предположения подтверждались. Значит, маг разума все-таки был. И это женщина, лет сорока. Старая, сказала девчонка. Значит, ей могло быть и больше, маги очень долго выглядят хорошо, стареть начинают, когда обычный человек уже в могиле истлеет.
Что ж. Тогда многое складывается.
Айшет Ланат отправили в Раденор – туда она и шла. Но куда делся маг разума? И что случилось в Асторе?
Хотя…
Кто сказал, что Шанна Каран – это обязательно Айшет Ланат? Допустим, шла девчонка с караваном, была слабеньким магом, но и только. А Айшет Ланат добиралась до Раденора другими тропами. Это возможно?
Вполне.
Куда делся маг разума?
А вот тут… есть и еще одно предположение. Допустим, Айшет и Шанна Каран – это одно лицо. А маг разума присоединилась к каравану позднее. И показала себя в Асторе. Может быть, даже подменила Шайну Истарскую.
Почему об этом не знала Айшет? Ну, морочить голову сопливой девчонке несложно и без всякой магии. Может, и знала. Это она Миху сказала, что маг разума ушла с ее родителями. А может, и с детьми?
А вот тогда все складывается.
Маг разума была в Асторе. Почему о ней никто не помнит?
Это же маг разума, чего тут удивляться. Не убила – и то хорошо. С ней Айшет и ее брат добрались до столицы, а там… маг разума могла остаться в Риолоне. А Айшет отплыла на корабле.
Ох-х-х…
А ведь и верно, могло быть так. Маг разума вполне может морочить голову трем слугам хоть месяц, хоть год. Чего сложного-то?
Это многолюдье, толпа – вот там силы магов рассеиваются, и то не факт. Маг разума и подпитаться от толпы, скорее всего, может. Сила-то самая его – души человеческие.
У-у-у-у-у, твари!
Могли слуги видеть то Айшет, то магиню и думать, что девушка одна? Могла Айшет соврать? Да вполне!
И тут объяснимо и положение Айшет в Раденоре. Если она оказала услугу магу, или спасла жизнь, или еще что-то хорошее сделала… Маги, конечно, твари неблагодарные, но вдруг девчонке попалось исключение из правил? Долг жизни, такая штука – в обе стороны действует.
Итак, принимаем за гипотезу, что Айшет солгала лишь один раз. И магиня отправилась вместе с ними. Встретила в Асторе Шайну Истарскую, может быть, убила ее и решила воспользоваться каретой, а там и состоянием… почему нет?
Эх, деревня тупая! Что ж он не расспросил, как магичка выглядела?
Хотя – нет. Это я сам дурак. Это ж магичка разума, как захочет, так и заморочит. Даже если она страшнее чумы, все будут думать о ней как об ослепительной красотке.
Что ж. Принимаем за факт. В Раденоре есть маг разума.
Приближенный Ариост поежился.
Вот как-то ему неуютно стало в Алетаре. Домой пора, пора домой. Пока ненароком на улице не столкнулись.
Эрик все показал предельно ясно.
Айшет Ланат и ее семья под опекой и защитой Короны, сделать с ними ничего не удастся, на Риолон он зол как демон… Светлый, спаси Риолон!
И скромного слугу твоего заодно, что тебе стоит?
* * *
Два дня прошли под знаком допросов.
Алекс, понимая мое состояние, загружал меня так, что к вечеру ноги просто не держали. Выматывалась до предела, падала, где стояла, и засыпала. Без мыслей и сновидений.
Сколько ж сволочи я за эти дни перевидала!
И врут, и врут… Нагло обманывают, недоговаривают, фактами крутят, молчат…
Ага, как будто для меня есть разница. Можно на белое сказать – черное. Можно на белое сказать – не зеленое. А можно – это своеобразный цвет, который не является чистым оттенком и вовсе даже не похож на свежевыпавший снег. Можно без затей промолчать.
За эти дни я всего навидалась.
Разве что в пыточную меня не водили. Алекс прямо запретил. Даже объяснил мне свой запрет. Ни к чему мне пока такие кошмарные впечатления.
Просто – не надо.
Я не стала спорить. Обойдусь. И так нервы не очень, а тут еще картинки всяких ужасов добавятся… нет, ни к чему.
А на третий день ко мне влетела радостная Вета, таща за собой Корса. Впрочем, кто еще кого тащил. Наперегонки, кажется.
– Шани! «Королева моря» через пару часов войдет в гавань!
Я подскочила на полметра вверх.
– Мои родители?
– Шанька! Наши! – обиделся Корс.
За что и получил поцелуй в нос. Ибо нечего тут!
– Я сейчас… только переоденусь!
– Полчаса, – строго сказала Вета.
И я сорвалась с места.
* * *
«Королеву моря» не держали в карантине. Она пришвартовалась у причала, на берег перекинули сходни и по ним осторожно, под руки, свели папу. А за ним – маму!
Усталых, осунувшихся, но наших! Родных!!!
Корс успел первым. Налетел, повис у мамы на шее с таким визгом, что даже чайки шарахнулись. Я обняла маму.
– Шани…
– Корс!
– Мама!!!
– ПАПА!!!
Слезы покатились сами собой.
Родители здесь, рядом со мной, в безопасности. Уж я-то смогу их защитить, слово даю! И вообще… это же Раденор! Здесь им ничего не угрожает, вот!
А слезы лились и лились, и только через полчаса мы смогли отлепиться друг от друга. И я обратила внимание.
– Мам, ты…
– Да, Шани.
– Шикарно! – обрадовался Корс. – У нас будет мелкота!
Я поглядела на Ветану, и та поняла мой призыв о помощи. Подошла, улыбнулась.
– Господа Ланаты, позвольте представиться. Ветана Моринар. Сегодня я приглашаю вас к себе домой, чтобы вы оправились с дороги и отдохнули, поговорили с детьми без помех, а завтра перевезем вас в ваш дом.
– Наш дом?
– Моринар?
Ветана вежливо склонила голову.
– Да, господа. Прошу всех в карету!
Вежливость Ветаны оказывала совершенно гипнотическое действие. Родители кивнули, взялись за руки и направились вслед за ней. Мы с Корсом переглянулись и синхронно вздохнули. Потом тоже взялись за руки и пошагали к карете. Да уж. Будет нам расспросов.
А и ладно!
Лишь бы папа хворостину не обчистил, а то меня уже неприлично бить. Я уже взрослая. И Корса нельзя – я не дам.
А по шее мы точно заслужили.
Ну и пусть. Разберемся!
Только вот попа почему-то чешется…
* * *
Родительского терпения хватило аккурат до дома. А уж там…
Не стали ждать обеда, вежливо выставили слуг… вот почему я не сомневаюсь, что покои оборудованы всем необходимым для подслушивания и подглядывания? Наверное, я слишком плохо думаю о людях.
Попробовала призвать свою силу, огляделась…
Плохо?
Правдиво я о них думаю, научилась…
Два человека нас подслушивают только в этой комнате. Интересно, кто? Можно бы и поинтересоваться, но тогда я покажу свою силу, а не хотелось бы. Ладно, все равно я подробностей родителям пока рассказывать не буду. Жить хочется. И непоротой.
Начал отец.
– Шани, Корс… как же я рад, что вы живы.
– Но?.. – вежливо продолжила я.
Слезоразлив у нас уже был. На пристани, в карете, сейчас вроде как и перебор, надо бы поговорить.
Отец все понял правильно и кивнул.
– Да. Мне бы хотелось знать, как вы попали в Раденор.
– Мы честно поехали, куда ты сказал. – Я даже глазами не хлопала, это уже пошлость. – Но уже на месте возник… определенный конфликт, и я не решилась открыться твоему другу.
– Конфликт?
– Извини, пап. Пристали несколько дураков, пришлось отбиваться.
– Да, ты у меня красавицей стала, дочка, – кивнула мама. – В деревне это не так было, а сейчас…
– Те дурачки тоже заметили, – вздохнула я. – Мы отбились, но оставаться там не стоило, я решила, что прятаться лучше в столице. Туда и отправились. И случайно услышали про вас.
– Про нас?
Я пожала плечами:
– «Трей Сирант много даст за двух пленников, один женщина…» Я заинтересовалась, начала искать подробности, оказалось, что капитан корабля, на который вы попали, отправился в Раденор. Пришлось плыть следом.
– Так просто? – прищурилась мама.
– Были по пути и проблемы, и стычки, – честно созналась я. – Но все удалось решить своими силами.
– И сколько при этом трупов осталось?
Да, папа меня отлично знает.
– Несколько. Но я никогда не начинала первая, они сами были во всем виноваты.
– А здесь, в Раденоре?
– Обжились. Начали искать выходы на тех, кто может нам помочь. Случайно, в лечебнице – Корс попал в неприятности, но там мы познакомились с герцогиней Моринар.
– В лечебнице?
– Пап, герцогиня – маг жизни. И регулярно там бывает. Она Корса и лечила.
– Хм-м…
– А дальше… я решила, что если Корона мне не поможет, то как вас еще вытащить? Пришлось открыться королю.
– Сумасшедшая.
– Пап, а у меня был выбор? Или надо было вас в Тиртане оставить?
Мама покачала головой.
– Не надо.
– Вот и я так думаю. Кстати, мам, ты беременна?
Лучший вариант уйти от неприятного разговора – перехватить инициативу.
– Да.
– Мальчик будет.
– А ты откуда знаешь?
– Он уже сейчас такой же, как я. Вот Корс не так… извини, братишка, но ты у нас, кажется, не маг. А этот – будет.
– Даром мне ваша магия не сдалась, – фыркнул Корс. – И без нее неплохо. Но мелкий – это тоже хорошо, будет кого воспитывать.
Родители переглянулись.
Поняли, что детей уже не выйдет загнать в те же рамки.
И дружно махнули на все руками.
– Шани, что нас теперь ждет?
– Мам, да ничего страшного. Будете жить в Раденоре, то есть все будем здесь жить: дом есть, занятие найдем по вкусу – в городскую стражу всегда умные люди требуются, – а я еще по коже шила одно время. Здесь так, как ты меня научила, не умеют. С голоду не помрем. А магия… ну, будем помогать. Я два дня в суде и два дня в лечебнице для душевнобольных работаю. Естественно, мне за это платят. И неплохо. Выживем!
Корс утвердительно кивнул.
– А я вообще хочу попробовать лекарским делом заняться. Меня Томми зовет, говорит, что рука легкая, может получиться.
– Какие же вы у меня взрослые стали.
Мама смахнула слезинку. Вторую.
Очередного слезоразлива избежать не удалось. И только я одна заметила, как удалились два подслушивающих нас человека. И правильно – все равно тут больше ничего интересного не будет. А родители если и поняли, что я не все рассказала, то так же поняли, и что лишний раз лучше не расспрашивать. Спокойнее будет.
Потом расскажу… кое-что из оставшегося.
* * *
Песчаная буря.
Она уже не так бушует, она почти успокоилась, и сквозь желтый хаос видно небо.
Я постепенно смиряю ее, словно вбиваю свои скрепы. И с каждым разом продвигаюсь все дальше. И сил тратится меньше.
Но…
Все равно я не выхожу, пока не истрачу все. Вот и сейчас я почти падаю Алексу на руки.
Принц уже многоопытно подносит мне к губам чашку с малиновым взваром.
– Что скажешь?
Я делаю несколько глотков.
– Два-три сеанса. И можно жить спокойно. Это будет самый обычный младенец. Только… Воспитывать его с нуля придется.
– Это не страшно. Главное – обычный нормальный ребенок.
Я киваю.
– Мы успеем до поездки в Риолон?
– Да. Кстати, не хочешь пойти попрощаться?
– Куда?
– Завтра отплывает обратно риолонское посольство.
– И что?
– Мих Лемерт отплывает вместе с ним.
Я подумала пару минут.
– Нет. Не хочу.
– Не пожалеешь потом?
Я прислушалась к себе еще раз.
– Нет. Не пожалею.
Этот счет был мной закрыт. Худо ли, бедно… мне уже не хочется быть рядом с Михом. Никак. Никогда. А если так… Зачем длить агонию? Отрубила один раз – хватит посыпать обрубок солью. Лучше забыть, раз и навсегда.
– Это правильно.
– Хорошо, что вы, полудемоны, мысли не читаете. А то от вас вообще никакого спасения не было бы.
– А наши дети могли бы и читать, – пошутил Алекс.
– Наши? Дети?
– Представляешь, какое было бы сочетание?
Я не представляла. Даже и не думала об этом. А он что – думал?
Увы, ответа я не получила. Меня сгрузили на кушетку, подвинули поближе блюдо со сладостями, подмигнули – и удрали. Только кончик косы в дверях мелькнул.
Нет, он это серьезно?
Где он и где я? Принц – и крестьянка? Бред сивого мерина в безлунную ночь на кладбище!
А вдруг он – серьезно?
Ой, мама…
* * *
Конечно, родители мне так до конца и не поверили. Особенно когда увидели «скромный домик», предоставленный им Короной.
Два этажа, четырнадцать комнат, большой сад вокруг, все это в Зеленом городе, но почти на границе с Белым. И – со всей обстановкой.
Я-то понимала, что для Короны наработала и на большее. Но… Как бы так рассказать родителям правду, чтобы мне голову не оторвали?
Корс только руками развел. И оказался рядом со мной в первый же вечер после переезда.
Я выбрала себе симпатичную комнату окнами в сад, Корс предпочел улицу – мало ли что там интересного произойдет, родителям тоже понравился сад. А еще мама запланировала кабинет, библиотеку, гостиную, детскую, дамскую комнату, столовую, комнату для гостей…
Как же хорошо, что плен не оставил на родителях сильных следов. Или просто они у меня – такие?
Привыкли гнуться, но как ива. Согнулся прут – и тут же распрямился и хлестнул. Не сломался, даже и следа не осталось. Буря выворачивает с корнем могучие дубы, но поди выверни из земли такую гибкую тростинку? Она и не заметит непогоды…
В разум родителей я не лезла. Это уж вовсе непорядочно. Читать можно только тех, с кем ты легко расстанешься при необходимости.
Так что в первый же вечер…
Мы все сидели за большим столом, рассчитанным человек на двадцать, и ужинали. А потом каша с мясом закончилась, отец отложил ложку и поглядел на нас.
– Шани, Корс, вы у меня молодцы. Но мне хотелось бы узнать правду. А не то, что вы рассказали – там.
Сказано было увесисто. Я чуть приуныла, но потом махнула рукой. Лучше уж родителям знать, что я творила. А если после этого они как-то не так будут ко мне относиться… Я смирюсь.
И я принялась рассказывать.
Про наше путешествие с караваном, про врагов Ленера, про Астор, про Шайну, про мое путешествие в роли Истарской… даже про смерть ее дяди. В этот раз я ничего не скрывала – зачем?
Родители молча слушали.
Наконец я добралась до Раденора и посмотрела на отца.
– Мне бы тоже хотелось прояснить вопрос. Как вы попали в плен? Мама, ты же маг…
Мама смутилась и развела руками.
– Я не такой маг, как ты, Шани. Я интуит и могу почувствовать нечто, но… ты намного сильнее меня, детка.
– А что от вас хотели в Тиртане?
– Вас, – просто сказала мама, – и других моих детей. Магов разума, послушных и покорных.
Я хмыкнула.
– Хотела б я на это посмотреть… послушный маг разума. Кобра-вегетарианец, не иначе.
Мама грустно улыбнулась.
– Я согласилась написать тебе письмо. Но я была уверена, что ты не приедешь.
– Письмо даже не дошло до адресата. Что ж, теперь мы здесь, и мой братик родится свободным. И магом разума.
Мама замялась.
– Шани…
Я прищурилась.
– Да уж хватит крутить? – попросил Корс. – Что я не должен знать? Сколько мне должно быть лет, чтобы перестать меня считать младенцем?
– Не меньше ста, – серьезно ответила мама.
– Нари, мы все равно это не скроем, – вздохнул отец. – Шани, твой брат одновременно будет и твоим племянником. По отцу – трею Сиранту.
Мне понадобилось минут пять, чтобы сообразить. А потом я вскочила из-за стола.
– Ах они мрази!!!
– Я сама согласилась, – резко сказала мама.
– Скажи еще – по доброй воле.
– Нет. Чтобы Шем остался в живых.
Я тряхнула головой.
– Темный! Мне жаль одного – эту гниду, моего братца по отцу, убили раньше!
Мама кивнула.
– Да, его убили. И я об этом не жалею.
– И о ребенке не жалей. Вырастим, – махнула я рукой. – Или… ты его не хочешь?
Родители переглянулись.
– Мы боялись, вы его не захотите.
Мы с Корсом посмотрели друг на друга. На родителей. Опять друг на друга.
Братик у меня хоть и не маг разума, но понимать друг друга без слов мы уже научились.
– Мам, пап, вот еще глупости! – выразился за нас двоих Корс. – Он нам по крови родной, а человеком – вырастим! Всем миром возьмемся.
И так это прозвучало, что мама опять разрыдалась.
– Совсем вы у меня взрослые стали…
Я обнимала родителей, утешала маму и думала, что надо бы поговорить с Алексом. Почему-то с ним общаться было легче.
Нельзя ли совершить еще один рейд по Тиртану? Или два?
Я тоже прогуляюсь с удовольствием. Мало ли сколько там магов мечтают о свободе? Надо помочь хорошим людям с хорошей целью… Обязательно надо. И поговорить, и помочь.
Я не забуду. И Тиртан не прощу.
Зажились эти твари на свете, убивать пора. Зажрались.
* * *
Жизнь вошла в спокойную колею, и мне это нравилось.
Я не думала ни о чем и ни о ком. Два дня подряд я приходила в суд, еще два дня в лечебницу к душевнобольным и еще пару дней уделяла дознавателям.
Слухи о маге разума особо не ползли, но кому надо – те знали. И почему-то не ужасались.
Ответ на этот вопрос я получила у Алекса после очередного сеанса лечения. Малыш Анри был практически здоров. Мне удалось усмирить бурю и осторожно обойти ловушки, оставленные зловредной демонессой (сама бы ее прибила с удовольствием, заразу), но до полного выздоровления там было еще долго.
Младенец, и этим все сказано.
Младенец, чудом выживший в этом хаосе и не повредившийся в рассудке.
А может, потому и не повредившийся, что младенец. Детям же все равно.
Подкинешь ребенка к волкам – вырастет волк. К медведям – медведь. К людям… хотя тут тоже иногда такая скотина вырастает!
Но суть не в этом.
Дети не знают, как правильно. Вот и не страдают, если что-то не так. Фактически ребенок – как чистый лист, что напишешь, то и будет.
И я медленно правила то, что изломало проклятие, за столько-то лет. И работа еще предстояла каторжная…
А впереди была поездка в Риолон.
Но что может меня там ждать?
Я не знала. И предпочитала ни о чем этом не думать.
* * *
Его величество Дарий просмотрел письмо.
Голубиной почтой много не напишешь. Но…
Обычно донесения приходили не слишком часто. Раз в месяц, в два… И было в них почти одно и то же.
Сначала: «Вызвали, откармливаем».
Потом: «Нужно время, все в порядке».
Совсем недавно: «Осталось немного, меньше года».
И вот… Что значит – скоро все будет сделано? Когда?
Дарий отлично понимал, что ввязался в опасную затею. Но искренне надеялся на лучшее.
Было ведь уже в истории нечто подобное. Было… и тогда с нечистью удалось справиться. Король Раденора испугался, а вот храмовники справились. Что это, как не доказательство силы Светлого?
Боится, нечисть проклятая, так-то!
А уж храмовников в Риолоне – хоть в бочке засаливай. И помолятся, и прогонят мерзость иномирную…
Мысль о том, что нечисть может иметь на все свое мнение и оказаться кому-то не по зубам, Дарий старательно гнал. Один раз справились – и второй раз одолеют.
А вот если король Раденора узнал о его задумке…
Дарию вовсе не хотелось об этом думать. Страшно. И жить так хочется…
Поэтому его величество открыл второе письмо. Второе пришло от приближенного Ариоста.
«Шайна Истарская в Раденоре. Заполучить ее в Риолон не представляется возможным, равно как и убить. Посольство изолировали и выслали».
Тоже плохие новости.
И, зная Эрика Раденорского, все это останется без объяснений. Что, кто, как, почему… Не нравится? Можете с нами повоевать.
Ага, самоубийц после показательного урока Тиртану еще долго не найдется. Дарий тоже за трепкой не рвался. Но…
Остается только ждать прибытия посольства. А там…
Дальше будет видно. Сначала получим хоть какую-то информацию, потом сделаем новый ход. И его величество зло оскалился, благо в кабинете даже секретаря не было.
Раденор он не любил. Наследственно. Еще с той поры, как Александр Леонард Раденор откусил бо-ольшой кусок Риолона, а остатки, словно подачку, бросил его предкам. Мол, получите и спасибо скажите.
Не сказали.
Люди – вообще существа не слишком благодарные. Хоть при другом раскладе предкам Дария трон не светил вообще никогда, но и вот так, унизительно…
Врагов Раденор нажил просто так, походя…
Просто возможности у них не было… а вот теперь – появилась. Вдруг да получится расквитаться?
* * *
И снова я стою под синим небом.
Песчаная буря почти улеглась. Сегодня я сделаю последнее, что должна.
Я вновь призываю свою силу, но теперь с небес льется не мягкий золотистый свет, нет…
Света здесь достаточно. Это ведь пустыня, и ей нужна вода. Позарез нужен дождь.
И на память приходит морское побережье.
Я бы вызвала дождь, но не стоит пугать малыша еще больше. Это для пустыни дождь – жизнь, а для малыша это просто вода, которая льется сверху. Заливается в нос, в глаза… нет, ни к чему. Будет не дождь, а нечто другое…
Мягкий туман, который струится с пальцев, укутывает израненную землю, и в этом тумане мне легко идти вперед.
Почему-то я всегда оказываюсь в одном и том же месте. И раньше даже не могла его покинуть… но сейчас – могу.
Туман идет впереди, и я за ним. Медленно, не спеша…
Где же ты, малыш?
Где?
Это выглядит так странно… оазис посреди пустыни. И колыбель с ребенком, стоящая прямо на земле. Он лежит в колыбели…
Я подхожу и вглядываюсь.
Он совсем не похож на Корса. Честно говоря, больше всего младенцы похожи на червяков. Белых, красных, темных…
Этот – на большого и белого червячка. Такого толстенького, лежащего на спине и размахивающего лапками. Пятью…
А, это хвост. И чешуйки тоже есть. И клычки, и когти…
Ну и ладно. Ребенок и есть ребенок.
Я рассеиваю вокруг себя волну тепла и спокойствия.
Все будет хорошо, малыш. Все будет хорошо… Ты не один, ты со мной, все будет в порядке… я сейчас возьму тебя на ручки…
И малыш доверчиво приникает к моему плечу. У него еще совсем бессмысленные глазки, но это постепенно исправится.
Я глажу его по волосам.
– Пойдем к папе, маленький. Пойдем…
И мир крутится вокруг меня, изменяя свои очертания.
* * *
В себя я прихожу, крепко обнимая малыша Анри. Алекс сидит рядом и смотрит на нас, а малыш открывает глазки – и плачет. Как самый обычный младенец.
– Анри?
– С ним все будет в порядке.
Мой голос не громче шепота, но Алексу этого хватает. Он ловко подхватывает сына на руки и начинает укачивать, как младенца.
– Баю-баюшки, детки-заюшки…
И настолько он трогательно выглядит…
Анри прижимается к плечу отца, дышит знакомым запахом и успокаивается. Он не один. Кошмар закончился.
А я ловлю себя на том, что глаза становятся подозрительно влажными. Наверное, просто резь в глазах. Такое бывает…
Как хорошо, что малыш нашелся. Воля Ралиссии изолировала кусочек его разума, создала ловушки, чтобы никто не смог пробраться внутрь, сделала все, чтобы изуродовать ребенка. Хорошо, хоть не убила.
И, к счастью, все было обратимо.
А сейчас малыш спокоен и доволен. Он будет расти и развиваться, как обычный младенец. И все у него будет хорошо, я пригляжу.
Алекс смотрит на меня влажными глазами.
– Шани, спасибо…
Он тоже понимает, что все хорошо. Действительно хорошо.
Я улыбаюсь ему.
– Все в порядке.
И все действительно в порядке. Теперь дело за няньками, кормилицами, слугами… они справятся. А нам надо уезжать в Риолон.
* * *
Приближенный Лоран Ариост почтительно поклонился его величеству Дарию.
– Мой король…
– Присаживайтесь, приближенный, нам найдется, о чем поговорить.
Лоран послушно опустился в кресло. Хотя жизнь его не радовала. Задание он не выполнил, Шайну Истарскую не нашел, мага разума – тоже…
Не пригодились ни крестьянин, ни аристократы. От крестьянина даже больше пользы было. Но Лоран все равно распорядился отправить его домой, в родную деревню. К чему ему такое добро?
– Ваше величество…
– Расскажите мне, что вы узнали в Раденоре.
Лоран склонил голову и принялся рассказывать. За время плавания он серьезно обдумал информацию, несколько раз поговорил с Лемертом и выстроил для себя более-менее непротиворечивую версию.
Ее он и изложил королю.
Как они и предполагали, маг разума у той деревни был.
Раненый, загнанный, возможно, шпион Раденора. Точнее узнать не удалось. Он появился в тот момент, когда одна ревнивая баба решила разобраться с соперницей, и вмешался в схватку. В результате, Ланаты были вынуждены оказать ЕЙ помощь.
– Ей? – уточнил его величество.
– Да, я подозреваю, что это была женщина. Тогда все объяснимо.
Айшет и Корс Ланат действительно были отправлены родителями с караваном в столицу. И с тем же караваном пошла и маг разума. Просто хитрая ведьма выставила вперед детей, на них и обращали внимание. А сама она умело держалась в тени, может, даже шла не ВМЕСТЕ с караваном, а в стороне от дороги или чуть поодаль. Такое тоже возможно.
Отсюда и все странности. Айшет Ланат, она же Шанна Каран, магом не была, настоящий маг был рядом, вот и весь секрет.
В Асторе они столкнулись с Шайной Истарской. Как уж там складывалось, неизвестно, но если Айшет Ланат осталась жива, то погибла Шайна Истарская. А вот что она поведала перед смертью, о чем попросила?.. Могла и о мести.
Что и произошло.
Маг разума под прикрытием девчонки добралась до столицы и отплыла в Раденор. Зачем ей понадобилась Айшет Ланат? А скорее всего, они просто были схожи. Лицом, фигурой, может, обе рыжие… несложно спутать баб, когда тебе глаза отводят.
Так что земли и имущество Истарских можно смело отбирать в казну. А вот найти мага не представляется возможным, стоило только копнуть в ту сторону, как их скрутили и выслали.
Это, кстати, и поведение девчонки объясняет. То она себя ведет как вчерашняя крестьянка, то как знатная дама… понятно, кто себя и как вел. Но для мага разума людям головы заморочить несложно.
Дарий задумчиво кивнул.
– Что ж. Могло быть и так. Больше ничего странного в Раденоре не происходило?
– Нет, ваше величество. Единственное, я подозреваю, что маг разума как-то связан с Моринарами, потому что Айшет Ланат пригрели именно Моринары.
Дарий поморщился.
Моринары ему тоже не нравились. Да и тех Моринаров-то… давно сплошь такие же Раденоры. И маги через одного. Сделали когда-то ставку, так с тех пор и не прогадали…
Убил бы!
Ладно, вдруг еще получится?
Но выцарапать оттуда мага разума или какую-то информацию точно не получится. А жаль…
Так что благоволения Лоран Ариост не получил. Но не получил и порицания. А учитывая, что без аванса храмовники не работают, остался даже доволен своим путешествием. Жив, здоров, с прибылью… большего в Раденоре и желать нельзя.
И в Риолоне – тоже.