Глава шестая

ИЮЛЬ 2016

Медленно открыла входную дверь, повесила ключ на крючок. Скинула кеды и прямо в плаще прошла к дивану и устало плюхнулась на него.

Сегодня все были довольны мной. Лизка позвонила и сказала, что теперь хотят увидеть меня и её на ещё одной съёмке для этой фирмы. Зачем-то приходил заказчик, ему показали пару промо, и он оказался в восторге.

Да. Сегодня я на высоте.

Легла на спину и закрыла глаза, прижимая свой рюкзак к животу.

На высоте.

Ну и кто меня туда поднял? Кто усадил?

Проклятье.

Я сейчас чувствую точно так же как тогда, когда очнулась от дьявольского плена «работы», предложенной Стасом.

Почему я не испугалась? Почему не спросила, когда впервые почувствовала, что он начинает делать? Почему?

Почему доверилась ему? Так легко и безоговорочно… Ведь я никому не доверяю.

Жизнь научила.

Так почему? Даже после этой… «работы», сделала вид, что всё в порядке. А Стас и не пытался поговорить. Объяснить. Словно всё произошедшее было такой обыденной вещью, что…

Я ничего не понимаю. Это уже не просто странно, нет. Скорее ненормально. Я удивляю саму себя. Но что хуже всего, так это моё страстное желание повторить всё вновь.

Действительно ли я так этого хочу?

Обрывки ощущений и непонятная чехарда мыслей вызвали приятную дрожь по всему телу. Кусая губы, крепче сжимала рюкзак. Его холодный дерматин давал то спасительное ощущение реальности происходящего. Хотя моё сознание вновь и вновь уносило меня на те проклятые синие маты.

Впервые желание покориться и отступить было таким же сильным, как стремление к победе. Я даже не знала, чего хочу больше: играть в поддавки или…

Я действительно заигралась. Среди множества личин и масок начала терять саму себя. Удивительно, что ни одна из моих ролей так и не подошла Стасу. Как легко он нашёл моё истинное лицо. Вцепился и не отпускает до сих пор.

Так вот в чём причина? Вот почему меня так сильно тянет к нему?

Но я же знаю, чем всё закончится. Так было не раз.

Голова кругом.

Как сложно оставаться холодной, сильной и принципиальной, когда разбередили душу и напомнили о себе настоящей. Да ещё и таким способом!

Вспылив, кинула рюкзак в небольшой коридорчик и закрыла лицо руками.

Я сильная.

Я справлюсь.

ДАЛЁКОЕ ДЕТСТВО

…Лёд скрипел под нашими коньками. Стук клюшек и непрекращающиеся крики.

— Пасуй!

— Ты что творишь!

— Он клюшкой замахнулся!

— Сам виноват! Не надо было подрезать!

— Эй! Он играет не по правилам! Так нельзя!

Наши крики были слышны на всю округу. Со стороны могло показаться, что сейчас на льду будет драка. Но всё это было так привычно, что никто даже не обижался. Я немного ехидно поглядывала на ребят: а ещё говорят, что девчонки ноют. Хотя, если бы играли только девочки… Такое даже представить сложно. Как и то, что я с девчонками играю.

Для них я как заноза. Им неинтересно со мной, а мне так тем более.

— Лови! — я крикнула Коле и уверенно ударила по шайбе.

Та крутанулась и с приличной скоростью улетела к моему брату. Тот двинул кого-то локтем и бросился наперерез заметившему мой пас Ване.

Вот кто настоящая заноза!

Шмыгнув носом и, перехватив клюшку, кинулась на помощь.

Ваня был даже выше меня, хотя я дылда ещё та. Сжала зубы и крепче обхватила рукоять клюшки.

Колька пригнулся и сделал свой любимый финт: изменил путь шайбы одним тычком клюшки. Он, конечно, врезался в Ваню. Даже не так. Его смела эта туша. Колька с грохотом приземлился на колени и сам закрутился не хуже, чем это делала шайба секунду назад.

— Костя! — я окликнула нашего самого лучшего игрока. — Страхуй!

Тот кивнул, ловко уходя от возможной грубости.

Наша команда была самой мелкой. В основном были Колькины друзья. Самому старшему, Косте, было уже двенадцать. Он учился в шестом классе, когда Колька только на следующий год пойдёт в пятый. А я была настоящей каланчой и дылдой, уже заканчивала восьмой.

Можно было бы играть и в другой команде, например, с Ваней, который пусть и старше на два года, но учился вместе со мной.

Но кто же будет играть с девчонкой? Для них это будет ощутимым ударом по авторитету. И наплевать, что Ваня сидит со мной за одной партой. Кому, как не ему знать, какая я. Но здесь, на льду, я всё равно девчонка. Пусть даже если эта девчонка в жизни и не девчонка вовсе.

Мы с Костей умело обходили Ванькиных подпевал, ну почти. Поработать локтями всё равно пришлось. И в этом у меня было большое преимущество. Я была ловчее и гибче, даже несмотря на свой рост.

Приняв шайбу, кинулась к воротам. Краем глаза заметила Кольку, который опять привычно утирал разбитый нос. Сжав зубы, прибавила ходу.

Коньки натужно скрипели об изрядно исцарапанный лёд. Стук клюшки и сетка ворот.

Вижу цель, не вижу препятствий.

А оно появилось как всегда некстати. Большое, даже громадное, недовольно сопящее и с мерзкой ухмылкой на лице. Оно не стало бить меня, толкать или хватать руками. Оскалило зубы и со всей дури двинуло клюшкой мне под ноги.

Я рухнула как подкошенная. Со всей силы ударившись лицом об лёд. Темнота, сменяющаяся ослепительной вспышкой. Хруст, соль крови и холод льда. Боль. От которой тело чуть ли не судорогой сводит.

Крики доносились откуда-то издалека. Я резко стала плохо слышать. Меня рывком перевернули на спину и теперь перед глазами оказались чьи-то чёрно-белые расплывчатые лица.

— Ну ты и урод!

— Ты вообще больной?

— Дык откуда мне знать, что она так завалится?

— Себе клюшку в ноги сунь, придурок!

Моргнув, вернула цвета. Чёткость появилась не сразу.

— Что с неё взять, девчонка же…

От этой фразы только-только навернувшиеся слёзы сразу пропали, испарились. Нездоровая злость, гордость и яростное желание доказать, что я сильная.

Я сильная!

Резко сев, сжала зубы и хлюпнула кровоточащим носом. Горячий алый поток вовсю заливал губы, подбородок и капал на воротник толстой куртки.

Я тебе сейчас покажу, кто из нас девчонка!

Схватившись за чью-то руку, не без труда встала. Закрыв на мгновение глаза от резко закружившейся головы, схватилась за клюшку как утопающий за соломинку. Она придавала мне твёрдость и решимость.

— Кажется, теперь после игры я бью буллит. Да? — сплюнув кровь на лёд, обвела взглядом столпившихся пацанов.

Наткнулась на испуганный взгляд Кольки. Ну хоть не ревёт. Отлично. Подмигнув ему, выдохнула и продолжила:

— Я девчонка, а ты, Ванька, настоящая баба! Трусливая и подлая!

Конец моей фразы утонул в смехе ребят.

Покрасневший, но не пристыженный обидчик подъехал ко мне и нагло посмотрел в глаза. Я также дерзко глядела в ответ.

Что он хотел увидеть? Обиду? Слёзы?

— Ты бы всё равно не забила.

— Да? — проверив языком, шатается ли передний зуб, с придыханием громко ответила. — Время ещё есть. И за мной буллит. Я забью тебе дважды. Собьёшь ещё раз меня с ног, буду тебя и в школе бабой называть. Девчонки оценят.

Очередной взрыв смеха. Громче всех хохотал Колька — Ваньку он просто люто ненавидел.

Я забила три раза.

Ушла домой, гордо подняв голову и сделав вид, что ничего не произошло. Даже Ване пожала руку, договорившись, что завтра в школу идём вместе.

Зла на него я не держала. Его поступок лишний раз доказал, что я сильнее и лучше его. Ведь когда тебя не обыграть по-честному, в ход идут самые грязные приёмы.

Но было и ещё кое-что, что заставило сменить меня гнев на милость: Ваня отнёсся ко мне как к равной. Он всегда играл грязно и грубо. И сегодня не стал делать поправку на мой пол.

От маминой реакции ещё долго улыбалась, хотя это и было больно. Да, мы с Колькой — два сапога пара. Вернулись с разбитыми носами и залитой кровью одеждой.

Мы также улыбались по дороге в фельдшерский пункт, где нам Тамара Петровна пыталась вправить носы. Колька всплакнул, я же только крепче стиснула зубы, не проронив ни одной слезинки.

Пусть я девчонка, и физически могу быть хилой, слабой, но по духу я сильная! Я сильная!

Никто и ничто не сделает мне больно. Я никогда не заплачу. Я всё выдержу.

Я справлюсь!

ИЮЛЬ 2016

— Я справлюсь… справлюсь… справлюсь… — повторяла эти слова как мантру, смотря на привычный белый потолок.

Впервые моя квартира казалась такой громадной. Не мелкой «квартиркой», «конурой» или «мышиной норой». Нет, теперь это необъятное, безбрежное, безграничное и бесконечное пространство.

Это я усохла до размеров Дюймовочки.

Не рыдать!

Шмыгнув носом, потёрла глаза и снова посмотрела на потолок. Может, перекрасить его к чертям собачьим? Позвоню вот сейчас квартирной хозяйке и спрошу, можно или нет.

Надоел этот белый цвет! Из-за него снова вспоминаю то, что вспоминать совсем не нужно. Прошлое ушло, его нужно забыть.

Позвонить Стасу?

Не слишком ли быстро я втянулась в это… мракобесие?

Сложно и непонятно. Всегда думала, что знаю себя. Знаю, какая я, на что способна. И тут Стас, как чёртик из табакерки: сомнений н-нада?

Да, конечно, именно этого мне не хватало. Просто писк души. Давишь её сапогом, давишь. А она не сдыхает, тварь.

Проклятье!

Вскочила с дивана, одним рывком сняла плащ, скомкала его и кинула к рюкзаку.

Что я делаю не так? Разве моя жизнь так уж плоха, что я согласилась на эту авантюру? Мне не хватает острых ощущений? Да их и так через край!

Полубезумным взглядом оглядела комнату. Засиделась.

Я как неваляшка, меня бьют, а я встаю. Мало того, что не прогибаюсь, так и сдачи могу дать.

Я сильная.

Я справлюсь.

Вздохнула и, запустив руки в свои волосы, посмотрела на стол.

И с тобой, Стас, справлюсь.

Со всей твоей извращённой эстетикой и чувственностью.

Размажу.

Раздавлю!

Желание победить оказалось сильнее.

Хм…

Ноутбук тускло поблескивал и мигал индикатором зарядки.

Это идея.

Завязав волосы в хвост, стянула джинсы и бросила их на диван. Носки отправились следом. Подминая тёплый и мягкий ворс ковра босыми ногами, задумчиво кусала губу.

Секс без обязательств? Ой ли?

Нет, так не пойдёт.

Конечно, женщина — мечта.

Ловкач, чтоб тебя!

Ладно, змей-искуситель, давай-ка побольше о тебе узнаем.

Ноутбук привычно зашумел кулерами, выдавая тёплые струи воздуха с противным запахом горелой пыли. Быстрым движением пересчитала кнопки клавиатуры, успокаиваясь под их мерный и быстрый треск.

— Не тормози! — нервно покусывала костяшку большого пальца правой руки, левой же торопливо барабанила по шершавой поверхности старого стола.

Так, включился.

Отличненько.

Ну что, Станислав Новак… Даже мысленно ставила ударение на «и».

Пришлось немного поковыряться, прежде чем я нашла подробную биографию Стаса. И то, она была на польском. Пришлось пользоваться онлайн-переводчиком и из полученной белиберды вылавливать крупицы информации.

Родился будущий хоккеист в небольшом городке недалеко от Белостока. Его отец — Януш Новак когда-то сам играл в одном из польских хоккейных клубов. Мать — белоруска, Ирина Николаевна Новакова.

Хм, а день рождения у него как и у Кольки. Надо же…

Насколько я поняла, Белосток находится рядом с Беларусью, и там большая община людей родом из соседней страны.

Так и жила эта семья под Белостоком, пока Новаку-старшему не пришло в голову, что его сын — надежда польского хоккея.

Затем последовал переезд в Гданьск, где Стас попал уже в один из лучших хоккейных клубов Польши.

Я оторвалась от ноутбука и отправилась делать себе чашку сладкого какао. Благо кухня и комната — всё единое целое. С одной стороны — неудобно, с другой — круто, что можно передвигаться экономно, к тому же всё на виду.

Помешивая какао в большой пузатой чашке, невольно задумалась о Стасе. Мда, неужели и у него серебряная ложка во рту с рождения? Я думала, что он добился всего сам… Хотя, его отец не такой уж известный хоккеист. Так что да, Стас сам выбился и добился. Зря я о нём так думаю. Не его же отец гонял на льду с клюшкой, забивая шайбы за своего сына. Нет.

Прихлебнув и немного поморщившись от излишней сладости, добавила в чашку ещё молока и отправилась обратно к ноутбуку.

В комнате становилось жарко. Сняла кофту, оставшись лишь в белье. Поджав ноги и нахохлившись, хмуро читала корявые строки с экрана.

Карьера Стаса после нескольких матчей в Гданьске пошла на взлёт. Варшава и вот он уже один из самых молодых нападающих в лучшем столичном клубе. Двадцать лет. Обалдеть можно.

Я же просто смотрела с братом все эти бесконечные игры, мы болели за Стаса, но в подробности я не вдавалась. Это было по части Кольки. Выдавать мне факты о забитых шайбах, опасных моментах, пасах и реализованным буллитам. В процентном соотношении за этот матч, за матчи в сезоне. Сравнение с другими нападающими этой команды, нападающими клубов нашей федерации, КХЛ.

Мы интересовались и восхищались им как хоккеистом. Сейчас же он для меня стал человеком. У которого есть родители, прошлое и настоящая жизнь, не связанная с известной игрой на льду.

Поразительно.

Контракт с красно-синими. И вот так молодой поляк стал играть за один из лучших российских клубов. Да. И это в двадцать два. Что я делала в это время? Метелила клюшкой Ваньку на льду и утирала сопли Коле.

Стас старше меня, но отношусь к нему я как… к маленькому мальчику? Так что ли? Максимум как к ровеснику.

Он так тесно связан с моим детством, что я его вижу только таким. Хоккеистом, которым восхищались два шкета: Юлька и Колька. Стас словно живое напоминание моего детства, которое уже давным-давно минуло. Той Юльки больше нет. Сейчас есть Юлия.

Значит, Стас для меня сродни денди, тетрису, Юппи и жвачке Дирол?

И все мои чувства к нему это… ностальгия? Болезненное возвращение к прошлому?

Дикость какая!

Сделав очередной глоток, вернулась к тексту, который прочитала уже раза два, но так ничего и не поняла: воспоминания и рассуждения напрочь выбивали всё из головы.

Карьера Стаса как раз прервалась, когда я училась в колледже. Колька что-то говорил об этом, но моя память почему-то молчит. Ну да, к тому времени хоккей меня уже не интересовал. И брат был тому виной.

Но, как говорится, кто прошлое помянет, тому глаз долой?

Автомобильная авария.

Семья Стаса попала в жуткую автокатастрофу. Все выжили, серьёзно никто не пострадал. Повезло. Но… Стас травмировал ногу.

Поэтому он хромает? Хотя и хромота у него странная: то есть, то нет.

Несколько операций, долгое восстановление. Тренировки, но он больше так и не вышел на лёд. Карьера хоккеиста прервалась на самом пике: через пару месяцев он должен был ехать на Олимпиаду в Ванкувер…

Вот так поворот судьбы.

Ему было двадцать пять. Как мне сейчас.

Совпадение? Или очередная насмешка свыше?

Стас станет моей автоаварией?

Ну уж нет!

Ни за что!

Моя жизнь зависит только от меня! И решать только мне…

И никому другому.

ИЮЛЬ 2016

Нехотя ковырялась вилкой в тарелке. Кусок в горло не лез, хотя всё выглядело очень аппетитно. И рыба, и салат. В сотый раз накручивала зелёный лист на вилку и со вздохом снова снимала его.

Сегодняшний вечер сродни сказке. Да, Жека умеет удивлять. Заехал за мной на собственном автомобиле, впервые без водителя. Долго ждал меня у подъезда, пока я отсиживалась у себя же в квартире, наблюдая за нетерпеливыми вышагиваниями парня у подъезда.

Нужно уметь подогревать интерес.

Тем приятней было видеть возбуждённый блеск его глаз и эту напускную сдержанность. С каким удовольствием он бы поцеловал меня, но я всё равно не позволю сделать этого. Да, это была игра с огнём.

Прекрасный букет орхидей довольно быстро настроил меня на мирный лад. Если бы он подарил мне в очередной раз розы, то точно бы вернулась домой. Тут же Жека решил меня завоевать. Активно включился в эту битву.

Хороший мальчик.

Неужели всё действительно идёт по плану?

Тёплое прикосновение к моей ладони вывело из непонятного ступора.

— Ты в порядке? Какая-то ты странная сегодня. Сама на себя не похожа.

С трудом поборов брезгливость и желание сбросить его руку, подняла взгляд и посмотрела на Жеку. Он вполне участливо и искренне глядел в ответ, в его глазах я увидела даже тень переживания и сочувствия.

Почему он сейчас так напомнил мне Колю? Эти непослушные пшеничного цвета вихры, пусть и волосы аккуратно подстрижены и по модному уложены. Чистый, высокий лоб с немного нахмуренными бровями. Тёплые, карего цвета глаза напоминали мне о горячем шоколаде. Даже взгляд у Жеки был таким же приятным, мягким и обволакивающим. Нос с небольшой горбинкой вполне мог именоваться «римским», только это была бы более аккуратная и красивая вариация. Губы немного полные совершенно его не портили. Скорее, наоборот, делали лицо Жеки более мальчишеским и детским.

Рядом с ним чувствую себя исключительно коварной, мерзкой, меркантильной дрянью.

Выдохнув и собравшись, немного расслабилась.

— Ты веришь в судьбу?

— Судьбу? — Жека удивлённо переспросил и отставил пустую тарелку в сторону.

— Да. В судьбу. Фатум, рок, доля. Высшие силы, что играючи ломают наши жизни.

— Почему сразу ломают? Разве всё так плохо? Я судьбе благодарен, — он подозвал официанта и попросил принести ещё вина. — Хотя… Но ведь не бывает сладости без горечи? Так?

— Да… — невольно согласилась и схватилась за тонкую ножку бокала. — Только не стоит забывать о балансе: у кого-то сладость, у кого-то горечь, у кого-то идеальный вариант. Нет. Мне по душе мысль, что всё в наших руках. Что всё зависит только от нас самих.

— Ты, конечно, Юля — богиня…

От такого сравнения я поперхнулась и спешно сделала глоток чуть прохладного и очень приятного фруктового вина. Здрасьте, приехали. Этого мне не хватало для полных штанов счастья. В меня нужно влюбиться, меня нужно желать, хотеть добиться, но не сходить с ума. Мужчины с поехавшей кукушечкой — хуже русской рулетки.

Это единственное, что я не смогу простить.

Собственничества.

Я насмотрелась этой едкой дряни. Видела, как она ломает жизнь. Выворачивает до хруста тела, души и сердца.

Нет ничего хуже желания обладать другим человеком. От этого яда нет лекарства. И бегство ничего не даст. А итог будет плачевным: покалеченные судьбы людей…

Жека, неужели я так просчиталась с тобой?

С каким же облегчением я выслушала продолжение его фразы:

— Но и ты не всесильна. Как бы мы не хотели, а полностью контролировать свою жизнь невозможно. Если ты не веришь в судьбу, то как быть с удачей?

— Тебе про теорию вероятности рассказать? — едко перебила размышления Жеки.

— Не такой я дурак, каким ты меня считаешь, — он ухмыльнулся и смерил меня ехидным взглядом.

Именно что дурак малолетний.

Тоскливо бросила взгляд на часы и со вздохом посмотрела за окно: там было людно, вечерняя иллюминация уже вовсю окрашивала дома в жёлтые и белые цвета. Пятничный вечер.

Сижу и злюсь, впервые так. И всё из-за Стаса. Если раньше я могла найти хоть что-то положительное в Жеке, то теперь последний стремительно проигрывал первому. А я этого не хотела! Мой идеальный план начинал трещать по швам.

У Жеки множество связей и возможность дать мне реальную, настоящую работу. Я смогу взять кредит, смогу всё оплатить и… исправить. Ради этого я могла потерпеть.

Что же сейчас? Это медведь, грубый и… ладно-ладно, не такой он, каким мне хочется его видеть. Он просто не выходил из моей головы!

Влюбилась с первого взгляда? Да ну… Даже не смешно.

Тогда почему отказалась от денег? Это был бы отличный шанс.

Вряд ли бывший спортсмен решит мои проблемы одним махом. И предложил бы не так уж много. К тому же… Деньги всё опошляют и усложняют, а этого со Стасом я не хотела. Менять шило на мыло? Ради пары фотографий отказаться от реальной и пока единственной возможности самой найти выход и всё сделать правильно, как надо?

Нет.

— Я не считаю тебя глупым. Но удача мне кажется дурной вещью. Знаешь, как говорил мне отец? Везёт всегда сильнейшему. Сильнейшему.

— Поэтому ты такая? — Жека улыбнулся.

— Какая? — поджав губы, схватилась за сумочку и сделала вид, что полезла за помадой. — Холодная?

— Сильная.

Проклятье!

Щёки залились тонким румянцем, почти незаметным.

Нет, Жека определённо не глупый. Я считала его недалёким. Ошиблась. Теперь же надо быть очень-очень осторожной.

— Сильная женщина — это…

— … вина мужчины? Ты можешь назвать конкретного?

— Тебе список поимённый или как? — улыбнувшись, отпила вина и с вызовом посмотрела Жеке в глаза.

— Нет, у меня только два вопроса: много ли там имён и есть ли среди них моё?

— Нет и нет.

— Тогда, может, хоть на минуту перестанешь быть такой стервой?

Осторожнее, мальчик. Не играй с огнём.

— Ты меня оскорбляешь?

— Скорее делаю комплимент.

Склонившись к Жеке, поманила его пальцем:

— С чего тогда жалуешься?

Улыбнувшись, откинулась на спинку стула и, наконец, отправила кусок заледеневшей рыбы в рот. Вкусно.

Как это скучно, видеть всех насквозь. Теперь же вдруг оказалось, что уже не я командую пешками. Один щелчок и всё поменяется. Я несильно, но всё же ошиблась с Жекой. А со Стасом пролетаю мимо каждый раз.

Поэтому злюсь? Что он мне не по зубам? Притом что мою скромную персону он раскусил влёт. И от этого чертовски страшно. Как же хочется доказать, что он не прав и… победить.

Ну вот. Свидание с Жекой, а думаю о Стасе.

Жека… А что если он прав?

Ведь…

Господи!

От пришедшей в голову мысли стало совсем не по себе. Фатум, почему ты так беспощаден ко мне? Зачем доказываешь, что существуешь?

Чтобы я перестала винить себя?

Этого всё равно не будет.

Тем более странно, что этот разговор я веду именно с Жекой.

Сначала он не захотел идти со мной на хоккей, и тогда я первый раз встретилась со Стасом. Потом продинамил с днём рождения и… опять Стас!

Вот и не верь после такого в удачу и прочую ерунду.

Не пора ли взять снова всё в свои руки?

— Десерт?

Я промокнула рот салфеткой и мотнула головой.

Нет, никакого десерта.

Сейчас мне хочется чего-то очень сладкого, пьянящего дурмана. И в меню ресторана этого нет.

— Спасибо, но, пожалуй, всё. Я пойду.

— Ты опять меня бросаешь? Если я тебе настолько противен, то озвучь сразу свою цену и мы не будем больше встречаться.

Ой-ой, это же как я его прижала, что он уже готов выбросить белый флаг. Евгений Александрович, не торопите события. Мы, по крайней мере, должны быть друзьями, прежде чем так усиленно рвать якоря. Рано. Рано!

Как легко стать циничной и меркантильной дрянью, когда сама жизнь прижимает к стенке. Впрочем, зачем оправдываться?

Любимая Васькина песня: на войне все средства хороши.

Я искренне и вполне по-дружески сжала Жекину руку. Игриво прошлась по его пальцам и широко улыбнулась.

— Не бросаю, а прощаюсь. В этом есть большая разница.

Жека нахмурился. Ну пацан же. У дитятки забрали любимую игрушку. Ладно, спишем это на моё странное состояние и настроение.

Я нехотя встала и, царапая ногтем лимонно-жёлтую скатерть, обогнула стол. Склонилась и сделала немного обиженное лицо. Что что, а лицо — этой мой главный источник дохода, им-то я умею пользоваться.

— Жень, ну чего ты дуешься. Это я, между прочим, должна смертельно на тебя обижаться. Сколько за тобой косяков. Я тебе их даже не припоминаю.

— А сейчас что делаешь?

Молча поцеловала его в гладкую щеку, пригладив непослушные вихры. Почему рядом с ним я чувствую себя скорее курицей-наседкой? Потому что, знаю, что старше? Это моя привычка. Дурная.

— Не обижайся. Спасибо за прелестный ужин.

АВГУСТ 2018

Покручивая чашку в своих руках, пыталась отделаться от противного привкуса коньяка. После истории Маши он мне теперь всегда воняет клопами. И даже очень вкусный кофе не спасает ситуацию.

Я посмотрела на Юлю, та даже в лице не поменялась. А мне сейчас очень противно. Очень хочется поёжиться и сбросить с себя всю эту грязь.

— Ты, конечно, меня прости, но это всё гадко.

— Я знаю. Более того, прекрасно понимаю насколько. И что ты думаешь обо мне, — Юля улыбнулась и тоскливым взглядом посмотрела в окно. — Когда ты сам себе противен, легко соглашаешься на любой, даже самый чудовищный способ достижения своей цели.

— Вижу цель, не вижу препятствий?

— Верно.

— И что же это за цель?

— Неужели она так важна для тебя? — Юля ответила вопросом на вопрос.

— Да. Вдруг действительно всё оправдано?

Оглушительный смех меня смутил и сбил с толку.

— Сергей тебя звал Манюней?

— Я Марианна. Лучше просто Марька.

— Марька, вот ты сейчас повторяешь мою ошибку.

— Какую? — я непроизвольно напряглась.

— Цель не оправдывает средства. Забудь об этой опасной и глупой мысли. Иначе очень легко сбиться с пути и потерять самого себя.

Юля достаточно серьёзно посмотрела на меня. Сложилось такое ощущение, что она проверяла, отложилась эта мысль у меня в голове или нет. Сделав определённый вывод, отвела взгляд и вновь вернулась себе напускное спокойствие.

Не скажу, что не была согласна с ней. Но.

Цели действительно могут быть разными, и, пожалуй, некоторым я бы смогла найти любое оправдание.

— Почему ты не хочешь говорить мне о том, ради чего всё делала?

— Не считаю это нужным. Сейчас, оглядываясь назад, я с ужасом думаю, какой я была. На что согласилась, на что пошла, — Юля закрыла глаза. — Если я всё расскажу тебе, то ты быстро оправдаешь меня и будешь видеть только жертву. А мне не это нужно.

— Ты хочешь быть циничной дрянью?

— Ну, почему же хочу? Я такой и была.

— А почему ты всё сразу Жеке не рассказала? Вдруг бы он тебе и так деньги дал? Даже больше, чем нужно.

— Нет, не дал бы, — Юля поддалась губы и гневно вцепилась в чашку своими тонкими пальцами. — Столько денег мне бы никто не дал. Даже банк.

— Сто тысяч мильонов? — я слабо улыбнулась и сделала глоток уже остывшего кофе.

— На тот момент мне требовалось три с половиной миллиона. Сейчас я уже потратила сумму почти в два раза большую.

Я поперхнулась и хрипло закашлялась, стуча себя кулаком по груди. Горло неприятно першило, вызывая мучительные приступы

Ну и запросы у этой дамочки. Да ради таких денег, ей надо было крутить с пятью, а не с одним.

— Это что же так стоит? Машина? Квартира? Бизнес?

— Вот видишь, ты сразу перебрала самые популярные варианты, моментально поставив меня в ряд с не самыми порядочными девушками. Казалось бы, только такие цели оправдают такое поведение. Но нет, ты не угадала. Я не такая дешёвка.

Угу, ты дорогая «дешёвка». С гигантскими запросами.

— Но ты мне скажешь, ради чего всё затеяла?

— Скажу, в конце. Хочу узнать твоё мнение.

Ну, если она хотела открыть приют для замерзающих собак и кошек, то я точно изрядно удивлюсь. Кормит немощных родителей? Брат кредитов набрал? Сбил кого-то насмерть? Или у кого-то проблемы со здоровьем? Вариантов масса. Вопрос только в том, что из этого верно.

Оправдает ли эта причина поведение Юли. Или…

— Ты решила продержать меня тут вечность?

— Как раз времени и сил хватит на то, чтобы растопить лёд Серёги.

Я раздражённо вспыхнула: откровенность с её стороны не гарантирует обратного.

О Серёге я говорить не хочу.

— Я расскажу тебе много нового о нём…

От последних слов у меня мурашки по спине поползли. Унимая нервную дрожь рук, заинтересованно посмотрела на Юлю.

Что та может рассказать?