Глава 32

Я не была готова к новому обряду, да ещё и с множеством людей, меня больше занимала работа в мастерской, тем более что теперь она стала частью моего плана. Однако и бросить жителей Дасана не могла, Чайтон сильно сомневался в том, что его сил хватит для призыва, а Элан не обладал «сверхспособностями». Увиденное вечером повергло в шок! Перед городом собралась толпа народа. Я до сих пор не видела всех жителей, это и невозможно, но размеры Дасана впечатляли, хоть здесь и не было такой плотной застройки, как в Ахтакакупе. Теперь же, по-моему, на равнине расположилось всё взрослое население, включая подростков лет с четырнадцати. Люди сидели огромным полукругом, молча, словно привидения, возле впечатляющего размером костра: будто подожгли сноп сена, так он полыхал. – Мать честная! – вырвалось у меня невольно. Элан крепче взял мою руку: – Анъяди не будут тянуть с расправой, боюсь, второго шанса у нас нет. К нам подошёл Чайтон: – Всё готово, – бросил он, тут же развернувшись назад, к огню. Вздохнув, пошла за ним, но на полдороге остановилась, разглядывая толпу. – Кого ты ищешь? – Притормозил Элан. – Тех пятерых, самых первых. Пусть идут с нами, помогут. Он тут же исчез в толпе, а я последовала за Чайтоном. Тот уже сыпал в костёр сухие травы, и по земле начал стелиться пахучий дым. Скоро к нам присоединился Элан с пятёркой тоэнов, получивших зверей. – Зовите, как в прошлый раз я, – обратилась к ним, – мы должны сделать всё вместе, объединив наши силы. Расторопные мальчишки быстро разносили по толпе амулеты, созданные, в буквальном смысле, на коленке. Народ волновался, но над равниной стояла тишина, тоэны боялись помешать обряду. Скоро мы устроились поближе к костру, я подсела к Элану: – Что будет, если звери разом вырвутся на волю? Нас шестерых ничтожно мало против огромной толпы разъярённых хищников. – Они справятся, – Элан чуть приобнял меня за талию. В самом деле, звери, заключённые в амулете, быстрей адаптировались к человеческому телу, или их хозяев, быстрее привыкали к своим хищникам. Срыв был только у волка. К тому же у них не было «ломки», как у меня и у других анъяди. – Будем надеяться, – вздохнула в ответ, – отступать некуда. Сумерки окутали равнину, и люди в клубах дыма, стелющегося по земле, стали ещё больше напоминать призраков. Голова поплыла, как и в прошлый раз. А потом пришли они. Звери, точно сотканные из дыма. Оскаленные морды то появлялись, то исчезали в тумане. Гордая поступь когтистых лап; мускулы, переливающиеся под прозрачной пока шкурой; шипы и клыки. Я разинула рот, забыв о том, зачем пришла. Зрелище было потрясающим и, признаться, довольно пугающим. Животные шли мимо, к сидящим с амулетами в руках тоэнам. То одно, то другое останавливалось возле приглянувшегося человека, исчезая в кулоне. Обряд странным образом выпивал мои силы, Потапыч в призрачном обличье сидел рядом и глухо ревел изредка, будто от боли. Наверное, призвать пять зверей было мне по силам, а вот на такое количество их было недостаточно. Только сейчас поняла, что надо было замерить пределы моих способностей, ведь и когда медведь вращал колесо швейной машины, сил становилось меньше. Может статься, моя задумка будет провальной. Да, любовь делает нас порой глупцами, заставляя забывать об очевидных вещах. Элан сидел рядом, слегка прикрыв веки. Интересно, он видел зверей? К нему из облака дыма вышел леопард и остановился прямо напротив, почти нос к носу. Но у моего избранника не было амулета, он и не думал о том, чтобы заполучить вторую ипостась. Хищник принюхался, а у Элана расширились зрачки, этого зверя он точно видел. Леопард лизнул плечо мужчины, и там появилась небольшая рана, откуда на руку потекла струйка крови. Зверь довольно рыкнул и растворился в теле Элана, а тот упал замертво. Я приникла к груди любимого, прислушиваясь к сердцебиению, оно было учащённым, как при тахикардии, а вот дыхание, напротив, почти незаметным. К нам подбежал Чайтон и Нодин, они подхватили тело Элана, вынеся его за пределы круга. – Найла, вернись к костру! – Неожиданно низким голосом проклекотал старик, – обряд прервать нельзя! Я обернулась туда, где всё ещё бродили призванные звери, снова посмотрела на Элана, который смертельно побледнел. – Иди, – подтолкнул меня Нодин, – мы справимся. Обернувшись в медведя, плюнув на одежду, обнюхала Элана, пытаясь в обличье зверя оценить его состояние. Но Потапыч не волновался, довольно облизав лицо любимого. Я пошла назад, в звериной ипостаси, одеться мне было не во что. Обряд не прервался, всё больше голубого сияния от оживающих амулетов разливалось по поляне. В медвежьем обличье переносить происходящее было чуть легче. Уселась к огню, скоро вернулся и Чайтон. – Не волнуйся, – он опустился на землю, нисколько не опасаясь моего Потапыча, – это всегда так происходит. Элан выдержит. Люди стали превращаться, остальные призрачные звери, кто не нашёл себе достойного человека, растворились в дыме костра, который начал подниматься в чёрное небо. На всякий случай заслонила собой Чайтона, те из тоэнов, кому сегодня не повезло, растворились в ночи, будто их и не было. Звери, один за другим, исчезали в высоких травах прерий. Равнина опустела. Старик снял с себя широкую накидку и протянул мне: – Одевайся, кому-то нужно навести здесь порядок. Костёр почти догорел после того, как Чайтон снова сыпанул в него травок, я собрала обрывки своей одежды, кинула её на алые угли. Мы сели возле почти потухшего костра, дожидаясь, пока он полностью погаснет, опасаясь, что искры может унести ветром и те подожгут сухую траву. После обращения в человека, ноги мои еле волочились по земле, а тело трясло, как в лихорадке. Чайтон заметил это, протянув мне какую-то настойку с противным запахом. – Пей, и больше никогда не повторяйте такого обряда. – У нас не было времени ждать. – Я знаю, – старик обернулся ко мне и тут заметила, как запали его глаза, а кожа стала похожа на пергамент. – Позвать на помощь? – Подсела поближе к Чайтону, не зная, чем ему помочь. – Сейчас станет легче, – тот слабо улыбнулся, – мы тоже никогда не призывали зверей, не знал, что будет настолько непросто. Моя душа осталась рядом с Эланом, и сейчас я готова была тушить костёр ногами, но бросить старика одного не могла. К счастью, за нами пришёл Нодин, а с ним несколько мастеров с лопатами, они забросали остатки углей землёй, сама же рванула в город, домой. Элан лежал на толстой подстилке, по его телу струился пот. Набрав воды, отирала его дрожащими руками, пока не вернулся Чайтон. Он приготовил отвар, дав его мне. – Понемногу пои его, но почаще, – напутствовал меня старик, оставляя на ночь наедине с любимым. К утру Элан открыл глаза и, опираясь на мою руку, сел. – Как ощущения? – Спросила я его. – Будто на меня медведь упал, – поддразнил он меня. – Если шутишь, тогда ты здоров, – показала ему язык, – поручаю тебя заботам Чайтона, а мне пора в мастерскую. – Бросать тяжелобольного нечестно, – надулся было Элан, но тут же рассмеялся, – странные ощущения, будто меня двое в одном теле. – Зверь не рвётся наружу? – Насторожилась я. – Нет, – махнул головой Элан, – он как что-то забытое, но вновь обретённое. Не могу объяснить, однако чувствую, что полностью контролирую зверя. – В твоей семье был ягуар, у дяди. Сам говорил. Откуда же взяться леопарду? – Ты в этом уверена? – Я не разбираюсь в животных, как тоэны, куда уж мне, но точно знаю, кто стоит передо мной. Элан сел, поджав ноги, и упёрся руками в колени: – Я был уверен, вернулся зверь моей семьи, моих родных. – Это так важно? – Села рядом, поглаживая ещё мокрые волосы, – ты обрёл не просто вторую ипостась: друга, помощника, защитника. А мне и правда пора бежать, – я поднялась, глянув в окно, улицы были залиты солнцем, – смотри не съешь Чайтона. – Кто тут собирается мной подавиться? – Заглянул с кухни посвежевший старик, – твой котёнок поперхнётся моими дряхлыми мощами. У Элана, как у животного, приподнялась верхняя губа, обнажив внушительные клыки, что тут же исчезли. – Ого, вот это выдержка, – чмокнула я довольного суженого в макушку и, попрощавшись с мужчинами, покинула дом. Притащила в мастерскую чертежи. Бумаги у тоэнов не было, но они очень тонко выделывали куски кожи и писали на них, чернилами служила кожура каких-то орехов. Делать эскизы было не очень удобно, но получалось читаемо, что меня устроило. Сегодня путь лежал в кузню. Там я передала наброски мастеру Читлали. Моя задумка была на этот раз простой: создать несколько укреплённых повозок, достаточно узких, чтобы они могли проехать по лесам, но устойчивых. Пусть индейцы и были приспособлены к жизни в чащах, но проблема перевозок существовала, как рассказывал мне Нодин. И потом нам было нужно испытать зверей в транспорте, насколько они выносливы, а точнее, люди ими управляющие. Читлали внимательно изучил эскиз, спросил про сложные места, подивился рессорам, разузнав про их значение. Я детально всё рассказала, объяснила, и кузнец обещал буквально за пару дней с подмастерьями, сделать первую экспериментальную повозку. Мы продолжили и с Нодином изыскания, пригласив тех, кто владел своими животными, мог их контролировать. Это был наш старый знакомец дикобраз, которого звали Сках и тот самый волк – Куанна, однажды так не вовремя нарушивший мою с Эланом прогулку. Мужчины нашли себе новые игрушки! С сияющими глазами они вертели и крутили узлы станков, приходилось следить, чтобы от рвения ничего не сломали. Однако эксперимент прошёл удачно, как с Кьяной и Янси. Заметила: чем больше мы заставляли своих зверей трудиться, тем сильней они становились. Интересный опыт, позволивший мне поверить, что мои дальнейшие новинки будут работать как надо. Дни шли своим чередом, а от анъяди всё не было вестей. Передышка решала многое в нашу пользу, только вот со мной творилось что-то неладное, будто в голову проникали чужие мысли, а иногда я и видела чужими глазами смутные тени. Потапыч мне объяснить природу этих явлений был неспособен, остальным говорить опасалась. Сочтут за сумасшедшую. Дасан хоть и «продвинутый» город тоэнов, но, боюсь, и тут психов не любят. Не открылась даже Элану, никому невеста умалишённая не нужна. Но только каждый очередной приступ сильно сказывался на моём состоянии. Молчала, пока однажды не потеряла сознание прямо на улице.