Глава 34

Много моих пробных колесниц делать не стали, да такой задачи и не стояло, им ещё необходимо доказать свою проходимость в лесах. Мы с Нодином и Эланом доехали до ближайших рощиц, там повозки вели себя очень достойно, и тут была большая заслуга Читлали. Но одно дело купы деревьев возле Дасана, другое – непролазные чащи лесов по дороге в Ахтакакуп, там и будет последнее испытание нашего транспорта. Сейчас задача моих зверомобилей была в том, чтобы произвести впечатление на анъяди и постараться избежать братоубийственной войны. Я настроена решительно, при любом исходе ситуации, но бойня не нужна никому. Прошла почти неделя, но вестей от старейшин так и не было, и это настораживало, они задумали что-то ещё или готовятся к полномасштабному наступлению? Чайтон ходил хмурый и всё чаще после возвращения домой, без ужина, ложился спать. Совсем плохо было старику, но о том, чтобы поберечь себя и передать дела Кенесо, даже и слушать не хотел. Чайтон душой проникся идеей сплочения тоэнов и мечтал довести начатое до конца. Вечером мы прогуливались с Эланом по затихавшим улочкам Дасана. Алые лучи заката ещё пронизывали сумеречное небо, озаряя горизонт невероятными красками: индиго смешался с пурпуром, золото с янтарём. Мне никогда ещё не доводилось видеть столь чудесных закатов. Деревья прощались с солнышком, тихо помахивая ему вслед листвой, птицы устраивались на ночь, постепенно умолкая в кронах. За нами плёлся енот в ожидании подачки, эти баловни и любимцы горожан иногда становились настырными. – У вас должен быть травник или лекарь, – я держала Элана под руку, голова слегка кружилась в последнее время, – волнуюсь за Чайтона, старик совсем плох. – Он и сам отличный травник, а от помощи отказывается, не хочет показывать свою слабость. – Эх вы, мужики, – покачала я головой, – всегда одинаковые: умру, но не признаюсь. – Чайтон сильнее, чем кажется, милая. А я не была в этом так уверена, как Элан. С каждым днём старик будто иссыхал изнутри: кожа обтянула кости, черты лица заострились. Была у меня одна идея, как помочь тоэну, но любимому о ней говорить не стала, отругает ведь. Лучше сама потихоньку попробую. Ночью, когда Элан и Чайтон крепко спали, пробралась в комнату старика и села рядышком, осторожно, как только могла, его слуху и совы позавидуют. Взяла в руку амулет и перешла на органы чувств Потапыча, в последнее время, с помощью Элана, научилась и такому трюку. Чутьё зверя и его «духовная» сущность помогали разбираться в состоянии людей. Чайтон был сильно ослаблен и за последние дни часто вызывал своего сокола, наверное, высматривал посыльного от старейшин. Непоправимых изменений ещё не произошло, что меня обрадовало. Я подняла ладони над его грудью и очень попросила своего медведя поделиться силой. Потапыч согласился не раздумывая, и от ладоней к рёбрам Чайтона опустилось едва заметное свечение. Старик задышал глубже, и сон его стал спокойнее. Довольная своей проделкой, выскользнула из комнаты, согнувшись в три погибели, решила, что так незаметнее, и тут же упёрлась носом в живот Элана. Замерла. Выпрямилась и потёрла лицо. – Упс. – Что ты здесь делаешь, Найла?– суровые нотки в голосе будущего мужа подсказали, насколько он зол. – Эм-м-м, так, проверила Чайтона, как он там. – Я сам учил тебя обращаться к животным инстинктам и чувствую, когда ты делаешь это. Пыталась его лечить? – Совсем нет, чуточку силой поделилась, – потупилась я. – Медведица неразумная, – прорычал Элан, – тебе могло стать плохо. – Не стало же, – пожала плечами, проскальзывая мимо рассерженного мужчины в нашу спальню и ныряя с головой под тонкое одеяло. – Нет, – забрался Элан следом, отбирая у меня покрывало, – рассказывай, чем там занималась. Я жду. – А если скажу, что Чайтон мой любовник, ты поверишь? – Прикусила я губу, сдерживая улыбку. Элан тихо рассмеялся: – Найла, чужой запах я учую на твоём теле даже за десятки метров, и потом, ты не во вкусе Чайтона, – он состроил серьёзную мину, а в глазах мелькали смешинки. – Вот как? – пихнула я его в бок. – Да, – с мурчащими нотками в голосе прошептал любимый, – ты исключительно в моём вкусе и всё вокруг знают об этом. Жизнь-то им дорога. И всё же серьёзно. Побереги себя и ребёнка, прошу тебя. – Клянусь, я только самую чуточку поделилась силой Потапыча. Меня сильно беспокоило состояние Чайтона. – Получилось? – Удивлённо спросил Элан. – Ага, – довольно кивнула я, – утром сам поглядишь. – Могла бы и мне предложить, – нахмурился муж, – правда, не видел, ещё кому бы это удавалось. – Странно, если силу зверя можно передать механизму, то почему нельзя человеку? – Меня насторожило его замечание, а вдруг тут подвох какой-то кроется. – Не знаю, ты у нас главный механик и экспериментатор, – усмехнулся Элан, – с тобой всё не так, как было раньше. Я положила голову на грудь моего избранника: – Мы всё сможем, пока будем вместе. Потому и прошу, не запрещай мне действовать самостоятельно. – И ты обещай, – прошептал, целуя меня, Элан, – сообщать обо всех своих идеях сначала мне. – Хорошо, если ты не будешь орать и возмущаться. Веки сомкнулись, и я отправилась в путешествие по миру грёз. *** Известие о прибытии анъяди пришло посреди рабочего дня, когда я корпела над новыми чертежами. К нам в дом забежала запыхавшаяся, переполошённая Кьяна. – Найла! Они пришли! Объяснять мне дважды было не нужно, побросав всё, поспешила к небольшой площади, куда меня потащила Кьяна. Там уже собрались старейшины города и Элан с Чайтоном. – Что происходит? Мы сможем добиться переговоров? – Подбежала я к Кенесо и остальным старейшинам. – Они пришли в боевом порядке, – спокойно ответил Чайтон, – пойдём, посмотришь сама, вместе будем решать, что делать. Дасан был окружён кольцом домов, точно крепостной стеной, мы взобрались на один из них, чтобы оценить обстановку. Впереди на равнине, стояли тоэны выстроенные в правильном порядке. Кожа воинов была раскрашена красным и чёрным – цвета войны. Ни копий, ни другого оружия я не заметила, даже одежды на индейцах не было, лишь набедренные повязки. – Они все анъяди? – Спросила я Чайтона. Тот молча кивнул. Воинов было немного, но каждый из них стоил пятерых людей. В полной тишине стояли они под солнцепёком, ни один мускул не дрогнул на лицах. А впереди – совет старейшин, уже виденных мною в Ахтакакупе. Те были в привычном облачении, раскрашены только лица. – Они просто хотят спустить зверей и будь что будет? – Я не понимала этого странного противостояния. – Они ждут нашего ответа, – сказал Кенесо, – мы можем выйти и принять их условие… Можем и не согласиться. – Но тогда и переговоров нам не видать? – Да, – коротко бросил Элан. – Старейшины, вы примете мой совет? – Обратилась я к четвёрке глав Дасана. – Говори, Хуцк-тла, – кивнул древний старик, имени которого я не запомнила. – Мы выедем вчетвером: Чайтон, Кенесо, Элан и я. На повозках. А за нами пусть идут наши анъяди в своей второй ипостаси. – Это лишь разозлит их, – возразил кто-то. – Скорее, удивит, а значит, заставит действовать непродуманно, поспешно. Но! – Подняла руку, видя, что мне собираются возразить, – наши звери не будут нападать, а мы поедем впереди. Чайтона знают и уважают все старейшины анъяди Ахтакакупа, Элан заслужил их доверие своей мудростью, Кенесо представит жителей Дасана, а я могу говорить от лица и тех и других, не обладая ни каплей крови тоэнов, но по духу ставшая одной из вас и как преемница зверя Хуц-ги-сати. Что скажете? Индейцы коротко, но жарко посовещались в сторонке, тут же на крыше. – Мы согласны с твоим планом, Найла, – подошёл к нам Кенесо. – Можно ещё вопрос? – Я понимала, что тоэны хоть и уважали своих женщин, но к их главенству не привыкли, а потому старалась вести себя со старейшинами как можно вежливей. – Говори, – кивнули мне. – Там стоят только воины-анъяди, без одежды, провизии и лошадей. Не пешком же они пришли? – Всё верно, – ответил за всех Элан, – лагерь разбит где-нибудь на опушке леса. – И там может быть ещё множество воинов, или спрятаться в ближайших рощах. – О чём ты? – Сейчас все наши анъяди покинут город, может, на то и расчёт? Велите всем оставшимся мужчинам вооружиться и встать на защиту, пока нас не будет. – Тоэны не пойдут на предательство! – Гневно перебил меня один из старейшин. – А сейчас они пришли предложить вам мир?! – Ткнула я пальцем в сторону войска. – Сделайте, как она сказала, – не допуская возражений, подытожил наш спор старик, – идёмте. Хватит ругаться здесь, точно женщины на торге. Пусть они и не знают о количестве наших зверей, но рисковать людьми нельзя. Мы вернулись на площадь, там уже собрались все анъяди Дасана, готовые защищать свой город. Пока объясняли им нашу стратегию, мастера Нодина вывели повозки со двора кузни, доставив к площади. Узкие улочки не давали нам идти широким строем, поэтому пришлось передвигаться колонной по трое, впереди ехали мои зверомобили. Мы добрались до деревьев, что росли за чертой города и там анъяди обернулись в зверей. Мы вчетвером забрались в повозки, поехав впереди. Я, Элан, Чайтон и Кенесо. За нами, почти бесшумно скользили крупные хищники. Моя догадка оказалась верной, чем больше зверь двигался в каком-либо механизме, тем крупней он становился. Все анъяди, работавшие у Нодина, сейчас были сантиметров на десять выше и гораздо крупней своих собратьев. На равнине показались сверкающие стальными боками повозки, едущие строем, бок о бок, а за ними, в первом ряду хищники поменьше, последними самые огромные звери, внушающие трепет даже другим анъяди.