Глава 12

– Ну вот что ты хохочешь? – вздыхает Кикимора, оглядывая рваный подол. – У меня, между прочим, уже второе порванное платье за неделю. А первое до сих пор не высохло. Если так дальше пойдёт, я такими темпами действительно скоро начну в бересту заворачиваться.

– Зато будешь самой модной Кикиморой Межмирья, – хмыкаю, вытирая выступившие от смеха слёзы. – Эко-стиль, натуральные материалы, ручная работа. Гремлины оценят.

– Гремлины, может, и оценят, – ворчит она, – только вот мне перед соседями в бересте показываться как-то некомильфо. Особенно перед мужчинами.

– Ой, да ладно, – отмахиваюсь я, хитро подмигивая. – Ты и в мешке из-под картошки будешь выглядеть как царица. А в бересте так и вовсе как лесная богиня.

Кикимора фыркает и отворачивается. Кажется, комплимент попал в цель.

– Я им ещё устрою, – бормочет Бурман, косясь в сторону инспекторши. – Как границы защищать, прорехи зашивать, так всегда пожалуйста – получите, распишитесь. А как мясо выдать, так не положено. А я требую! Требую, чтобы мне в тарелку мясо три раза в день было положено! Я, между прочим, хищник! У меня потребности!

– Требуй, Бурмаша, требуй, – киваю. – Главное, не у инспекторши, а то она тебе сейчас скажет, что подножный корм – это бесплатный шведский стол.

– Пусть только попробует, – щерится кот. – Я ей такую презентацию устрою… С когтями и зубами.

Леший трёт плечо и тоже поворачивается в сторону кустов.

– Вылезайте, – говорит он устало. – Прорыв закрыт. Опасности нет.

Из куста показывается взлохмаченная голова инспекторши. В волосах застряли листья и какая-то веточка. Пенсне ассистента перекосилось набок, а в блокноте, который он судорожно прижимает к груди, не хватает половины листов. Видимо, вырвал в панике, пока прятался.

– Это… это… – инспекторша багровеет от гнева и пытается подобрать слова. – Это вопиющее нарушение! Вы не должны были тащить нас сюда! Здесь же опасно!

– Не должны? – я зверею на глазах, выдавая самый настоящий бабка-ёжкинский оскал. – А мы вас сюда и не звали. Вы сами на ручки просились. А теперь не нойте и любуйтесь – вот такая у нас работа. Без еды и сна по трое суток. Мы для стольких миров делаем важное дело, а вы с нас справки о влажности требуете.

Инспекторша открывает рот и обводит прищуренным взглядом примятую траву, порванное платье Кикиморы, рычащего Бурмана и Лешего, который подхватывает прыгнувшую ему на плечо Миранду, а после… упрямо поджимает губы.

– Это не имеет никакого отношения к нормативам пригодности ваших жилищ, – заявляет надменно.

Эта женщина невыносима и неисправима. Ей хоть кол на голове теши, хоть дуй в глаза, ей всё божья роса.– Вы всё ещё про нормативы? – качаю головой, едва не скрипя зубами. – А знаете что?..

– Что? – тут же интересуется ассистент, поправляя пенсне.

– А идите-ка вы…

Резко обрываю себя.

Какой смысл с ней спорить? Мы же идём другим путём? Вот и продолжим им идти. Пройдёмся-ка мы сейчас по территории Лешего, граждане проверяющие всюду поставят свои пометки “соответствует“, напишут протокол, а потом… Потом будет самое сладенькое. Потому что я всё это соберу, аккуратненько подколю и отправлю куда следует. В трёх экземплярах. И обязательно с приложением справок. И вот после этого жизнь им больше мёдом не покажется! Уж я заморочусь.

Гашу злость и улыбаюсь так сладко, что у самой сводит зубы от приторности. Даже Миранду от этой моей сладости передёргивает, и она нервно трясёт своим пушистым хвостом.

Инспекторша тоже, кажется, что-то читает на моём лице, потому что прищуривается и спрашивает подозрением:

– Что вы задумали?

– Я? – невинно хлопаю ресницами, прижимая руку к груди. – Ничего. Просто хочу предложить вам пройти с инспекцией дальше. Мы же ещё не закончили, а вы так ответственно относитесь к своей работе.

С языка так и льётся сарказм.

Картан каркает и хлопает крыльями, предвкушая страшную месть, а Кикимора усмехается в кулак, делая вид, что закашлялась.

– Ягуня, полегче на поворотах, – едва слышно шипит Бурмаша, дёргая шкуркой.

– Не переживай, всё под контролем, – незаметно ему подмигиваю. – Не отходим от плана. Ну что, по коням?

Последняя фраза опять относится к инспектирующим.

– Да-да, действительно, что-то мы здесь задержались, – Леший приглашающе взмахивает рукой. – Это же такая ерунда – закрывать прореху. Мы совсем не устали. Давайте пройдём дальше. Прошу проследовать на инспекцию моей территории.

Бурман едва не хлопает себя лапой по лбу и трагически шепчет:

– Ох, Ягуня… кажется, ты решила угробить трудовую инспекцию…

– Я? – округляю глаза. – Да ни за что. Это же их работа.

А потом тихонько бормочу себе под нос:

– А их работа – не моя забота. Сами напросились.

Ассистент наконец вылезает из кустов, помогая вылезти кряхтящей бабе.

Мы терпеливо ждём, пока они отряхнутся и попытаются привести себя в порядок, если это вообще возможно после болота и валяния под кустами. А потом мы идём во владения Лешего.

У него всё просто: дом отсутствует как таковой, потому что его дом – это целая дубовая роща. Я в шоке. Вот уж где суровая реальность. Это мне, можно сказать, повезло с наличием у меня Икуни? И Кикиморе с её подгнившим домиком.

– Вот здесь я и живу, – Леший, меж тем, с мрачным лицом обводит могучей рукой вековые дубы, поляну с кострищем и самодельный навес от дождя. Он явно ждёт, что сейчас инспекторша найдёт тысячу нарушений.

Но не тут-то было. Потому что наша трудовая инспекция всем трудовым инспекциям трудовая инспекция. Несгибаемая, непробиваемая и… неубиваемая. Хотя уже реально руки так и чешутся.

– Открытая планировка, – восхищённо выдыхает инспекторша, задрав голову и глядя на кроны дубов. – Никаких стен. Никаких ограничений. Полная интеграция с природой. О таком архитекторы всех миров только мечтают, а у вас есть!

– Но зимой здесь холодно! – возмущается Леший. – Дубы трещат от мороза! Я же не прошу построить мне дом. Обычный обогреватель можно?

– Обогреватель? – инспекторша приподнимает бровь. – А костёр вам зачем? Экологичный, автономный, не требует подключения к источнику питания. И дрова всегда под рукой. Вам любой эколог позавидует. Цените.

После этих слов ассистент кивает и важно записывает: “Соответствует“.

– Но я не могу развести костёр на всей территории! – кипятится Леший. – Роща большая!

– А зачем вам обогревать всю рощу? – искренне удивляется инспекторша. – Вы же мобильный Хранитель. Поддувает в одном месте, перейдите в другое. Там костёр разведите. В этом и смысл мобильного Хранителя – не сидеть на месте, а двигаться, двигаться. Ассистент, запишите.

– Уже записал, – уставший и продрогший помощник натужно скрипит карандашом в заметно похудевшем блокноте, а Леший багровеет и сжимает кулаки.

Чувствую, что ещё немного, и он начнёт крушить свои вековые дубы не хуже големов. Но инспекторша уже отвернулась и тычет пальцем в нас:

– Территория в идеальном состоянии. Признаков нарушения границ не обнаружено. Система отопления мобильная и экологичная. Рекомендую к обмену опытом с другими Хранителями.

– Каким опытом?! – взрывается Миранда, зло потрясая маленькими кулачками. – Тем, как не околеть зимой?!

– Совершенно верно, – инспекторша невозмутимо встряхивает приборчиком с зелёным огоньком. – Закаляться – это полезно. А вы, моя дорогая, вообще можете жить в дупле. Вы же белка.

– Я – куратор! – вспыхивает Миранда.

– Вот именно, – инспекторша поднимает вверх указательный палец. – Если вам холодно, побегайте, проверьте лишний раз границы. Заодно и согреетесь. И вам ли жаловаться на условия жизни? У вас вон какая шуба! Вам в ней явно тепло.

Ага, а у Лешего вон какая борода. Мезозойская эра, чесслово – грейтесь, дорогие Хранители, волосяным покровом, как мамонты, и не умничайте.

Инспекторша обводит взглядом выпавших в осадок нас и произносит:

– Предварительное заключение: условия труда Хранителей северного, западного и северо-западного секторов соответствуют нормативам для мобильных пограничных объектов. Более того – по ряду параметров превышают их. Свежий воздух, физическая активность, экологичные источники тепла и естественный климат-контроль. Жалобы признаны… – она делает театрально длинную паузу, – субъективным восприятием.

– Субъективным?! – не выдерживает Кикимора, делая шаг вперёд. – То есть то, что вы сегодня видели, – это субъективно?

– Это ваша работа, – не моргнув глазом отвечает гадкая бабища, поправляя грязную и мокрую кофтёнку. – За это вам дарованы целых сто лет жизни. Цените.

Выдыхаю воздух сквозь крепко сцепленные зубы. Да я сейчас разорву эту ценительницу!

Картан щёлкает клювом и, мне кажется, он готов впиться крючковатыми когтями в разворошённое осиное гнездо на голове инспекторши.

Ну нет, нас так просто не возьмёшь.

– Хорошо, – резко выступаю вперёд и спокойно, почти ласково говорю: – Мы вас услышали. Разнообразие естественного освещения, адаптивные способности, грязевые ванны, климат-контроль и открытая планировка. Всё это очень… полезно и познавательно. Спасибо за разъяснения.

Инспекторша важно кивает, явно довольная, что до нас наконец-то дошло.

– Акт проверки будет готов в течение трёх рабочих дней, – говорит она. – Если у вас появятся новые жалобы, милости прошу. Но предупреждаю: мы всё проверяем очень тщательно. И всегда находим преимущества.

С этими словами она разворачивается и уходит. Ассистент, спотыкаясь на каждом шагу, семенит следом, а мы остаёмся стоять посреди рощи.

Внутри меня клокочет такая ярость, что я невольно начинаю пыхтеть, как перегретый самовар. Помню, в таком же состоянии когда-то я шла в суд, чтобы разнести в пух и прах недобросовестных продавцов техники. Купила телефон, он через неделю сломался, а продавец заявил, что гарантии на телефон нет, потому что я его утопила. На минуточку – я с ним не только не плавала, но в течение той недели на улице даже дождя не было. Так эти товарищи после суда очень сильно извинялись, вернули мне деньги, заплатили штраф и подарили скидочную карту со словами: “Приходите к нам ещё“.

И очень уж мне та ситуация сейчас эту напоминает: мы вытрепали вам нервы, вот вам скидочная карта, приходите к нам ещё.

Ну, конечно же, придём. И всех друзей своих приведём. А ещё кого надо куда надо отведём. И это я сейчас не про друзей.

– Что ж, дорогие проверяющие, – бормочу, разглядывая удаляющиеся спины, – совсем скоро вас ожидает последний акт. И я сейчас не про театр, а про акт возмездия.

Да-да, который я приготовила им возле моего домика. Ведь совсем скоро стемнеет. А ночью на моей полянке темнотища, хоть глаз коли. И я с огромным удовольствием покажу нашим драгоценнейшим инспекторам, что такое отсутствие достаточного освещения. На своей шкуре. Точнее, на их. И пусть только потом попробуют сказать, что это “естественный режим экономии“.

Не с той бабой Ягой эти товарищи связались!