Глава 10

– А может, сначала ко мне? – в ласковом оскале щерится Кикимора. – У меня и самовар зачинён. Чайку попьём, отдохнём.

Ассистент тяжко вздыхает и жалобно смотрит на инспекторшу.

Что, милый, за пару часов оголодал? Нагулял аппетит на свежем воздухе, приправленном интенсивной физзарядкой, теперь желаешь в полной мере получить водные процедуры? Мало показалось?

– У меня и баранки есть, – продолжает соблазнять Кикимора. – Правда, они с нового года лежат, я их до особого случая берегла. Но это же ничего, верно? Что им от срока давности станется?

Инспекторша медлит, и в образовавшейся паузе слышно, как в животе у ассистента что-то громко жалобно подвывает. Он краснеет, делает вид, что это не он, но снова косится на начальницу.

– Ведите, – милостиво кивает инспекторша, и мы идём вслед за счастливой Кикиморой.

Она ведёт нас по узкой тропинке, ловко перепрыгивая с кочки на кочку. Инспекторша, надо отдать ей должное, не отстаёт, хоть и пыхтит как паровоз. Мне кажется, ещё немного, и у неё из ушей пар повалит. И непонятно, она недовольна тем, что ей посреди болота не постелили красную ковровую дорожку, или что мокрые насквозь и грязные туфли то и дело хлюпают, и скоро явно натрут ей пятки.

– И долго нам ещё? – осведомляется она, поскользнувшись в очередной раз.

– Почти пришли, – ласково отзывается Кикимора. – Вон за той корягой поворот, за кочкой разворот, у гнилого пня прямо. А там и рукой подать.

Ассистент распахивает глаза и спотыкается, зацепившись за что-то носком ботинка и при этом как-то смешно то ли квакнув, то ли крякнув. Тоже мне, франт – нашёл, в чём в лес заявиться. Тем более в болото. Это ж не городской парк с мощёными дорожками. Это дикая природа. Здесь либо сапоги болотные нужны, либо крылья. Либо смириться и не квакать.

Хотя чего это я за них беспокоюсь? Их работа – не моя забота. Знали, куда шли. Мы вчера и про сырость говорили, и про холод, и про отсутствие достаточного освещения. Кстати, насчёт последнего я ещё не закончила. Если жадная до обеспечения бабища ещё не до всего дотумкала своей башкой, я ей покажу свою полянку ночью, в полной темноте. Пусть прогуляется там до кустиков при свете звёзд, авось набьёт пару шишек да на своей шкуре прочувствует, в каких условиях живут Хранители.

– Вот, любуйтесь, – Кикимора обводит рукой пространство, прерывая мои мстительные крамольные мыслышки. – Это моё рабочее место. Здесь я слежу за границами. Здесь же живу.

Намёк настолько прозрачен, что инспекторша вздрагивает, прежде чем осмотреться. Ну а что она думала, в рай попала? Не-а, это даже не бассейн. Болото во всей его первозданной красе. И это пусть радуется, что Кики всё-таки пожалела нас, пустив впереди туман и отогнав полчища голодных комаров, которые попытались нас атаковать, едва мы вступили на первую кочку.

– Уютненько, – скрипит вредная баба, перепрыгивая через очередную торчащую из воды корягу и едва не соскальзывая в зловонную жижу.

Ассистент хватает её за локоть, но сам чуть не падает следом. Пенсне съезжает набок, блокнот чудом остаётся в руках.

– Соответствует, – поддакивает он, в сотый, наверное, раз протирая так и не отмытое пенсне.

Под ногами хлюпает вода, с веток свисает мох, где-то вдалеке квакают лягушки. Ассистент бережно прячет блокнот под мышку, но инспекторша поднимает руку, и он замирает с карандашом наизготовку. Чисто охотничий пёс в стойке.

– Запишите, – кивает инспекторша, – влажность повышенная, но для болотной зоны это норма. Более того – необходимость. Болото должно быть влажным. Иначе это не болото, а пустыня. Вы бы хотели жить в пустыне, Хранительница?

Ну вот, опять села на своего конька. Ух, упрямая! Болото должно быть влажным, пустыня должна быть сухой, а Хранители – сидеть молча и не отсвечивать.

– Н-нет. Но… – мнётся Кикимора под недовольное карканье сидящего у неё на плече Картана.

– Вот именно. А у вас тут идеальный микроклимат. И дышится легко, и кожа увлажнена. Женщины в других мирах тратят состояние на увлажнители воздуха, а вам всё достаётся бесплатно. Цените.

Кикимора открывает рот, но не находит слов. А потом находит взглядом меня, и я вижу в её глазах немой вопрос:

“Она серьёзно?“

Пожимаю плечами: серьёзнее некуда. Это не инспекция, это театр одного актёра. Комедия абсурда в трёх действиях с прологом и эпилогом.

– Ага, и грязевые ванны тоже цените, – фыркает в усы Бурман, восседая у меня на плече. Кажется, он получает удовольствие от происходящего. Не куратор, а кот-гедонист. Ему бы для полного счастья сюда попкорн и газировку.

Инспекторша делает шаг вперёд и вдруг проваливается ногой в лужу. Раздаётся мерзкое чавканье. Ассистент бледнеет и роняет блокнот. Мы все замираем в предвкушении. Ну наконец-то, сейчас начнётся…

Но инспекторша спокойно вынимает ногу, отряхивает туфельку от зелёной тины и тычет пальцем в кота:

– Вот именно. И грязевые ванны. Прекрасное дополнение к увлажнению. Бесплатный спа-салон на рабочем месте. Очень способствует расслаблению после трудового дня. Ассистент, поднимите блокнот и запишите.

Мы переглядываемся в полном офигении. Бурман воинственно взмахивает хвостом и шепчет мне на ухо:

– Ягуня, по-моему, она сумасшедшая. Или это такое измывательство.

– Это особый вид бюрократического садизма, – так же тихо отвечаю я. – Называется “формальное соответствие“. Это когда ты говоришь, что у тебя дырявая крыша, а тебе отвечают: “Это естественная вентиляция“, а сквозняк – это бесплатный кондиционер. Потерпи, Бурмаша. Вот вернёмся на нашу полянку, я ей устрою такую ночную экскурсию, закачаешься.

Тем временем впереди показывается жилище Кикиморы – небольшой покосившийся и кое-где подгнивший домик, примостившийся на сваях прямо посреди болота. Не знаю, на чём он держится – на честном слове и на одном крыле если только.

Прохожу внутрь вслед за всеми. Тут так сыро, что по стенам витиеватыми узорами ползёт плесень, создавая непередаваемые по своей красоте орнаменты. С потолка капает, доски пола кое-где жалобно скрипят, прогибаясь под нашими ногами. И мне кажется, что вот-вот вся наша делегация одним махом ухнет вниз, в тёмную болотную воду. Прямиком к пиявкам. Войдёт с ноги в Красную книгу, так сказать.

Но, надо отдать Кикиморе должное, она постаралась, украсила избушку к проверке: повсюду развешены пучки сухих трав, пол застелен чистым, хоть и мокрым насквозь половичком, а на столе дымится, остывая, самовар.

Инспекторша оглядывается, тычет указательным пальчиком в плесень, нюхает воздух и одобрительно кивает.

– Влажность выше нормы для жилых помещений. Но для болотной зоны допустимо. Экологично. И стены посмотрите какие! Живой интерьер! Где ещё вы найдёте самообновляющуюся отделку? – она поднимает вверх указательный палец.

– Вообще-то стены уже живут своей жизнью! – не выдерживает Кикимора. – И шевелятся по ночам. Тут не отделка, тут соседи.

– Естественный кондиционер и симбиотический декор. Оригинально, необычненько. Цените, – парирует инспекторша, а ассистент торопливо записывает в грязный, ещё не просохший блокнот: “Климат-контроль и био-дизайн соответствуют“.

Я скриплю зубами, Бурман таращит жёлтые глазищи, а Кики растерянно хлопает ресницами.

Эта женщина – сплошной позитив, в любом дерь… отрицательном найдёт своё положительное. Ей бы в рекламе работать. “Носки протёрлись до дыр? Отличная летняя модель! Вентиляция стопы! Свобода пальцам! А дыры – это не брак, а дизайнерская перфорация“. Или в турагентстве, например. “Номер без окон? Зато никакого уличного шума! Кондиционер не работает? Дышите глубже – это бесплатная сауна. Тараканы из всех щелей ползут? Живой уголок в номере, дети будут в восторге“.

Картан возмущённо хлопает крыльями, и инспекторша переводит взгляд на него.

– Куратор-ворон. Мобильный, не требует отдельного спального места, питается самостоятельно жучками там, паучками всякими. Рацион не нормируется и не ограничивается, – добивает она нас. – Очень удобно. Рекомендую остальным Хранителям обратить внимание на пернатых кураторов, а не требовать на обед мясо.

Бурман захлёбывается в возмущении, а мы выпадаем в осадок. Эдак она нас всех на подножный корм переведёт. На жучков там всяких и паучков. А меня так вообще на мухоморы, как полагается классической бабе Яге. Зачем нам сундук с крупой и молоком? Сосите мох и радуйтесь – бесплатный деликатес. Экологичненько!

Лечебные пиявки… Эта женщина непробиваема!

Пока мы ловим ртом воздух, инспекторша поворачивается к Кикиморе и невозмутимо сообщает:

– Рабочее место соответствует нормам. А теперь у нас по плану лесная зона. Ведите.