Глава 9

Утро выдалось пасмурным. Еще спросонья я едва не ухватилась за эту цепкую соломинку — плохая погода, все отменяется! Почему-то несмотря на то, что раньше я бы все отдала, чтобы попасть на такое мероприятие, да еще и в подобной компании, радости не испытывала. Это было нечто сродни обязаловке. И только мысль о том, что там будет Азамат, укравший мое сердце и покой, заставила меня вскочить с постели за два часа до назначенного времени и начать собираться.

Ночные сны забылись. Я пообещала себе стойко выдержать все испытания в компании богатых снобов и выполнить обещание, данное Валиеву, а именно молчать. Да и вчерашний апокалипсис в ванной уже не казался таковым. Униженной я себя не ощущала. Эмоции улеглись, либо же их просто вытеснила одна, доминирующая: Азамат Валиев хочет меня. Настолько, что несмотря на то, что я не дотягиваю до тех, кого он привык видеть рядом, готов снять в клипе и представить своим друзьям. Я сплю? Или это не сон? Мне не верится.

Я не осознаю, что этот мужчина уже прошил меня ментальными иглами своего безоговорочного владения, и разрыв невозможен. Что я лечу на свет, как мотылек, хотя сигнальные маяки инквизиторских костров уже слепят своим светом. Меня предупредили, мне показали аверс этой монеты — но я иду на блеск его глаз, хрипотцу чувственного голоса, в тепло его рук. Я не хочу замечать на своем пути никакой опасности!

Тщательно моюсь, увлажняю кожу, делаю маску для волос и тела, укладываю волосы. Также не забываю о том, что после сафари может случиться тот самый час Х, надеваю красивое белье. Не то, что вчера так и не показала в камеру, но не менее сексуальное. Ткань брендового костюма ласкает кожу. Он пока что плохо сочетается с кроссовками — не самой качественной репликой, но я надеюсь, что этого не заметят. Наношу капельку духов «Киллиан» — сорри, Эва, я тебе потом возмещу. До прриибытия водителя остается десять минут, а я не нахожу себе места.

Но выхожу ровно в девять, хоть и велико искушение спуститься вниз и там прождать. И вот машина — на этот раз черный «Хаммер» с аэрографией в виде огромного орла на фоне гор — мчит нас за пределы МКАДа. Дорога занимает около часу, здания и жилые районы сменяют поля и рощи. Мы сворачиваем на грунтовую дорогу, и вскоре мне открывается большая равнина.

Четыре багги стоят в ожидании, под навесом накрыты столы. В шезлонге сидит эффектная блондинка и потягивает напиток из темокружки, чуть поодаль Азамат беседует с высоким парнем. На его виске таутировка в виде дракона.

Мне кажется, Азамат так и останется стоять на месте и не прервет разговор. Но он вдруг замолкает и улыбается. Улыбка преображает его. До чего же хорош! Поднимает руку и спешит навстречу, сам открывает дверцу и целует. Я не замечаю, что это выглядит демонстративно. А когда демон моих снова целует меня — сжав руками лицо, глубоко и жадно, и вовсе теряются слова.

Его поцелуй парализует сладким токсином, воспламеняет кровь. Я отвечаю на него, забыв о том, что на нас сморят. Имеет значение только взгляд Азамата, а в нем восхищение и нетерпение.

Он берет меня за руку, нежно гладит пальцем внутреннюю сторону ладони, и мы подходим к парню с татуировкой дракона.

— Знакомься. Лана. Моя девушка.

Вблизи лицо его приятеля кажется знакомым. Точно. Я видела его клипы. А песни, они сильно пошлые и дерзкие. Улыбаюсь, протягиваю руку.

Он не спешит ответить на рукопожатие. Скользит слегка изумленным взглядом по моей фигуре, слегка трясет головой и повторяет свой осмотр снова. Видимо, при первом я его не впечатлила, и верзила ищет то, чем я могла зацепить его друга, при повторном сканировании. Видимо, находит. Кивает.

— Я Эпи. Можешь, конечно, звать меня Стас. Эй, Лара, подойди!

Я поворачиваю голову. Блондинка увлечена телефоном. Только со второго призыва неохотно откладывает его в сторону и грациозно поднимается с шезлонга. Поправляет волосы красивым чувственным жестом и идет к нам парящей походкой профессиональной модели.

Когда она подходит ближе, я теряю дар речи. Вице-мисс Россия? Черт, она совершенна. О такой фигуре я могу только мечтать. Ее лицо словно инопланетное, правильные черты, пухлые губы. На эти скулы и брови можно любоваться бесконечно. Какая же она красивая!

— Последний клип Джей-Зи. Обложка июльского «Космополитен». Сериал «Бестии».

— Простите, что? — я все еще завороженно пялюсь на ее большую высокую грудь, стильный костюм, тонкую талию.

— Ну, это к твоему немому вопросу, где ты могла меня видеть. Лара.

— Милана, — отвечаю я. И тут же новая знакомая возвращает мне досмотр с пристрастием. Столько в ее красивых голубых глазах превосходства, насмешки, эгоцентризма! Эпи еще меня пощадил, а эта красавица не намерена.

— Просто девушка или любимая, Азам? — жестоко улыбаясь, интересуется она.

Вспыхиваю до корней волос. Эта сука провоцирует, старается по максимуму дать понять, где мое место в этом прайде. Но Азамат лишь сильнее сжимает мою руку.

— Любимая. Ну, ты же знать не знаешь, как это — быть любимой, поэтому не забивай свою хорошенькую башку. Побудь хозяйкой пикника, принеси Лане кофе? И мне заодно.

— Гарсон! — манерно кричит Лара, и возле столика из ниоткуда появляется паренек в костюме официанта. — Сделай нам всем кофе. И яду для Азамчика.

— Вот уж удивил так удивил, — качает головой Эпикур. — Поздравляю. Лана, ты первая, кто смог обуздать этого мачо. Не дай ему спуску.

— А где ты работаешь, Лана? — Лариса намерена меня утопить любой ценой.

В этот раз Азам не приходит мне на помощь. Я поднимаю голову.

— Я танцовщица.

— А, всего лишь… Хотя я думала, ты официантка…

Эпи хмыкает в кулак, а мне хочется вцепиться ногтями в лицо красавицы, которой я не столь давно восхищалась. Но я не могу подобрать слова. Хоть и работаю в коллективе змей, не гнушающимися стеклами в обувь, но с телками ее класса просто не привыкла иметь дела. Вот, о чем говорила Эва. Из меня все-таки сделали дичь. Отдали на растерзание отвязному реперу и его гламурной ляди. И почему я не могу уколоть эту блонду в ответ? Явно не потому, что Азам велел молчать. Просто мысли замирают. А непревзойденная Лариса, довольно улыбнувшись, красиво потягивается. Азамат задумчиво следит за ее движениями и тоже улыбается — добродушно, но с обещанием чего-то малоприятного.

— Ларочка просто боится, что я позову тебя замуж раньше, чем ее — Эпикур. Но так и будет. Я сделаю предложение в этом столетии, а не после взросления общего ребенка.

Наверное, так выглядит его защита. Пытаюсь улыбнуться, но в груди пожар. Белокурая энергетическая вампирша нанесла мне весомый удар. Даже как-то расцвела и похорошела вмиг, оставив меня трястись от ярости.

Пью кофе из термокружки, пока Эпи, не стесняясь, глубоко целует свою подругу.

— Я говорил, что Лана украсит мой клип? — нарушает их идиллию мой спутник.

— Та ну, на «Глаза цвета мрака»? Я думал, у тебя Меседа снимется…

— Меседа — бревно. Скоро увидишь, как двигается моя орлица, — Валиев притягивает меня к себе и целует в пробор. — Я счастлив. Ты меня поймешь когда-нибудь тоже…

Это камедь в сторону Ларчиковой. И хищница не остается в долгу. Только ее агрессия направлена на меня, как на самую легкую мишень.

— О, Ланочка, это перфекто. Но такой тяжелый труд… Камера прибавляет до пяти лишних килограммов, а у тебя и без того излишек в области бедер. Хотя ароду зайдет, уверена. Ты такая полненькая в определенных ракурсах, уютная. Многие дамы, запустившие себя, примут на ура такой перфоманс…

Интересно, что мне будет, если я сейчас врежу этой статусной суке? Я не обучена словестным перепалкам, да и силы не равны. Но Азамат внезапно лениво произносит:

— Ларис, ты тоже после родов так и не вернулась в прежнюю форму. Вспомни раньше, даже у меня на тебя вставал.

— Туше! — смеется Стас, предупреждающе поглаживая Лару по лицу. А я не чувствую удовлетворения. Не вернулась в форму? Черт, как же она выглядела до рождения ребенка? И мой мужчина что, только что признался, что когда-то хотел ее отыметь?

— Надо сделать фотографии. Лана, Лариска, хватит кусать друг друга. Обнимитесь и отойдите в сторону.

Следующие пятнадцать минут я с этой мерзкой красавицей позирую для телефона, даже слушаю ее советы относительно выгодных поз. Надеюсь, она не задалась целью выставить меня бревном на своем фоне. Но зная Азама, он не пропустит фото, где я плохо выгляжу.

— Отлично. Теперь меня и мою девушку.

Подходит ко мне и поднимает на руки — я и опомниться не успеваю. Заставляет то прогнуться в спине, то обхватить его торс ногами. От близости кружит голову. Его взгляд — самое мощное оружие соблазнения в мире. Я уже нешуточно заведена и вздыхаю от разочарования, когда мои ноги касаются земли. Валиев ударяет в ладоши.

— А теперь по местам. Ударим автопробегом по бездорожью!

— Я не умею водить… — запоздало шепчу.

— Поедешь со мной. Только боюсь, не справлюсь с управлением. Как же я тебя хочу, яйца звенят… Домой ты сегодня не поедешь.

— Ох! — краснею и улыбаюсь от этого бесхитростного признания. — Но мне завтра работать…

— О работе поговорим в другой раз. Все, чего я хочу этой ночью — тебя, голую, в своей постели. И только попробуй отказать, я такого не прощаю.

Отказать я не смогу, даже если сейчас о Землю грохнется астероид. А Валиев вновь сжимает мое лицо в своих ладонях. Такой невообразимо чувственный, собственнический жест! Я чувствую себя маленькой девочкой, трогательной и беззащитной. Но где-то на задворках сознания мелькает мысль, что он может скрутить мне голову одним движением своих сильных рук. Или надавить посильнее и расплющить, словно в металлических тисках.

— Хорошо… — между ног греховная сладость. — Я буду с тобой этой ночью… голая… на все готовая.

Слова словно мне и не принадлежат. Я как будто произношу заранее заготовленный текст, продиктованный свыше на ментальном уровне. Но он звенит в моей голове, несвойственный мне, чужеродный. Ноги подкашиваются.

— Идем, покажу тебе мир своих развлечений.

А дальше мы окунаемся с головой в джип-сафари. Комья земли летят из-под колес, болотистая топь пытается затянуть на дно, кусты сминаются под тракторными шинами. Скорость пьянит, крен джипа на поворотах заставляет сжиматься от страха, а потом кричать от накатившего адреналина. Цепляюсь за руки Азамата, чем вызываю у него неподдельное веселье. И он, словно желая испытать мои пределы, выписывает фортеля, устраивает дрифт среди луж, летит с обрыва, заставив меня подпрыгнуть и едва не удариться головой о крышу. Страх проходит быстро, проникаюсь азартом скорости и экстрима.

Мой злой гений Азамат, мой персональный палач и поглотитель… ни одно его действие в моем отношении не было спонтанным. Он все просчитал до мелочей, как в шахматной партии, расписал, предусмотрел варианты и внес корректировки на случай, если система даст сбой. Я тогда не задумывалась о том, что он умен. Внешний лоск и одержимость друг другом застила мне глаза. И будет застить еще очень долго.

Вот сейчас он как будто готовил меня на открытом огне. Якорил пережитой вместе якобы опасностью. Накачивал адреналином, который заставит меня превратиться в жаждущую самку в постели этой ночью. А я ни о чем не подозревала.

Когда мы наконец ступили на твердую землю, у меня дрожали ноги, зашивалось сердце, но вместе с тем я не могла удержаться от счастливого смеха. Пританцовывала, висла на шее Азамата, отвечала на его поцелуи, кривлялась в объектив камеры. Я была как будто не в себе от радости и восхищения.

На мангале уже румянился шашлык. Валиев, поцеловав меня глубоко, да так, что я едва не хлопнулась в обморок, поспешил к навесу контролировать процесс, а я упала в шезлонг, жмурясь от удовольствия. Очень быстро ко мне присоединилась Лариска, все такая же надменная, но уже расслабленная от веселой гонки.

— Так и давно это у вас? — проворковала красавица, не глядя на меня. Я не стала ей отвечать. Укуталась в плед и устремила задумчивый взгляд на горизонт, где в дальней лесопосадке уже просматривались желтые и красные листья.

Лара понимающе хмыкнула.

— Да не толстая ты. Это я по старым своим канонам меряю, у моделей строго все. Если ты так будешь реагировать на подобное, тебя быстро сожрут. А Азамат терпеть рядом унылую моль не станет. Считай, что это дружеский совет. Так что, реально у вас все серьезно?

— Вижу, это тебя удивляет. Так трудно поверить?

— Нет, — повела плечом вице-мисс Россия, — Совсем нет. У него глаза горят. Я бы не упустила этот шанс. К тому же, говорят, он решил остепениться, найти жену и завести семью. Так что не удивляет. Правда, замуж за такого, как он — это совсем не то, что ты себе нарисовала в воображении.

— Поэтому у вас такие отношения? Ни к чему не обязывающие? У вас дочь, если я не ошибаюсь?

Лариса проводит пальцами по экрану смартфона, затем протягивает мне.

— Это Василиса. Правда, она чудо?

На фото Ларчикова на фоне лазурной глади океана и пальм, держит за руку девчушку лет пяти. Я не знаю, с какой целью мне это показывают: то ли продемонстрировать свою умопомрачительную фигуру, или же правда, показать ребенка.

— Чудо, — пожимаю плечами. — И как ей без отца расти?

Адреналин сделал меня смелой и готовой поставить на место с десяток пафосных сук. К тому же я чувствую, что Лариса переживает по этому поводу.

— Как-то так. Стас свободный волк. Но он все равно любит нас. А Азам, он другой. Он не позволит матери своих детей жить отдельно. Правда, если решишься — запасись терпением.

Возвращаю телефон, прищурив глаза:

— Ты о чем?

— Видишь ли, в гостевом браке, как со Стасом, есть свои привилегии. Я остаюсь свободной. Летаю с Лисой по миру, снимаюсь для журналов, в клипах, посещаю мероприятия и отдыхаю с друзьями. Эпикур мне в этом никогда не откажет. А вот Азам… он из тех, кто закроет тебя за семью замками и не пожалеет сил, чтобы создать красивую картинку вашей жизни. О подругах и работе придется забыть. Ждать его с гастролей, вести дом и воспитывать детей, закрывать глаза на его измены. А они будут, смирись. С его имиджем это неизбежно.

— Я еще не дала своего согласия, поэтому говорить о браке преждевременно.

— Дашь, — уверенно говорит Лариса. — Выбора тебе не оставят. В нашем мире все именно так и происходит.

Внутри меня поднимается мрачное предчувствие, но я трясу головой, чтобы прогнать его. Вдали от Азамата я смелая. Поэтому смеряю долгим взглядом эту шикарную суку, пытающуюся убедить меня в том, что быть матерью-одиночкой, которую иногда имеет рэп-звезда — круто.

— Что ты такая добрая? Совсем недавно тролллила меня так, что я тебя едва в грязь не столкнула. Переживаешь обо мне? Не стоит, подумай о том, как поймать блудного отца своей дочки.

Мне кажется, Лариса сейчас вывалит на меня ушат грязи, но ничего не происходит. Она лишь холодно улыбается, как будто у нее уже иммунитет на любые укусы змей.

— Да забей. Просто другая ты, не гнилая и сноб. От последних я уже устала. Хотела предупредить по-приятельски. И знаешь, дело не мое, но Азамат уже пустил слух о том, что женится. Если это ты… наверное, твоего согласия уже никто и не спросит.

И Лариса изящно поднимается, поправляет волосы и идет под навес к Азаму и Эпи. А я сижу, как громом пораженная, и только качаю головой. Да нет, бред. Какой замуж? Это точно не я, даже если он собирается. И догадка бьет по всем нервным окончаниям, вызывает ощущение тяжести и тоски. Чтобы не дать ему укорениться, поправляю макияж и тоже собираюсь присоединиться к компании, когда начинает звонить телефон.

Только не это, вашу мать! На экране появляется фотография Виталика. Тут он сидит на лавочке с другом, в руке бутылка пива, на голове кепка как у гопника. Раньше я не видела в этой фотографии ничего особенного, она меня даже забавляла. Но сейчас я смотрю на интро своей возможной жизни с безынициативным тюфяком, и мне мерзко. К тому же здесь Валиев! Нашел время.

Сбрасываю звонок. Раз, второй. Но мой бывший не унимается. Может, потому что еще не знает, что он бывший. А меня охватывает чувство сродни панике. Украдкой оглядываюсь через плечо — Валиев позирует с шампурами, Лариска его фоткает. Отвечаю только затем, чтобы Виталик не трезвонил и не ставил меня в патовую ситуацию. Почему-то мне страшно. Нетрудно догадаться, что Азамат будет в бешенстве, если узнает, что я говорила с другим мужчиной.

— Привет, — понижаю голос до шепота. — Я сейчас не могу говорить.

— Не, нормально вообще? — его голос медлителен и расфокусирован. Либо он пьян, либо с жуткого похмелья. Я знаю, когда в голосе появляются такие тормознутые ноты, хоть и слышала их не так часто. — Это что за херня в твоем инстаграме? Ты там совсем головой ударилась? С пилона не падала?

— Прекрати говорить со мной в таком тоне!

— Все ясно, ты спишь с этим чушкой? Ты уже дно пробила?

— До свидания, пойди проспись! — обрываю разговор и выключаю телефон. Сердце бешено колотится. Наверное, это теперь мое обычное состояние — постоянная аритмия. Но не слова Виталика тому причиной. Его оскорбления и претензии не несут в себе ничего, кроме обиды, не задевают никаких струн в моей душе. С ним пора ставить точку, даже если с Азаматом не выгорит. Меня беспокоит другое. Я просто откуда-то наверняка знаю, что Валиев не простит этого разговора.

Пытаюсь отдышаться, прихожу в себя, улыбаюсь, подхожу к ребятам. Азамат сморит на меня, и страх вновь поднимает голову. Что? Он слышал? Или видел?

— Все хорошо, дорогая? — вкрадчиво интересуется мой кукловод, сканируя меня сверкающими темными глазами. Киваю.

— Да, сегодня все так здорово! Спасибо за этот день.

Валиев сгребает меня в охапку и целует, прикусив губу. Быстро и одержимо, словно у нас совсем мало времени.

— Я хочу тебя, — шепчет на ухо, впрочем, не слишком и тихо. — У меня стояк, как только тебя вижу. Дожевывай долбаный шашлык и едем ко мне.

И вновь невыносимая аритмия, но уже приправленная сексуальным возбуждением, бьет на поражение во все отсеки моего тела. Лариса презрительно ухмыляется, Эпи забавляется моими дрожащими руками и явно поплывшим взглядом. Я с трудом держу себя в руках, ем шашлык, пью кофе и глинтвейн. Время летит стремительно. Когда за Эпикуром и Ларисой приезжают автомобили (индивидуальный для каждого) мы прощаемся. Лариса вдруг снимает маску суки. Смотрит на Азама, который за что-то распекает водителя, и быстро шепчет:

— Дай знать, если понадобится помощь. — целует воздух в области моих скул и быстро уходит к серебристому «Лексусу».

Это так неожиданно, что я роняю челюсть, смотрю, как девушка садится в автомобиль, потом трясу головой. Эксцентричная кукла. Что с нее взять? Какая помощь? Грудь увеличить? Мне своя нравится, спасибо. Так и не успеваю окликнуть ее и спросить, что же она имела в виду — Азамат подходит ко мне быстрым шагом, резко дергает за руку.

— Милана, садись в машину.

Его тон может сейчас заморозить лед повторно. Сглатываю, и душа уходит в пятки.

— Все… хорошо?

«Что я сделала?» — хочется спросить, но вовремя прикусываю язык.

— В машину. Едем ко мне.

Он чем-то разозлен. Что натворил водитель? Или ему стало известно, что я говорила с Виталиком? Может, мой бывший что-то написал в инстаграме, какой-то гадкий комментарий, где протянул национальность Азамата?

Рывок сильнее, даже шиплю от неожиданности. Азамат буквально запихивает меня в салон автомобиля. Сам садится рядом с водителем. Больше мне никто ничего не говорит, и я чувствую себя с каждой секундой все ничтожнее и тревожнее. Словно меня здесь нет, или я обездушенная вещь, которую везут использовать по назначению…

Тревога так и не отпускает, когда мы заезжаем на паркинг возле элитной многоэтажки. Азамат кивает водителю:

— До утра свободен. Потом дам знать, когда заехать.

Непроизвольно вздрагиваю, в горле пересыхает. Меня начинает душить паника и острое желание сослаться на усталость и головную боль. Валиев открывает дверцу, я сглатываю, глядя на его протянутую руку. Не отдаю себе отчета в том, что сжимаюсь и хочу слиться с кожей сиденья.

— Милана.

В его голосе сталь и обещание решительных и малоприятных действий, если я сейчас же не вложу в его руку свою ладонь и добровольно не последую за ним. Почему мне так страшно? Как будто точка невозврата сейчас будет преодолена в один сверхзвуковой прыжок. Сердце замирает, будто пронизанное черными стрелами его тяжелого взгляда. Но есть ли у меня выбор? И что этот мужчина, не привыкший ни в чем и ни от кого знать отказа, сделает со мной в случае моего протеста?

Он может сделать все что угодно. Выбросить меня из клуба и перекрыть кислород в столице. Лишить работы. Сглатываю и протягиваю руку, выхожу из машины.